Академия Грейсли. Ведьмам тут не место!

С печальным вздохом спустилась вниз и вышла в прекрасный сад, окружающий Академию.

Вдоль каменных дорожек росли кусты роз и цветов, похожих на пионы. В основном, красного или синего цвета. По обеим сторонам дорожек, петляющих тут и там вдоль академического парка, поставлены аккуратные лавочки.

Я подошла поближе, чтобы рассмотреть их. А смотреть оказалось есть на что – лавки не собирались из досок, а как будто выращивались из самой земли. Тонкие длинные ветки переплетались между собой, образуя и сиденье, и спинку. Но самое удивительное, что по всему периметру лавки, тут и там росли цветы. Нежные светло-розовые бутончики, которые, раскрываясь, становились почти белыми.

Я недоверчиво понюхала один цветок – пахнет! Он пахнет! Сорвала его, предварительно убедившись, что мой акт вандализма останется незамеченным.

Он действительно живой!

– Ух ты! – выдохнула я в восхищении и проворно полезла под лавку, проверять, откуда она растёт.

Деревянные или, правильно сказать, древесные ножки уходили куда-то в землю, и я постаралась немного подкопать ногтем, желая найти либо кончик, либо корни – одно из двух. Но, похоже, здесь надо не пальцем, а лопатой ковырять. Пришлось разочарованно вздохнуть и постараться подняться.

Только я сделала рывок наверх, как взгляд зацепился за маленький неприметный кустик рядом. На невысоких стебельках мерно покачивались большие круглые бутоны зелёного цвета.

Что-то во мне щёлкнуло, и я как завороженная протянула руку к прелестным цветам.

Милый цветок качнул стеблем в мою сторону, резко раскрыл бутон, ставший огромной зубастой пастью, и с хрустом впился в указательный палец.

– Аааааа!!! – совсем не храбро завизжала я, стоя на четвереньках и пытаясь выдрать свою руку из загребущих челюстей. Соседние бутоны, к слову сказать, уже подбирались к другим моим пальцам с не менее плотоядным видом. Как я это определила – без понятия, но уверена, что не ошиблась.

– Спой ему, – раздалось прямо над ухом.

Я перестала визжать и резко развернула голову в сторону говорившего. В шее что-то хрустнуло.

На тропинке стоял тот самый парнишка в очках, у которого я своим длинным каблуком выбила из рук стакан с соком, и серьёзно меня разглядывал.

– Что? – я торопливо убрала волосы с лица свободной рукой и пониже опустила пятую точку, со стыдом представляя, что он успел разглядеть, пока я лазила под лавочку.

– Говорю – спой ему. Лапушки это любят. Они успокоятся и отпустят. Всё равно ты для них не вкусная.

– Это ещё почему? – оскорбилась было я, но вовремя передумала выяснять подобное в настолько неудобной позе. – А может, ты сам освободишь меня? Вырви эти сорняки с корнем, и всё! – я свободной рукой постаралась добраться до основания стебля, чтобы осуществить угрозу, но цветок предупреждающе клацнул пастью в миллиметре от моей руки.

Кстати сказать, мой палец, захваченный в плен, так и продолжали грызть, и, по-моему, даже обсасывать. Так что я снова взвыла от боли.

– Нет, не получится, пой! – кажется, парнишка нарывается! Вот выберусь отсюда и надеру ему уши, чтобы не издевался.

Но бредовое решение проблемы лучше, чем никакого, поэтому я собрала волю в кулак и сквозь зубы запела:

– Ты цветочек отпусти,

отпусти меня

Я тебя сегодня же полью

и подкормкой накормлю

Будешь ты совсем большой,

и красивый удалой!

Бутоны на стеблях заинтересованно качнулись в мою сторону, и я, приободрившись, продолжила:

– Ну а если не отпустишь,

станешь ты листом капустным!

Вырву тебе листья, корни,

Подолью компот в бутоны!

Цветы покачивались в такт моего фальшивого пения и, наконец, подумав, заурчали, а потом выплюнули изрядно пожеванные пальцы.

– Интересная песня, она магическая?

– Да как сказать, – замялась я, а потом вспомнила, что ранена.

