Подранок

— Мы ценим ваш вклад в развитие компании, Алеся Фёдоровна, — спокойно произнёс Адам, — но давайте будем исходить из той информации, которую нам предоставили… Смежники. Инфекция есть. Это факт. Связь с крупными городами отсутствует. Надвигается глобальная продовольственная и демографическая катастрофа.

— Разрешите организовать блокпост? — вновь подал голос Костя. У него уже был план. — Покуда инфицированные сюда не пробрались?

— Разрешаю, — буркнул Адам. — Остальные остаются на местах. Заслушаем каждого.

Выйдя на летнюю прохладу из Главного офиса, Капитан подумал, что война никогда не заканчивается по-настоящему. Как геморрой: затихает, но не лечится. Может поменяться враг, средства достижения целей, но принципы — никогда. Поэтому Константин шёл туда, где находился ключ к его будущему благополучию. В оружейку.

Качество патронов проверяли старым способом, который был не в ходу на крупных предприятиях. Вместо баллистических стволов — настоящие автоматы Калашникова. Двадцать одна единица, стараниями Кости — все в прекрасном состоянии. Раньше казалось, что штат службы безопасности раздут. Шесть человек вместе с начальником, и это несмотря на «приданного» Майора.

Теперь Капитан понимал, что численность оптимальна. Вшестером они смогут организовать не только эффективную оборону, но и оптимальное распределение ресурсов. Быстро наведут тут порядок. Пока не… А что, собственно, должно случиться после? Об этом лучше не думать.

— Иван! — крикнул Костя, увидев в свете фонаря знакомую фигуру. — Айда ко мне.

Ваня был одним из пятерых подчинённых службы безопасности. Выбирал их лично Владислав, но вкус на профессионалов у того оказался достойным. Иван чувствовал субординацию и поддерживал себя в прекрасной форме. Дымил, правда, как паровоз, но у всех свои недостатки. Вот и сейчас он оказался под рукой, словно почувствовав опасность.

— Оставь пост, — произнёс Костя. — Принимаю охрану на себя.

— А что происходит, товарищ Капитан? — спросил Иван, и в его голосе была обеспокоенность.

— Не время для докладов, — осёк его Константин. — Быстро собирай всех. И пулей — в оружейку.

— В оружейку?! — удивился Иван. — Извиняюсь за нескромный вопрос, вы собираетесь стволы чистить?

— Угу, — кивнул Капитан. — Не трать наше время! В стране беда. Будем защищаться.

Шесть человек — это целое отделение. Нужно сначала разобраться, что это за зверь такой — изменённые. И почему все говорят не вампиры, не вурдалаки, а именно так. Как в фантастическом сериале, ей-богу! Интуиция подсказывала, что нужно было бежать. Спрятаться и переждать это нелёгкое время. Он-то переживёт, а супруга?

Если безумие победить невозможно, его следует возглавить. Основные мощности компании «Горный Плюс» располагались за высоким забором. Это и офисные здания, и линии, и лаборатории. Значительная часть — под землёй. Всего-то и нужно — выстроить периметр чуть надёжнее забора. Ведь ограждение вряд ли остановит мутантов, если от вируса они становились сверхлюдьми.

От Совещательного центра, который находился в главном офисе, до оружейки — пара минут пешком. По пути Костя в душе радовался тому запрету, который ввёл Хозяин Горы. Никакого оружия на территории Горного. Говорят, в посёлке, старой части города, водились охотники. Но куда они пойдут против автоматов? А значит, порядок можно будет навести быстро…

Доступ в помещение обеспечивала двухуровневая система безопасности. Сначала Костя вставил в массивный замок хитрый ключ и повернул его. Появилось табло. Он принялся вводить длинный код, а в конце — поднёс палец к биометрическому считывателю. И кто сказал, что безопасность бывает избыточной?

Но по мере того, как он набирал код, его вдруг охватил дикий страх. Постепенно он перешёл в другое чувство: бессилия и апатии. Приставив палец к сканеру, Костя окончательно убедился: с ним что-то не так. Голова закружилась. В висках пульсировала кровь, стало трудно стоять. Звуки отдалились, писк открываемой двери показался длинным-длинным.

Мир внезапно растёкся и поплыл, совсем как на картинах Сальвадора Дали. Последнее, что он подумал: это смерть? Или я становлюсь другим?

