Песня судьбы

– Сестрёнка, что это значит? – не скрывая удивлением, спросила Виктория. – Ты никогда не заказывала еду на дом.

– Не поверишь, сама себе поражаюсь. И тем не менее я не могу оставить вас без ужина.

– Так почему ты сама не приготовишь? – спросила Марго.

– Мне нужно разобраться с докладом твоего отца. Я не в силах готовить, а потом ещё разбираться в его записях. У меня и так уже мигрень от его объяснений, поэтому сегодня у вас китайский ужин. Я буду в кабинете, и лучше меня не беспокоить, – предупредила она, направляясь туда.

– Китайский ужин? – Виктория моментально скисла. – Ты это специально сделала? Ты же знаешь, что я не люблю острое!

– Для тебя заказана пицца с беконом и куриные ножки, Вика, – отозвалась Екатерина из-за закрытых дверей.

– Не хочу я дурацкую пиццу! – вопила тётка, словно маленький ребёнок. – Ты обещала приготовить на ужин картофельное пюре и ножки!

– Картошка идёт гарниром, – ответила Екатерина. – А если ты не голодная, оставь мне, я с радостью поем, как закончу здесь.

– Нет, это просто возмутительно! – заявила Вика. – Что сейчас сказала бы мама, узнав, что ты не хочешь готовить?

– Что сказала бы мама, узнав, что ты вообще не умеешь готовить?! – с лёгкостью пикировала Катя.

– ЧТО?! – прогорланила тётка во всё горло. Рисунок на её ладони заиграл фиолетово-красным огнём, она всего лишь сжала кисть в кулак, и входная дверь кабинета тут же разлетелась в щепки. – Ну-ка, повтори ещё раз, а то мне было плохо слышно!

– Эта дверь была сделана на заказ! – с криками накидываясь на старшую сестру, провопила Екатерина.

На шум примчались Фарни и Рык, а за ними Люси и Рори.

– Что происходит? – схватившись за голову, тараторила кукла.

– Ничего страшного, Люси, просто Ритина мама решила проучить нашу зазнобу, – жуя оранжевые шарики, радостно воскликнул Фарни. – Должен признать, что эти семечки ничего.

– Главное распробовать, – согласилась с ним Рори.

– Откуда попкорн взялся? – удивилась Маргарита смачному хрусту.

– Попкорн? – переглянулись Рори и Фарни.

– Мы нашли пакетик в одном из ящиков! – воскликнул Рык, уплетая хрустящие комочки за обе щеки.

– Так это называют попкорном?! На картинке он выглядит совершенно по-другому, – внимательно разглядывая зёрнышко, говорила черепаха.

– Это потому, что его нужно сначала приготовить, а уже после есть, – объясняла Рита, указывая рецепт приготовления на обороте пачки и одновременно стараясь остановить эту стычку матери и тётки. – Да хватит вам уже! Мама, Вика, прекратите сейчас же! Что вы как дети себя ведёте?

– По… Поло… Положи…те па…кет в ми… ми… ми… ми… – пыталась связать слова в одно предложение Рори, но у неё это с трудом получалось.

– Ну, сколько можно-то? Положите пакет в микроволновую печь! – не выдержав, выпалила Люси.

– Вы слышали?! – радостно воскликнул Фарни. – Вперёд на кухню!

– Да стойте вы! Екатерина нас прибьет, если мы будем хозяйничать на кухне, – предупредила Люси.

– Она сейчас ну уж очень занята, и вряд ли заметит, что-то после этой заварушки, – еле слышно ответил ей Фарни. – Ты с нами?

– Нет уж, я лучше помогу Рите, – наотрез отказалась Люси участвовать в очередной затее друзей.

Когда вакханалия была завершена, Рита звонко хохотала над мамой и тёткой.

– Видели бы вы себя. Как маленькие дети! – проговорила она сквозь смех. – Боюсь даже представить, что было в вашем детстве.

– Сколько ни пытайся, всё равно не представишь, – поправляя взъерошенные волосы, сказала Виктория.

– Это точно! – согласилась Екатерина. – Несмотря на то, что влетало нам по полной, всё равно было весело.

– Весело было вам с Леной, а влетало от родителей мне, как самой старшей, – напомнила ей сестра.

– Фу, чем это несёт? – тут же сменила тему мама.

