Валькирис: Смерть греха. Часть 1.

– У меня броня с подогревом, – не оборачиваясь, ответила Каэстра.

– Я не про броню. Я про психологический комфорт.

– Я психологически комфортно себя чувствую, когда ты молчишь.

Ривена картинно вздохнула, но отставать не собиралась.

– А я, между прочим, забочусь о боевом духе отряда.

– О своём боевом духе заботься, – буркнула Ксерра, не оборачиваясь. – И руками ничего не трогай. Мало ли что у тебя в голове.

– Обещаю трогать только разрешённое.

Лиран остановилась, подняв руку. Отряд замер.

– Вижу.

Впереди, сквозь лиловую муть, проступали очертания. «Прометей» лежал на боку, завалившись между деревьями. Корпус был цел, но посадка явно была жёсткой – опоры снесло, обшивка вмята, несколько секций распороло о скальный выступ.

– Маяк работает, – Иксора сверилась с планшетом. – Сигнал идёт. Но отсеки… герметичность нарушена.

– Подходим осторожно, – скомандовала Лиран. – Ксерра – прикрытие сверху. Зорина – обойди справа, проверь, нет ли следов. Каэстра – со мной к основному шлюзу.

Отряд рассредоточился. Каэстра двинулась к командиру, но на полпути замерла.

– Здесь кровь.

На земле, на лиловом мху, тёмными пятнами расползалось нечто бурое. Свежее – не успело впитаться полностью. Рядом валялся обрывок ткани – форменная куртка Содружества.

Ривена мгновенно оказалась рядом. Флирт исчез из глаз, сменился сосредоточенностью. Она присела на корточки, достала пробник из медицинского контейнера.

– Чья? – коротко спросила Каэстра.

– Узнаем. – Ривена макнула пробник в кровь, дождалась реакции анализатора. – Человеческая. Группа вторая положительная. Свежая – не больше суток.

– Кто-то выжил? – подошла Тайрана.

– Или не уходил.

Зорина вернулась с обхода, на ходу встряхивая головой.

– Следы. Вокруг корабля много следов. Люди бегали, падали, поднимались. И ещё… – она запнулась. – Царапины на корпусе. Неглубокие. Будто когтями скребли. Много.

Каэстра подошла к борту. Металл был исполосован длинными бороздами. Не рваными, как от взрыва, именно царапинами – ровными, параллельными, словно кто-то методично водил по обшивке чем-то острым.

– Хищник? – предположила Ксерра, не опуская винтовку.

– Хищник не царапает железо просто так. Ему мясо нужно, – возразила Зорина. – А это… будто метки оставляли.

– Скорее открыть пытались, – тихо сказала Каэстра. – Когтями. Безуспешно.

Ривена тем временем исследовала пятна у корабля. Кроме крови, нашлись и другие остатки. Что-то студенистое, серое, размером с ладонь. Она подцепила пинцетом, поднесла к анализатору.

– Не человеческое, – выдохнула она. – Биоматериал неизвестного происхождения. Клеточная структура… странная. Быстро разлагается на воздухе.

– Местная фауна, – решила Лиран. – Значит, они не только учёных трогали, но и друг друга.

– Или их трогали, – Иксора показала планшет. – Я насчитала минимум пять разных биологических следов в радиусе тридцати метров. Кровь людская, эти… остатки, ещё что-то, похожее на слизь. И всё перемешано.

Ксерра опустила винтовку и подошла ближе. Её Взгляд скользил по корпусу, по земле, по царапинам.

– Если тут такое зверьё, почему мы никого не встретили? Кроме той мелочи.

– А если они не звери? – подал кто-то мысль.

Повисла пауза. Лиран оборвала её жестом.

– Не гадаем. Иксора, открывай шлюз. Внутри узнаем больше.

– Шлюз заклинило, – отозвалась та, уже ковыряясь в панели. – Питание отключено. Надо вручную.

– Ломай.

Иксора достала инструменты и вгрызлась в обшивку. Металл жалобно скрипел, но поддавался.

