Герман Марков.

Украина. Двойка по истории



скачать книгу бесплатно

Но украинизация продолжалась ударными темпами. Самая агрессивная фаза советской украинизации проходила под руководством главы Советской Украины Лазаря Кагановича. В результате этой жёсткой политики большевиков миллионы русских в Украине были превращены в украинцев, насмотря на сопротивление украинизации на местах. Простой русский народ на Украине, как мог сопротивлялся навязыванию сверху непонятного для них украинского языка и названия «украинец». Об этом свидетельствовал нарком просвещения УССР с 1922 г. Владимир Затонский (1878—1938): «Широкие украинские массы относились с… презрением к Украине… Не только рабочие, но и крестьяне, украинские крестьяне не терпели тогда «украинцев»… крестьяне писали нам: мы все чувствуем себя русскими и ненавидим немцев и украинцев и просим РСФСР, чтобы она присоединила нас к себе». Несмотря на это сопротивление и откровенный саботаж решений партии и правительства, таким способом из русского населения Малороссии был искусственно создан украинский народ. Михаил Смолин обоснованно отметил: «Именно большевики создали массового «украинца».

Украинский политолог и публицист Андрей Ваджра говорит: «Украина» это сугубо советский проект. Если бы не железная воля большевистской партии, ни «Украины», ни «украинцев» просто не было. Все эти годы Украина существовала за счет безумного и бездумного потребления тех материальных ресурсов, которые ей достались от Советского Союза и не полностью разорванных «союзных» связей с РФ».

То же касается и Белоруссии, белорусов и белорусского языка. Украинцев и белорусов просто не существовало, пока их не стали искусственно создавать. Понятия «Малая Русь», «Белая Русь», «Червоная Русь» обозначали лишь географические и исторические регионы. В Галицкой Руси жили галичане, на Волыни волыняне, на Смоленщине смоляне, в Белой Руси белорусы, но все они до недавнего времени считали себя русскими, такими же, как и в Московском царстве, которые делились на вятичей, новгородцев, суздальцев или ярославцев. Уже упоминавшийся русский религиозный философ Николай Онуфриевич Лосский (1870—1965) в очерке «Украинский и белорусский сепаратизм» писал: «…называние себя белорусом имеет географическое значение, а этнографически для белоруса естественно сознавать себя русским, гражданином России. Распространенные на западе Руси диалекты использовались только в устной речи. На мове можно было общаться на бытовые темы да песни петь. А писать на ней нужды не было никакой, ибо в делопроизводстве использовался литературный русский язык. На русском языке велось обучение в гимназиях и университетах. Не потому, что правительство не любило белорусов и белорусский язык, а потому что никакого белорусского языка не существовало». Это же мнение Н. Лосского справедливо и для украинцев и украинского языка.


Как постепенно происходило создание искусственной украинской нации описывает доктор исторических наук, член-корреспондент НАН Украины Алексей Петрович Толочко (род.1963), один из профессиональных украинских историков, которые не поддерживают веру в непогрешимость постулатов историографии Украины, принятых в капитальном труде «отца нации» М. С. Грушевского «История Украины-Руси», придерживаются классической историографии и даже осторожно (что очень предусмотрительно при поощряемой правительством бандеровской идеологии на Украине после 2014 г.) высказывают своё отрицательное отношение к этому труду.

В аннотации к работе профессора А. П. Толочко «Киевская Русь и Малороссия в XIX в.» указано: «На рубеже XVIII – XIX вв. мало кому пришло бы в голову, что такие разные регионы, как „казацкая“ Малороссия, „запорожская“ и „татарская“ Новороссия, „польские“ Волынь и Подолье и „австрийская“ Галиция имеют общую историю и заселены одним народом. Напротив, по все стороны „культурных границ“ считали, что на этом пространстве произошли (и продолжают происходить) разные истории. Пространство, которое сегодня называют Украиной, еще только предстояло „вообразить“ из разнородных элементов». [17]

И её сначала так умозрительно и представляли в виде «воображаемой географии» в головах украинофилов-интеллектуалов на протяжении практически всего XIX века и только в начале ХХ в. после революции 1917 г. и Гражданской войны эти представления, пройдя этап декларативных провозглашений никем не избранных, враждовавших между собой и не имевших власти в стране украинских правительств (Центральная Рада, УНР, Украинская Держава Скоропадского, петлюровская Директория) в конце концов усилиями большевиков приобрели реальную форму государства в виде Украинской ССР.