– Вот видишь, Рита, как и в детстве, твоя мать любит неожиданно менять… – тётя прервалась и стала принюхиваться. – И вправду, что за запах?

С кухни доносились перепуганные крики игрушек.

– Оно раздувается, оно раздувается! – с ужасом закричала Рори.

– Я их предупреждала! – затряслась Люси.

Всё веселье прошло моментально, Рита галопом бросилась на доносившийся шум. Ворвавшись на кухню, она вдохнула отвратительный едкий запах горелого пластика и остаточное амбре попкорна. Микроволновка громко гудела и монотонно жужжала. Быстрые вспышки электроразрядов сверкали, словно грозовые молнии в толще облака, на секунду освещая то, что осталось от попкорна. Недолго думая, Рита схватила шнур и выдернула его из розетки.

– Вы что, решили спалить дом?! – обуянная яростью, закричала она.

В доме нависло минутное молчание, которое боялись прервать даже Екатерина и Виктория.

– Ну не сожгли же, – отряхиваясь, ответил Фарни.

– Это не мы! Мы всё делали по инструкции, – хотела оправдаться Рори за оплошность.

– Конечно, не вы, а печь чуть не взорвалась сама по себе! – Маргарита словно ничего не слышала, она распахнула двери чулана, достала оттуда коробку вместе с липкой лентой и отправила в неё игрушки. Без капли сожаления она запечатала её и отнесла на чердак.

Глава 4. Голоса стихий

Виктория Браун имела отменную репутацию в магическом мире. Верная идеалам Верховного Совета и одна из самых яростных хранителей священных законов. Многие из магического сообщества знали, что с Викторией Браун лучше дружить, чем воевать, поэтому при любом удобном случае пытались завести с ней приятное знакомство. Каждый, кто пожимал ей руку, хотел запомниться и остаться в её рыжеволосой голове. Виктория знала, что за всеми этими улыбками скрывается лишь одно: необузданный страх. Оттого все эти любезности она воспринимала как безоговорочную капитуляцию перед ней.

– Быть хранителем закона – значит, притупить все эмоции. Нужно быть готовой идти на жертвы не ради своих интересов, а ради интересов магического сообщества, – повторяла она из раза в раз, когда проводила обучение племянницы.

Одна часть Маргариты просто бунтовала от услышанного, но вторая покорно принимала суровое, но честное наставление. Виктория видела негодование племянницы, но не пыталась убедить девушку в своей правоте. Она лишь хотела донести до неё, что выбранный путь будет тернистым и сложным.

– Честно говоря, я думала, ты сбежишь на другой факультет после первого курса.

– Почему? – спросила Маргарита, отведя взгляд от учебника.

– Я не стала тебя отговаривать в том году, но я как никто другой знаю, с чем тебе ещё предстоит столкнуться. Думаю, эта специализация тебе не подходит. Она сломит тебя.

Маргарита не могла понять, то ли тётка шутит так, то ли говорит совершенно серьёзно. Если это шутка, то она очень плохая, а если нет, тогда для чего всё это было нужно? Зачем она её обучает, вкладывает столько сил для того, чтобы объявить, что она в неё не верит?

«Нет, ты слышала это?! – обратилась хозяйка к амалиру. – Как у неё только язык повернулся сказать мне это? Я уже через столько прошла и не спасовала! Борюсь с каждой преградой, как умею. Пусть глупо, нелепо, но не сдаюсь!»

«Я всегда говорила, что ты невнимательно слушаешь. Или, того хуже, слышишь то, что хочешь. Сейчас перед тобой не твоя тётя, а наставница. Она передает тебе знания, которыми никто другой с тобой не поделится. Вместо того чтобы обижаться, ты лучше впитывай и мотай на ус».

Тут Маргарите Варзанид ударила кровь в голову. Она кое-как могла стерпеть слова Вики, но замечания Клесты вывели девушку из равновесия окончательно.

– Да вы что, сговорились?! – вскрикнула она, откинув в сторону книгу. – Я обладательница могущественного артефакта! Он выбрал меня не просто так! Мне всё равно, что вы думаете обо мне! Я сама про себя прекрасно всё знаю! И так легко меня не сломить!

– Незачем так вопить, – раздражающе спокойно сказала Виктория, – я лишь поделилась мыслями.

– Лучше бы ты держала их при себе! – огрызнулась юная чародейка.