Ривена закончила с пробой и поднялась, оказавшись рядом с Каэстрой. Лицо серьёзное, без намёка на обычную игру.

– Кровь не просто вытекла. Её размазывали. Будто тащили кого-то.

– Или кто-то полз, – ответила Каэстра, глядя на тёмные борозды на мху.

– Ты как хочешь, а я рядом с тобой пойду. Внутри.

– Боишься?

– Профессиональный интерес. Мне нужно знать, что убивает людей так, что они не стреляют в ответ.

Каэстра посмотрела на неё. Золотые глаза встретились со стальными.

– Договорились. Но если начнёшь щупать – пристрелю.

Ривена улыбнулась одними уголками губ.

– Я буду паинькой. Обещаю.

Лязгнул металл – Иксора открыла шлюз. Внутри зияла чернота, пахнущая застоявшимся воздухом, химией и ещё чем-то сладковато-приторным.

– Готово, – сказала Иксора, отступая.

Лиран включила фонарь на броне и шагнула внутрь первой.

Тьма корабля сомкнулась вокруг, и только лучи фонарей шарили по стенам, выхватывая следы того, что здесь случилось.

Внутри корабля пахло смертью. Сладковатый приторный запах смешивался с химией и ржавчиной, забивался в фильтры, но всё равно просачивался сквозь броню. Лучи фонарей выхватывали стены, забрызганные тёмным, пол, по которому тянулись бурые разводы.

– Тут как на бойне, – тихо сказала Тайрана, разглядывая потёки на переборке.

Иксора щёлкала сенсорами, считывая показатели. Лицо бледное, серые глаза бегают по экрану.

– Кислород в норме, токсинов нет. Давление чуть ниже стандартного. Жить можно.

– Жить – да, – Ривена присела у очередного пятна, провела пробником. – А вот выжить… Это кровь. Человеческая. Много.

Лиран остановилась на развилке коридоров. Налево – жилые отсеки, направо – командный мостик и лаборатории.

– Делимся. – Короткий взгляд на Каэстру. – Ты, я, Тайрана и Иксора – в командный. Ксерра, Зорина, Ривена – жилая палуба. Проверяете каждый угол, ищете выживших, записи, хоть что-то. Связь держать каждые десять минут. Вопросы?

– Если найдём кого-то живого? – спросила Ксерра, поправляя винтовку.

– Выводите наружу и вызывайте подмогу. Не лечите на месте, если не уверены. Непонятное – не трогать.

– А если непонятное само тронется? – Ривена улыбнулась, но глаза остались холодными.

– Стреляйте.

Группы разошлись. Каэстра шагнула в правый коридор, Лиран рядом, Тайрана замыкала. Иксора шла впереди, водя сканером по стенам.

Кровь была везде. На полу лужицы, на стенах брызги, на потолке – целые дорожки, будто кто-то полз по верхней обшивке.

– Как они туда попали? – Тайрана задрала голову, разглядывая тёмные разводы под вентиляцией.

– Не спрашивай, – бросила Лиран.

Командный отсек был с разбитыми экранами и перевёрнутой мебелью. Кресла валялись на боку, столы сдвинуты, будто здесь боролись. На главном пульте – засохшая лужа, в которой утонул планшет.

Иксора метнулась к терминалам.

– Питание есть. Аварийное. Я могу поднять записи.

– Поднимай, – Лиран встала у входа, контролируя коридор. – Каэстра, Тайрана – осмотрите углы.

Каэстра двинулась вдоль стены. Под ногами хрустело стекло. В углу, за опрокинутым шкафом, что-то белело. Она наклонилась, направила фонарь.

Человеческая рука. Отделённая от тела, с рваными краями. Пальцы сжаты в кулак, на безымянном – обручальное кольцо.

– Здесь часть экипажа, – ровно сказала она.

Тайрана подошла, посветила. Лицо инженера осталось спокойным, только желваки заходили.

– Разорвано. Силой.

– Работаем дальше.

Иксора возилась с пультом. Пальцы летали по клавишам, экран моргал, выдавая помехи.

