Поглощая смерть

Он говорил громко и со злостью, но без единого крика. Этого было достаточно, чтобы любой, кто оказался рядом, понял: все слишком серьезно. Шерифа в таком состоянии, должно быть, не видела еще ни одна живая душа. Харт понимал, что в данный момент все на пределе – как моральном, так и физическом, поэтому лишние крики в участке ни к чему.

– Три смерти от острой сердечной недостаточности. – Шериф опустил глаза на заключения. – Одна от удушения и еще… Никсон.

Харт затушил окурок и откинулся в кресле.

– Есть мысли? – Он посмотрел на Адама.

– Я думаю, что трагедия с автобусом и эти смерти связаны. – Адам говорил запинаясь.

Он выглядел весьма болезненно: темные круги под глазами, отсутствующий взгляд, бледное лицо.

– Недавние смерти связаны, – согласился шериф. – Здесь сомнений нет. Но автобус… Это сомнительно. Такое провернуть невозможно. Не существует способа остановить сердце одновременно у семнадцати человек.

– Стивенсонов и Мартина он убил так же.

– Но Брайана он просто задушил. – Харт смотрел на Адама, но видел лишь оболочку. Снаружи тот выглядел таким же опустошенным, как и внутри. – Почему?

– Потому что он псих, – бросил Адам.

– Нет. – Харт задумчиво посмотрел в окно. – Психов я вижу постоянно. Этот тип – конченый ублюдок, но точно не псих. Он слишком умен, осторожен и знает, что делает. И знает – зачем. Сотворить столько дерьма и не оставить следов? На такое психи не способны. – Шериф перевел взгляд обратно на Адама. – Ты больше ничего не нашел при вскрытии остальных?

– Ничего. Только у Мартина. – Адам часто моргал, и с каждым разом ему было все труднее держать глаза открытыми.

– Эта сволочь оставила адрес. Скорее всего, заставив Мартина проглотить капсулу. – Харт провел рукой по грубой щетине на лице. – Значит, он хотел, чтобы мы быстрее нашли Стивенсонов. И раз уж оставил подсказку, то будет и дальше искать контакта с нами.

«Контакта со мной. Брайан в морге – это послание точно для меня. Скорее всего, он знает о моем даре и обо всех детях, которых я исцелил. Только почему он не вышел на меня напрямую? Зачем эти больные игры?»

– Нужно выставить патрули по нескольким адресам. – Адам достал из кармана куртки сложенный листок бумаги и положил на стол перед шерифом.

Харт вопросительно посмотрел на Адама, взял записку и развернул.

– И что это за адреса? – Он отложил листок в сторону.

– Первые четыре – это адреса детей, которые были моими пациентами в хосписе. И пятый – «Тихая гавань».

В кабинете ненадолго повисла тишина.

– Зачем? – Харт снова взял записку в руки.

– Двое детей уже погибли, как мы предполагаем, от рук одного и того же урода.

– Это ты предполагаешь, Адам. Автобус мог оказаться всего лишь страшной случайностью.

– Дети могут быть в опасности! – Голос Адама выдавал охватившее его отчаяние.

– У нас нет ресурсов, чтобы тратить их на предположения.

Адам опустил локти на колени и закрыл лицо руками.

– Мы должны сейчас бросить все силы, чтобы найти хоть что-то стоящее. Я не могу разбрасываться людьми и средствами, проверяя все теории подряд. Даже если они звучат логично и правдоподобно. Ты меня понимаешь, Адам?

– Да, да, понял. – Он встал с кресла и направился к выходу. – Я пойду, работы много.

– Тебе нужно отдохнуть. – Харт был обеспокоен состоянием Адама. – Ты совсем себя измотал. На пользу это не пойдет. Сейчас нам всем нужна ясная голова.

– Я в порядке, шериф, – не оборачиваясь, ответил Адам и закрыл за собой дверь.

*******

Третьи сутки без сна. Страх засыпать становился все сильнее. Силы стремительно покидали Адама, и он был уже на грани. Он боялся лежать, сидеть и даже просто стоять на месте.

Адам ходил от одного окна к другому, вглядываясь в темноту, но кроме снега и непроглядной тьмы ничего не было видно. Время от времени он слышал звуки снаружи и замечал движущиеся тени.

«Отлично… От нехватки сна у меня уже галлюцинации. В таком состоянии я и себя не смогу защитить».

Полицейские патрули так и не были расставлены по адресам, которые Адам дал шерифу.

«Я, наверное, мог рассказать все Харту, и, возможно, он бы даже мне поверил. Но велик шанс, что я бы сейчас лежал привязанным к койке, напичканный успокоительными».

Адам знал: стоит лишь расслабиться и смежить веки, как он провалится в сон. А там его ждет то, к чему он не готов и никогда не будет готов, – смерть Брайана его собственными глазами.

«Неужели он знает про кошмары после поглощения? Он специально не остановил ему сердце? Или же в тот момент поддался своим больным фантазиям и просто задушил его?»

