Читать книгу СКВОЗЬ ТЬМУ ВЕКОВ - (роман) (САМСОН ГЕЛХВИДЗЕ) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
СКВОЗЬ ТЬМУ ВЕКОВ - (роман)
СКВОЗЬ  ТЬМУ  ВЕКОВ - (роман)
Оценить:

4

Полная версия:

СКВОЗЬ ТЬМУ ВЕКОВ - (роман)

— С этим я согласен. Но и не всякий, кто называет себя верным царю, действительно верен стране.

Разговор закончился без ссоры, однако и без согласия. Когда гость покинул покои, Давид долго смотрел на закрывшуюся дверь. Он понимал, что не сможет одним приказом изменить привычки людей, которые десятилетиями жили по собственным правилам. Но ещё яснее он видел другое: если уступить каждому, кто потребует сохранить прежнее положение, то страна никогда не станет единой.

Вечером царь вышел во внутренний двор. Там, под старой стеной, сидел Гурам, которого Давид уже знал как человека наблюдательного и сдержанного. Воин поднялся при появлении царя.

— Ты сегодня долго разговаривал с князем, — сказал он.

— Ты слышал?

— Весть быстро разносится по дворцу.

— И что говорят?

— Одни считают, что ты был слишком мягок. Другие — что слишком строг. Кажется, каждый нашёл в твоих словах то, чего сам ожидал услышать.

Давид улыбнулся.

— Значит, я пока не научился говорить так, чтобы меня понимали одинаково.

— Возможно, дело не в словах, государь. Некоторые люди понимают только то, что им выгодно.

— А ты что думаешь, Гурам? Можно ли объединить тех, кто привык жить отдельно?

Воин немного помолчал.

— Можно собрать людей под одним знаменем. Но это ещё не значит, что они станут одним войском. Одни будут сражаться за царя, другие — за своего князя, третьи — только за собственную жизнь. Пока каждый думает лишь о своём, общего войска у нас не будет.

— И что же необходимо?

— Чтобы человек знал, за что он сражается. И чтобы видел: тот, кто стоит рядом с ним, не бросит его ради собственной выгоды.

Давид внимательно посмотрел на воина.

— Ты говоришь о доверии.

— О нём, государь. Его нельзя приказать. Но без него никакая сила долго не продержится.

Эти слова остались в памяти Давида. Он всё чаще убеждался, что восстановление страны начнётся не с громких побед, а с тяжёлой и почти незаметной работы: с возвращения доверия к царской власти, с восстановления порядка, с воспитания ответственности у тех, кто привык отвечать только за собственные владения.

Поздно ночью он снова раскрыл донесения. На одном листе были перечислены селения, оставленные жителями после очередного набега, на другом — сведения о крепости, где гарнизон давно не получал жалованья. В третьем говорилось о князе, который обещал прислать воинов, но до сих пор не выполнил обещания.

Давид отложил свиток и задумался. Перед ним лежала не просто карта владений. За каждым названием стояли люди, чьи дома могли быть сожжены, чьи дети могли остаться без отцов, чьи поля могли зарасти бурьяном. Для князей спор о привилегиях был вопросом власти, для царя же он всё чаще становился вопросом человеческой жизни.

Он понимал, что впереди его ждёт борьба не только с внешним врагом, но и с привычками собственного государства. И если он хотел изменить судьбу Грузии, ему предстояло найти людей, способных разделить с ним эту тяжёлую ответственность.

Глава десятая. Люди, на которых можно опереться

На следующий день Давид попросил подготовить для него список людей, служивших царскому дому в последние годы. Его интересовали не столько знатность и происхождение, сколько дела, которыми каждый мог подтвердить свою преданность. Он хотел знать, кто сохранял порядок в разорённых областях, кто защищал население во время набегов, кто не присваивал собранные налоги и кто продолжал выполнять обязанности даже тогда, когда царская власть почти не могла его поддержать.

Старый советник, которому поручили составить первоначальный список, отнёсся к этому распоряжению с осторожностью.

