Практика выживания хищника

И вышла.

На улице, припаркованный в стороне от основного потока, стоял неприметный тёмный внедорожник. За рулём — Ян. Он кивнул ей, когда она села на пассажирское сиденье. В салоне пахло кожей, кофе и едва уловимым, холодным ароматом силы — его силой.

— Пристегнись, — сказал он, включая передачу. — Едем за город. Она не любит городскую суету.

Машина тронулась, увозя её из спального района в неизвестность. Крис смотрела в окно на мелькающие серые дома и думала, что теперь у неё не просто есть наставник. У неё, оказывается, появилась и семья. Правда, какая-то очень уж своеобразная. И знакомство с ней, скорее всего, будет больше похоже на экзамен на выживание, чем на чаепитие.

Машина миновала городскую черту, и серые массивы панелек сменились промозглыми полями и островками леса. Тишина в салоне была густой, насыщенной невысказанной. Крис смотрела на мелькающие за окном голые деревья, её мысли крутились вокруг той самой полки в холодильнике, тёплой крови в стакане, новых, чудовищных правил её жизни.

И вдруг в памяти всплыло что-то, крошечное, почти забытое в хаосе последних дней. Голос Яна, первый день в больнице. Столкновение в коридоре. Его шок, его шёпот, пробивающий шум суеты: «Софья?..»

Она повернула голову к нему. Он смотрел на дорогу, его профиль был непроницаемым.

— Ян.

— М-м?

— Кто такая Софья?

Он не ответил сразу. Машина ровно проехала ещё метров двести. Потом он медленно повернул к ней лицо. В его глазах не было ни гнева, ни удивления. Было что-то иное — усталая, холодная пустота, как у врача, который слишком часто видел один и тот же смертельный диагноз.

— Что? — переспросил он, но вопрос был риторическим. Он понял.

— В тот первый день, в больнице. Когда я... врезалась в тебя в коридоре. Ты посмотрел на меня и сказал это имя. «Софья». — Она вспомнила тот момент с противоестественной чёткостью: его широко открытые глаза, шок, на миг стёрший с его лица все маски. — Кто она?

Он вернул взгляд на дорогу, сжал руль чуть сильнее. Суставы его пальцев побелели.

— Моя жена, — сказал он ровно. И после паузы, отрезая всякие надежды: — Бывшая.

Слова повисли в воздухе, тяжёлые, как свинец. Крис почувствовала, как в её новом, холодном теле пробежала странная, человеческая дрожь.

— Что... что случилось? — прошептала она, уже ненавидя себя за этот вопрос, но не в силах остановиться.

Он не смотрел на неё. Говорил в лобовое стекло, в уходящую вдаль ленту асфальта.

— Я её убил.

Тишина. Грохочущая, абсолютная. Даже шум двигателя куда-то отступил. Крис замерла, не в силах вымолвить ни звука. Он убил её. Свою жену. Ту, которую обратил.

— Она потеряла контроль, — добавил он тем же ровным, безжизненным тоном, как будто делал запись в медицинской карте. Больше ничего. Не «она сошла с ума», не «она напала на людей». Просто: потеряла контроль. И он... устранил угрозу. Исправил свою ошибку.