Глава 3. Товарищ Майор

Жил себе не тужил грузный мужичок, Михаил Афанасьевич Гулькин. С такой фамилией прозвище Майор — лучшее, что могло с ним случиться. Потому что и во дворе, и в армии, и в полиции (тогда ещё — милиции) шутники дописывали к его инициалам неприличное слово из трёх букв. Ну или приличное из пяти («Гулькин хобот» — звучит?)

Быть может, именно неудачная фамилия повлияла на характер будущего Майора. Сказать, что он был плохим человеком, значит немного польстить. Умело играя роль семьянина, карьериста и офицера, Гулькин ото всех скрывал свою истинную сущность. Но что-то всё равно проступало наружу.

— Вот, например, Бенито, — рассуждал про себя Михаил. — Он кто: маньяк или великий лидер? Я не знаю.

В какой-то момент Майору повезло. Беспринципного полицейского заприметила Контора. Чтобы получить назначение пришлось попотеть: с потрохами сдать двух начальников, из чьих рук он долго кормился. Аккуратненько сдать, чтобы на него не подумали. В какой-то момент казалось, что всё пошло, как по маслу. Главк, должность опера (так уж устроена Контора), задания в духе шпионов и диверсантов.

— Или вот возьмём одну… Историческую фигуру, — рассуждал в уме Михаил. — Который один вопрос пытался решить. Вот кто он: маньяк или пророк?

Яма не заставила себя долго ждать.

На первый взгляд, назначение представителем в наблюдательный совет компании «Горный Плюс» — билет в счастливую жизнь. Зарплата просто за сам факт твоего существования. Служебный автомобиль и неплохая квартирка в новом городе, который построил «русский Илон Маск». Семья осталась в Москве, чему сорокалетний Гулькин был только рад. Он грезил, что вот-вот начнётся новая жизнь, взлёт и прикосновение к тем самым миллиардам, которыми ворочал Хозяин Горы.

Но увы. Миллиарды Михаил видел лишь издали: ровно с такого расстояния, чтобы не смог точно сосчитать количество нулей. Владислав Иванович принимал представителя не чаще раза в месяц. Хуже того! Чтобы попасть в кабинет к «подопечному», нужно было выстоять гигантскую очередь. Если Хозяину Горы кто-то в этот момент звонил по телефону, тот не стесняясь прерывал беседу со своим личным особистом.

— Миша, секундочку, — говорил он, поднимая палец вверх. — Оттуда звонят.

Из-за своего скудного интеллекта Гулькин так и не нащупал ниточку, за которую можно было потянуть, чтобы занять место Горского. Не смог выявить ни одной коррупционной схемы. Да чего там, даже сторонников «немецкого пациента» тут не было! Ну или те умело шифровались и делали вид, что руками и ногами за власть. Именно он, Майор, должен был вести оперативные игры с миллиардером, а получалось всё наоборот.

— Ну что ты будешь делать на совещании? — улыбался Владислав. — Скукота. Лучше в игры поиграй. Мы тебе какой ноутбук дали — ого-го! Интернет — пушка.

Игры Гулькин и правда любил. Особенно те, где ты просто идёшь вперёд и стреляешь в монстров. Ему тогда сразу вспоминалась служба в полиции. В качестве тварей могли выступать алкоголики, наркоманы, нелегальные мигранты, убийцы… Правда, убивать их на месте было строго запрещено. Так бывший полицейский после головокружительного попадания в Контору застрял «на Горе».

С питанием и алкоголем тут было неплохо, а вот с женщинами — полный швах. Супруга приехала в Горный буквально пару раз. Часто выбираться в Москву было запрещено: каждый выезд приходилось согласовывать с Конторой. Местные красивые девушки, которых хватало, почему-то обходили Майора стороной. И чем только он им не понравился?

— От вас, господин офицер, за версту пахнет полицейским, — кокетливо сказала одна брюнетка с вьющимися волосами и ухоженным телом, когда они выпивали в местном кафе. Звали её вроде бы Маргарита Ивановна — главная бухгалтерша, большой человек.

— Так я офицер, — ответил тогда Майор. — Чем от меня пахнуть должно?

— Я предпочитаю другой парфюм, — срезала его дамочка. — Уж простите.