Ветер завывал все сильнее, ударяясь в окна хосписа. В кабинете было довольно темно, но Адам не включал свет, чтобы можно было разглядеть за окнами хоть что-то. Он должен быть наготове, если этот ублюдок решится пробраться в «Тихую гавань».

Ноги отказывались слушаться и при ходьбе периодически подкашивались. Адам позволил себе сесть на самый краешек дивана, чтобы дать им отдых хотя бы на несколько минут, иначе он рано или поздно рухнет на пол. Ноги немного отпустило, и в кабинете повисла тишина.

*******

– На улице очень холодно. – Мать натянула шапку на голову мальчику.

– Ну мам, – жалобно протянул он. – Я же только на минутку. Выброшу мусор и бегом домой.

– Не спорь. Ты же не хочешь снова заболеть? – Она сняла с вешалки теплую куртку и протянула сыну.

– Не хочу, – пробубнил мальчик и послушно взял куртку.

– Только давай туда и обратно. Ужин почти готов.

Мальчик кивнул, взял двумя руками большой черный мешок и закинул себе на плечо. Мать открыла ему дверь, и он потопал к мусорному баку медленными шагами, пытаясь сохранить равновесие.

Дойдя до калитки, он скинул с плеча мешок на снег и выпрямился. Из-за метели улицы видно практически не было, и фонарные столбы не спасали положения. Мальчик открыл крышку бака и посмотрел в сторону. Совсем рядом захрустел снег. Он пытался всмотреться в темноту, но снег бил прямо в лицо. Рассмотреть хоть что-то было невозможно. Он с трудом закинул мешок в бак и накрыл его крышкой.

Обернувшись, мальчик тихо вскрикнул и подпрыгнул от испуга. Перед ним стоял незнакомый человек в черной куртке с натянутым капюшоном.

– Прости, – улыбнулся незнакомец. – Я тебя напугал?

– Немного, – голос мальчика дрожал.

– Почему ты не дома? Уже довольно поздно.

– Я вышел выбросить мусор. – Мальчик посмотрел в сторону двери, но матери там не было. – Сэр, я пойду. Меня родители ждут.

– А твой папа дома? – Незнакомец подошел к нему поближе.

– Д-да. – Мальчик сделал шаг назад. – Вы его друг?

– Очень хороший друг. – Человек в капюшоне расплылся в широкой улыбке. – Отведешь меня к нему?

– Ну… Ладно.

Они подошли к крыльцу, и мальчик открыл дверь.

– Папа! – громко позвал отца мальчик. – К тебе пришел…

*******

«Проснись, малыш».

Он с трудом разлепил веки. Перед глазами все плыло. В нескольких метрах от себя он увидел размытую фигуру.

– Ты так всю жизнь проспишь. – Улыбался незнакомец.

– Где я? – Мальчик щурился, пытаясь вернуть резкость зрению.

– Ты дома, конечно же.

– А где мама и папа?

Каждое слово давалось ему с трудом. Голова раскалывалась от боли, а в ушах стоял тонкий оглушающий писк. Он попытался поднять руку, чтобы приложить ее к больной голове, но тело не слушалось.

– Вот же они. – Незнакомец отошел в сторону и указал пальцем вглубь комнаты.

– Мама, папа… – Мальчик разглядел знакомые силуэты и замолчал.

Его родители кружились, обняв друг друга, в центре гостиной. Их движения были неестественны, словно ими кто-то управлял, как марионетками.

– Из твоих родителей получились отличные актеры. – Незнакомец громко засмеялся.

Мальчик смотрел на мать и отца. Он еще плохо соображал и не понимал, на что на самом деле смотрит.

– Тебе нравится театр? – Прокрутившись вокруг себя на одной ноге, спросил незнакомый человек. – Ну же, Брайан, аплодисменты маме и папе.

Брайан попытался встать, но безуспешно.

– Ой, прости. Ты, кажется, привязан к стулу, – с поддельным разочарованием произнес незнакомец.

Картинка перед глазами почти перестала плыть, и мальчик увидел неестественно откинутую назад голову матери. Он посмотрел в ее глаза, в которых больше не было жизни, и закричал.

– А ну заткни свою пасть! – Незнакомый человек приблизился к лицу мальчика вплотную.

Брайан начал громко плакать и звать родителей.

– Они тебе не помогут! Тебе никто не поможет! Всем на тебя плевать!

– Помогите! – Мальчик изо всех сил пытался освободиться.

– Ты всего лишь открытка! – Незнакомец грубо сдавил его лицо пальцами, так что губы Брайана невольно вытянулись трубочкой, и заставил смотреть себе в глаза. – Всего лишь письмо для доктора Адама!

Мальчик с ужасом смотрел в черные глаза, не в силах произнести ни слова из-за сжатого лица.

– Пожинай свои плоды, доктор Адам. – Он возбужденно улыбался. – Это все ты. Ты виновен в этом. Я заберу все, что имеет для тебя хоть какую-то ценность.

Он схватил за горло мальчика и начал давить с чудовищной силой.

