Академия Гримкрафт. Часть 1. Некроманты

— Все профессора переполошились, — говорила она спокойным, слегка менторским тоном, — Профессор Флинт до сих пор не вернулась в свой кабинет. Что-то произошло, но все молчат. Я решила, что будет полезным и мне на всякий случай быть начеку и посмотреть, все ли в порядке в Замке, раз уж тут почти никого не осталось. Профессор Флинт мне доверяет, и я не могу ее подвести. Кстати, спасибо, что согласился мне помочь.

— Конечно. Не мог же я оставить тебя одну бродить тут ночью в темноте.

Голос парня был таким мягким и елейным, что я могла бы поклясться, что услышала как от этой приторности у его собеседницы скрипнули зубы.

— Будет куда полезнее, если ты осмотришь эту часть Замка, а я пойду в правое крыло. Меньше шансов что-нибудь — или кого-нибудь — упустить.

— Но...

— Ты ведь не сомневаешься в моих возможностях, Маркус? — спросила Катрина не терпящим возражений ледяным тоном.

Маркус явно не нашелся, что ответить.

— Ну вот и отлично. Я пошла. Встретимся в Торжественном Зале через час.

Послышался звук удаляющихся шагов и за ним тихое ругательство Демиана. Он потянул меня обратно в тот коридор, из которого мы только что пришли.

— Как же меня достала эта Смит! — Едва слышно возмущался Демиан уводя меня все дальше. — Какого черта ей не спиться! Не может прожить и дня не поцеловав кого-нибудь в...

Вдруг он замолчал, а затем резко завернул за угол и, дернув меня на себя, закрыл мне рот рукой. Как будто это не он, а я только что разглагольствовала! Не желая привлекать ненужное внимание, я подавила возмущение и замерла.

Через какое-то время мимо коридора, где мы прятались, быстрым шагом прошел Маркус. При этом он даже не глядел по сторонам и, судя по всему, вообще не был заинтересован в каких-либо поисках.

— Еще и этот влюбленный идиот на что-то надеется, — продолжил возмущаться Демиан, стоило Маркусу отойти от нас на приличное расстояние, — как будто она не держит его рядом с собой, как собачонку на поводке, ради собственной выгоды.

Отлепив наконец его руку от своего рта, я все-таки решила высказаться:

— Во-первых, больше так не делай, а во-вторых, я уже встречала Катрину и тогда она показалась мне вполне доброй и милой девушкой.

Демиан окинул меня осуждающим взглядом.

— У тебя явно проблемы с восприятием, если ты приняла это напускное «я самая лучшая, добрая и ответственная староста на свете» за чистую монету.

Я улыбнулась.

— Уж не хочешь ли ты мне сказать, что сам никогда так не делал?

— Я не терплю ложь и всегда искренен в своих порывах.

— Что ж, я запомню эти слова.

Дальнейший путь до лечебницы мы преодолели без приключений. Ни на Маркуса, ни на Катрину мы больше не натыкались. И даже холл у парадного входа оказался пуст.

Непосредственно в саму лечебницу мы попали с черного входа, пройдя сквозь сеть всеми забытых пыльных коридоров, и, неожиданно, довольно красивую оранжерею со множеством пестрых экзотических растений. Разглядывать их, к сожалению, не было времени, но я пообещала себе, что обязательно найду потом это место, если все же смогу задержаться в Академии.

Из оранжереи можно было попасть в мастерскую, где варились зелья. Из мастерской — в комнату, заставленную уже готовыми зельями, микстурами и настоями, а оттуда, поднявшись по небольшой лестнице, непосредственно в саму лечебницу. Длинное узкое помещение было сплошь заставлено белыми койками, словно тут со дня на день готовились принять целую роту больных и страждущих. Разумеется, в этот час занято было всего три. И хотя пока тишина нарушалась только тихим дыханием спящих в своих койках Стихийников, мы с Демианом замерли в маленькой нише рядом с лестницей, прикрытой каким-то большим, отдающим свежестью, горшочным растением, не решаясь покидать свое укрытие. Тихо перешептывались:

— Нам повезло, их и правда усыпили. — слегка задрав рукав, Демиан посмотрел на часы. — У нас есть примерно пара часов, пока они не проснутся.

— Хорошо, допустим. Но что мы будем дальше делать?

Демиан задумался.