– Есть! – выдохнула она. – Последняя запись с камер в лабораторном отсеке. Смотреть будем?

– Давай.

Экран засветился. Помехи, рябь, потом изображение проявилось. Лаборатория – столы с приборами, контейнеры с образцами, люди в белых халатах. Они суетились деловито. Кто-то записывал данные, кто-то рассматривал что-то в микроскоп.

Потом дверь открылась.

Вошедшего не было видно – камера снимала от входа, но силуэт заслонял свет. Люди обернулись. Сначала спокойно, потом кто-то замер, кто-то попятился.

– Что это? – спросила Тайрана.

– Смотри, – оборвала Лиран.

Из динамиков донёсся звук. Шипение. Низкое, раскатистое, отдающееся в грудной клетке. Оно нарастало, заполняло собой всё, и вместе с ним – второй звук. Что-то среднее между треском и вибрацией, от которой закладывало уши даже через запись.

На экране люди схватились за головы. Женщина в халате упала на колени, закрывая уши руками, рот открылся в крике, но звук утонул в шипении. Мужчина побежал к выходу, но споткнулся, упал, пополз.

Изображение задрожало, пошло полосами.

– Иксора, увеличь вход, – приказала Каэстра, подходя ближе.

– Пытаюсь, но…

Экран мигнул и погас.

– Сбой. Запись повреждена.

В ту же секунду звук пришёл снова. Теперь живой. Не из динамиков.

Откуда-то из глубины корабля, из вентиляции, из стен – шипение прокатилось по коридорам. Низкое, вибрирующее, от него заныли зубы и сжалось в груди. А следом – тот самый треск, от которого волосы на затылке встали дыбом.

– Что за херня? – Тайрана вскинула оружие, разворачиваясь к двери.

Каэстра замерла. Золотые глаза с вертикальными зрачками расширились, потом сузились до щелок. В темноте её зрение работало лучше, чем у остальных, и она видела, как пыль на полу начала вибрировать, подпрыгивать в такт звуку.

Лиран подняла руку, призывая к тишине.

Звук нарастал. Давил на уши, на мозг, на каждую клетку. Хотелось зажмуриться, закрыть голову руками, упасть и не двигаться.

– Связь! – рявкнула Лиран в коммутатор. – Ксерра, приём! Что у вас?

Из динамика в ответ – только шипение. То же самое, что разносилось по коридорам.

– Не слышно! – Иксора трясла планшет. – Что-то глушит!

– Каэстра, – Лиран шагнула к ней, но договорить не успела.

Свет в коридоре мигнул и погас. Аварийное освещение моргнуло красным и тоже вырубилось. Тьма стала абсолютной.

Только фонари на броне разрезали её тонкими лучами.

И шипение. Оно шло отовсюду.

Лазарет «Прометея» напоминал поле боя, где санитары проиграли. Шкафы с медикаментами распахнуты, содержимое вывалено на пол, операционный стол перевёрнут. На койках тёмные пятна, на полу – россыпь использованных шприцев и окровавленные бинты.

Ривена стояла у терминала, вцепившись в планшет. Пальцы в перчатках бегали по экрану, считывая последние записи. Фарфорово-бледное лицо в свете экрана казалось маской.

– Тут такое… – выдохнула она. – Они вели дневники наблюдений. Записи о фауне, образцы тканей. А потом резко – всё. Последняя запись обрывается на середине фразы.

– Что за фраза? – Ксерра стояла у входа, винтовка на изготовке. Золотые волосы выбились из узла, липнут к вискам.

– «Контакт установлен, они реагируют на…» И всё. Дальше пустота.

Зорина копалась в углу, среди обломков. Под ногами хрустело стекло.

– Тут труп. Вернее, часть. Женщина, судя по остаткам одежды. – Она поморщилась, отодвигая носилки. – Разорвана силой.

В этот момент звук пришёл.

