Две цивилизации. Избранные статьи и фрагменты

61

Л. Бинфорд и К. Фланнери обращают внимание на рост плотности населения как важнейший фактор перехода к оседлому сельскому хозяйству. См.: Binford L. R. Post-Pleistosene Adaptations.

62

Бернал Д. Д. Наука в истории общества. С. 42.

63

О социальной организации охотников-собирателей см., например: Lee R. B., Daly R. The Cambridge Encyclopedia of Hunters and Gatherers. Cambridge: Cambridge University Press, 1999.

64

Степень мобильности и стационарности поселений обществ охотников-собирателей менялась под влиянием динамики окружающей среды: их стоянки во время массовой охоты на крупных животных (носорогов, овцебыков, мамонтов) были более стационарными. С переходом к охоте на более мелкую дичь образ жизни становился более мобильным.

65

О роли реципрокных отношений в доаграрном и раннеаграрном обществах см.: Malinowski B. Crime and Custom in Savage Society. Paterson New Jersey: Littlefield, Adams and Co., 1959; Benedict R. Patterns of Culture. Boston: Houghton Mifflin Company, 1959; Mead M. (ed.) Cooperation and Competition among Primitive Peoples. New York; London: McGraw-Hill Book Co., 1937.

66

«Охотник, чья стрела первой попала в животное, получает половину шкуры и внутренности и, сверх того, имеет право любую половину шкуры отдать сотоварищу по охоте. Тот, чья стрела была второй, имеет право на пузырь…» (Островитянов К. В. Политическая экономия досоциалистических формаций: Избр. произв. Т. 1. М.: Наука, 1972. С. 161).

67

«Всеобщая бедность утверждает и всеобщее равенство; превосходство возраста или личных качеств является слабым, но единственным основанием власти и подчинения» (см.: Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. Т. 2. М.; Л.: Гос. социально-экономическое изд-во, 1931. С. 304–305).

68

См.: Першиц А. И., Семенов Ю. И., Шнирельман В. А. Война и мир в ранней истории человечества. Т. 1. У истоков войны и мира. М.: РАН; Институт этнологии и антропологии, 1994. С. 99–100.

69

См.: Шнирельман В. А. Возникновение производящего хозяйства. М.: Наука, 1989. С. 370.

70

О связи перехода к оседлому земледелию с формированием упорядоченных отношений собственности см.: North D. C. Economic Growth: What Have We Learned from the Past? // International organization, national policies and economic development. Carnegie-Rochester Conference Series on Public Policy. Vol. 6 / Ed. by K. Brunner, A. N. Meltzer. Amsterdam: North-Holland Publishing Company, 1977. P. 158–159.

71

Характерная черта протогосударства – отсутствие упорядоченной системы налогообложения. См.: Васильев Л. С. Проблемы генезиса китайского государства. М.: Наука, 1983. С. 32–49.

72

«Возле больших рек контроль за средствами пропитания неизбежно переходит к тем, кто контролирует саму реку. Здесь централизованное правительство возникает рано, потому что контролирующий воду контролирует людей» (Landes D. S. The Wealth and Poverty of Nations. Why Some are So Rich and Some So Poor. New York; London: W. W. Norton & Company, 1999. P. 18).

73

Witfogel K. A. Oriental Despotism. A Comparative Study of Total Power. New Haven: Yale University Press, 1957. P. 2–3.

74

У. Ньюком обращает внимание на то, что масштабные войны были следствием перехода от присваивающего хозяйства к производящему. Именно на этом этапе война становится способом приобретения экономических выгод. См.: Newcomb W. W. Towards an Understanding of War // Essays in the Science of Culture. In Honor of L. A. White / Dole E. G., Carneiro R. L. New York: Y. Cromwell Company, 1960. P. 329.

75

«Если топор одно из важнейших орудий подсечного земледелия – обычная принадлежность мужских погребений, то столь же обычной принадлежностью женских погребений являются мотыга и серп» (История первобытного общества. Ч. 2 / Ред. В. И. Равдоникас. Л.: Изд-во Ленингр. Гос. Ордена Ленина университета, 1947. С. 79).

76

«Земледелие даже на самой низшей ступени развития предполагает поселение и некоторое постоянное обиталище, которое не может быть оставлено без большой потери». См.: Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. Т. 2. С. 287.