— В идеале — повлиять на их воспоминания, но ментальная магия штука сложная и редкая, поэтому этот вариант нам не подходит. Есть еще, конечно, эликсир Забвения, но он вряд ли найдется среди местных аптекарских запасов, — он кивнул головой в сторону помещения со склянками, из которого мы только что пришли, — а в личные запасы профессора Эклист лезть опасно. Говорят, ее кабинет окружен несколькими слоями защитных чар.

— Эклист?

— Она вела у нас лекции прошедшим днем.

— Ах, да, Основы Зельеварения...

Я вспомнила красивую даму и смущающегося, очарованного ею Кристофера. И тут меня осенило!

— Кристофер! — я схватила за рукав Демиана, который, повернувшись ко мне спиной, явно собирался направиться обратно к лестнице для поисков зелья.

Он обернулся, в недоумении выгнув одну бровь.

— Вообще-то я Демиан, если ты уже забыла.

— Да нет же! У Кристофера может быть это зелье!

Демиан недоверчиво взглянул на меня.

— Эликсир Забвения? С чего ты взяла?

— Он при мне дописывал свое летнее домашнее задание, где надо было составить формулы разной длительности для этого эликсира! Что если у него и образцы сохранились? Наверняка Лекари должны и практикой заниматься, разве нет?

Демиан задумался.

— Не всегда и не обязательно, но попробовать узнать можно и...

Он хотел было добавить что-то еще, но в этот момент двустворчатые двери в противоположном конце комнаты открылись и из них вышли две молодых женщины: профессор Эклист, о которой мы только что говорили, и какая-то Лекарка в очень светлой зеленой мантии, ее пшеничные длинные волосы были повязаны лентой того же тона. Выражение лиц обеих выражало сильную обеспокоенность. Из обрывков тихого разговора можно было услышать как вторая женщина, что по-видимому была заведующей лечебницы, отчитывается профессору Эклист о состоянии пострадавших. Половины из звучавших терминов я даже не понимала, но у Демиана с этим явно обстояли дела получше — он наклонился к моему уху и прошептал:

— Надо спешить, они скоро начнут их будить. Я пойду к Кристоферу. Твоя задача любым способом сделать так, чтобы они не очнулись до того, как я вернусь.

Я обернулась, едва не столкнувшись с ним носами. Зашептала в недоумении:

— Но как?..

Он остановил меня, прижав палец к губам. Женщины замолчали, в возникшей тишине я могла выдать наше присутствие. Мы застыли, смотря друг другу в глаза так близко, что зрение размывалось. И стояли так до тех пор, пока две Лекарки не ушли в кабинет заведующей, оставив дверь открытой. Оттуда периодически доносились отзвуки их разговора.

Убедившись, что теперь его не заметят, Демиан отпрянул от меня и быстро, практически не слышно, скрылся в тени лестницы. Я же так и осталась стоять, разинув рот, в шоке от того, в какой ситуации находилась. Почему каждый раз помощь кому-то оборачивалась для меня полнейшей катастрофой?

Нервничать я начала уже спустя десять минут после ухода Демиана. Конечно, я понимала, что он даже чисто физически не мог вернуться так быстро, но ничего с собой поделать не могла.

Еще через десять минут сердце уже неслось галопом от подступающей паники. А когда спустя еще какое-то время я услышала едва слышный вздох с одной из кроватей, оно и вовсе провалилось куда-то в пятки.

Гребаные Стихийники явно собирались пробуждаться, а я не имела ни малейшего понятия, как остановить этот процесс!

Я не могла даже выйти из своего укрытия так, чтобы меня не заметили — свет, льющийся из открытого кабинета, падал прямо на находящиеся напротив кровати с больными. Чудо, что занятые обсуждением произошедшего ночью, Лекарки ничего не расслышали.

По сути, у меня было всего два пути — либо раскрыть себя сейчас и тянуть время до последнего, отвлекая их внимание от пациентов, либо воспользоваться своей магией, но с большой вероятностью быть раскрытой, или скорее даже полностью разоблаченной, позже. Оба варианта были сущим кошмаром, но почему-то именно первый пугал меня больше всего. Ведь это случится сразу, а вот разоблачение Что если у меня получится сделать все настолько аккуратно, что не останется вообще никаких следов? Насколько можно было надеяться на то, чем владеешь всего пару месяцев?

