Духовные. Начало Пути

Зайдя в гостиную-спальню, Стиви подсел к новичку и добродушно боднул его локтем в плечо.

– Чего ты такой напряженный? Тебя как будто в тюрьму к маньякам посадили, – он рассмеялся.

Остальные его поддержали, однако Данил, почему-то недовольно нахмурив брови, даже не улыбнулся.

– Интересно, какая муха его укусила?

– Все хорошо, – ответил Игорь вслух.

С трудом разжав затекшие пальцы, судорожно сжимавшие рукоять сабли, юноша положил оружие рядом со своим рюкзаком.

– Ну что же, Игорь, теперь у нас есть время поговорить, – начала Серафима, присев напротив. – Расскажи, что с тобой случилось? Как ты пробудил в себе силу Духовного?

– Вы ничего не знаете обо мне?

– Только твое имя, адрес, и то, что в тебе пробудилась Искра. Нам велели тебя забрать.

Юноша закатил глаза, но все же поведал историю аварии.

– Белый дым, —Серафима переглянулась со Стиви. В ее глазах, как и в глазах остальных, юноша прочитал сильное волнение. – Игорь, скажи мне, ты знаешь, кто твой Духовный отец? Это важно.

– Михаил.

Игорь был готов поклясться, что Серафима побледнела. После она хмыкнула и улыбнулась в неверии, смотря на юношу и будто ожидая, что он в какой-то момент не сдержится и рассмеется, но этого не произошло.

– Это правда, – вдруг сказал Скрих, впервые нарушив молчание. – Пятнадцать лет назад Михаил пришел ко мне и попросил приглядеть за ним. Тогда я не знал, почему архангел так заинтересован этим ребенком, но после аварии все понял.

– Святой Отец. Не может быть, – шокированная, она покачала головой. – Вы уверены? Может, причина в другом?

– Он сам мне сказал, – пожал плечами Игорь.

– Ты что, с ним виделся? – она побледнела еще сильнее.

– Михаил пришел ко мне вчера, – ответил Игорь, ничего не понимая. Столь бурная реакция Духовных смутила его. – Я вернулся домой после школы и впервые увидел его и Скриха. Архангел рассказал, кто он, после чего сделал много чего… поймал нож на лету, выпил стакан кипятка, а после вынул из моего тела душу и забрал с собой на Солнце, где и поведал о том, кто я, и предупредил, что вы меня заберете. И еще он дал мне ее.

Игорь кивком указал на саблю.

– Ты был в обители Высших? – не верил своим ушам Стиви, глаза у него округлились, словно две монетки. Он присвистнул. – Везунчик. Я уже не первый год в строю, но побывать там мне до сих пор не позволили. Только и делают, что обещают.

– Можно? – спросила Серафима.

Игорь вновь кивнул и подал оружие.

Поднявшись на ноги, девушка одним умелым движением выхватила саблю. Салон автобуса заполнило холодное свечение. Клинок был так тщательно отполирован, что походил на зеркало, а дол оружия был исписан какими-то символами.

– Чтоб мне провалиться, – восхищенно выдохнула девушка, с благоговением разглядывая саблю. – Это же Lunae lumen.

– Михаил сказал, что он принадлежал его последнему Духовному. До меня.

– Сверхъестественных тварей можно поразить только Лунной Сталью, наполненной светом Небес. Такое оружие есть у каждого Духовного, но это… – Серафима восхищенно осматривала саблю.

– Быть не может, – сомневался Данил. Поднявшись, он приблизился к девушке.

– Нет, это точно Lunae lumen, – ответил ему Стиви. – Вы что, не чувствуете вибрации? Это Свет, вне сомнений, но он не такой, как у нас, и его много. К тому же это объясняет, почему доминус лично велел Директору, чтобы мы забрали этого новенького. К тому же еще и взяли на задание, совершенно неподготовленного, едва узнавшего о своем происхождении. И никаких объяснений со стороны руководства. Что происходит?