— Государь, — сказал он, явившись с несколькими свитками, — я понимаю твоё желание найти надёжных людей. Но не следует забывать, что служба государству редко бывает бескорыстной. У каждого есть семья, владения, обязательства перед родом.

— Я и не ищу людей без собственных интересов, — ответил Давид. — Я ищу тех, кто способен поставить общее дело выше личной выгоды, когда этого требует положение страны.

— Таких немного.

— Тогда тем важнее их найти.

Советник развернул список.

— Здесь люди из разных областей. Некоторые служили ещё твоему деду. Есть молодые военачальники, есть управляющие, есть представители духовенства. Но я не поручился бы за каждого.

— И не нужно. Я не прошу тебя поручаться. Я прошу рассказать, что ты знаешь о каждом.

Они провели за разговором почти весь день. Советник вспоминал поступки людей, их прежние заслуги и ошибки, рассказывал о тех, кто пользовался уважением среди воинов, и о тех, чьё имя произносили с опаской. Давид внимательно слушал, задавал вопросы, иногда возвращался к одному и тому же человеку, желая понять, не противоречат ли друг другу полученные сведения.

Особенно его заинтересовал молодой военачальник из западных областей, который после одного из набегов сумел собрать рассеявшихся жителей нескольких селений, организовал охрану дорог и восстановил связь между местными укреплениями. При этом он не принадлежал к одному из наиболее могущественных родов и не имел влиятельных покровителей.

— Почему о нём так мало говорят? — спросил Давид.

— Потому что он не стремится быть замеченным, — ответил советник. — Работает там, где ему поручено, и не вмешивается в дела тех, кто стоит выше него.

— А почему он до сих пор не служит при царском дворе?

— Возможно, его не приглашали.

Давид задумался.

— Пригласите его. Я хочу поговорить с ним лично.

Вскоре молодой военачальник прибыл в Кутаиси. Его звали Арсен. Он был не слишком высок ростом, говорил спокойно и держался без подобострастия, но и без той самоуверенности, которую Давид нередко замечал у людей, привыкших к близости знатных покровителей.

Царь принял его без большой свиты.

— Мне рассказали о твоей службе в западных областях, — начал Давид. — Говорят, ты помог восстановить охрану дорог и собрал людей после набега.

— Мы сделали то, что могли, государь.

— Почему ты говоришь «мы»? Ведь в донесении указано твоё имя.

— Потому что один человек не восстановит дорогу и не защитит селение. Мне помогали местные жители, несколько воинов и священник из соседнего монастыря. Если бы они не поддержали меня, ничего бы не вышло.

— А ты сам? Что заставило тебя взяться за это дело?

Арсен немного помолчал.

— Я видел, как люди уходят из своих домов. Некоторые возвращались, но находили только обугленные стены. Другие боялись даже приблизиться к прежним селениям. Я подумал, что если никто не возьмётся за охрану дорог, то вскоре там вообще некому будет жить.

— Ты мог потерять людей.

— Мог.

— И всё же продолжал?

— Если бы мы отступили, они потеряли бы ещё больше.

Давид внимательно посмотрел на него.

— Ты считаешь себя верным царю?

Арсен не поспешил с ответом.

— Я считаю себя верным Грузии, государь. А царю я готов служить постольку, поскольку он служит ей.

Советник, присутствовавший при разговоре, заметно напрягся. Подобная откровенность могла показаться дерзостью, однако Давид не рассердился.

— Значит, ты не станешь исполнять мой приказ, если сочтёшь его вредным для страны?

— Я сначала постараюсь понять, почему ты его отдал. Но если увижу, что он действительно причинит вред, то обязан буду сказать тебе об этом.

— Даже если это будет неприятно?

— Особенно тогда.

Давид некоторое время молчал, затем спросил:

— А если после этого я всё равно прикажу исполнить его?

— Тогда я должен буду решить, могу ли продолжать службу. Но не стану притворяться, будто считаю правильным то, что считаю неправильным.