Обида от этой несправедливости душила Михаила каждый раз, когда он вспоминал тот вечер. Да, он мог бы проверить бухгалтерию. Найти какие-то левые проводки, злоупотребления, хищения. Тем более он находился тут именно для такой цели! Но был нюанс: Гулькин был недостаточно умён. Не тупой, не ограниченный, а просто слабый. И если сразу после назначения уважаемые люди с ним общались, то через пару месяцев по пятницам приходилось пить одному.

— Никто меня не любит, — беззвучно причитал он каждую неделю. — Никто не ценит. А если бы я стал большим и важным, как Бенито!

Хуже ситуации быть не может: огромные полномочия, гигантское самомнение — и ноль перспектив. Нет, одна дамочка ему оказывала знаки внимания. Алеся: та самая ученая, которая занималась альтернативным оружием.

— Жопу сначала подбери, — бурчал он невидимой собеседнице. — С такими бабками — такая вислая задница!

Переборчивый Майор. Нет, Гулькин не варился в собственном соку. Как и всякий уважающий себя разведчик, он выстроил агентурную сеть. Отщепенцы городка, с которыми даже водки не попьешь. Даже несмотря на тщательную селекцию таковые здесь водились. Вот только… Все их откровения оказывались пустышкой. Глупостью.

— Тут делают новый вирус, — говорил Чёрный. — Христос богом клянусь!

— Откуда информация? — спрашивал Майор.

— От Алеси, — отвечал «источник».

Представителю не оставалось ничего другого, как скрупулёзно суммировать донесения каждого отщепенца. Иной раз он хотел сказать что-нибудь грубое. Что-то вроде: «похмелись, Чёрт!» Но вынужден был изображать интерес и участие. Ему очень хотелось занять место начальника службы безопасности. Костян это чувствовал: тот был боевым офицером и уволился из армии по состоянию здоровья.

— Так что тут выпускают, товарищ Капитан? — с улыбкой спрашивал он Костю.

— Патроны и артиллерийские выстрелы, — без запинки отвечал Константин Павлович. — Только вы ведь понимаете, что подобные вещи с кем попало обсуждать нельзя.

— Это я кто попало? — возмутился Майор.

— Речь не о вас, а обо мне, — отвечал главный безопасник, и Гулькин тут же чувствовал себя дураком.

Проблема в том, что Михаил так толком и не узнал, что делают на втором производстве. Быть может, если бы он начал спать с Алесей, то… Но профессиональное чутьё подсказывало ему, что та выжмет из него все соки, но ничего не выболтает. Не такая она… Да и при взгляде на расплывшуюся задницу у Гулькина мгновенно пропадал сексуальный аппетит.

Ещё один добровольный помощник умел только отравлять атмосферу. В буквальном смысле слова. Андрюша Труп — кличка прилипла сразу, едва они познакомились. Местный программист, не имеющий никакого отношения к айти. Запах от мужичка стоял непередаваемый. Гулькин быстро осознал, что Труп только выполняет удалённые поручения, а реальный отдел информационной безопасности находится не здесь.

Осознал, но доказать не мог. Андрюша охотно пил водку и ел конфетки, но ничего конкретного не рассказывал. Общие фразы, обещания, игры, техника. Пустая трата времени. А на прямые вопросы реагировал уклончиво, как гимназистка на первом свидании.

— Я вот думаю, — вслух размышлял Андрюша. — И помочь вам хочется, товарищ Майор, и страшно.

Ничего он не добился от Трупа. Ну или почти: тот, по крайней мере, включил его в местный радиоканал. Тот самый бывший военный контролировал свою «боевую пятёрку», изредка туда что-то мог сказать сам Владислав. Но, видимо, сотрудники Горского все важные переговоры вели по другим каналам связи.

*

Время шло, а задание Конторы взять за жабры Владислава Ивановича казалось проваленным начисто. Подумать только! Назначение в Горный оказалось не трамплином в карьере, а почетной ссылкой. Ежемесячный рапорт писался за пару дней. Михаил ловил себя на мысли, что повторяется из раза в раз. Редкие задания из оперативного штаба были или тупы, или невыполнимы. За одним он даже ездил в Москву.

— Мы вам пятый раз поручаем разместить оборудование возле Объекта, — поучал его полковник. — Не провалите!

