Что земля взяла

Геннадий Казанцев

Что земля взяла

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. НИЖНЯЯ ВОДА. Глава 1. Двадцать седьмое сентября

Вода была такая холодная, что руки переставали быть руками.

Егор держал лоток на весу, в струе, и качал — не кистями, кистями качают те, кто моет второй сезон, — качал всем корпусом, от поясницы, коротко и ровно, и серая муть уходила через борт длинным языком. Ручей тащил её вниз и растворял. Пальцы он не чувствовал с половины третьего.

В лотке оставалось всё меньше. Он сбросил гальку, догнал воду, качнул ещё, ещё, и на чёрной дорожке шлиха проступила знакомая ржавая рыжина — гранаты, магнетит, обычная улаганская дрянь. Ничего.

Он посмотрел ещё раз, наклонив лоток к свету. Свет уже был низкий, жёлтый, лежал вдоль долины плашмя, и в нём всё выглядело богаче, чем есть. Он это знал и делал поправку.

Ничего.

— Пусто, Гурьяныч, — сказал он не оборачиваясь.

— И слава богу, — отозвался Гурьяныч с террасы. — Было бы что — сидели бы тут до снега.

Гурьянычу было шестьдесят один, он возил партии с семьдесят четвёртого года и полагал, что любая находка — это лишняя работа. В чём-то он был прав.

Егор вылез из ручья, сел на камень и стал стаскивать сапоги. Носки были мокрые насквозь, хотя сапоги не текли. Так всегда: вода приходит сверху, по рукавам, по спине, неизвестно как, и к вечеру ты мокрый весь, а сапоги при этом целые.

Он вытряс носок, выжал, натянул обратно. Смысла в этом не было никакого, но так делают.

Стоял конец сентября. Лиственницы наверху уже взялись, но не совсем — рыжина шла пятнами, языками по склону, там, где солнце. Ниже, вдоль воды, оставалась зелень. Через неделю всё станет одного цвета, а ещё через две с этого места надо будет уезжать.