– Но у Михаила не было Духовных уже тысячу лет, – продолжал Данил, проигнорировав вопрос Стиви. – Почему сейчас?

– Не знаю, – ответила ему Серафима. – Поживем, увидим.

Вернув саблю в ножны, девушка отдала ее новому владельцу и вернулась на свое место. Данил же влез по лестнице на кровать под потолком и принялся полировать тряпочкой какую-то монетку.

– Когда вы пришли за мной, – прервал молчание Игорь, – то сказали оставить телефон и другие средства связи. Мол, нас могут выследить по ним какие-то темные. Кто это?

– Мир делится на две стороны, два цвета, – вздохнула Серафима. – На белое и черное, на Инь и Янь. Ты знаешь, что это значит?

– Символ китайский, – ответил ей юноша.

– Верно. Круг, который делят черный и белый цвет. Это демонстрирует принцип, по которому устроен наш мир. Свет существует лишь потому, что есть тьма, добро существует лишь потому, что есть зло. Поэтому, когда тьма стала слишком сильно влиять на людей, архангелы создали Духовных. Наша миссия – сохранять равновесие.

– Если говорить короче, – хохотнул Стиви, – темные – это нечистая сила.

– Нечистая… сила? Демоны, вампиры, вы про них? – спросил Игорь.

Вздрогнув, все начали оглядываться по сторонам.

– Игорь, – прочистила горло Серафима. – Не нужно так легкомысленно называть их имена. Помянешь кое-кого, он и появится, а нам только этого не хватало.

– Можно еще вопрос?

– Конечно, – ответила девушка. – Каждый из нас когда-то оказывался на твоем месте, и мы знаем, какого это – быть новичком и ничего не понимать.

– Михаил рассказывал мне о Небесах и обмолвился, что архангелы защищают наш мир от угроз. Когда я спросил о том, что это значит, он погрустнел и не стал говорить.

– Да-а, – покачал головой Стиви. – Видимо, для доминуса это до сих пор больная тема.

– Тут так же действует закон равновесия, – Серафима вздохнула. – Я говорила, что мир делится на добро и зло, но тонкость в том, что в любом добре есть зло, и наоборот. Это правило относится даже к бессмертным.

Затаив дыхание, Игорь слушал.

– Это произошло очень давно. Первыми созданиями Отца были небесные слуги, которых поделили на три группы, именуемые триадами. Первая триада – приближенные к Отцу, так сказать придворные. Самых старших на человеческом языке называют Серафимы. Да, – кивнула она, – мое имя произошло от них. Серафимы – ближайшие слуги Отца, единственные, кто видел Его истинный облик. Они служат как бы проводником, передавая волю Отца другим слугам Небес. Дальше идут Херувимы – хранители тайн Отца и стражи небес. Архангелы находятся в третьей триаде, они – предводители ангелов и защитники человеческого рода, несущие волю Отца людям.

– Зло же родилось из акта неповиновения Отцу одним из самых его доверенных лиц, имя которого – Люцифер. Утренняя звезда. Он был херувимом и… братом Михаила. Хотя, слово брат не совсем правильно описывает их родство, точного слова на человеческом языке нет, но все же оно самое приближенное. Связь между небесными существами намного сильнее, чем любовь у людей, они все как бы части одного целого.

– Обладая столь высоким положением, Люцифер возгордился. Он стал своевольным и постепенно начал верить в то, что Отец не всемогущ и что он способен сравниться с ним, а то и занять Его место. И чтобы доказать это, Люцифер пошел на великое преступление. Он отравил разум одного из первых людей в Раю, соблазнил съесть плод с Дерева познания. Человек думал, что там сокрыта тайна бессмертия и, вкусив его, он станет богом, но все оказалось совсем не так. На самом деле Отец скрывал от человечества тайну собственной воли, которая ведет лишь к отдалению от Него, к взрослой жизни, наполненной страданиями, болью, и смертью.