77

«Богатство соседей возбуждает жадность народов, у которых приобретение богатства оказывается уже одной из важнейших жизненных целей. Они варвары, грабеж им кажется более легким и даже более почетным, чем созидательный труд. Война, которую раньше вели только для того, чтобы отомстить за нападения, или для того, чтобы расширить территорию, ставшую недостаточной, ведется теперь только ради грабежа, становится постоянным промыслом» (Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2‑е изд. Т. 21. М.: Гос. изд-во политической литературы, 1961. С. 164).

78

Э. Геллнер отмечает, что для населения всех оседлых аграрных цивилизаций характерно расслоение – на тех, кто сражается, тех, кто молится, и тех, кто работает (Gellner E. P. Book and Sword: The Structure of Human History. London: Collins Harvill, 1988. P. 277). Дж. Хикс пишет: «Почему, спрашивается, невозможна самозащита на основе кооперации самих крестьян? Иногда возможна, но обычно неэффективна, потому что и здесь, как это часто бывает, преимущество дает разделение труда. Хотя бы зачатки постоянной армии в виде наемников делают оборону наиболее эффективной» (Hicks J. A. Theory of Economic History. London etc.: Oxford University Press, 1969. P. 102). О попытках объяснить функции крестьянина и воина в Китае времен династии Сун и в Византии периода Ираклийской династии см.: Elvin M. The Pattern of Chinese Past. Stanford California: Stanford University Press, 1973. P. 54.

79

Об изъятии оружия у частных лиц см.: История древнего мира / Ред. И. М. Дьяконов, В. Д. Неронова, И. С. Свенцицкая. Т. 2: Расцвет древних обществ. М.: Главная редакция восточной литературы, 1983. С. 501.

80

В. Алекшин связывает начало войн именно со скотоводческим хозяйством, поскольку у ранних земледельцев насилие встречалось крайне редко. См.: Алекшин В. А. Социальная структура и погребальный обряд древнеземледельческих обществ. Л.: Наука, 1986. С. 172.

81

Блок М. Феодальное общество. М.: Изд-во им. Сабашниковых, 2003. С. 61.

82

История формирования централизованного государства в Египте известна нам по источникам гораздо хуже, чем история формирования подобного государства в Междуречье. И все же имеющиеся данные позволяют предположить, что этот процесс был связан с завоеванием страны кочевниками, пришедшими с юга. См.: McNeill W. H. The Rise of the West. A History of the Human Community with a Retrospective Essay. Chicago-London: The University of Chicago Press, 1991. P. 32.

83

Пример налоговой политики, проводимой иноэтнической элитой на завоеванных территориях, – дань, которой облагали покоренные народы монголы.

84

В горных районах охота вытесняется не столько земледелием, сколько перегонным скотоводством. См.: Северный Кавказ в древности и в Средние века / Ред. В. И. Марковин. М.: Наука, 1980. С. 12. Преобладание скотоводства над другими видами хозяйства отмечалось, например, всеми наблюдателями, побывавшими в горном Карачае. «Они большей частью занимаются скотоводством, имеют значительные табуны превосходной породы лошадей. Хлебопашество у них неважно, но достаточно для их нужд», – свидетельствует П. Зубов (Картина кавказского края, принадлежащего России и сопредельных оному земель; в историческом, статистическом, и этнографическом, финансовом и торговом отношениях. Ч. 3. СПб.: Тип. К. Вингебера, 1835. С. 134). «Но зато скотоводство развито довольно хорошо и составляет все их богатство», – сообщалось о карачаевцах в военно-статистическом описании Ставропольской губернии (Невская В. П. Социально-экономическое развитие Карачая в XIX веке (дореформенный период). Черкесск: Карачаево-Черкесское кн. изд-во, 1960. С. 24).

85

«Кочевники после зимы проведенной в… степях, где в это время года их стада находят себе пропитание в изобилии, в первые дни мая поднимаются в горы и взбираются выше и выше, в зависимости от увеличения летней температуры. Они находят в горах свежую траву для своих стад, прозрачную воду для питья и наслаждаются приятным климатом. К концу августа, когда в высокогорных долинах начинает чувствоваться холод, кочевники начинают движение назад, они начинают спускаться вниз, чтобы к октябрю, когда горы покрываются снегом, вернуться в свои степи, где они зимуют. Это наблюдение показывает, что закавказских кочевников невозможно приучить к оседлой жизни и что местные условия заставляют их жить в горах летом, когда невозможно жить на равнине, а зимой, когда равнины превращаются в отличные пастбища, они занимают берега Куры и западного побережья Каспийского моря. Кроме того, в этих местах слишком мало пахотных земель для того, чтобы прокормить то количество кочевников, которые здесь обитают» (Бларамберг И. Историческое, топографическое, статистическое, этнографическое и военное описание Кавказа. Нальчик, 1999. С. 27).