«Не заводись ты так, – попыталась успокоить её Клеста. – Виктория ничего ужасного не сказала. Она лишь…»

– А ты вообще молчи! – строгим голосом приказала Маргарита.

Клеста впервые ощутила такую злость, исходящую от хозяйки, настолько мощную, что даже их прочная связь пошатнулась. Кошка покорно склонила голову и более не проронила ни слова.

– Что с тобой? – Виктория посмотрела в глаза племянницы. Сейчас они казались графитового оттенка, и горящие в этом омуте огоньки давали отчётливо понять, что лучше не злить Маргариту. – Если хочешь, можешь выместить злость на мне и своём амалире, – предложила Вика, взяв на руки Клесту.

– Что ты сказала? – переспросила Рита.

– Давай, увидишь, тебе сразу станет легче, – ответила тётка сквозь безумную улыбку. – Используй амулет, чары и покажи, что бывает с теми, кто осмеливается проявить подобное отношение к равному чародею.

Рита не верила своим ушам. Тётя буквально настаивала, чтобы она проучила её за проявленную дерзость. И не просто так, а при помощи магии!

– Вика, прекрати! – отстраняясь, попросила Маргарита, но тетка, словно зажёванная кассета, продолжала нести этот бред.

– Ты же этого хочешь!

– Нет! – не уступала девушка. – Нет!

– Хочешь! Я вижу это по твоим бесстыжим глазам! По цвету твоей кожи! Твоё нутро буквально извергает это необузданное желание, – бросала сквозь стиснутые зубы тётка.

Это было невыносимо слушать. Виктория буквально давила её. Примерно то же самое чувствовал в том году Альберт Кок, когда тётка раздавала ему словесные оплеухи.

– ХВАТИТ! – прокричала Маргарита, упав на колени и пронзив кулаками землю. Она слышала, как над ней растеклись раскаты грома, в которых и растворился безумный голос тётки. Сейчас эти громыхания не вселяли ужас, наоборот, они принесли облегчение.

«Вот что способно лишить голоса и вселить трепет любому живому существу», – думала Маргарита, открывая глаза, когда всё стихло. Но как только она это сделала, поняла, что вовсе не гром способен лишить речи и смелости, а нечто совершенно иное. Перед ней лежали бездыханные тела Виктории и Клесты. Обе будто мирно спали, вот только сон этот был мёртвым. Когда Маргарита Варзанид поняла, что сделала, над поляной прокатился её протяжный крик.

– Ну что, теперь тебе легче? – услышала она свой же голос позади. Спешно обернувшись, Рита увидела маму, укутанную в чернильную мантию. Она внимательно наблюдала, как дочь бьётся в агонии над телами тётки и амалира.

– Мама, я не понимаю, что случилось! Я этого не делала! Я лишь просила её замолчать!

– Ты сделала ровным счётом то, что хотела, – ответила Екатерина. – Посмотри, твоя тётя мертва, ты это сделала и даже амалира своего не пожалела.

– Нет! Я этого не хотела! Я не навредила бы им!

– Конечно, не ты, – будто бы успокаивала её мама. – Но сделаешь, когда станешь мной. Превратишься в ту, кем являешься.

Маргарита всматривалась в материнское лицо и чем пристальнее вглядывалась в него через слёзную пелену, тем яснее понимала, что перед ней стоит вовсе не мама, а она сама, только старше.

– Это неизбежно. С нами всегда будут идти рука об руку разрушения и смерть.

– Когда это произойдёт?

Ответ прозвучал, но размыл его звук бьющегося стекла, который и оборвал неприятное сновидение Маргариты Варзанид.

По комнате резвился бешеный ветер. Он переплетал тюль с портьерой подобно девичьим косам, потом бросался на стол и судорожно начинал перелистывать страницы книг. Затем вновь то принимался подкидывать тонкую тюль до потолка, то вовсе вышвыривал её на улицу под проливной дождь.

Рита ухватила край нежной ткани, который будто бы в последний момент успел ухватиться за подоконник, и резким рывком вернула её в комнату, но ветер вновь вытянул полотно обратно на улицу. На этот раз Маргарита не смогла так легко вернуть шторку. Та будто бы за что-то зацепилась, совершенно не поддавалась.