Сначала низкий гул, от которого задрожали стёкла в разбитых шкафах. Потом шипение – раскатистое, заполняющее каждый угол, каждую щель. А следом тот самый треск, от которого свело челюсти и захотелось выть.

Ривена выронила планшет. Схватилась за голову, пальцы впились в виски.

– Что за…

Ксерра прижалась спиной к стене, вскидывая винтовку. Зрачки расширились, несмотря на яркий свет фонарей.

– Связь! – рявкнула Зорина в коммутатор. – Лиран! Каэстра! Ответьте!

В ответ – только шипение. То же самое, что раздирало уши извне.

Свет мигнул и погас. Красное аварийное освещение вспыхнуло на секунду и тоже вырубилось. Тьма стала плотной, осязаемой. Только лучи фонарей на броне шарили по стенам, выхватывая хаос разрушения.

– Спокойно, – Ксерра заставила себя дышать ровно. – Держим позицию. Они выйдут на связь.

– А если нет? – Ривена подняла планшет, но экран только рябил помехами. – Навигация сдохла, связь сдохла, даже компас показывает херню.

Зорина достала детонатор, проверила заряд.

– Если эта тварь придёт – встретим.

– Ты её видела? – Ксерра не опускала винтовку. – На записи? Нет. А звук этот слышали все. Значит, оно близко.

Шипение стихло так же внезапно, как началось. Слышно было только собственное дыхание и гул крови в висках.

– Ушло? – шепнула Ривена.

– Не уверена.

Ксерра сделала шаг к выходу из лазарета. Луч фонаря скользнул по коридору. Пусто. Только тени от обломков и тёмные разводы на стенах.

– Надо найти остальных. Лиран бы не ушла молча.

– А если они не могут говорить? – Ривена подошла ближе, держа в руке скальпель. Бесполезный против неизвестности, но дающий иллюзию контроля. – Если та херня, что издаёт звук, уже добралась до них?

– Не каркай.

Зорина двинулась к выходу первой. Крупная фигура в броне, детонатор на поясе, в руке – тактический нож.

– Идём цепочкой. Я первая, Ксерра прикрывает, Ривена – замыкающая. Держим дистанцию три метра. Если что – стреляем без команды.

В коридоре было темно. Фонари вырывали из мрака куски реальности: опрокинутый ящик с инструментами, лужу крови на полу, чей-то ботинок с остатками ноги внутри. Ривена заставляла себя смотреть, анализировать, запоминать. Потом, если выживут, это пригодится.

– Движение, – шепнула Ксерра.

Все замерли. Впереди, в конце коридора, что-то мелькнуло. Тень на стене. Слишком быстрая, слишком неестественная.

– Вижу, – Зорина пригнулась. – Кто-то есть.

Тень метнулась снова. Теперь ближе. В луче фонаря на секунду проявился силуэт – человеческий. Растрёпанные волосы, белый халат, лицо, искажённое гримасой.

– Эй! – крикнула Зорина. – Стоять! Свои!

Фигура не остановилась. Рванула к ним, спотыкаясь, падая, поднимаясь. Руки вытянуты вперёд, пальцы скрючены.

– Не подходи! – Ксерра вскинула винтовку. – Стой, мать твою!

Фигура не слышала. Или не понимала. Бежала прямо на них, издавая гортанные, булькающие звуки.

Выстрел грохнул в тесноте коридора, заложил уши. Пуля вошла в грудь бегущему. Тот дёрнулся, но не упал. Продолжал двигаться, перебирая ногами, хватая ртом воздух.

– Что за херня?! – Зорина отступила, выхватывая пистолет.

Второй выстрел – в голову. Фигура рухнула, заскрежетав по полу.

Ксерра подошла ближе, светя фонарём. На полу лежала женщина. Лет сорока, в изодранном халате, с пулевыми ранениями. Но лицо… Лицо было странным. Глаза широко открыты, но мёртвые. Кожа серая, с неестественным отливом. И изо рта – тонкая струйка тёмной жидкости, которая зашипела, коснувшись пола.

– Что с ней? – Ривена присела, забыв об опасности. – Это не… не похоже на заражение.