И все же я понимала, что сейчас даже угроза смерти не заставит меня вылезти из-за этого приятно пахнущего куста, настолько страшно было попадаться на глаза преподавателям. А если сюда еще и прибежит мистер Краун...

Сделав несколько глубоких вдохов, смешанных с запахом мяты и чего-то цитрусового, я постаралась взять себя в руки и успокоиться. Закрыв глаза я сделала так, как меня учила мисс Уэлш, — обратилась к магии и заставила ее «смотреть» вместо меня. В кромешной темноте стали постепенно появляться золотые искры. Они складывались в силуэты лежащих людей. Я видела их дыхание, видела как жизнь волнами перекатывается по их телам, при этом мягко пульсируя. Я словно держала их за пульс и одновременно чувствовала жар их магии, жар огня.

Я чувствовала как все их нутро подергивается в ожидании скорого пробуждения.

Я не могла им этого позволить.

Несмотря на повреждения, их организмы были чересчур энергичны, полны жизнью до самых краев. Никому ведь не станет хуже, если я уберу эти излишки и дам им спокойно отдохнуть?

И, так я и сделала.

Позволила этим искрам перетечь в свое тело. Оно наполнялось уже знакомым мне приятным теплом. Я больше не чувствовала усталости, тревоги, раздражения. Теперь все было в порядке, все было под контролем.

Но жадничать было нельзя. Как только бушевавшие в телах Стихийников волны успокоились, я отпустила контроль и открыла глаза. Все вокруг горело золотом.

Сначала мне показалось, что это я виновата. Что я сделала что-то не так, и моя магия сошла с ума.

Но все оказалось гораздо проще — наконец-то наступил рассвет.

Глава 5. Дым без огня.

Не прошло и пары минут с момента моего применения магии, когда резко раскрылись двустворчатые двери лечебницы, и в помещение ворвался Демиан, тащивший у себя на плече ужасающе бледного до синевы Кристофера. Парень выглядел так, будто был мертв уже как минимум пару дней.

На шум из кабинета выбежали профессор Эклист и ее помощница. Помощница отреагировала первой — подхватив Кристофера с другой стороны, она помогла Демиану дотащить его до свободной кровати. После чего профессор Эклист тут же взялась осматривать нового пациента. На кончиках ее пальцев возникло едва заметное свечение.

— Пульс сильно замедленный… дыхание ровное, слабое… реакция на раздражители отсутствует… кровь густая, с примесью, — перечисляла Эклист, проводя ладонями над телом бессознательного Кристофера. — Характерный синюшный оттенок кожных покровов может свидетельствовать об отравлении листом морильника, однако остальные симптомы ему не соответствуют.

Закончив осмотр, она выпрямилась и задумалась на мгновение.

— Мы как раз проходили свойства листьев могильника в конце предыдущего семестра. Поэтому, зная своего студента, могу предположить, что он опять наварил какую-то гадость и испробовал ее на себе.

Внезапно она обернулась к Демиану.

— Не так ли, мистер Рид, — спросила она у него строгим обвинительным тоном, как будто это именно он был причиной нынешнего состояния ее студента.

Демиан слегка опешил от такого резкого и неожиданного выпада в свою сторону.

— Не могу сказать, профессор. Когда я нашел его, он уже выглядел примерно так.

Эклист недоверчиво окинула его взглядом.

— Да что Вы? Что же Вы в таком случае делали в нашем кампусе ранним утром, Рид? Думаете я не в курсе того, чем занимается мой студент? Но одно дело безобидные зелья для учебы, а другое… Вот это!

Она нервно указала на кровать, где лежал Кристофер. Ледяное выражение лица профессора зельеделия в сочетании с красивыми чертами создавало поистине устрашающий эффект.

— У нас нет времени, Рид. Ваша ложь или молчание могут стоить ему жизни. Признавайтесь немедленно — что Вы просили сварить и что в итоге выпил Кристофер?

Демиан даже не дрогнул. Напротив, он выпрямил плечи и, вздернув голову, посмотрел ей в глаза, всем своим видом показывая — ее угрозы не достигли цели.

— При всем уважении, профессор, — сказал он спокойно и ровно, — я не имею к происходящему никакого отношения. Да, я пришел к Кристоферу, потому что у меня закончились зелья Бодрости.

С этими словами он достал из-за пазухи пустой бутылек, и потряс им.

