Внебрачный подарок правителя

– Я... – растерянно оглянулся по сторонам казначей, – думал, во всём кроется какой-то сложный замысел и мне найдётся место в рядах ваших подданных?

– О, дружочек мой, вы замахнулись слишком высоко. Камень не сдвинет гору, а вода, раз за разом, год за годом, подмывая грунт, сможет разрушить скалистую породу, если природе так заблагорассудится. Вы – камень, а я – вода.

Он поднял вверх руку и показал свою находку с побережья Ошпинского моря, которую перед тем сжимал в ладони с такой силой, словно пытался выжать влагу.

– Не понимаю, – нахмурился казначей по имени Михар. Тихий шорох раздался за его спиной.

Сделав знак свободной рукой, будто смахивает крошку с плеча, граф отдал тайный приказ своему человеку – тот вышел из-за высокого куста жасмина, в несколько шагов приблизился и одним ловким движением стиснул свою жертву, собираясь в считанные мгновения свернуть ей шею.

– Стой. Я слышу свист.

Граф повернул голову вбок. Звук, похожий на щебет птицы, в самом деле раздался издалека.

– У слухаря срочные вести, – задумчиво произнёс Робен, перекладывая между пальцами маленький плоский тёмно-серый камень с белыми прожилками, обточенный водой до безупречно гладкой округлой формы. – Подождём его и после решим.

– М-м-м, – промычал казначей, опомнившись. Он попытался вырваться из захвата, но наёмник Робена держал крепко. Высокий верзила с чёрной повязкой на правом глазу стоял за его спиной.

– Дай ему сказать. Но если закричит – убей.

– Ты же не будешь кричать? – хрипло спросил наёмник.

Казначей нервно затряс головой в знак согласия. Секунда, и он получил возможность говорить:

– Я сделаю всё, что вы мне прикажете. Мне не нужно платить... Я...

– Люди предают, и ты – не исключение. Сегодня ты верен, а завтра найдёшь нового господина и разболтаешь обо всём, что тебе известно, лишь бы сохранить себе жизнь.

– Но...

– Заткни ему рот, – недовольно бросил граф, пристально глядя на марионетку, чья жизнь вот-вот подойдёт к концу. – В конечном итоге я уже пообещал твоё место другому преданному мне человеку, который поистине заслужил повышение за все свои деяния.

– М-м! – промычал казначей, когда наёмник вновь закрыл ему рот ладонью. Глаза Михара выпучились, а лицо покраснело.

– Не убей его пока, пусть дышит, – приказал Робен Дофе Чезарио. – Прежде чем я отдам приказ, нужно удостовериться, что мои расчёты верны и его жизнь действительно уже ничего не стоит.

«К тому же, надо ведь на кого-то взвалить вину за кражу золота из королевской сокровищницы, – подумал граф, поджав губы. – Можно было бы обвинить кронпринца, но Михар слишком слаб духом и разболтает все секреты, которые только знает или думает, что знает, едва ему покажут раскалённую кочергу».

Чёрный камень быстро заскользил между пальцами, когда его хозяин вновь крепко призадумался.

– Я здесь, – прозвучал шёпот совсем рядом.

Не оборачиваясь, граф понял – слухарь стоит за кустом намеренно, чтобы казначей и верзила его не видели.

– Что за срочность?

– Кроме меня там был ещё один, чей – не знаю. Кто-то из верхушки тоже хочет знать планы кронпринца. Он задумал взять в жёны ту, падшую женщину.

– И это всё?

– Мастер Витген дал ему совет, – послышалось совсем тихо. – Мне озвучить при всех?

Цыкнув, граф снова сделал знак наёмнику, и в следующий миг послышался хруст ломаемых шейных позвонков – бывший казначей обвис в руках крупного одноглазого верзилы.

– Унеси его и оставь нас одних.

Преданный и смышлёный наёмник лишних вопросов задавать не стал. Ранее он уже получил инструкции вернуть тело казначея в его рабочий кабинет. Стража в той части здания будет отсутствовать ещё четверть часа. Поэтому ему удастся беспрепятственно выполнить свою работу, как и было велено хозяином.

Когда же звук волочения тяжести по земле затих и раздался скрип закрываемой двери, граф обернулся к кусту жасмина и позвал:

– Покажись наконец.

Молодой слуга обошёл высокую преграду и предстал перед господином.

– Какой совет?

– Пересказываю дословно: «Не ищи Михара, его участь предрешена. Консорт уже давно хочет свалить на него вину за воровство из сокровищницы и поставить своего человека. Повезёт, если тебя не обвинят в соучастии».

– Старый болван, – проворчал граф, прибавляя в уме: – «Хоть и невежда, а видит меня насквозь. Я столько времени потратил, чтобы убрать с пути одну надоедливую мошку. А всё без толку».

– Что прикажете делать? – покорно склонив голову, спросил слуга. – Я в вашем распоряжении.

«Старик мне мешает, – подумал граф Ренстон. – И любовница наследника тоже. Как бы обстряпать так, чтобы одновременно убрать их с моего пути, не вызвав подозрения у Осы?»