– Отец не оценил поступок Люцифера и велел ему вместе с людьми покинуть Небеса, но тот не подчинился и объявил войну, собрав под своим знаменем ангелов-единомышленников. Тогда Отец велел Михаилу сразить Люцифера, и на небесах случилось великое сражение, исход которого – изгнание мятежников с Небес. Отрезав брату крылья, Михаил сбросил его на Землю, и Люцифер упал, и другие ангелы упали, и своим падением они спровоцировали вымирание динозавров. Людей отправили следом за ними.

– Спустя три столетия на Земле разгорелся скандал. Оправившись от поражения, Люцифер создал на Земле собственное царство – Ад, а его падшие ангелы, которых стало принято звать демонами, истязали людей и собирали армию. Не желая бросать своих детей и намереваясь остановить Люцифера, Отец вновь послал войско усмирить падших. Михаил победил брата и вынудил его заключить договор. Ни Аду, ни Раю стало нельзя напрямую вмешиваться в дела человечества. Однако Люцифер схитрил и нашел способ обойти договор. Он не вмешивается в дела людей, однако с помощью своих подручных отравляет разум. Тогда Небеса и решили создать нас, Духовных, чтобы мы поддерживали равновесие на Земле.

– А почему Михаил просто не убил Люцифера? – спросил Игорь. – Ведь это навсегда избавило бы мир от зла.

– Все не так просто, – покачала головой Серафима. – Как я уже говорила, все небесные существа – это часть силы Отца. Так как Он бессмертен, то и его слуг убить нельзя. Однако их можно запереть, что и сделали с Люцифером и его демонами.

Вдруг автобус подскочил и всех пассажиров сильно тряхнуло по салону, Данил даже чуть не свалился с койки.

Молниеносно сунув руку в карман своих джинсов, Серафима вытащила серебристую, размером с мизинец лазерную указку.

– Без паники! – донесся до них крик Сарифа. – Я наехал на кочку, вырулить не успел!

Серафима нервно вздохнула и убрала вещицу в карман.

Она поймала его взгляд.

– Интересно, зачем я достала ее? – догадалась девушка.

Игорь кивнул. Серафима вновь вытащила указку и нажала на какую-то кнопку. В мгновение ока она удлинилась и превратилась в копье длинной чуть ниже ее роста.

– Есть оружие двух типов, – она вновь куда-то нажала и копье вернулось в прежнее состояние. – Первое – невидимое для глаз морталисов. На него накладывают специальную руну, которая называется Тектум. Второе – оружие маскировочное, которое превращается во что-то, на что морталисы не станут обращать внимание. Зажигалка, ручка, ложка, указка, все что угодно. Но каждое оружие всегда куется из Лунного Света, потому что только из такого материала клинки могут навредить падшим, нечистым, и чудовищам.

– Хм, – промычал Игорь и почесал подбородок. Спустя несколько секунд молчания он спросил. – Серафима, как ты узнала о своем Духовном происхождении?

– Мне тогда было девять, – немного помявшись, начала она. По выражению ее лица было видно, что девушке не нравилось вспоминать о случившемся. – Я гуляла во дворе и, заигравшись, не заметила, как на улице стемнело. Опомнившись, я начала собирать игрушки, но уйти не успела. Поднявшись с песка, я услышала незнакомый голос, а когда обернулась, то увидела стоявшего рядом старичка.

Серафима невольно содрогнулась.