Советник уже собирался вмешаться, однако царь остановил его взглядом.

— Хорошо, Арсен. Мне нужны люди, которые не боятся говорить правду. Но помни: несогласие не освобождает от ответственности. Если ты считаешь приказ ошибочным, ты должен объяснить почему и предложить иной путь. Одних возражений недостаточно.

— Я понимаю, государь.

— Ты готов служить там, где я сочту необходимым?

— Если речь идёт о защите страны, готов.

— Тогда останься в Кутаиси. Мне предстоит поручить тебе дело, которое потребует терпения не меньше, чем храбрости.

После ухода Арсена советник обратился к царю:

— Ты уверен, что такой человек не станет со временем опасным? Он слишком свободно рассуждает о царской власти.

— А разве опасен человек, который способен возразить, не скрывая своих доводов?

— Для слабого правителя — безусловно.

— Значит, мне следует постараться не быть слабым.

Старик посмотрел на Давида и впервые за долгое время улыбнулся.

— Ты начинаешь понимать, государь, что власть состоит не только из приказов.

— Я начинаю понимать, что приказ, который никто не хочет исполнять, мало чего стоит.

В последующие недели царь продолжил встречи с людьми, чьи имена появлялись в донесениях. Не все они производили хорошее впечатление. Некоторые преувеличивали собственные заслуги, другие пытались использовать расположение молодого царя для сведения старых счётов. Были и такие, кто говорил правильные слова, но при первом же вопросе о конкретных обязанностях начинал ссылаться на обстоятельства.

Давид постепенно учился отличать искреннюю преданность от искусной лести. Он не торопился раздавать высокие должности и не стремился окружить себя только молодыми людьми, разделявшими его взгляды. Среди тех, кому он доверял, оставались и опытные советники, и военачальники старшего поколения. Он понимал, что государству необходимы не одинаковые люди, а люди, способные дополнять друг друга.

Однажды вечером Арсен встретил во дворе Гурама. Они прежде не были знакомы, но оба знали, что царь начал поручать им отдельные задания.

— Ты давно служишь при дворе? — спросил Арсен.

— Достаточно давно, чтобы понять, что дворцовая служба не всегда похожа на настоящую службу.

— А какая разница?

— Здесь иногда важнее знать, кому поклониться, чем знать, как защитить человека за стенами дворца.

Арсен усмехнулся.

— Надеюсь, царь сумеет изменить это.

— Он пытается. Но одного желания недостаточно.

— Ты ему доверяешь?

Гурам посмотрел на окна царских покоев.

— Я видел, как он слушает людей. Не перебивает, не торопится с ответом, не обещает того, чего не может выполнить. Это хорошее начало. Но доверие проверяется не разговорами. Оно проверяется тогда, когда становится опасно.

— Значит, нам ещё предстоит многое увидеть.

— Нам всем, — ответил Гурам.

Вскоре Давид поручил им совместно изучить положение нескольких укреплений и дорог, по которым в случае войны должны были передвигаться царские отряды. Работа оказалась нелёгкой. В одних местах не хватало людей, в других — оружия и припасов. Некоторые укрепления числились исправными только в старых отчётах, хотя на деле нуждались в ремонте. Местные управляющие нередко объясняли недостатки нехваткой средств, но не всегда могли показать, куда именно были израсходованы собранные доходы.

Арсен предлагал начать с восстановления наиболее важных дорог и укреплений, Гурам настаивал на том, что прежде необходимо определить, какие из них действительно можно удерживать в случае нападения. Между ними возникали споры, но оба постепенно привыкали к тому, что их мнение не обязано совпадать.

Когда они представили царю первые результаты работы, Давид долго изучал записи.

— Вы предлагаете отказаться от содержания двух малых укреплений, — сказал он.

— Они не имеют достаточного значения, государь, — ответил Арсен. — Их гарнизоны слишком малы, а снабжение обходится дорого. Лучше укрепить дорогу и сосредоточить людей там, где они смогут принести больше пользы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

bannerbanner