Теперь можно суммировать изложенные факты.

Главная идея «украинства» состояла в антирусской направленности. Украинцы – это не нация, образовавшаяся в результате естественного этногенеза, а так называемое «украинское движение» никогда не являлось этническим, это продукт политического проекта, сначала австро-венгерского правительства на территории Галиции, а в последние годы – инструмент западных (главным образом американских) так называемых «демократий» и планов их спецслужб по удушению России и разобщению русского мира.

Это становится ясным, если понять, что «украинство» присуще не всему народу Украины, а лишь националистам-галичанам, использующим презрительный термин «малороссы» (или «сходняки») для остальных своих сограждан, которых они считают «недоукраинцами». Следует отметить, что в украинском Майдане и «революции достоинства» 2014 г., направленных против России, под нажимом США (из лакейской «солидарности») приняли участие и правительства европейских стран даже в ущерб своим национальным интересам, что до их сознания с трудом начало доходить лишь спустя два года.


Украинцы, сначала как политическая партия, а не этническая общность, появляются на исторической сцене только в 90-х годах XIX в. в Австро-Венгрии. Затем постепенно понятие «украинец» из чисто политического начинает превращаться в признак этнической самоидентификации. Причиной появления термина «украинский народ» стала политическая конъюнктура, а именно необходимость противостояния России и русскому влиянию. Поэтому русофобия есть главная черта украинца с самого зарождения украинства. Открытая демонстрация ненависти к русским необходима самим украинским националистам для осознания себя неким сообществом, которое им нужно сплотить против врага с помощью ненависти, как новичков в банде преступников «повязывают кровью».

Украинские националисты-отщепенцы вновь в XXI в. пытаются разрушить тысячелетнее общерусское национальное единство, в упорной борьбе завоёванное нашими предками, столетиями собиравшими Русскую землю в мощное Русское государство. Под псевдопатритизмом своих лозунгов «украинство» галичан демонстрирует приверженность к западничеству, видя свой привычный идеал в польско-католическом мировоззрении, и стремлении к европейской, прежде всего польской культуре, католической церкви и немецкой государственности. Поэтому по своей сути «украинство» является дезинтегрирующим явлением православной цивилизации в целом, это национальная болезнь. В результате таких же инспирированных извне процессов в своё время появились хорваты и косовары – этнические сербы, предавшие православие и ставшие мусульманами-манкуртами. Такими же предателями своих предков и своих этнических русских корней являются воинствующие украинские националисты. Народная мудрость говорит, что народ, который не хранит верность своим предкам, обречён на вымирание. Украина с националистами у власти, презревшими свои этнические русские корни и открыто глумящимися над памятью своих отцов и дедов, боровшихся с фашистской чумой, обречена и её крах предсказуем, исходя из реального глубокого политического, экономического и социального кризиса после событий 2014—2017 гг.

Пропитанное преклонением перед «западной демократией», население бывшей Галиции, стремящееся вопреки экономической целесообразности в Евросоюз, противостоит желанию остальной (во всяком случае Юго-Восточной) Украины не рвать связи с Россией. Это не способствует общеукраинской консолидации, являющейся необходимым условием успешного развития общества и сохранения государства. Главная вина за это лежит на националистах, представляющих собой небольшой процент населения страны, но взявших на себя право диктовать всей стране свои идеи, не содержащие созидательных планов, а направленные лишь на отрицание и разрушение, к тому же приправленные неонацизмом, неприемлемым для подавляющего большинства населения.