– Ужас какой! – я прижала многострадальную конечность к груди, пытаясь другой рукой растереть укусы и хоть немного облегчить саднящую боль. – Что это за монстры?!

– Я же сказал, это – Лапушка. Он же плотоядный, зачем ты к нему полезла? Обычно он ментально подчиняет мелких насекомых или мышек и заставляет к себе приблизиться, чтобы потом сожрать. Но никогда не слышал, чтобы таким мизерным воздействием получилось подчинить человека. Ты что, совсем без защиты ходишь?

– И без защиты, и без охраны, – проворчала я. – Я сама себе и защита, и охрана.

– Плохая из тебя охрана. А ещё ведьма, – он осуждающе покачал головой. – Даже самый захудаленький маг может удерживать лёгкую защиту всё время. Ну, или тогда артефакты носи обережные.

– Где бы их ещё взять, артефакты эти, – проворчала я, продолжая бесполезно растирать ноющие конечности.

– Как ты вообще сюда попала? – вопрос закономерный, согласна. Видно же, что я чужда всему тому, чем тут живут.

– Да так. Свалилась неудачно, – туманно ответила я. – А ты на каком факультете?

– Я – целитель! – с гордостью выпятил грудь очкастый. – Давай, кстати, вылечу тебе пальцы.

Я проворно убрала руку за спину и подозрительно прищурилась.

– На каком, говоришь, ты курсе?

– На втором.

– А ты меня, часом, не убьёшь вместо того, чтобы вылечить? Дезинфицировать хоть умеешь?

– Ди-зи-что? – на меня непонимающе уставились, ещё и глазками похлопали для верности.

– Ох, – глаза как-то сами закатились, а ноги сделали шаг в сторону от лекаря-недоучки. – Лучше не надо, сама справлюсь. Где у вас можно достать бинт, пластырь, зелёнку, в конце концов?

– Да чего ты переживаешь, давай сюда! – и паренёк с заячьей прытью подскочил ко мне, выдернул руку из-за спины, крепко зафиксировав ладонь в своих руках. И прежде, чем я успела заорать и позвать на помощь от ненормального, начал делать витиеватые пассы руками с зажатой в них палочкой, которую он непонятно где взял, и что-то бормотать.

Так как тыкать в израненные пальцы грязными руками мне никто не собирался, я немного успокоилась и с интересом вытянула шею, чтобы посмотреть на то, что он там так таинственно делает.

На секунду парень задумался, а я участливо спросила:

– Забыл, да?

– Чего забыл? – он оторвал свой взгляд от руки и оторопело на меня уставился.

– Ну, слова забыл, бубнишь там что-то, – любезно подсказала я.

– Не путай меня! – рассердился парень. – Здорова твоя рука, вот, смотри! – и он оттолкнул обратно ладонь в сторону моего лица.

Я немного заехала себе по носу, не успев перехватить управление раненой конечностью, но зато, когда вытянула руку и внимательно изучила каждый палец со всех сторон, неверяще пробормотала:

– Быть не может!

В ответ только хмыкнули.

Перед моим взором оказалась самая обыкновенная и совершенно здоровая рука! Даже пара ссадин и мозолей, полученных во время тушения собственноручно устроенного пожара, и те исчезли!

– Круто! – искренне восхитилась я. – А тут сможешь?!

Я задрала ногу и махнула перед носом в очках ободранной коленкой.

Парень залился краской до корней волос и буркнул что-то неразборчивое, а я, опомнившись, резво поставила ногу на место и поправила юбочку. И мы медленно пошли вдоль дорожки.

– Я говорю, коленку сможешь подлатать?

– Может ты лучше в медпункт к лекарям пойдёшь? – отчаянно краснея, он теребил в руках край форменной рубашки.

– Жадина, – насупилась я. – Ну ладно, спасибо и за руку. Скажи хоть, как зовут тебя?

– Томми.

– А я – Татьяна, можно просто Таня.

Я крепко пожала ему руку, как когда-то своим напарникам. И, кажется, перестаралась. Томми выпучил глаза и с усилием вырвал свою хрупкую, почти девичью ладошку из моих загребущих лапок.

– Очень приятно, Таня. А ты на какой факультет поступила? Ты же первокурсница?

Я кивнула.