– Встань.

Голос Ксерры изменился. Стал тихим, напряжённым до предела.

– Встань, Ривена. Медленно.

Ривена замерла, потом так же медленно поднялась, не оборачиваясь.

– Что там?

– Не оборачивайся. Просто иди ко мне. Спокойно.

Зорина уже вскинула оружие, глядя куда-то за спину Ривене. Лицо инженера побелело, насколько это было возможно при её смуглой коже.

Ривена сделала шаг. Второй. Потом не выдержала – обернулась.

Оно стояло в трёх метрах.

Рост под два с половиной, занимало весь проход. Тёмный хитин, перетекающий в мышечную ткань. Две пары длинных рук, каждая заканчивалась четырьмя когтями – загнутыми, хищными, с капающей с них слизью. Хвост изгибался над головой, и на конце его тускло поблёскивало лезвие – костяное, острое, в крови. Из пасти свисали нити слюны, и капли её, падая на пол, прожигали в металле дымящиеся дыры.

Глаза. Две пары. Хищные, мутные, слабовидящие – они шарили по сторонам, ища источник звука, движения, жизни.

Существо замерло, поводя головами. Принюхивалось? Прислушивалось? Потом пасть приоткрылась, и оттуда вырвалось то самое шипение – низкое, вибрирующее, от которого ноги стали ватными.

– Не двигайтесь, – выдохнула Ксерра, целясь между двумя парами глаз. – Оно реагирует на движение.

– Оно на всё реагирует, – прошептала Зорина, перехватывая детонатор. – На звук, на свет, на запах. Ривена, у тебя скальпель. Метнешь?

– Я не дойду до него. Оно меня разорвёт раньше.

Существо сделало шаг. Когти скрежетнули по металлу. Хвост качнулся, рассекая воздух со свистом.

– Если побежим – догонит, – Ксерра прицелилась тщательнее. – Если останемся – убьёт. Значит, стреляем.

– Стой, – вдруг сказала Ривена. – Смотри.

Существо замерло. Головы повернулись куда-то в сторону, за спину девушкам. Оттуда, из глубины коридора, донёсся звук. Шаги. Тяжёлые, размеренные. Человеческие.

– Там кто-то есть, – выдохнула Зорина.

Существо развернулось. Медленно, будто нехотя, переставляя длинные ноги. Хвост напрягся, готовый к удару. И через секунду оно рвануло в темноту, откуда слышались шаги.

– За ним! – Ксерра бросилась следом, не дожидаясь остальных.

– Ты с ума сошла! – крикнула Ривена, но ноги уже несли её за снайпером.

Зорина выругалась сквозь зубы и побежала последней, сжимая детонатор. Впереди, во тьме «Прометея», снова раздалось шипение. И вслед за ним – человеческий крик.

В командном отсеке после потери света прошло не больше минуты, хотя каждой показалось – вечность.

Каэстра стояла неподвижно, вслушиваясь в темноту. Золотые глаза с вертикальными зрачками работали на пределе – в инфракрасном диапазоне она видела тепло своих, но за пределами отсека… Там что-то было. Холодное. Большое.

– Шевелитесь, – выдохнула Лиран, включая аварийный фонарь на броне. – Иксора, тащи терминал. Уходим.

– Куда? – Иксора прижимала планшет к груди, пальцы дрожали. – Там…

– Не знаю. Но здесь оставаться нельзя.

Тайрана первой двинулась к выходу. Луч её фонаря скользнул по коридору – пусто. Только тени пляшут на стенах, и где-то вдалеке всё ещё дрожит тот самый звук, затухая, уходя в низкие частоты.

– Вроде стихает, – шепнула она.

Каэстра вышла следом, прикрывая спину Лиран. Шаг, второй. Под ногами хлюпает – лужа крови ещё не высохла. Значит, свежая. Очень свежая.

– Там, – Иксора ткнула пальцем в конец коридора. – Я слышала шаги. Не наши.

Лиран подняла руку, приказывая замереть. Тишина. Только гул крови в ушах и редкие капли где-то в системе вентиляции.