— Да у них там, отставник… — оправдывался Гуля. — Всё находит, зараза! Я же не могу просто на стол положить, без санкции.

— Подружитесь, — требовал полковник. — Расположите к себе. Напоите. Обольстите. Чему вас учили на особых курсах целых два года?!

Вопрос был риторическим. Главная проблема — восприятие. Горский кто? Враг? Зажравшийся коммерсант, который превратил захолустный посёлок в город будущего? Или государев человек, выполняющий важнейшие заказы? Найдёт он на него компромат, а что дальше? По всему выходило, что ему недоговаривали.

— Я справлюсь, — пообещал Гулькин полковнику, но не очень убедительно. — Мы его за яйца возьмём.

— Это я не приветствую, но если цель оправдывает средства… — пошутил тогда Полковник. — Главное — не влюбитесь, ну и не пристраститесь к этому занятию. Как вам известно, в нашей стране подобные практики наказуемы.

После таких шуточек хотелось нажраться. Хуже всего было то, что Горский не пытался даже его купить. Сотня тысяч Франклинов в год в криптовалюте сделала бы ссылку Михаила стократ приятнее. Но нет. Не было даже намёка! Служебный ноутбук с играми, квартира, машина — нельзя ведь это считать подкупом?

Так дни складывались в недели, а те — в месяцы. Ссылка казалась бесконечной до одного тёплого летнего дня. За ночь «до» ему снилась лисица-альбинос. Она напоминала другого зверька, но какого?

Когда из штаба по секретному телефону позвонил дежурный и дрожащим голосом рассказал про новую эпидемию, Майор почти не расстроился. Нет, это не событие, как его лукаво окрестила Контора, и не кризис. Это шанс. Ведь местный начальник службы безопасности даже понятия не имел, кем был один из агентов Михаила. Не таких уж бесполезных.

Глава 4. Новая реальность

— Константин Павлович, что с вами?

Звук донёсся через пелену, словно в ушах была вата. Капитан с трудом разлепил глаза. Он явно помнил, что умирал, и было это совсем недавно. От долгого нахождения на земле тело затекло, конечности онемели. Его колотило, как после пьянки. Что произошло? Неведомый враг ударил по голове, да так сильно, что он упал и вырубился? Должно быть, черепно-мозговая травма. Ладони были как чужие. Костя с трудом дотронулся до головы и посмотрел на пальцы. Ничего. Крови нет.

— Инсульт? — испуганно спросил Адам Халидович, присев рядом на корточки.

— Не знаю… — прошептал Капитан, переворачиваясь на спину.

Сознание к нему постепенно возвращалось, но боль напоминала не последствия удара по голове, а тяжёлое опьянение. Язык с трудом шевелился в сухом рту. Нет, это был не инсульт. Больше напоминало острое отравление. Чёрт возьми, что случилось? Даже несмотря на состояние ему стало стыдно. Начальник службы безопасности – и так провалился.

— Меня ударили… — прошептал Костя. — Пить…

Адам протянул бутылку витаминизированной воды, с которой никогда не расставался. Помог Капитану выпить, заботливо придерживая голову. Ощущение от воды оказалось странным: едва не вытошнило. Неужели действительно черепно-мозговая? Переборол рвотный рефлекс, и ему полегчало. Пульсирующая боль отступила.

— Кто ударил? Куда? — спросил Адам.

— Сволочь какая-то, — непослушным языком произнёс Капитан. — По голове.

Горец стал осматривать голову начальника отдела безопасности. Движения были профессиональными: так хирурги ищут признаки переломов костей черепа. Через минуту Адам вынес вердикт:

— Если удар, то просто ювелирный: ни рассечения, ни ссадины.

— Чёрт побери… — простонал Костя. — Помоги мне встать.

Халидович буквально поднял его на ноги: крепкий мужик! От быстрого подъёма у Капитана голова закружилась так сильно, что пришлось взяться за стену. Капитан осмотрел свой костюм: весь в пыли. Колотил озноб. Немудрено, ведь столько времени пролежал на плитке. Дверь в оружейку была открыта, внутреннее пространство перегораживала только решётка. Но через неё был заметен один неприятный факт.

— Константин Павлович, уж простите меня любезно, — с сарказмом сказал Адам. — А куда подевалось оружие?