В своё время общественный деятель Галиции И. И. Терех (1880—1942) в своей статье «Украинизация Галичины», написанной сразу после присоединения заподнорусских земель к СССР в 1939 г., отмечал: «Весь трагизм галицких „украинцев“ состоит в том, что они хотят присоединить „Великую Украину“, 35 миллионов, к маленькой „Западной Украине“… – 4 миллиона, то есть, выражаясь образно, хотят пришить кожух к гудзику (пуговице)». После евромайдана 2014 г. это маниакальное стремление галичан привело страну к трагедии общенациональной.


Заканчивая эту главу, можно подвести итоги и определить время первых попыток внедрить украинский язык в директивном порядке в Галиции в 1892 г., когда он начал официально насаждаться небольшой партией русинов-ренегатов, своего рода политической сектой. Ранее этого существовали лишь различные системы фонетического правописания, которые чуть ли не всякий украинофил выдумывал для себя сам. Широкого хождения они не имели, тем более, не получили официального признания.

Параллельно постепенно зарождался украинский национализм и началом его проявления следует считать русинские погромы в Галиции в 1914—1915 гг., затем последовало создание Организации Украинских националистов (ОУН) в 1929 г. и её преступления в период перед, во время Второй мировой войны и после неё.

Государство Украина было создано после гражданской войны в России в 1920—1922 гг. Украина в современных границах была скроена как лоскутное одеяло из разнородных кусков коммунистическими правителями Советского Союза и к ней затем были присоединены даже те земли, которые никогда в истории не считались малороссийскими (Южная Бессарабия, Закарпатье и Крым).

Впервые о появлении украинского народа было сделано заявление в политических целях депутатами Галицкого сейма в 1890 г., а затем в результате политической кампании властей было задекларировано в Австро-Венгрии в 1915 г. Но этот «народ» в то время состоял из небольшой кучки политических авантюристов и русинов-отступников в качестве новообращённых «украинцев». В то время в австро-венгерской Галиции большинство населения (до 80%) было русинское крестьянство. До этого наука в просвещённой Европе не знала такого этноса и не обратила внимание на это сообщение. Реально украинская нация начала создаваться усилиями советской власти во время насильственной «украинизации» русского населения Малороссии, но её консолидация, не завершённая до настоящего времени, вряд ли может рассматриваться реальной даже в перспективе из-за разной ментальности групп населения. Одновременно происходило становление современного украинского литературного языка, который директивно внедрялся в Украинской ССР советской властью в ходе «украинизации».


Вот так кучка авантюристов-украинофилов и маргинальная группа русинов, принявших по политическим мотивам «украинскую идею», после того, как в Галиции австро-венгерские власти в конце XIX в. начали из них выводить украинцев-мутантов как цыплят в инкубаторе, через несколько десятков лет превратилась в отдельную галицко-украинскую нацию, позиционирующую себя в качестве «передового революционного отряда». Она противопоставляет себя остальным жителям Украины, которых презрительно называет «сходняками» и «упряжным скотом». Галицкие националисты реально заявили о себе во время «оранжевой революции» 2004 г., в результате которой при поддержке Запада президентом Украины стал ставленник Госдепартамента США Виктор Ющенко. В результате так называемой «революции достоинства» 2014 г. к власти пришли галицкие националисты – последователи бандеровщины. То, что в этом участвовало не всё население Украины, а только её «революционная» галицкая часть, а большинство жителей остальной Украины не разделяют националистической идеологии «революционеров», свидетельствует о расколе населения на относительно небольшую часть воинствующих национал-фашистов, исповедующих бандеровскую идею «унитарной Украины», и остальных граждан Украины, не желающих иметь с ними ничего общего и жить вместе с ними в одной стране.