Выглянув в окно, Рита почувствовала, как о лицо стали разбиваться крупные капли дождя. Над городом Гранд-Гор развернулась мощная буря, о её приближении жители говорили ещё за несколько дней. Ветер не смолкал уже на протяжении недели и только усиливался.

«Вот бы взять и разогнать эти тучи. Отослать ветер, а дождь заставить обходить город стороной», – думала Рита, пытаясь отцепить шторку.

«Впредь советуем гнать от себя подобные мысли, – тут же услышала предостережение стихий у себя в голове Маргарита. – Ты не можешь вмешиваться в дела природы без крайней нужды».

– Вы, как всегда, появляетесь в самый «подходящий» момент, – с иронией ответила Маргарита. – Зачем мне тогда контроль над вашими силами, если я не могу использовать их как хочу?

– Они всецело принадлежат тебе, – уверяли стихии. – Но даже мы в своё время не вмешивались в замысел природы. Дождь идёт, потому что этого хочет природа. Ветер резвится, потому что так пожелала природа. Вмешайся, и её гнев не заставит долго ждать, – объяснял тяжёлый женский голос.

– Тэра – это ты? – спросила Марго. Она была уверена, что уже способна различать голоса, обитавшие в амулете, но внезапно прерванное молчание заставило девушку усомниться.

– Да, – коротко ответила стихия.

– Я уже стала забывать ваши голоса, – пожаловалась Рита, – а всё потому, что вы мне не отвечали на зов. Я много раз пыталась призвать вас, но вы молчали. Почему?

– Мы уже говорили, что твои сомнения мешают тебе. Освободившись от них, ты сможешь достигнуть небывалых высот, – пропели они шёпотом и снова впали в молчание.

Рита нисколько не удивилась этому недолгому разговору и не расстроилась. Она отлично знала, что четыре элемента не болтают без особой нужды.

Борьба за спасение тюля имела неожиданный финал. Рите в лицо ударил сильный порыв ветра, да такой, что девушка не могла вздохнуть. Он буквально впихнул Маргариту обратно в комнату, а следом закинул промокшую шторку.

«Что за издевательство?!» – думала Маргарита, поднимаясь на ноги. Она поспешила закрыть окно, но замерла от страха, увидев на улице человеческий силуэт. Он будто бы хохотал над Ритой, трясся, как в припадке.

Девушка отдернула штору, силуэт растворился в потоке дождя и вновь появился только тогда, когда Рита взглянула в окно через мокрое полотно, висящее на карнизе.

– Кто ты такой?! – сжав в руках амулет, Маргарита оградила комнату защитным барьером, но ночного гостя это не испугало. Наоборот, он стал стараться привлечь её внимание ещё больше.

Вспомнив, что дом и так находится под защитными чарами, Маргарита отозвала призванное заклятие. Если бы у ночного визитёра были злые помыслы, он не смог бы переступить даже порог ограды, не говоря уж о том, чтобы приблизиться к дому. «Тот, кто задумал недоброе, пожалеет, что решил сунуться сюда», – предупредила Виктория ещё тем летом, когда ставила защиту.

– Вы понимаете меня? Умеете говорить? – Маргарита пыталась вытянуть из него хоть что-то, но силуэт оставался безголосым. Тогда Рита решила вновь попытаться призвать силы, заключённые в амулете. Раскрыв пальцы подобно дамскому вееру, она соединила запястья и вытянула руки. Очень бережно она вращала пятернями, выписывая вокруг себя невидимый рисунок.

– Довольно неплохо, – похвалил её тонкий голосок и тут же добавил: – Но тебе ещё стоит поработать над комбинацией.

Амулет испустил холодное свечение, и через секунду из него вылетела сфера. Она облетела комнату и подплыла прямо к лицу Риты. Внутри этого шара виднелся облик Сильфиды, стихии воздуха.

– Сработало! – обрадовалась Рита удачной попытке.

– Не совсем, – поспешила огорчить её Сильфида, – я же сказала: поработай ещё немного над жестовой комбинацией. Итак, сестра, для чего ты меня позвала?

– Видишь это силуэт за окном? – указала Маргарита на улицу. – Я не знаю, кто это, и что именно оно хочет от меня.

Сильфида мигом выскочила на улицу и защебетала на непонятном языке. Он был похож на цоканье копыт, только более глухой и резвый по темпу.