Капитан усилием воли взял себя в руки и медленно, по стенке, двинулся вперёд. Штанина раненой ноги пропиталась кровью. Оружейка была пуста. Укреплённое здание никто не взрывал и не ломал, не брал штурмом. Не пытал начальника службы безопасности. Вскрытие было выполнено филигранно.

Костя провёл рукой по шее — в том месте, где саднило, и с удивлением обнаружил нечто постороннее. Взяв двумя пальцами, стал медленно извлекать предмет. Игла! Из ранки струйкой брызнула кровь. Наручные часы на стене показывали четыре тридцать шесть. Он провалялся без чувств всю ночь!

— Что происходит? — спросил Капитан. Несмотря на резкую головную боль, он уже полностью пришёл в себя.

— Вы у меня спрашиваете?! — возмутился Адам. — У меня всегда были сомнения в вашей компетентности, но сегодня, когда вы потребовали от меня заткнуться…

— Что происходит? — повторил вопрос Костя и дрожащими руками схватил начальника за пиджак.

Блеск глаз безопасника несколько напугал Халидовича.

— С того момента, как вы покинули наше экстренное совещание, произошли некоторые события, — начал свой рассказ Адам. — Господин Горский, ни с кем не советуясь, оседлал три бронированных джипа и отбыл… в известном направлении. Врать не буду.

— Кто… Кто ушёл с ним? — спросил Капитан, чувствуя, как земля опять уходит из-под ног.

— Ах, вы не в курсе? — с наигранным удивлением спросил Адам. — Вся ваша пятёрка! К сожалению, я узнал об этом постфактум. Откровенно говоря, до последнего не ожидал увидеть вас здесь. Вне свиты господина Горского.

— И куда он? — продолжал задавать бесполезные вопросы Костя. — Куда отправился Хозяин?

— О, он готовился к апокалипсису, — вздохнул Адам и достал сигарету. — Правда, он его называл другим словом, на букву «пэ». Я помогал ему строить укреплённое убежище. Ставлю половину своего капитала, что он направляется именно туда. И, откровенно говоря, у господина Горского есть шансы уцелеть. В отличие от нас.

— Оружие тоже он забрал? — спросил Костя.

— Нет, — покачал головой Халидович.

Капитан чувствовал себя последним идиотом. Все пятеро сотрудников охраны были холосты. Все — юные мужчины до тридцати лет, крепкие, тренированные и без вредных привычек. Вот почему Горский забрал их в своё фантастическое убежище. Тех, кто ему был не нужен, он отправил на бесполезное совещание. Чтобы не мешали подготовиться и быстро слинять. Но даже если этот городок в зоне риска, что тогда говорить про другие населённые пункты?

— О, дражайший Константин Павлович, — горько улыбнулся Адам. — Как много вам открытий отвратительнейшей пробы готовит утро. Я пришёл сюда с надеждой, что оружейное хранилище закрыто. Надеялся, что у новой власти не автоматы, а муляжи.

— У новой власти?! — простонал Капитан. — И… Как бы ты внутрь зашёл?

— Думаю, этот секрет уже можно раскрыть, — произнёс Халидович. — У меня был резервный пароль для доступа.

Костя хлопнул себя по лбу. Вот ведь, змеиное гнездо! Если зайти сюда могло два человека — то мог и третий. Больная нога гудела от боли. Костя задрал штанину, снял окровавленные бинты и извлёк из кармана проспиртованные салфетки. Промокнул рану. Выглядела она отвратительно. Капитан перевёл взгляд на Адама, и как раз вовремя. Тот побледнел и слегка зашатался.

— Я прошёл курсы тактической медицины, — зачем-то сказал горец.

— Отвернись, если кишка тонка, — буркнул Костя.

Невзирая на царь-колокол, игравший в голове, он принялся заматывать рану в наклонённом положении. От этого боль в висках стала ещё сильнее. Машинально Капитан отметил, что рана не стала хуже, а края как будто даже покрылись корочкой. Ничего, и не из такой задницы он выбирался. С трудом разогнувшись, Костя посмотрел на своего собеседника.

— Что там ты говорил про новую власть? — спросил Капитан.

— Теперь делами заправляет Михаил Афанасьевич, — произнёс Адам. — Наш новый руководитель повелел собирать всё население в Зале собраний.