Таким образом создание украинского народа происходило в несколько этапов, но не завершено до сих пор. Вначале украинцев начали выводить в Галиции в конце XIX в. австро-венгерские власти. Миллионы русских в Украинской ССР превратили в украинцев в процессе советской украинизации в 20—30-е годы большевики. Роль советской власти в завершающем этапе процесса создания «украинца» огромна. А в ХХI в. националисты-бандеровцы вновь пытаются перекрестить в украинцев русское население страны, волею судеб оказавшееся после развала СССР в роли нацменьшинства в независимой Украине с националистическим правительством, декларирующим своей целью создание унитарного государства «только для украинцев». Они осуществляют геноцид миллионов русских, грубое подавление их права на родной язык и национальное самовыражение, не упуская случая продемонстрировать свою враждебность к России. Оголтелая русофобия и враждебность к России составляют главный стержень внутренней и внешней политики националистического правительства Украины XXI в., находящейся с 2014 г. под внешним управлением и исполняющей волю своих заокеанских хозяев.

* * *


Продолжение раздела 1.


Стр. 38. 2. Титульный лист летописи Самийла Величко. 1720 г. Летопись начинается словами: «Сказание о войне казацкой…». А дальше определена оcновная тема (Освободительная война под руководством Богдана Хмельницкого)…»

Недосказанность или намеренное умолчание – это характерный приём фальсификаторов истории. В данном случае на титульном листе летописи легко читаются русские слова «Сказание о войне казаков с поляками», а дальше идут слова о страданиях «от ига лядского» и помощи русского царя Алексея Михайловича. (Cм. Приложение 2). Но вместо исторической правды целью современных украинизаторов является формирование у школьников, даже младшего возраста, сознания, что «Украина – не Россия», и всё используется для такого, пока ещё мягкого идеологического воздействия. Здесь даже для характеристики войны применяется нейтральное определение «освободительная», но вместо недописанной фразы «против польского ига» подразумевается «против московского царства» (вероятно, предполагается, что это на уроке разъяснит учитель).


Стр. 47. «Название Украина впервые употреблено в летописи под 1187 г. по отношению к Киевщине, Переяславщине и Черниговщине. Оно происходит от слова страна, что значило родной край, страна, земля».

Происхождение названия «Украина» до сих пор вызывает споры, в основном связанные с тенденциозным подходом к определению его этимологии. Упоминаемая в учебнике летопись 1187 года – это Ипатьевская летопись, в которой упоминание этого названия приведено как «оукрайна» и связано с оплакиванием гибели переяславского князя Владимира Глебовича жителями окраинной территории Переяславского княжества, так называемой Посульской линии укреплений против набегов кочевников на границе с Диким Полем: «о нем же оукрайна много постона». Во-первых, распространение этого названия на Киевщину, Переяславщину и Черниговщину является произвольным и используется только «украинствующими» авторами.

Во-вторых, это же название используется в русских письменных источниках в значении «пограничные земли» без привязки к какому-либо региону, а также к районам, лежащим далеко от границ современной Украины (например, «псковская оукрайна», или совсем уж далёкая восточно-сибирская «даурская оукрайна» и т.п.) Слово «оукрайна» в значении «окраина» встречается в старинных хрониках довольно часто. Отбросить «О» и переделать первую букву на заглавную – дело пустяшное. Но это подлог!

В третьих, когда Южная Русь в составе Великого княжества Литовского в XVI в. вошла в Речь Посполитую, это же название использовали поляки для обозначения своих окраинных территорий. Польский историк Самуил Гронский писал: «Латинское margo (граница, рубеж) по-польски kraj, отсюда Украйна – как бы область, расположенная у края (польского) королевства». Такой смысл названия подтверждается тем, что «украИнниками» или «укрАинцами» называли и служилую польскую шляхту королевских административных органов на этих территориях.