А потом капли стали чаще.

И громче.

– Над нами, – выдохнула Каэстра, задирая голову.

Лучи фонарей взметнулись к потолку. Металлические плитки, вентиляционные решётки, провода. Пусто.

– Померещилось, – начала Тайрана, и в этот момент прямо над ней, в полуметре, плитка прогнулась.

Лязг. Скрежет когтей по металлу.

– Назад! – рявкнула Лиран, хватая Иксору за шкирку и оттаскивая.

Существо висело на потолке, вцепившись двумя парами рук в перекрытия. Четыре глаза шарили по сторонам, не фокусируясь на свете, но улавливая движение. Из пасти тянулась слюна, и тяжёлая капля сорвалась вниз.

На броню Тайраны.

Капля упала на левое плечо. Зашипела. Металл пошёл пузырями, и через секунду в броне образовалась дыра, из которой повалил пар.

– Твою мать! – Тайрана рванула крепления, срывая повреждённую пластину, пока кислота не добралась до тела. – Оно кислотное!

Существо дёрнулось на звук. Головы повернулись к Тайране. Хвост качнулся, целясь.

– Огонь! – крикнула Лиран, вскидывая автомат.

Очередь прошила потолок. Пули выбили крошку, но тварь уже сместилась – быстрее, чем можно было уследить. Перетекла по перекрытиям, оказалась в трёх метрах левее.

Каэстра стреляла короткими, экономя патроны. Две пули вошли в хитин – без эффекта. Только чёрная жидкость брызнула, зашипела на полу.

– Толстая шкура! – крикнула она.

Вторая группа влетела в коридор жилой палубы, откуда донесся крик. Ксерра бежала первой, Ривена едва поспевала, сжимая в руке медицинский лазер – бесполезный против этой твари, но лучше, чем ничего. Зорина замыкала, на бегу выдёргивая чеку из небольшого дымового заряда.

– Там! – Ксерра вскинула оружие.

Впереди, в перекрестье лучей, мелькнуло человеческое тело. Мужчина в остатках формы Содружества, без сознания, прислонён к стене. Из разорванного плеча хлестала кровь, но он был жив – грудь вздымалась.

– Ловушка, – выдохнула Зорина. – Слишком на виду.

– А если нет? – Ривена рванула к раненому, забыв об опасности.

– Стой!

Поздно. Ривена уже присела, вскрывая медицинский контейнер. И в этот момент с потолка, из вентиляции, рухнула тень.

Та же тварь. Или другая – такие же две пары рук, хвост с лезвием, пасть, полная кислоты. Она приземлилась между Ривена и остальными, отсекая медика от группы.

– Ри! – заорала Ксерра, вскидывая винтовку.

Но стрелять мешала позиция – тварь закрывала Ривена, и пули могли задеть свою. Существо медленно повернуло головы, сканируя пространство. Ривена замерла в двух метрах от него, прижавшись спиной к стене. Глаза расширены без паники.

– Не дёргайся, – прошептала она самой себе. – Оно реагирует на движение.

– Ри, отползай, – Зорина шагнула в сторону, пытаясь найти угол для выстрела. – Медленно.

Ривена начала смещаться вдоль стены. Сантиметр за сантиметром. Тварь замерла, прислушиваясь. Хвост напрягся, готовый ударить.

И в этот момент раненый мужчина застонал.

Звук был тихим, но в мёртвой тишине коридора прозвучал как взрыв. Голова существа дёрнулась к нему. Хвост описал дугу и вонзился в грудь лежащего. Брызнула кровь, мужчина захрипел и затих.

– Сейчас! – Зорина метнула дымовой заряд прямо под ноги твари.

Шипение, вспышка, и коридор затянуло едким белым облаком. Существо заверещало – впервые издало звук, похожий на боль. Слюна брызнула во все стороны, прожигая пол и стены.

– Ри, бегом!

Ривена рванула к своим, перекатилась под хвостом, который рубанул воздух в сантиметре от её головы. Зорина схватила её за броню и отшвырнула дальше по коридору.

