Очерки из сумерек

Перед сном

Когда всё плохо, всё равно случается хоть что-нибудь хорошее. Например, поспать до утра дома.

Коснулся длинным рыжим чубом подушки, готовый провалиться в темноту, – и вдруг вспомнил, где и когда видел студента с виноватой улыбкой, которого сегодня ночью задержал.

У Игоря была хорошая память на лица. Но из-за хронической усталости и недосыпа компьютер в голове долго искал нужную информацию.

И вот, на сон грядущий, всплыло: на шее у студента, чуть ниже левого уха, шрам. Не очень заметный. Игорь видел его раньше. Тогда он был свежий, ярко-красный, с чёткими следами швов.

«Всё же не зря Достоевский студентов на точку вида поставил», – с улыбкой подумал Игорь.

Но в этот момент волшебник раскрыл над ним большой чёрный зонт, и он провалился в темноту глубокого сна.

Глава 4. Гасконец

Aquila non captat muscas

(Орёл не ловит мух)

Ночь коротка

Вчера вечером в общежитии на кухне было весело. Пятница. Соседи не скучали: гудели, как пчёлы, выпивали.

Завтра Игорю на работу. Он прошёл к себе, не подавая знаков, и лёг спать.

Ночь пролетела. Общага просыпалась: звуки, запахи. Настроение отличное. Игорь сказал себе: сегодня великие дела. Потянулся, встал.

Быстро посетил умывальник, пока соседи дрыхли.

Соседка Камила готовила завтрак. На сковородке шкварчала яичница с салом, в кастрюльке булькала овсянка, кофе тревожил обоняние. Камила любила готовить, гордилась своим искусством, угощала соседей.

Игорю казалось, что её муж Ромка, безобидный добряк-дальнобойщик, смотрит недружелюбно, когда Камила услаждает его вкус. Он заглянул на кухню – только поздороваться. Соблазн преодолел.

Излишняя пища расслабляет. К тому же Игорь был жаден до еды – отведаешь волшебной стряпни, и всё, чары до пощады желудка. А голодный опер – энергичный опер.

Выпил стакан воды и выдвинулся на работу.

Воспоминание

По дороге на работу пробежался по воспоминаниям двухлетней давности.

Первая половина июня. Игорь проработал в уголовном розыске около года. В тот день в приёмном покое местной больницы он впервые услышал про будущего студента Лёшу.

Антон, бывший одноклассник Алексея, отвечал на вопросы следователя. Волновался, говорил сбивчиво:

– Мы гуляли по парку. Там на скамейке сидел мужик. В темноте не заметили. Когда проходили мимо, он ни с того ни с сего стал обзываться и ударил Лёшу в шею. Лёха упал сразу на бок. Я увидел в руке нож. Пока он меня не ударил, я пнул его ногой в живот. Он убежал. Я сразу к Лёше – а у него кровь из шеи, весь воротник залит. Побежал скорую вызывать. Куда мужик делся, не заметил. Не смотрел, надо было скорую.

Игорь стоял рядом, наблюдал. Парень сильно волновался, руки тряслись, жестикулировал слишком активно. Лицо бледное. От него пахло перегаром и жевательной резинкой. Фантик «Love is» валялся на полу. Видимо, недавно был сильно пьян, но стресс отрезвил.

Следователь Карпенко спросил:

– Как выглядел нападавший?

– Темно. Всё быстро. Я не разглядел. Совсем не разглядел. Не смогу описать.

– Возраст? Одежда? Рост? Хоть какие-то приметы?

– Ничего не помню.

Игорь усомнился: не похоже, чтобы того, кто нападает с ножом, мальчик смог испугать ударом тонкой ноги. И чтобы преступник ушёл, не прикончив свидетеля.

Карате в действии

Антон поехал с группой на место, показал, где и как всё произошло.

Следователь подробно описал место происшествия. Земля после небольшого дождя была мокрой – следы чётко видны. Нарисовали схему следов возле скамейки, сделали фотографии.

Потом парня допросили в кабинете. Из протокола: дети гуляли ночью по парку. На скамейке под деревом сидел неизвестный. Когда проходили мимо, он ни с того ни с сего набросился с ножом, ударил Алексея в шею. Антон применил приём карате – ударил нападавшего ногой в живот. Тот сразу убежал.

Во время допроса появились родители. Парнишка пожаловался на сильную головную боль. По просьбе родителей и учитывая, что он твердит одно и то же как выученный урок, его отпустили домой. Обязали привести дитё в нормальное состояние и явиться к следователю.

В школу, которую этим летом окончили виновники утреннего переполоха, отправились двое инспекторов по делам несовершеннолетних – добывать информацию, которая могла пролить свет на это тёмное дело.

Так началась история про «гасконца». Игорь тогда так назвал неизвестного, напавшего на школьников.

Совещание

Следователь печатал задания для оперов, уголовный розыск начал работу.

Заместитель начальника УГРО Шпак Александр Александрович собрал у себя в кабинете троих: Канцебовского, Шилова, Дмитриева. По штату должно было быть четверо.

Оглядел сидящих за полированным столом, сказал чётко:

– На сегодня бросаем другие дела. Занимаемся недорезанным школьником. Дмитриев – в больницу, ждать, когда можно опросить потерпевшего. Постарайся до того, как Антон его навестит. Канцебовский и Шилов – по наркоточкам и притонам возле парка. Установить, кто этой ночью бодрствовал в районе. Составить список на отработку. И все вместе ищем возможных свидетелей.

Игорь, с авторучкой и блокнотом в руках, бодро ответил:

– Есть!

Опера слушали молча, смотрели внимательно, что-то помечали в блокнотах. Они и сами знали, куда идти в первую очередь.