– Меня определили к стражам.

Парень запнулся на ровном месте и скептически на меня посмотрел.

– Да ладно! Не верю!

– С чего это вдруг?! – возмутилась я.

– Девушки не бывают стражами! – он высокомерно махнул головой.

– И что? – я пожала плечами. – Всё когда-то случается в первый раз.

– Но не в твоём случае, – меня снисходительно оглядели сверху вниз. Хоть Томми и учился всего на втором курсе, но ростом его природа не обделила, сделав тощую фигурку мага похожей на каланчу.

– Ах так! – рассердилась я и даже ногой притопнула от негодования. – Ну и ходи здесь один! А я к ректору!

– За что уже? Ты же только поступила.

– Не за что, а зачем! – высокомерно поправила я его.

– И зачем?

– А вот это не твоего ума дело! – я гордо развернулась и пошагала в Академию, на ходу развернув припрятанный пирожок и впившись в него зубами. Надеюсь, ректор успеет к тому моменту вернуться.

Вот ещё, всяких там Томми слушать! И он считает, что мне у стражей не место! Я им всём докажу, что моё место будет там, где я захочу! А после – гордо переведусь на факультет артефакторики!

Глава 4 Расселение

На этот раз ректор оказался на месте. Помня прошлый свой опыт долгого стояния под дверью, в этот раз я не стала церемониться и просто, не сбавляя шага, распахнула её, ввалившись в кабинет.

И зря! Ой, зря!

Зелёные глаза ректора заволокло красным, я прям почувствовала, как они наполняются яростью. И похоже, эта ярость прямо сейчас вывалится на меня.

– Адептка! Немедленно закройте дверь с той стороны и ждите, пока вас позовут! – Брейдон запахнул края рубашки, прикрывая широкую грудь, на которую я без стеснения уставилась, как только вошла. Надо же было явиться, когда ректор решил переодеться!

– Закрываться надо, – буркнула недовольно и постаралась убраться со свирепых глаз долой. Но не удержалась и ещё раз провела взглядом по крепкой фигуре. Хорош! Жаль, что кроме рубашки всё остальное на месте.

– Вон!!! – громыхнуло на весь этаж, и я, проявив несвойственное мне ускорение, резво оказалась с другой стороны двери.

В кабинете послышалась грязная ругань и совершенно неприличные обвинения. Не было такого!

– Войдите, – наконец, раздался усталый голос.

Я радостно влетела внутрь.

– Вам бы секретаря поставить! И глядишь, не случалось бы конфузов.

Мужчина издевательски поднял бровь.

– Вы даёте мне советы, ведьма? Ну-ну, – он чуть отодвинул стул и окинул меня ироничным взглядом. – К вашему сведению, секретарь у меня есть, просто он в отпуске до начала учебного года. Ещё вопросы?

– Нет, то есть, да. Почему тут все говорят слово «ведьма» как ругательство? Если я на самом деле ведьма, то это оскорбительно, не находите? А с вашей стороны ещё и непедагогично. Я, конечно, понимаю, что вы тут главный и всё такое, но нельзя же вести себя по-свински, пользуясь своей безнаказанностью, согласны?

Я осеклась, увидев как глаза напротив снова налились кровью, а на шее вздулись вены. На скулах заходили желваки и весь внешний вид мужчины как-то сразу изменился, стал более хищным. Мужчина начал медленно подниматься из-за стола.

– Ой, вы это, поспокойнее, пожалуйста, – испугалась я и попятилась к двери. – Я ж ничего такого не имела в виду и совсем не сравнивала вас со свиньёй. Ой…

У мужчины, похоже, пар из ноздрей пошёл. Я бы спросила, что это за метаморфоза, если бы от страха не затряслись коленки.

– Нет, погодите, я не то имела в виду. Конечно, вы не свинья, точнее, даже не кабан. Ой, то есть, в общем… – я замолчала, понимая, что мои объяснения никак не помогают, и решила собраться с мыслями, но вместо этого осторожно поинтересовалась: – А вы всех пугаете, потому что не контролируете агрессию?

Через секунду почувствовала, как упёрлась спиной в дверь, нашарила ручку и подёргала её. Но та не поддавалась, так что пришлось начать паниковать, тем более, что мужчина в два шага преодолел разделяющее нас расстояние, и взял меня за шкирку.