– Это Сильф, – объявила стихия. – Создатель назвал их в мою честь. Частичка меня и тебя. Они души воздуха. Эти создания очень редко спускаются на землю, живут высоко в горах или на высоких деревьях, где вьют жилища.

– И что ему нужно от меня?! – не понимала Марго. В ту же секунду поднялся сильный ветер, будто она смогла обидеть духа воздуха.

– Что значит «ему»? Это она! – исправила её Сильфида. – Ты разве не знаешь, что у Сильф нет мужчин?

– Откуда?! Я об их-то существовании даже не подозревала. Узнала только сейчас, – призналась Рита.

– Милая моя, – с сожалением донесся голос из сферы. – Тебе ещё столько предстоит узнать!

– Что есть, то есть, – согласилась Маргарита. – К слову, тётя до сих пор работает над моей адаптацией в магическом мире.

Амулет омылся ярким светом и выпустил наружу ещё три сферы изумрудного, тёмно-синего и красно-оранжевого цвета. Они тут же набросились на сестру с воплями недовольств.

– Как ты осмелилась покинуть пределы амулета?!

– Меня призвала равная, – ответила Сильфида.

– Это правда, – подтвердила Маргарита. – Мне нужна её помощь.

– Не смейте врать! Она вышла из амулета, прежде чем ты закончила призыв. К тому же она ответила на твою комбинацию, которая была неправильная, – раздался грозный голос из изумрудного шара.

На этот раз Маргарита сразу определила, кому из четырех сестёр принадлежал этот голос. Она не видела образ Тэры в сфере, но абсолютно была уверена, что сейчас держит речь именно она.

– Вас вообще не призывали! – возразила ей Сильфида. – И тем не менее вы здесь. Как это объяснить?! Равной нужна моя помощь, и я помогу ей! – заявила стихия воздуха и снова защебетала на странном языке.

– Так мы её ничему не научим! – попыталась остановить её огненно-оранжевая сфера.

– Совсем как малое дитя!

– О чём они разговаривают? – не терпелось Маргарите узнать суть разговора Сильфиды с духом воздуха.

– А ты разве не слышишь? – обратился к Рите голос из тёмно-синего шара.

– Что можно услышать в тишине? Она же молчит. Я поэтому и призвала Сильфиду, чтобы она смогла сказать, что ей нужно, – объясняла Маргарита.

– Ну, во-первых, в тишине очень многое можно услышать, – ответила Тэра, – было бы желание, а во-вторых, ты разве не слышишь, как ветер завывает?

– Конечно, слышу, который день воет.

– Может быть, он просто пытается тебе что-то сказать? – подсказывал голос стихии воды.

Рита задумалась. Может, и вправду ветер хотел сообщить ей нечто важное? Но как она должна это понять, когда в ушах он стоит лишь протяжным свистом?

– Вы хотите сказать, что ветер и есть голос Сильфы? – нерешительно спросила Марго.

– Так и есть, – ответила Сильфида, – она уже который день пытается до тебя докричаться. Даже тучи пригнала, чтобы тебе было проще её увидеть.

– Но зачем же я ей понадобилась? – до сих пор не понимала Рита.

– Её прислал старец Моховик. Ему грозит опасность, – ответила Сильфида.

– Какая опасность?! – встревожилась Рита и чуть не вывалилась из окна. Три сферы в одно мгновение поспели к девушке на помощь. – Что с ним случилось?!

– ЕГО ТЕРЗАЕТ ТЁМНЫЙ ЧАРОДЕЙ! – услышала наконец Рита заплаканный голос Сильфы в буйном ветре.

В комнату влетела Виктория. Она с трудом могла разлепить сонные глаза и сфокусировать зрение на племяннице. Четыре сферы немедля вернулись обратно в кулон, а ночная гостья вновь скрылась в пелене дождя.

– Что ты здесь устроила?! – зашипела тётка подобно ползучим гадам. – Совсем умом тронулась?! Призываешь стихии, и это после того, что произошло?!

Рита не слушала её. Сейчас все мысли были только о старом Моховике. «Что делать? Как помочь ему?» – блуждали вопросы в девичьей голове. В одном она была уверена: тёмный чародей, о котором говорил дух ветра, – это Дэвюль.

– Я должна помочь ему! – повторяла Рита, запрыгивая в джинсы.

– Кому?