86

О сочетании оседлой жизни большей части населения с сезонной миграцией пастухов см.: История народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVIII в. / Ред. Б. Б. Пиотровский. М.: Наука, 1988. С. 158–159. Эти формы производственной подвижности пастушеских групп сохраняются и теперь среди обитателей многих горных областей (на Пиренейском полуострове, в Альпах, в Карпатах, на Кавказе). См.: Чебоксаров Н. Н. Традиционные культуры народов мира. Страны и народы, Земля и человечество. Общий обзор. М., 1978. С. 289.

87

О преобладании вольных крестьян-горцев в составе населения Черкесии см. свидетельство Хан-Гирея 40‑х годов XIX века (Покровский М. В. Адыгейские племена в конце XVIII – первой половине XIX века // Кавказский этнографический сборник II. М.: Изд-во восточной литературы, 1958. С. 140). Об отсутствии сословной стратификации в горных районах Чечни в середине XIX века см.: Ипполитов А. П. Этнографические очерки Аргунского округа (с тремя рисунками) // Сб. сведений о кавказских горцах. Вып. 1. Тифлис, 1869. С. 5, 43–44.

88

О характерных чертах социально-экономической организации черногорского общества см.: История южных и западных славян. М., 1979. С. 130–131, 240–241; Петрович Р. Племя кучи 1684–1796. Белград, 1981. С. 32–37. П. Равинский, автор фундаментальной работы по истории Черногории, цитирует один из дошедших до нас документов, характеризующий отношение черногорцев к свободе: «Мы не желаем поступать в подданнические отношения и будем защищать свободу, завещанную нам в наследство нашими предками, до последней крайности. Готовые скорее умереть с саблею в руке, чем сделаться низкими рабами какого бы то ни было государства». Он же обращает внимание на сходство борьбы за независимость черногорцев и швейцарских горцев (Равинский П. Черногория в ее прошлом и настоящем. СПб., 1888. С. 333). Наблюдатели обращали внимание на отсутствие государственности на Северном Кавказе, привычку северокавказских народов к свободе, необычную для аграрного мира. См.: Бэрзэдж Н. Изгнания черкесов (причины и последствия). Майкоп, 1996. С. 84–86.

89

«В целом в Евразии переход к производящему хозяйству шел через создание комплексных сообществ, включающих земледелие и разведение скота, и оседлый образ жизни. Лишь постепенно в ряде приспособленных для интенсивного образа жизни регионов усиливается специализация на скотоводстве, происходит переход к кочевничеству» (Cosmo M. Ancient China and its Enemies. The Rise of Nomadic Power on East Asian History. Cambridge: Cambridge University Press, 2002. P. 22–24).

90

Наиболее ранние документы, сообщающие о верховой езде на лошадях, происходят из Передней Азии и относятся к первой половине 2‑го тысячелетия до н. э. См.: Ковалевская В. Конь и всадник. Пути и судьбы. М., 1977. С. 35–36. Транспортное использование верблюдов, по дошедшим до нас данным, начинается с конца 3‑го тысячелетия до н. э. См.: Bulliet R. W. The Camel and the Will. Cambridge, Mass.: Harvard University Press Cambridge, 1975. P. 66–67.

91

О распространении кочевой животноводческой культуры в Евразии от Маньчжурии до Дуная со 2‑го тысячелетия см.: Cosmo N. Ancient China and its Enemies. P. 14. Историки делают различие между народами, ведущими собственное кочевое хозяйство, где со стадами мигрирует все население, и пастушескими народами, в которых со стадами мигрируют пастухи, а остальная часть сообщества живет оседло. С точки зрения характеристик кочевого общества это различие не имеет принципиального значения. И там, и там основные производственные и военные функции слиты воедино. См.: Першиц А. И. Война и мир в ранней истории человечества. Т. 2. М.: Институт этнологии и антропологии РАН, 1994. С. 132.