У них тут что, все меня так таскать будут? Ну и что, что во мне полтора метра с копеечками, я же не котёнок!

– Адептка, вы в своём уме? – выдохнул ректор мне прямо в лицо.

Я не нашла достойного ответа, поэтому просто улыбнулась настолько широко, насколько могла. А ещё сделала глазки пожалостливей. Ну не убьёт же он меня, в самом деле!

Мужчина закатил глаза и довольно небрежно плюхнул меня в кресло.

Я уже хотела разразиться очередной гневной тирадой, как он взял со стола палочку, резко махнул в мою сторону и устало произнёс:

– Лучше молчите.

К своему ужасу, я не смогла сказать то, что собиралась. Слова просто остались где-то на уровне горла. Я попробовала ещё раз, но даже мычания выдавить не смогла. Я немая!

В ужасе подняла глаза на чудовище, лишившее дара речи, и, видимо, оно в моём взгляде увидело что-то такое, что примирительно подняло руки вверх.

– Это временно, чтобы вы не сказали больше ничего глупого, а я, как вы интересно заметили, не начал опять «вести себя по-свински».

Я немного смутилась от подобного определения, но долго страдать от мук совести мне не дали.

– Так мы сможем поговорить спокойно?

Так как я опять не смогла ничего ответить, то просто безразлично пожала плечами. Ему надо, пусть он и говорит.

– Так вот, мисс Грейс, давайте сейчас забудем всё, что тут произошло, и вернёмся к вашим делам насущным. Я так понимаю, что вы определились с ответом?

Я хмуро кивнула и сложила руки на груди. Никогда ещё не чувствовала себя настолько гадко.

– И какой же ваш ответ?

Я возмущённо уставилась на источник своих проблем.

– Простите, – понял он без слов, махнул палочкой в мою сторону и требовательно заглянул в глаза: – Ну так что?

Я издала пару звуков, чтобы проверить способность говорить, и, наконец, ответила:

– Я решила, что приму ваши условия, и после одного семестра обучения у стражей…

– Успешно пройденного семестра обучения, – подсказали мне.

– Пусть так – успешно пройденного семестра обучения – переведусь на факультет артефакторов.

Меня смерили задумчивым взглядом.

– Вы уверены?

– Абсолютно.

– Не завидую профессору Магогу, – пробормотал он себе под нос. – Ну да ладно, самое главное то, что вам нужно успешно сдать все экзамены семестра и не опозорить Академию. И не взорвать её, – погрозили мне пальцем. – А потом мы сможем подумать над переводом. В таком случае, – он достал из выдвижного ящика стола лист бумаги и протянул мне, – подпишите договор на бесплатное обучение в Академии и сможете пойти заселяться в общежитие.

Я взяла в руки листок, начала читать; поняла, что уже устала и не хочу ничего изучать; поэтому нашла место для подписи и просто нарисовала там свои закорючки. Ну не в рабство же меня отправят, в самом деле.

Ректор расплылся в довольной улыбке, подозреваю, от осознания, что скоро сможет от меня избавиться, и достал из-под стола золотой колокольчик на деревянной ручке. Подобный мы вешали коровам, когда я гостила у родственников в деревне.

Кабинет наполнился мелодичным перезвоном, а через секунду с яркой вспышкой в воздухе появилось мелкое летающее создание.

Я сползла с кресла, на котором минуту назад ёрзала, пытаясь найти удобное положение.

– Это ещё что за тварь?!

– Тварь?! – одновременно и возмущённо выкрикнули ректор с мелкой нечистью.

– Да как ты смеешь?!

– Адептка, следите за языком!

– А кто это? – я незаметно постаралась подняться с пола, напряжённо вглядываясь в крылатую девчонку размером с ладонь, зависшую над столом ректора.

– Я не «это», а фея! – высокомерно фыркнуло в мою сторону создание.

– А, ну да, как я не догадалась, – видимо, мой взгляд выражал эмоции красноречивее любых слов, потому что фея опять начала надуваться от недовольства, а ректор, дабы пресечь начинающийся скандал, заговорил:

– Дамы, успокойтесь. Динь-Дилень, я тебя позвал, чтобы попросить проводить нашу новую адептку в общежитие стражей.