– Огонь!

Ксерра дала очередь. Пули вошли в корпус твари, но та уже уходила вверх, в вентиляцию, ломая решётки мощными руками. На секунду мелькнул хвост – и пропал.

– Жива? – выдохнула Ксерра, подскакивая к Ривене.

– Жива. – Медик ощупала броню. – Касания не было. Успела.

– Тварь ушла, – Зорина вслушивалась в темноту.

– Там, откуда мы пришли, стреляли, – вдруг сказала Ксерра. – Слышали? Очередь. Короткая. Не наша.

– Лиран с девочками, – Ривена поднялась, пошатываясь. – Они там. И тварь могла пойти к ним.

– Или твари, – Зорина перезарядила оружие. – Та была не одна. Слишком быстро оказалась здесь. И та, первая, в лазарете… другая.

– Сколько их?

– Не знаю. Но выяснять некогда. Надо к нашим.

Ксерра уже двинулась в обратную сторону, к развилке, откуда они пришли. Ривена, несмотря на трясущиеся руки, бежала следом. Зорина замыкала, держа детонатор наготове.

Где-то впереди, в недрах корабля, снова раздалось шипение. Низкое, раскатистое, от которого закладывало уши. И в ответ ему – короткая автоматная очередь.

– Зорина, правее! – крикнула Ксерра, вскидывая винтовку.

Тварь вывалилась из вентиляции в трёх метрах перед ними. Приземлилась на четвереньки, взметнув облако пыли и мелких обломков. Четыре глаза шарили по коридору, две пары рук скребли металл, хвост напрягся, готовый к удару.

– Получай!

Зорина нажала на спуск. Очередь вошла в грудь существа, выбив фонтан чёрной жидкости. Та зашипела на полу, прожигая дыры. Тварь дёрнулась, но не упала. Попятилась, прижимаясь к стене, и вдруг рванула вперёд.

– Берегись!

Ксерра выстрелила ещё раз, целясь в голову. Пуля скользнула по хитину, срезала кусок плоти с морды, но существо не остановилось. Оно неслось прямо на них, перебирая длинными руками, хвост рассёк воздух.

Зорина не успела уйти. Лезвие на конце хвоста вошло в плечо, пробило броню, разорвало мышцы. Кровь брызнула фонтаном, женщина закричала и отлетела к стене, выронив автомат.

– Сука! – заорала она, зажимая рану. – Тварь поганая!

Ривена метнулась к ней, на ходу вскрывая медицинский контейнер. Ксерра стреляла короткими очередями, не давая существу приблизиться. Пули выбивали куски хитина, чёрная жидкость заливала пол, но тварь не отступала.

– Дай посмотрю! – Ривена прижала к плечу Зорины тампон с регенератором. – Кровь не останавливается!

– Не до этого! – Зорина оттолкнула её здоровой рукой, потянулась за автоматом.

Тварь прыгнула. Ксерра едва успела уйти в сторону, проехавшись по полу на коленях. Длинная рука с когтями просвистела в сантиметре от её лица. Существо развернулось, хвост описал дугу и врезался в стену, выбив кусок металла.

– Отвлеки её! – крикнула Ксерра, перезаряжая винтовку.

Ривена схватила лазер и полоснула по морде твари. Луч оставил дымящийся ожог на хитине. Существо зашипело, отшатнулось, и в этот момент Ксерра дала очередь прямо в открытую пасть.

Тварь взревела. Впервые за всё время – низкий, вибрирующий звук, от которого заложило уши. Попятилась, мотая головой, но не упала. Чёрная кровь хлестала из разорванной глотки, капала на пол, прожигала его насквозь.

– Сдохни! – Зорина подняла автомат левой рукой, нажала на спуск.

Пули вошли в грудь. Тварь качнулась, но вместо того, чтобы падать, рванула к ней. Хвост метнулся вперёд, пробил броню на поясе, но женщина успела отшатнуться – лезвие только оцарапало бок.