Наконец, можно привести, как еще одно свидетельство, генеральную карту 1648 г. французского инженера Гийома Левассера де Боплана (1595—1673), выполненную по заказу короля Владислава IV и названную «Общий план безлюдных земель, обычно называемых Украйной, прилегающих к густо заселенным провинциям». И хотя во времена Богдана Хмельницкого название «Украйна» использовалось в рукописных источниках, разговорной речи и устном народном творчестве, оно не имело этнического оттенка, не распространялось на все южно-русские земли и не стало названием государства, а лишь географическим понятием, относящимся к территориям, подконтрольным Войску Запорожскому. В официальной переписке Б. Хмельницкого и последующих гетманов эти земли назывались «малороссийскими» или «укрАинными». Отсюда становится ясно, что этимология этого названия от украинского «країна» в смысле «страна», является позднейшей националистической спекуляцией и сознательным мифотворчеством, проникшим в школьные учебники по воле украинских властей, озабоченных насаждением в украинском обществе ксенофобских настроений, культивируемых в антисоветских и русофобских кругах украинской эмиграции.


Стр. 115. «Притеснения церкви, судопроизводства, образования, языка ощущало все украинское население». «…украинцы и в дальнейшем оставались на собственной земле бесправными».

Речь идет о XVI – XVII вв. под властью Польши. В те времена понятия «украинского населения» не существовало. Южно-русские земли Великого княжества Литовского, вошедшие в состав Речи Посполитой, были заселены православным этническим русским населением, которое называло себя русичами или русинами, а представители местной русской знати, перешедшей в католичество и претендовавшей на равное положение с поляками, именовали себя «русской шляхтой».


Стр. 115. «Историки называют эту войну Национально-освободительной. Возглавил Национально-освободительную войну Богдан Хмельницкий».

Если какие историки и называют так, то «прогнувшиеся» под националистов. По поводу определения «национально-освободительный» на этой странице и далее в тексте учебника см. мнение профессора Натальи Яковенко в комментарии к стр. 38.


Стр. 118. «Казацкое государство – Гетманщина, созданная в результате Национально-освободительной войны, – просуществовало больше 100 лет. В 1760—1780 гг. российские цари (тогда Гетманщина подпала под власть России) ликвидировали гетманство, а казацкие полки превратили в полки российской армии».

Автор учебника этими строками внедряет в детское сознание школьников, что после восстания Богдана Хмельницкого 1648 г. Гетманщина существовала как самостоятельное казацкое государство до 1760 г., пока не «попала под власть России». Современные украинские историки, идя в русле государственной националистической идеологии, насаждают неприязнь своих граждан к «поработившей» их России и трактуют Гетманщину как государство украинского народа. Это наглая ложь в первую очередь потому, что украинского народа ещё вообще не было как такового, а отдельные признаки устройства гетманского управления (как, например, наличие клейнодов разного состава и достоинства) были просто символами гетманской власти и не служат свидетельством государства. Украинское казацкое государство – это националистический миф.

На самом деле после Переяславской рады 1654 г. Войско Запорожское, присягнув на верность русскому царю Алексею Михайловичу, фактически находилось под юрисдикцией Российского государства и было отдельной провинцией Малороссией, которая сначала управлялась совместно гетманом и царскими воеводами, а позже Малороссийской коллегией вплоть до отмены института гетманов Войска Запорожского указом Екатерины II в 1764 г., а затем была разделена на малороссийские губернии.

Против стремления современных «украинствующих» историков представить государственный характер «казацкой державы Богдана Хмельницкого» и идеализировать её также, как и самого Хмельницкого – символического «борца за свободу Украины», выступает профессор Киево-Могилянской академии Наталия Яковенко. Она считает, что это была «сословная военная диктатура», представляющая собой вооружённое казачество в качестве политического ядра – «казацкого народа». (Н. Яковенко. «Между правдой и славой. К юбилею Богдана Хмельницкого». )

На самом деле признаки государственности Войска Запорожского существовали только ввиде гетманской булавы и наличии казачьей старшины. Обоснование ряда историков якобы непрерывности политической истории на территории Гетманщины не выдерживает критики в связи с отсутствием правящей династии. Выборность гетманов аналогична выборности главаря банды, как очередного лидера военной диктатуры. О таком же характере Гетманщины ещё в XIX в. писала русский историк Александра Яковлевна Ефименко (1848—1918): «Малороссия после своего освобождения от Польши представляла по типу своей социальной организации военный лагерь на демократической подкладке». [57]



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21