— Но застал его лежащим на полу вот в таком виде, — он кивнул головой в сторону кровати. — Я бы никогда не стал намеренно рисковать жизнью собственного друга.

Повисла пауза, во время которой профессор зельеделия и мой староста молча буравили друг друга не читаемыми взглядами.

— Ключевое слово здесь «намеренно», — проговорила Эклист тихо.

Она, конечно же, была права, но совсем не в том смысле, в каком предполагала.

Но, видимо, устав от бесполезной траты времени на спор, Эклист обратилась к молча наблюдавшей за препирательством Лекарке:

— Я принесу антидот к морильнику и Поддерживающее зелье. А ты отправь записку старосте, пусть сходит в комнату Кристофера и проверит все на наличие подозрительных жидкостей и компонентов. Попроси захватить котел, на случай если там остались следы зелья.

С этими словами она обошла Демиана и направилась в сторону каморки, где хранились зелья. Я сжалась за кустом, боясь пошевелится. Если она подойдет ближе, то может не только увидеть, но и почувствовать меня. Достаточно совсем небольшого всплеска ее магии, чтобы засечь еще одно неожиданное сердцебиение… Демиан обернулся ей вслед, нервно бросив взгляд в мою сторону. Кажется, он уже собирался ее окликнуть, когда внезапно подала голос Лекарка — будучи уже на полпути к своем кабинету, она ударила себя ладонью по лбу, а затем извиняющимся тоном обратилась к Эклист:

— Ох, простите, профессор, но я еще не успела приготовить новые зелья, никак не думала, что у нас будет такое с первого дня, — тараторила она. — А все остатки с прошлого года мы потратили на них.

Она посмотрела на Стихийников, которые, благодаря моему магическому вмешательству, спали беспробудным сном.

Профессор Эклист вздохнула, прикрыв глаза.

— Пойду проверю свои личные запасы.

Проходя мимо Демиана, она бросила:

— Ждите здесь.

— Конечно, профессор, — кивнул он в ответ с самым прилежным видом.

Как только декан Лекарей покинула лечебницу, прикрыв за собой двери, а ее помощница убежала в кабинет писать записку, Демиан достал из кармана на этот раз полный пузырек с какой-то жидкостью небесно-голубого цвета.

Без лишней нервозности и спешки он по очереди подошел к каждому из Стихийников и, надавив им на челюсти, влил в рот по три больших капли.

Закончив с ними, он переключился на Кристофера. Ему полагалось другое зелье — белое, на вид сильно напоминавшее обычное молоко. Сделав два рефлекторных глотка, почти мгновенно очнувшийся Кристофер, забрал у Демиана пузырек и допил его полностью. Его кожа прямо на глазах стала приобретать нормальный человеческий вид, а на щеках даже появился легкий румянец. Он начал улыбаться странной, немного блаженной улыбкой.

Удостоверившись, что зелье подействовало, Демиан вспомнил обо мне. Посмотрев на куст, за которым я скрывалась, он замахал рукой в сторону каморки с зельями, давая понять, что сейчас самое лучшее время, чтобы покинуть помещение.

Если честно, уходить совсем не хотелось. Я так увлеклась этим представлением, что теперь была сильно заинтригована развязкой. И только осознание того, что она может стать весьма трагичной, если меня все-таки поймают, заставило меня быстро шмыгнуть в спасительную темноту хранилища с микстурами. Однако перед тем, как открыть дверь в мастерскую, чтобы проделать обратный путь к Оранжерее, где можно было бы на время затеряться среди очередных зеленых кустов и растений в ожидании Демиана и, возможно, Кристофера, я прислонила ухо к деревянной поверхности— мало ли, вдруг профессору Эклист придет в голову прямо сейчас начать что-то варить. Но за дверью было тихо, а вот за моей спиной прозвучал взволнованный женский голос:

— Мистер Грин!

Не раздумывая больше ни секунды, я забежала в мастерскую, а оттуда прямиком в Оранжерею.

***

Я была готова к тому, что в Оранжерее мне придется просидеть долго. Вариантов у меня в любом случае было не много — либо Демиан, если Эклист все-таки не сожрет его с потрохами, додумается о том, где меня искать, либо я сама, дождавшись начала завтрака, отправлюсь в столовую. К тому времени мои блуждания по Замку уже не должны будут выглядеть слишком подозрительно. Ну встала голодная студентка пораньше — ничего криминального.