– До скорой встречи, Адам.

*******

«Адам, проснитесь».

Он схватил руку, коснувшуюся его плеча, и вскочил с дивана. Амелия от неожиданности ахнула и уронила на пол стакан с кофе. Картонный стаканчик глухо приземлился, расплескав напиток во все стороны.

– Амелия? – Адам отпустил ее руку.

– Извините, – девушка испуганно смотрела на бледное и влажное лицо доктора. – Я не хотела вас напугать.

– Нет, нет. – Адам посмотрел под ноги и сделал шаг в сторону, подальше от растекающейся лужи. – Вы меня простите. Нервы ни к черту в последнее время.

– Я увидела, что вы здесь, и решила принести кофе, раз уж у нас не получилось выпить в прошлый раз.

– Появилось много работы, и я выпал из жизни на некоторое время. – Он подошел к умывальнику, чтобы умыться.

– Да, я слышала про убийства. Это ужасно.

Адам наклонился над умывальником и тщательно умывался.

– А кто такой Брайан? – после долгого молчания спросила девушка.

Дрожь волной прошлась по телу, и Адам обернулся к Амелии.

– Вы разговаривали во сне, когда я вошла. – Девушка увидела на лице врача недоумение и, как ей показалось, испуг.

– Это бывший пациент «Тихой гавани». – Он взял полотенце и вытер лицо. – Может, я еще что-то сказал?

– Больше я ничего не слышала. Вы очень тихо говорили.

Адам поднял руку и посмотрел на часы.

«Я проспал три часа. Как я только мог отключиться? Надеюсь, я ничего лишнего не сболтнул. Лучше, чтобы она и правда ничего не слышала. Черт… С каких пор я разговариваю во сне?»

– Понятно. – Адам взял тряпку и начал вытирать пролитый кофе на полу.

– Я позову уборщицу. – Девушка поспешила к двери.

– Не стоит. Я уберу. Останьтесь.

«Если я не буду один, то протяну до утра. Засыпать я больше не хочу. И что за урод это был? Он точно знает про мой дар. Откуда? В последнее время одни только вопросы и ни одного ответа. Но теперь я хотя бы знаю, как он выглядит».

– Кстати, почему вы на работе? – Адам перестал тереть пол и поднял глаза на Амелию.

– Джессика приболела. Попросила меня выйти на несколько ночей.

Адам закончил с полом и отложил тряпку в сторону.

– Как вам Стоун-Хейвен? Успели ознакомиться с городом?

– Мне здесь нравится. – Улыбнулась девушка. – Красивая природа, свежий воздух, напоминает мой дом. Тихо и спокойно. Было, по крайней мере. – Улыбка сошла с ее лица.

– А откуда вы родом?

– Гастингс-Хайлендс. – Амелия увидела, как Адам задумался, и добавила: – Это в провинции Онтарио.

– Канада? – удивился Адам.

– Ага. – Девушка улыбнулась и глубоко вздохнула, погрузившись в воспоминания о доме.

– Далековато вы забрались. – Адам слегка улыбнулся и сел на диван.

– А вы откуда? – Амелия подошла чуть ближе.

– Реддинг. Север Калифорнии.

– Ого! – Девушка широко раскрыла глаза и легко рассмеялась. – И это я еще далеко забралась?

Смотря на улыбку Амелии, Адам почувствовал прилив энергии. На душе становилось светлее, и во мраке его души загорались проблески света. Хоть они и маленькие, но этого хватало, чтобы не утонуть во тьме окончательно.

– И почему же вы так далеко от дома? – Девушка присела на край дивана и, немного расслабившись, оперлась спиной о подушку.

– Я долго пытался найти свое место. – Адам посмотрел в темноту за окном и ненадолго задумался. – Обрел себя только приехав сюда.

– А ваши родители остались в Реддинге?

В кабинете наступила тишина. Амелия поняла, что задела слишком личное, но не успела ничего сказать.

– Родители умерли, когда я был еще ребенком. – Адам смотрел в одну точку, не выказывая никаких эмоций. – Сначала отец, а через пару лет и мать.

– Простите. – Девушка перевела взгляд в сторону. – Мне очень жаль.

– Ничего страшного. Это было очень давно.

– Мои родители тоже умерли. Мне было восемь. Они заболели и скоропостижно скончались с разницей в один день. Меня растили бабушка с дедушкой. Я мечтала, когда вырасту, стать врачом. – Она слегка улыбнулась. – Но не срослось. Зато получилось стать медсестрой.

Их взгляды встретились, и они смотрели друг на друга несколько секунд.

– Я, всё-таки, схожу за кофе. – Амелия отвела взгляд и привстала с дивана.

– Не вставайте. – Адам быстро вскочил. – Я принесу. Пройтись мне не помешает. Хоть сон разгоню.

Амелия утвердительно кивнула и опустилась обратно на диван. Она смотрела уходящему Адаму в спину отстраненно-мечтательным взглядом, машинально подперев голову рукой.

Ночь прошла спокойно.