– Он был маленький, ростом примерно с меня в том возрасте, лысый, и с добрым морщинистым лицом. Сославшись на больные колени, он попросил меня проводить его, но я помнила урок родителей о том, что незнакомцам верить нельзя, и отказалась. Но старичок не отстал, он начал хватать меня за руки, и лишь тогда я почувствовала зло. Я хотела сбежать, но ужас сковал мое тело и не дал двинуться с места. Стоя как вкопанная, я наблюдала за тем, как доброе лицо старичка начало меняться. Его улыбка превратилась в звериный оскал, из рта вылезли два желтых клыка, кожа отвисла и покрылась бородавками, лысая голова была испещрена рытвинами, а в ухе у него, будто у пирата, висела золотая серьга. Как я потом узнала, это был Бабай.

– Ух, – выдохнул Скрих, внимательно слушая рассказ Серафимы. Он почесал свою мохнатую коленку. – Я наслышан о них. Мерзкие твари.

Девушка кивнула, а после продолжила.

– Бабай зарычал и сжал мое запястье с такой силой, что чуть не переломал кости. Он уже собирался сожрать меня, но вдруг замер. Непонятно откуда появился высокий мужчина и отбросил этого трухлявого пня в забор. Придя в себя, монстр приготовился напасть, но вдруг будто испугался и бросился наутек. Как оказалось, моим спасителем был Гавриил. Присев рядом, он рассказал мне о чудовище. Бабаи с давних времен похищают детей в безлюдных местах, обычно это происходит в лесу, но иногда они настолько наглеют, что нападают прямо перед домом. После же Гавриил рассказал мне о себе и мире Духовных, и через три дня меня забрали Крам и Фил и отвезли в Сабтерра-Кастеллум.

– Что?

– Сабтерра-Кастеллум – это один из замков homines devini, то есть Духовных, который ответственен за защиту России от сил Ада. В каждой стране есть свой замок, и вместе они образуют собой сеть, которая защищает всю планету. Сабтерра-Кастеллум находится под землей, поэтому в обиходе мы называем его просто Подземка. Там нас обучают искусству ведения боя с монстрами и темными, магии, полной истории Мира, не искривленной туманным представлениям морталисов, и многому другому. После путешествия ты отправишься туда вместе с нами и будешь обучаться. Иначе тебе не выжить.

– Подожди, – прервал ее Игорь. Он нахмурился. – Магия?

– Да, – кивнула девушка. Она тряхнула своими волосами – Магия, которой мы пользуемся при помощи рун и знаков. Руны мы татуируем на своей коже, а знаки составляем при помощи пальцев. Источником же нашей силы является та самая Искра, про которую ты уже слышал. Она представляет собой что-то наподобие проводника, соединяющего нас с силой Небес. Но вот это – самое главное, – она продемонстрировала ему медальон, висевший на ее шее на тоненькой серебряной цепочке. Он представлял собой заключенную в круг пятиугольную звезду, на углах которой были вытравлены незнакомые ему символы. – Эта вещь помогает нам концентрировать ее. Это знак Духовных, он называется Пентаграмма.

– Подожди, – Игорь смутился. – Это же плохой знак. Его используют всякие темные колдуны в своих ритуалах.

– Отчасти ты прав, – кивнула Серафима, – но лишь отчасти. Видишь ли, какое дело. Изначально Пентаграмма была призвана служить защитой от темных сил и зла. Давным-давно некоторые купцы чертили ее на дверях складов с зерном, чтобы призвать удачу, а обычные люди вырезали их рядом с входом в дом, чтобы уберечь жилище. Но позже черные колдуны и сторонники темных сил решили одурачить людей, оставить их беззащитными, и перевернули Пентаграмму, тем самым сделав ее свойства противоположными первоначальным. Она стала не охранять, а наоборот, притягивать зло. Видишь? Если один из концов Пентаграммы смотрит наверх, то это хороший, защитный знак, но если вниз… тогда она действительно плохая. К сожалению, темные добились своего и люди перестали пользоваться Пентаграммой, веря, что она – символ зла.

Игорь молчал и слушал, а девушка продолжала рассказ.