Я фыркнула на имя Динь-Дилень, а мужчина смерил меня осуждающим взглядом.

– Еë? – не поверила фея. – Что ей делать в этом общежитии?

– Динь-Дилень, прошу тебя, отведи адептку Грейс в её общежитие, сдай с рук на руки коменданту, и можешь быть свободна, – добавил строгости в голос ректор.

На удивление, фея смиренно сложила ручки и, покорно кивнув, бросила мне через плечо, направляясь к двери:

– Берите свои вещи и идите за мной, адептка.

Я привычно махнула рукой около кресла в поисках своей сумки, не найдя, хмыкнула и поднялась навстречу судьбе.

Ректор явно заметивший мой порыв, бросил в догонку:

– Успехов в учёбе, ведьма Грейс, постарайтесь не часто попадать в мой кабинет. Занятия начинаются завтра в восемь. Не опаздывайте.

Я обернулась, окатила мужчину презрительным взглядом и решительно вышла за дверь, хлопнув чуть сильнее, чем надо.

Фея проворно слетела вниз лестницы и направилась к выходу. Чтобы за ней успеть, мне пришлось практически бежать, а от быстрого бега по лестнице градус раздражительности резко подрос. Поэтому, когда наконец Дин-Дилень соблаговолила остановиться и обернуться назад, чтобы проверить, не потеряла ли она подопечного, я мечтала оборвать тонкие крылышки, чтобы фея попробовала сама побегать, как сейчас заставляла меня.

– Как тебя зовут, ведьма? – не особо дружелюбно поинтересовалась она.

– Татьяна, – я упёрла руки в колени и натужно дышала. Тело мне попалось весьма не тренированное, тощее и тщедушное. Разве что красивое, но толку практического от этой красоты не много.

– Татьяна… Грейс? Интересное имя. И очень созвучно с названием Академии. Что ведьма делает в Академии четырёх стихий, да ещё на факультете стражей?

– А тебе не всё ли равно? – я с вызовом посмотрела на неё снизу вверх – распрямиться до сих пор не получалось.

– Не хочешь, не говори, – обиделась фея. – Всё равно же узнаю! Ладно, пошли.

Мы опять двинулись в путь, но на этот раз более медленно. Динь-Дилень провела меня через главный вход на аллею, по которой я уже гуляла сегодня, и свернула направо, огибая Академию. Моему взору предстал самый настоящий городок из общежитий. Около десяти различных на вид зданий стояли рядышком и создавали невообразимый винегрет архитектуры.

Ярко-красное, почти оранжевое строение с горящим факелом вместо крыши я сразу интуитивно определила к огневикам.

Рядом, создавая контраст, находилось почти зеркально скопированное общежитие водников. С той лишь разницей, что цвет стен варьировался от голубого до насыщенно бирюзового, и крыша состояла из водопада, ниспадающего до самой земли, но при этом не орошая её, а становясь как бы призрачным слоем, так что под такими струями можно вполне ходить без опаски, не боясь намокнуть.

Вообще, здания стихийников угадывались очень легко. У факультета воздушников ожидаемо крутился небольшой смерчик вместо крыши, а у магов земли – огромная клумба, при виде которой я нервно хихикнула.

Мрачное здание с черепами наверху и настоящими живыми (насколько это вообще возможно) зомби на входе я отнесла к некромантам.

А вот дальше посложней. Я наугад ткнула в самое большое.

– Динь-Динь, чьё это общежитие?

– Я – Динь-Дилень! – взвилась фея.

– Какая разница? – я равнодушно пожала плечами.

– Большая! Динь-Динь – моя сестра! А моё имя – Динь-Дилень!

– А первая приставка Динь, это что-то вроде фамилии?

– Это название рода, – кивнули мне. – Ладно, прощаю на первый раз, раз уж ты такая глупая.

– Кто глупая?! Я? – тут уже взвилась я.

– Ну не я же, – Динь-Дилень развела руками.

Я только сердито запыхтела.