А пока я решила найти наиболее укромное место среди буйной растительности, чтобы сесть и немного перевести дух. Найдя небольшую скамеечку в дальнем цветочном ряду, я забралась на нее и села в свою самую любимую и удобную позу, скрестив ноги. Закрыв глаза, я снова призвала свою магию. Темнота окрасилась блеклым золотым свечением, исходящим от растений. Теперь, если сюда зайдет человек, я узнаю об этом раньше, чем он сможет меня заметить.

Привыкшая (благодаря практикам с мисс Уэлш) к этому состоянию внутреннего спокойствия и одновременного сосредоточения, я почти задремала, убаюканная тихой слабенькой пульсацией жизненной энергии, исходящей от окружавших меня растений.

Пока через час, а может больше, внутреннее зрение не «взорвалось» двумя огромными всполохами, своей яркостью перекрывавшими все остальное свечение. Не тратя время на разглядывание чужих аур, я открыла глаза и аккуратно выбралась из своего укромного местечка, с облегчением распознав в двух мелькающих в отдалении мохнатых каштаново-белокурых макушках Демиана и Кристофера. Они на ходу о чем-то тихо переговаривались, склонившись друг к другу. Внезапно, словно почувствовав мое присутствие, Демиан остановился и посмотрел в мою сторону. К сожалению, на таком расстоянии я не смогла увидеть выражение его лица, только приветственный взмах руки. Схватив Кристофера за локоть, он повел его в мою сторону.

— Привет, Нора! — приблизившись, поприветствовал меня Кристофер. Прозвучало чуть громче, чем следовало бы, учитывая характер и место нашей встречи.

Он больше не выглядел болезненно, а скорее даже наоборот: на обыкновенно бледных щеках горел яркий румянец, а глаза искрились весельем. Энергия била ключом так, что ему даже сложно было спокойно стоять на месте.

— Здорово я все провернул, правда? — Кристофер даже и не думал о том, чтобы снизить тон. Широкая улыбка от уха до уха озаряла его лицо.

— Ты можешь не орать на весь Замок, пожалуйста, иначе все твои труды пойдут насмарку, — прошипел сквозь зубы Демиан.

Кристофер, сделав над собой усилие, чуть поуспокоился, но слегка безумная улыбка так и не покинула его лица:

— Ты мне по гроб жизни теперь должен, друг, — сказал он теперь с нарочитым шепотом. Прозвучало зловеще.

Демиан же лишь закатил глаза.

— Пойдемте отсюда.

Увидев мое возмущенно-любопытное лицо, добавил:

— Расскажу все в столовой, пока там никого нет.

Путь к столовой практически ничем не отличался от того, каким мы шли ночью — длинные коридоры и полное избежание открытых пространств. Однако я не удержалась от того, чтобы не задать Кристоферу пару вопросов по пути. Разумеется, самым тихим шепотом:

— Что сказала профессор Эклист, когда увидела, что ты очнулся?

Кристофер зарделся пуще прежнего, мечтательно прикрыв глаза.

— Ну, сначала она, конечно, применила ко мне множество ругательных эпитетов. Но я, конечно, не в обиде. А затем коротко порасспрашивала, что я «напихал» в котел и «какую бурду» хотел сварить. Пришлось рассказать. Потом она меня похвалила и сказала, что в эту пятницу вечером я обязан буду прийти на отработку и в точности повторить то, что я сварил под ее присмотром. И если все получится, она занесет мое зелье в свой личный справочник.

— Чего?..

Я так удивилась, что замерла посреди коридора, уставившись на чрезвычайно довольного собой Лекаря. Он в ответ лишь легонько ухмыльнулся. Раздраженный нашим отставанием, идущий впереди Демиан обернулся и бросил на нас недовольный взгляд. Подстегнутая любопытством и желанием поскорее добраться до места, где можно было бы спокойно поговорить, я поспешила его нагнать. Счастливый Кристофер чуть ли не вприпрыжку следовал за нами.

Как мы и догадывались, в столовой в это раннее утро никого не было. Примечательно было еще то, что не наблюдалось даже кухонных работников, но при этом все столы были сервированы. На них в огромном количестве располагались тарелки со съестным, накрытые магическими жаросохраняющими крышками, которые стоили целое состояние. Мой бывший работодатель, к примеру, мог позволить себе иметь только несколько штук таких — по одной на каждого члена семьи. Здесь их были сотни. Еще один причудливый феномен Гримкрафта — здесь невероятно дорогие магические артефакты были обыденностью, тогда как привычные для обычного человека предметы, создающие комфорт и уют, за редким исключением, считались бесполезным излишеством.