– Видишь вот эти знаки, – она указала пальцем на символы, изображенные в углах пентаграммы. – Верхний правый конец звезды символизирует Воду, нижний правый – Огонь, нижний левый – Землю, верхний левый – Воздух, а тот, что смотрит вверх, самый главный, усиливающий все остальные знаки – Дух. Точнее, его частичка, которую мы и называем Искрой. Пятая стихия. Ее еще когда-то именовали Эфиром. Хорошая пентаграмма помогает нам концентрировать силу, текущую в наших жилах и соединяющуюся с бесконечной энергией, с помощью которой работает все в этом мире, – Светом, созданным Отцом, и источник ее находится на Солнце.

Серафима выставила руки перед собой. Сложив подушечки больших и безымянных пальцев, средние фаланги средних и указательных пальцев, и вытянув мизинцы по направлению к потолку, девушка направила получившуюся фигуру, напоминающую сердце, ладонями наружу в сторону Игоря.

Вдруг она дунула на всю эту конструкцию, совсем легонько, но в юношу врезалась такая мощная струя воздуха, что его вжало в сидение, а автобус покачнулся. Он не мог шевельнуть ни одной конечностью, кожа на лице разгладилась, а щеки шлепали как у бульдога, высунувшего голову в окно автомобиля.

Поток воздуха пропал так же неожиданно, как и появился. Игорь изумленно посмотрел на Серафиму.

Весь салон наполнился хохотом.

Громче всех смеялся Стиви. Данил делал вид, что ему все равно, но Игорь краем глаза заметил, что его рот все же тронула улыбка.

– Это знак Усиления. С его помощью можно усилить звук, свет, струю воздуха, все что угодно, что может находиться в движении. Есть множество других знаков, – она сложила еще одну конструкцию, намного проще. Скрестив руки на запястьях, Серафима оттопырила мизинцы и сложила вместе концы выпрямленных больших пальцев. – Ударь меня.

Игорь понимал, что в этом тоже есть какой-то подвох и ему не хотелось вновь становиться посмешищем для остальных, но все, что рассказывала девушка, было таким интересным, что юноша все же ударил.

Едва не долетев до ее рук, кулак Игоря врезался в доселе невидимый щит, который после удара пошел волнами, будто гладь озера, в который бросили камень.

– Чем сильнее твое воображение и сила воли, тем мощнее поток энергии и могущественнее магия.

Сжав левую ладонь, правой девушка начала доставать из кулака и метать в воздух сверкающие разными цветами маленькие шарики, взрывающиеся, словно фейерверки. По всему салону автобуса, словно крошечные искрящиеся птички, летали разноцветные огоньки, выкручивая спирали и петли, которые еще несколько секунд сверкали пылающими нитями.

Широко раскрыв рот, Игорь наблюдал за волшебством.

Глава пятая

Странная закусочная

Они провели в дороге весь день.

Все разбрелись по автобусу и были заняты своими делами.

Данил так же лежал на кушетке под потолком и крутил пальцами свою железную монету, время от времени искоса поглядывая на Игоря с искренней, ничем не объясняемой неприязнью.

Скрих не отходил от окна и, раскрыв рот, изумлялся при виде каждой попадавшей в поле его зрение ерунды вроде светоотражающего знака или светофора, мимо которых проносился фургон.

Стиви развалился на одном из диванчиков и, приоткрыв рот, храпел и изредка дергал головой, словно отгоняя от лица надоедливую муху.

Близнецы Вова и Саша сидели друг напротив друга и играли в дорожные шашки. Эти двое оказались самыми странными из всей группы, оба мальчика не произнесли ни единого слова за всю поездку.

Серафима устроилась рядом с Игорем и, прикрыв глаза, слушала песню какой-то рок группы на своем стареньком плеере (разумеется, без подключения к интернету во избежание монстр-слежки).

Игорь же пытался читать одну из книг, прихваченных из дома, но за сюжетом удавалось следить с трудом. Все его мысли были заняты перевариванием тонны информации, которую уже в первые часы путешествия вывалили на него Духовные.