92

Термин «шелковый путь» был введен в научный оборот немецким географом Фердинандом фон Рихтхофеном в его работе, опубликованной в 1877 году: так автор назвал связи Востока и Запада, шедшие через степи Евразии (Richthofen F. China. Ergebnisse eigener Reisen und darauf gegrundeter Studien. Bd. 1–5. Berlin: D. Reimer, 1877–1912). Современные исследователи время начала торговли по «шелковому пути» относят к 1‑му тысячелетию до н. э. См.: Лубо-Лесниченко Е. Китай на «шелковом пути». М.: Наука, 1994. С. 5.

93

Lewis B. The Fraps in History. New York; Melbourne: London-Hutchinsons University Library, 1950. P. 34–35.

94

После монгольских завоеваний в Китае, Средней Азии, на Ближнем Востоке, в России караванная торговля между Передней Азией и Китаем получила развитие, которого никогда не имела – ни раньше, ни после этого периода. См.: Бартольд В. В. Культура мусульманства. М.: Леном, 1988. С. 90.

95

Беляев Е. А. Арабы, ислам и арабский халифат. М.: Главная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1966. С. 6–9. О роли Мекки в системе караванной торговли на Ближнем Востоке и специфике ее политической организации как аристократической торговли республики см.: Simonsen J. B. Mecca and Medina City-State or Arab Caravan-Cities? / A Comparative Study of Thirty City-State Cultures / Ed. by M. H. Hansen. Copenhagen: The Royal Danish Academy of Sciences and Letters. P. 241–249.

96

Бартольд В. В. Культура мусульманства. С. 29–31.

97

Кочевники не любят стационарности. Они считают ее признаком уязвимости, потенциального рабства. У татар существует поговорка: «Чтоб тебе, как христианину, оставаться на одном месте» (Меховский М. Трактат о двух Сарматиях. М., 1973. С. 213).

98

О связи специфики социальной организации кочевого скотоводства с большей мобильностью и меньшей уязвимостью тех, кто им занимается, по сравнению с жителями аграрных цивилизаций см.: Gellner E. Muslim Society. Cambridge; London; New York: Cambridge University Press, 1981. P. 20. Г. Марков обращает внимание на то, что в отличие от аграрных обществ, где формирование государственных институтов является неизбежным феноменом, для пастухов-кочевников периоды «общинно-кочевого» и «военно-кочевого» строя, формирования и распада государственных образований регулярно сменяют друг друга (Марков Г. Е. Кочевники Азии. Структура хозяйства и общественной организации. М., 1976).

99

Khaldun Ibn. The Muggadiman. An Introduction to History. In Three Volumes. Vol. I. London: Routledge & Kegan Paul, 1958. P. 250, 257–258, 282, 305.

100

Ф. Энгельс недооценивал специфическую часть экономического развития и способности к организации насилия. В этом одна из причин его серьезных ошибок в понимании логики развития докапиталистических обществ. См.: Энгельс Ф. Анти-Дюринг // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2‑е изд. Т. 20. М.: Гос. изд-во политической литературы, 1961. С. 33–338.

101

Военные преимущества, которые создавал в евразийской степи кочевой образ жизни, мобильность вовлеченных в него сообществ, совмещение ролей кочевника-скотовода и воина сами были фактором, побуждающим расселенное здесь оседлое население переходить к кочевому скотоводству. См.: Gryaznov M. P. The Ancient Civilization of Southern Siberia. New York: Cowles Book Co., 1969. P. 131–132.

102

О массовом вторжении кочевников, отраженном в ассирийских источниках VIII века до н. э., см.: McNeill W. N. The Rise of the West. P. 237.

103

Блок М. Феодальное общество. С. 61.

104

Jones E. L. The Real Question about China: Why the Song Economic Achievement not Repeated? / Australian Economic History Review. 1990. Vol. 30. № 2. P 5–7.

105

Бродель Ф. Материальная цивилизация, экономика и капитализм, XV–XVIII вв. Т. 2. С. 610.

106

Типичный пример такого развития событий – ханство Улус Чагатая в XIII веке н. э. Здесь и после завоевания степняки вместо введения регулярной системы налогообложения нередко взимали с покоренных среднеазиатских городов единовременные выкупы за отказ от осады городов и грабежей сельского населения. См.: Kwanten L. A. History of Central Asia 500–1500. Imperial Nomads. University of Pennsylvania Press, 1979. P. 172.

107

Конрад Н. И. Избранные труды. История. М.: Наука, 1974. С. 424.

108

Boyle J. A. (ed.) The History of Iran. Vol. 5. The Socio-Economic Condition of Iran Under the Il-Khans. Cambridge: Cambridge University Press, 1968. P. 49.