– А здание это принадлежит факультету боевиков. Он самый многочисленный в Академии. Стихийников, в общей сложности, конечно больше, но, во-первых, – они распределены по направлению силы, а во-вторых, в Академии Грейсли все адепты, в какой-то мере, стихийники. Поэтому распределение скорее условное и завязано по направлению магии. Тех, кто только управляет одной-единственной стихией, но при этом составляет с ней единое целое, относят к стихийным факультетам. А тех, кто имеет несколько стихий и использует их, но не является сам стихией, распределяют на факультеты согласно основному применению силы.

Я даже дуться на «глупую» перестала после такой лекции.

– Если честно – ничего не поняла, – пришлось искренне признать.

Меня смерили ироничным взглядом.

– Неудивительно. Странно другое – как кристалл силы не взорвался, пытаясь хоть что-то найти в твоей голове.

– Эй! – пригрозила я. – Лучше подумай и вспомни рецепты известных тебе блюд с запечёнными феями. Если я тебя поймаю, так и быть – разрешу выбрать самой!

– А ты сначала поймай! – фея грациозно ушла от захвата и насмешливо щёлкнула по носу. – Мы пришли. Заранее сочувствую твоим соседям.

Я перевела взгляд на свой новый временный дом. Ну что сказать… Помпезно. Вычурно. Дорого.

Белое здание с золотыми колоннами, идущими по всему периметру от входа. Вдоль дорожки, ведущей в общежитие, раскинуты фантастические клумбы, каждая из которых – произведение искусства. Сама дорожка до входа выложена из красных светящихся каменных плит, но по строению чем-то напоминающая ковёр. Так что – красная ковровая дорожка во всей красе.

Я неприлично открыла рот и вытаращилась на окружающую красоту.

– Это что? Общежитие? И кто тут живёт?

– А здесь живут стражи. Впоследствии они становятся высококлассными дипломатами, шпионами, политиками, также на этом факультете учатся отпрыски королевской семьи. Диплом стража для любого мужчины – самое престижное в нашей стране, – фея важно приосанилась и постаралась выглядеть очень внушительно. Что с её микроскопическими размерами выглядело забавно.

– Это ещё почему? – нахмурилась я.

– А потому что, недоразумение ты нежданное, с таким образованием можно стать кем угодно! И любой работодатель будет счастлив взять тебя на работу… Ну, если выживешь, конечно.

Я нахмурилась ещё больше.

– То есть, здесь живут только мажоры, правильно?

– Ну, говоря твоим деревенским языком, да, правильно! – меня опять смерили презрительным взглядом.

Я последовала примеру феи и осмотрела свои доступные части тела.

Мда. Короткая юбочка, драный плащ, мятая, жёваная шляпа. Полное отсутствие вещей… Вылитый страж!

Тяжело вздохнув, я перекинула волосы с плеча на спину, подтянула сапоги, насколько возможно, не очень элегантно дёрнув ногами в стороны, и решительно произнесла:

– Идём!

– Ну, идём так идём, – хмыкнула моя проводница.

Мы прошли по красной дорожке, зашли в дверь и нос к носу столкнулись со здешним комендантом.

– Динь-Дилень! Среди бела дня! Бабу притащила! Да ещё и ведьму! Кто этот мерзавец, что смог уговорить тебя на такой стыд! – прямо перед нами памятником оскорблённой невинности застыл бравый генерал, точнее, бестелесный дух бравого генерала. Он парил над полом и обвинительно тыкал полупрозрачным пальцем в несчастную, стушевавшуюся фею.

– Магистр Ордрик… – жалобно пропищала она.

– Ни слова! – по-военному рявкнул вояка. Я на инстинктах вытянулась в струнку. – Не пропущу! Только через мой труп!

– Так вы, вроде, и так умерли, – осторожно заметила я, о чём тут же пожалела. На меня уставились жёлтые немигающие стеклянные глаза. В них плескалась неподдельная ярость и обида. Вот кто меня за язык тянул?!

– Удииивиительная прониицательноость… – угрожающе растягивая гласные, протянул дух. – А может, ведьма, ты тоже хочешь умереееть?

Он неотвратимо поплыл в мою сторону, протягивая руки к лицу. Через пару секунд я почувствовала прикосновение липкого холода. Ужас затопил сознание, и я сделала рефлекторный шаг назад.