Вдруг раздался скрип тормозов, и автобус остановился.

Оторвав свой взгляд от страниц, Игорь огляделся.

На пороге показался Сариф, охавший и кряхтевший, словно больная радикулитом старушка.

– Было бы неплохо перекусить, – сказал он, разминая затекшую шею. – Да и небольшая прогулка не помешает. Я уже ног не чувствую.

Игорь согласно кивнул и слегка пихнул локтем Серафиму. Девушка открыла глаза и вытащила наушники из ушей.

– Что?

– Я говорю, идем в кафе, – повторил Сариф. – Нам нужно поесть. Скоро начнет темнеть, а ночью мне бы не хотелось останавливаться.

Потратив всего секунду на размышления, девушка согласно кивнула и, поднявшись и плавно потянувшись, словно кошка, лежавшая полдня на подоконнике под теплыми солнечными лучами, подошла к Стиви.

– Подъем, здоровяк! – она потрясла его за плечо. – Ты с нами?

Громко всхрапнул и раскрыв заспанные глаза, Стиви с трудом сфокусировал взгляд на девушке и спросил:

– Уже приехали?

– Ага, вроде того, – хмыкнул Сариф. – Ты голодный?

– Конечно, – кивнул Стиви, заметно приободрившись.

Сон с него как рукой сняло, и он быстро поднялся на ноги.

Домовой засобирался идти вместе со всеми, но Игорь его остановил.

– Я принесу тебе что-нибудь сюда, Скрих, – сказал ему он.

– Морталисы меня видеть не могут, не переживай.

– Да, но мне кажется, что они переполошатся, если еда, витая в воздухе, будет пропадать сама по себе.

– Верно, – ответил домовой и, заметно расстроившись, уселся на свое прежнее место.

– Ты идешь? – стукнув Данила по коленке, спросил у него Стиви.

– Не-а, – буркнул в ответ тот, не сводя угрюмого взгляда со своей монеты. – Я не голоден, спасибо.

Здоровяк его уговаривать не стал и попросту пожал плечами, словно уже давно привык к подобному поведению друга.

– Может, он всегда такой угрюмый и я тут ни при чем? – предположил Игорь, следуя за Сарифом.

Выпрыгнув из фургона и почувствовав землю под ногами, юноша с наслаждением присел пару раз на корточки, пытаясь разогнать кровь по затекшим ногам, после чего двинулся за своими новыми друзьями.

Приблизившись к закусочной, он прочитал название.

В гостях у дяди Рудика

***

Войдя внутрь, из посетителей Игорь увидел лишь троих ребят, устроившихся в противоположном конце зала.

Усевшись за один из столов подальше от незнакомцев, компания Духовных принялась изучать меню.

– Что желаете, деточки? – донесся до их ушей добрый голос.

Подняв взгляд, Игорь увидел невысокую пухлую женщину с частично поседевшими темными волосами, собранными на затылке в объемный пучок. Уперев локти в свой большой живот, покрытый темно-фиолетовым фартуком, она держала в одной руке блокнот, а в другой карандаш.

Тихо хмыкнув самому себе, юноша предположил, что эта официантка – жена дяди Рудика.

Приветливо улыбнувшись, Сариф поздоровался и заказал восемь порций кебаба на шампурах, пять пит без начинки и два чайника черного чая с лимоном. Положив меню рядом с собой и приняв предложение женщины принести воды, ребята принялись ждать заказ.

Игорь разглядывал окно, частично скрытое чистой белой занавеской, как вдруг услышал приближавшиеся шаги, еле различимые за монотонным голосом диктора новостей, который что-то вещал об авариях и пожарах из старенького квадратного телевизора, висевшего под потолком рядом со стойкой.