— Чего?!

Несмотря на головную боль, Костя засмеялся. Они тут что, с ума посходили? В какой момент совещания кто-то решил выбирать новое начальство? Ладно, есть ещё одна проблема. Изменённые… Неплохо бы разобраться, что это за зверь такой и как с ним бороться. А ещё — выяснить, кто завладел оружием. Вдруг они самые?

— В Зале собраний происходит общий сбор, — терпеливо объяснил Адам. — Мы, как мне кажется, тоже приглашены. Прошу вас, не делайте глупостей. Пойдёмте за мной.

— Адам Халидович, ты хороший мужик, хоть и горец, — сказал Капитан. — Но таких, как Гулькин, я сходу посылаю в пешее эротическое путешествие. Со времён той самой войны.

Черты лица Адама тут же заострились. Интересно, сколько ему было лет тогда? Молод, слишком молод. Разве что патроны подавал, ну или раненых добивал. Вряд ли они смотрели друг на друга в прицеле винтовок. Нужно отдать должное эффективному управленцу: тот мгновенно взял себя в руки и даже улыбнулся.

— Если вы о той операции, то тогда хотя бы всё было понятно, — вздохнул Адам Халидович. — Где друг, где враг. Как мне подсказывает мой разум и интуиция, сейчас ситуация кардинально иная. И повторюсь: если вы не хотите оказаться случайной жертвой обстоятельств, следуйте за мной.

— А он что, этот Майор… Вооружён? — спросил после паузы Капитан. — Это он оружейку обчистил?

— Если бы только Михаил Афанасьевич, — ответил Адам. — Вы будете неприятно удивлены, когда узнаете, в чьи руки ушли наши автоматы Калашникова модернизированные. Я вижу в этом вашу вину — и только вашу.

— Да я… Я вообще тут лежал, — зачем-то стал оправдываться Костя. — Без чувств.

Адам выразительно посмотрел на уже бывшего начальника службы безопасности, подняв брови. Жест был красноречив. Впрочем, стоило оставить его в союзниках. Адам — человек пробивной. Недаром он в тридцать пять лет был правой рукой Горского!

— Почему Хозяин тебя с собой не забрал? — спросил Капитан.

— Очень хочу задать этот же вопрос ему лично, — с лёгким раздражением ответил собеседник. — Поймите, наконец, теперь ничто не имеет значения. Раса, вероисповедание, привычки, разрез глаз. Чем раньше вы это поймёте, тем больше шансов у нас будет на выживание.

— У нас? — удивился Константин.

Он с удивлением осознал, что головная боль отступила. Интересно, какой препарат ему ввели? И кто?

— И прошу вас как своего бывшего подчинённого, — закончил мысль Адам. — Когда мы будем на собрании — выбирайте выражения! Я бы очень не хотел лицезреть ваши внутренности на паркете нашего прекрасного зала. Я готов помогать, Константин Павлович, но жду взаимности.

— Принимается, — кивнул Капитан. — И, это… Ты уж извини, что я на тебя рявкнул. Так вышло.

— Думаю, это наименьшая из наших общих проблем. Идёмте, мне кажется, там все ждут только нас с вами.

С ощущением, что происходящее — дурной сон, Костя вышел из оружейки. Прохлада летнего утра бодрила и отгоняла остатки головной боли. Вдалеке, над холмами, разгоралась кромка рассвета. Халидович снова закурил — Капитан тут же ощутил запах табачного дыма. Курить хотелось нестерпимо.

— Угощайтесь, — предложил вчерашний начальник.

— Благодарствую, откажусь, — покачал головой Костя. — Кстати, на войне табак очень высоко ценился. Как валюта.

— Предлагаете экономить? — с улыбкой спросил Адам. — У меня солидные запасы. Но хотелось бы сделать ставку на другие товары, ежели нам придётся заняться экономикой апокалипсиса.

Похоже, сегодня никто не спал — так много людей собралось в Зале собраний. Хозяин Горы, человек старой школы, ценил единение коллектива. Помещение было достаточным для всего коллектива компании «Горный Плюс» — хватало с запасом. Но, откровенно говоря, лучше бы Костя внутрь не заходил. Мысль об Оле, оставшейся одной в квартире, обожгла его.