Оглядев пустующие столы — солнечные зайчики, отражаясь от полированных серебряных поверхностей, били нам прям в глаза, заставляя те слезиться — мы, не сговариваясь, сели за относительно небольшой стол Некромантов.

Я задумалась о том, что поглощенная своими переживаниями, в прошлый раз даже не заметила всего этого кулинарного великолепия. И даже не смогла вспомнить, были ли вообще эти крышки на столе. Теперь же, поднимая одну за другой, я с интересом заглядывала внутрь, выбирая себе завтрак. Остановившись на горячих тостах и омлете, с довольной улыбкой наполнила свою тарелку. Окинув взглядом стол в поисках горячего серебряного кувшина с кофе, наткнулась на слегка недоуменные заинтересованные взгляды парней напротив.

— Что? — спросила я удивленно.

— Да ничего, — ответил Демиан уставшим бесцветным голосом, — рад, что наше маленькое ночное приключение не отбило у тебя аппетит.

С этим словами он взял стоявший рядом кувшин и налил мне полную кружку черного дымящегося кофе. Затем не оставил без внимания себя и Кристофера, который в этот момент, последовав моему примеру, бодро выкладывал разнообразные булочки в свою тарелку. Тарелка же Демиана так и осталась пуста. Как и днем ранее, он молча пил кофе. И даже бледность его лица и синяки под глазами были точно такими же. Очевидно, все выпитые им зелья уже перестали действовать. Я же, на контрасте, после того, как «поживилась» Стихийниками, чувствовала себя замечательно. И впервые за долгое время умирала от голода. Из-за этого смотреть на пустую тарелку Демиана, а так же на его весьма потрепанный вид, было весьма тяжело.

Поэтому я решила, что раз уж в данный момент он сам не может о себе позаботиться должным образом, я ему помогу. Зная, что тяжелая пища только усугубит тошнотворное ощущение, которое он наверняка испытывал, я открыла блюдо с ароматной кашей с сухофруктами и положила на тарелку Демиана пару ложек, пристроив рядом маленькую воздушную булочку. Демиан, подняв одну бровь (что стало заметно только благодаря тому, что он сидел подпирая голову рукой, зарывшись пальцами в свои кудрявые волосы), молча следил за моими действиями.

— Хм. Спасибо? — проговорил он наконец тихо.

— Ешь, — прозвучало скорее как ультиматум, но если у моей ба это всегда срабатывало, значит и у меня сработает. — А ты, рассказывай скорее!

Кристофер до этого запихнувший себе в рот огромный кусок булки, поспешил запить его кофе, но чуть не подавился, пытаясь его проглотить. Демиан же вместо того, чтобы помочь другу, слегка отодвинулся от него вместе с наполненной мною тарелкой.

Прокашлявшись, Кристофер начал увлеченно рассказывать:

— Короче, на момент, когда Демиан вломился ко мне в комнату…

— Вломился? — возмущенно перебил Демиан, — Да я даже постучал!

— Не перебивай! — в унисон одернули мы его.

По округлившимся глазам Демиана я поняла, что в этот раз он поднял уже обе брови. Кристофер тем временем затараторил, боясь, что его снова перебьют:

— В общем, когда он пришел, я уже начал кое-что варить. Хотел сделать вариацию Отложенной Смерти, которую мы на третьем курсе будем изучать. Но у нас в учебнике зелье продолжительностью действия в всего пять минут. За это время мало что можно вытянуть из Потустороннего. Если только ты не Некромант, конечно, — добавил он покосившись на нас, — Так вот. Я подумал, что если добавить морильник, то можно будет рассчитывать и минут на двадцать, если сделать все правильно. Но в этом-то и вся загвоздка: у морильника всего один антидот и действует он радикально, напрочь убивая все его свойства, а мне надо было их лишь слегка приглушить. И я подумал, что возможно мне подойдет яд, который нивелирует действие антидота, но только в совсем маленькой дозе. И вот это оказалось самым сложным — рассчитать нужную дозу. Что возможно сделать только опытным путем.