Со спины к Стиви приблизились те трое парней, на которых Игорь обратил внимание, когда они попали в закусочную. Один из незнакомцев, тот, что с прямыми светлыми волосами, положил ладонь на плечо Стиви.

– Oh, mein Vater1! – воскликнул его высокий, с коротко стриженными бронзовыми волосами приятель. Слова немного искажались из-за сильного акцента. – Добрый день, дорогие друзья! Не верится, что мы вот так просто столкнулись в одно время в одном месте! Сколько лет прошло с нашей последней встречи?!

– Даст Отец, еще столько же не увидимся, – тихо пробурчал себе под нос Стиви, а затем обернулся и с неестественно улыбнулся. – Себастьян, Фридрих, Швайцер! Присаживайтесь! Какими судьбами в наших краях? Германия наскучила?

– Германия не может наскучить, друг мой, – отодвинув стул и усевшись за стол, с неожиданной серьезностью ответил ему светловолосый. Он обернулся к самому младшему, которому с виду было лет двенадцать. – Швайцер, принеси еду с нашего стола.

Черноволосый мальчуган кивнул и бросился выполнять поручение, которое по тону было больше похоже на приказ. Тот, который был Себастьяном, взял стул у соседнего стола и уселся между Стиви и Сарифом.

– Мы здесь по поручению мистера Швихтенберга, – сказал темноволосый. – Не переживай, с Кипеловым наше руководство все согласовало.

Игорь непонимающе озирался на гостей, и светловолосый, ковыряя в зубах палочкой, заметил его растерянность.

– Кипелов – лидер нашей Подземки, – объяснила ему Серафима. – А Швихтенберг – лидер их храма в Германии.

– Ты что, новенький? – спросил светловолосый. – Я тебя не знаю.

– Да, Фридрих, он только сегодня к нам присоединился, – ответил вместо Игоря Стиви. – Что у вас за поручение?

– Ищем одного дезертира. Пьером Дюбуа зовут, может, помните? Худощавый такой, француз. Представляешь, сбежал месяц назад и прихватил с собой Когти Праскхара в придачу, – пока парень говорил, Серафима тихо объяснила Игорю, что Когти Праскхара – это древний и могущественный артефакт. – Никак не можем поймать этого негодяя. Гоняемся за ним с самого его побега! Доносчики говорят, что видели гада пару недель назад, уезжающего на автобусе из Петербурга. Вы не встречали его?

На этих словах к их столу подошла жена Рудика с подносами, на которых громоздились пластиковые одноразовые тарелки с дымящимся мясом и хлебом, а незнакомый мальчик притащил чайники.

– Нет, не встречали, – словах покачал головой Сариф.

Женщина расставила тарелки на столе и ребята, поблагодарив ее, принялись за еду.

– Жаль, – цокнул темноволосый Себастьян. – Вот найдем его, засадим в самую глубокую темницу Бихраиста (храм Духовных в Германии), какую только сможем найти. Может даже в Марсианскую тюрьму, если позволят, но, к сожалению, это очень маловероятно.

– Марсианскую тюрьму? – изумился Игорь, едва не подавившись куском хлеба. – Такая существует?

– Ты… – удивленно вскинул свою тонкую бровь Себастьян, но через секунду в его глазах промелькнуло понимание. – А, ну да. Новенький.

– Да, такая существует, – ответил вместо приятеля Фридрих, почесывая при этом свою козлиную бородку. – Самая защищенная колония для самых сильных и сумасшедших преступников. Находится приблизительно на глубине в сто километров под поверхностью планеты. Двенадцатиметровые бетонные стены с алмазной крошкой, решетки камеры сделаны из железных прутов холодной ковки диаметром в восемь сантиметров, все виды магических защитных заклинаний! – почти кричал он, восхищенно размахивая пластиковой вилкой. – И это у самых безобидных. Попадешь туда, и без разрешения никогда не выберешься. Если верить слухам, там в самой охраняемой камере заключен правая рука Темнейшего!