– Мой друг попал в беду. Я спасу его! – решительно заявила девушка.

– Что ещё за друг? – нахмурилась Вика.

– Его зовут Моховик, – ответила Маргарита, – он живёт в нашем лесу. Я познакомилась с ним в том году.

– Да знаю я старца Моховика, – перебила её тетка. – С чего ты взяла, что он попал в беду?

– Мне Сильфа сказала.

– Сильфа?! – воскликнула Вика. – С трудом верится. Они редко спускаются на землю, и увидеть их не так-то просто.

– Стихии меня уже просветили. Я не выдумываю, Вика! Сама посмотри, она за моим окном. Я увидела её через мокрый тюль.

– Через тюль, говоришь?! – с недоверием переспросила тётка, но, расправив шторку, тут же обронила: – И вправду, дух ветра!

– Клеста, просыпайся! Нам нужно спешить!

Сонный амалир выскочил из-под одеяла и принялся метаться по кровати словно в поисках выхода.

– Рита, одумайся! – попыталась вразумить её тетка. – Ты видишь бурю за окном?! Кого ты планируешь в ней найти? Лучше отправиться с рассветом.

– Нет времени, Вика! Он может погибнуть!

– А если это ловушка? Что тогда будешь делать?

– Тогда тебе лучше отправиться с нами, – заявила Рита. – И предостеречь меня от попадания в неё.

Виктория прекрасно знала, что Маргарита не отступит. Ничего не оставалось, кроме как лететь на подмогу вместе с ней.

– Кваху, ты мне нужен, – сказала она и попросила племянницу ждать её внизу.

На часах была половина третьего ночи, когда Виктория и Маргарита верхом на своих магических созданиях взмыли в вышину. Виктория призвала путеводные чары, которые уводили их за собой всё дальше и дальше в темноту. В этом магическом свечении, которое исходило от заклятия, было отлично видно Сильфу. Она напоминала белесый дым, который испускает потушенная свеча.

Виктория держалась впереди. Она следовала за Сильфой и каждый раз при вспышке молнии закрывала Маргариту собой. Конечно, её опасения не были безосновательны. Один из самых опасных преступников скрывается где-то неподалеку и, без сомнений, только ждёт благоприятного момента, чтобы нанести сокрушительный удар.

Пролетая над черными кронами высоких деревьев, они заметили вдалеке разноцветную зарницу. Дух ветра указывал именно туда.

Кваху резко спикировал, уводя за собой крылатую львицу. Они приземлились на отдалённом расстоянии от нужно места.

– Почему мы просто не можем напасть на него с воздуха?! – не понимала Маргарита. Ей не терпелось броситься в бой, и Виктория это прекрасно знала.

– Потому что нельзя! – строго сказала Вика. – Хранители не поступают безрассудно. Мы придерживаемся намеченного плана.

– А у нас есть план? – ухмылялась девушка. – Может, просветишь меня?

– У тебя в этом плане самая главная роль. Ты будешь сидеть в укрытии.

– Что?! Я не буду отсиживаться в окопах! – возмутилась Маргарита.

– Ты будешь делать то, что велено, или я в один миг перенесу тебя домой, – пригрозила Виктория и приготовилась щёлкнуть пальцами.

– Стой! – схватив тётку за руку, остановила её Рита. Выбор был только один: согласиться с условиями Вики, и племянница, переступив через себя, согласилась.

– Почему-то я тебе не верю, – протянула Виктория Браун.

– В этом ты не одинока, – поддержал хозяйку голотон.

– Даю слово, что не буду вмешиваться без крайней необходимости.

– Рита, да пойми ты, тебе ещё слишком рано вступать в схватку, особенно с таким противником, как Дэвюль. Если я не справлюсь, ты не будешь меня спасать. Слышишь? Я запрещаю!

– А что мне делать?! Сидеть и смотреть? – не понимала Маргарита.

– Вернёшься домой и всё расскажешь матери, она знает, что делать.

Виктория просила Кваху и Клесту держаться в вышине и в случае необходимости проводить атаку с воздуха, а они с Ритой пойдут дальше пешком.

Они ступали как можно тише, пробираясь к нужному месту. Волнение накрывало Маргариту с каждым шагом, она переживала, что, возможно, Моховика уже нет в живых, и вся эта спасательная операция уже не имеет никакого смысла.