Принц и нищенка. Притворись моим

Видимо, его никак не отпускало то, как я назвала Бестужева.

Но сейчас я была чертовски благодарна ему за хотя бы каплю дружелюбия. Мне она была просто необходима.

Девушка фыркнула и взглянула ещё раз на меня презрительно. А я на ватных ногах двинулась в сторону приглашения. Лучше уж сидеть под лазерами их взглядов, чем стоять.

— Спасибо, да, я сяду…

Пробормотала, улыбнувшись парню, ощущая щекой всё ещё тот неприятный взгляд блондина на диване напротив. Он не сводил его с меня, держа на мушке, и это сильно напрягало. Скорее, просто убивало и выворачивало.

— Выпьешь? — протянул Клим мне бутылку, но я быстро замотала головой.

— Нет, спасибо. Я не люблю.

Он положил руку на спинку дивана за моей головой и наклонился ко мне с заговорщической улыбкой.

— Крошка, может откроешь свою тайну и скажешь, кто ты такая, а? Уж очень мне интересно. Я, в отличии от некоторых, бешенством не болею. Явно же не просто фанатка.

Его алкогольное, фруктовое дыхание коснулось моей щеки, а пальцы руки прошлись сквозь волосы у лица.

Я повернулась к нему и тихо сказала, вдруг ощутив странный прилив смелости:

— Нет, я не фанатка. Я его…

— О, а вон и твой господин Бестужев, Доставка, — оборвал Клим моё признание, вскинув весёлый взгляд в сторону.

Я тоже повернулась и застыла. Вблизи входной двустворчатой двери был небольшой коридор, и уже там, видимо, была ещё какая-то комната. Именно оттуда выходил Бестужев. И мой взгляд упал на него именно тогда, когда он на ходу натягивал на себя чёрную футболку. Его рельефное тело двигалось в такт его движениям, плавно, даже как-то хищно. А потом всё это скрыла футболка, одёрнутая на торс.

Его короткие чёрные волосы сейчас находились в беспорядке, а на лице, как и всегда, мрачное выражение скуки. За ним выпорхнула девушка с рыжими длинными волосами и в коротком чёрном платье. Она прильнула к его плечу и, улыбаясь, что-то сказала ему на ухо. Он что-то ответил и кивнул в сторону.

А я всё не могла отмереть. Меня парализовало заново. И я уже прямо сейчас снова думала сбежать, бросить свою затею к чёрту. На что я вообще подписала себя?!

Не только моё внимание привлёк выход Бестужева. Тот брюнет его друг что-то выкрикнул ему, и Клим рассмеялся. Бестужев что-то тихо ответил. Но я не слышала их из-за бешеного стука сердца в ушах.

Тогда он помог мне, тогда он был один и ситуация была другой. А сейчас… сейчас точно ничего хорошо не выйдет… Зря я пришла сюда. Только в очередной раз стану посмешищем в этой толпе.

Рыжая девушка наконец отлепилась от Стаса. Её вид был счастливым, и не оставалось сомнений, чем они там занимались.

Бестужев, подходя к диванам, вытащил пачку сигарет из кармана джинсов и прикурил сигарету, когда я резко вскочила на ноги.

Сначала его взгляд прошёлся по мне мазком, как по мебели. А потом он медленно перевёл его обратно, на моё лицо. Я видела, как его тёмные глаза сверкнули чем-то таким, от чего в мою спину врезался штырь и прокрутился там несколько раз.

Глава 8.

Он мог прямо сейчас решить, жить мне или нет. И я это отлично понимала, и в моей голове сотнями жужжали мысли, которые я вообще не могла разобрать.

Глаза Стаса прищурились, он медленно поднёс сигарету ко рту и медленно затянулся, не отрывая от меня взгляда. Его глаза и тусклый огонёк сигареты. Всё остальное как будто пропало. Моё существо в эту секунду было целиком в его власти. Одно слово, и меня нет. Я зарядила настоящий револьвер с пулей, себе в лоб.

А потом как из глубины раздался насмешливый голос того брюнета.

— Эта Маугли по твою душу. Она так хотела тебя видеть, что как преданная обезьянка сидела здесь и ждала, когда ты там закончишь.

Смех девушек и некоторых парней.

Челюсть Бестужева от слов друга дёрнулась, но он не оторвал от меня взгляда.

Клим присвистнул, поднявшись с дивана.

— Да ладно? Вы всё-таки знакомы? Теперь мне стало ещё интересней узнать подробности!

В мои лёгкие резко поступил воздух, и я очнулась. Оглянулась растерянно. И вернула взгляд на Бестужева. Не так я себе представляла наш разговор. Всё не так. Если до этого у меня имелась хоть какая-то смелось, то сейчас она испарилась совсем под тяжёлым взглядом этого парня.

Он не проявлял себя как-то ярко на фоне остальных. Не был шумным, смешливым или агрессивным. Пока. Но с его появлением поведение других словно немного изменилось. Как будто они находились у него в гостях и знали, что именно он решает, кому быть здесь, а кому нет. Это ощущалось на каком-то тонком уровне, и, если честно, совсем не успокаивало, потому что он всё ещё мог оказаться хуже всех их вместе взятых.

— Стас… можно тебя на пару слов? Я хочу с тобой поговорить…

Бестужев шагнул к дивану, и меня обдало волной жара. Каждое его движение почему-то воспринималось как удары плёткой в миллиметрах от моего тела.

— Сегодня ты одета. Я тебя не сразу узнал,— усмехнулся он, оглядев меня с головы до ног медленно.

Стыд загорелся под кожей в эту же секунду. Сейчас даже не совсем верилось, что со мной правда что-то такое тогда случилось. Но всё ещё ноющие при ходьбе колени подтверждали, что то не было ночным кошмаром. Тогда мне не особо было дело до смущения, а теперь…

Его слова не остались незамеченными, их возможный смысл.

В зале прокатилось нестройное «у-у-у» от парней, кожей я чувствовала на себе вспыхнувшую ревность девушек и тут же их насмешки, потому что они просто на просто не верили, что у Бестужева со мной правда могло что-то быть.

Он упал на противоположный диван, откинулся на его спинку. Затянулся сигаретой, выпустил пару колечек из дыма губами и посмотрел на меня сквозь них. Я видела, что он был немного пьян.

— Внимательно.

— Прямо здесь…?

— А у тебя есть какие-то другие варианты?

— Но… — снова оглянулась на присутствующих. Они все смеялись надо мной. Почти все.

Тот блондин, сидящий неподалёку от Бестужева, продолжал делать во мне дыру ледяными глазами, Клим улыбался, паря кальяном и наблюдая в стороне, а та рыжая девушка скрестила руки на груди, с ненавистью и пренебрежением глядя на меня. Конечно, только что она была с парнем, а я сижу тут и чего-то от него хочу. Для всех остальных происходящее было не более чем интересным шоу, минутой развлечения для кого-то вроде них.

Мне нужно было вспомнить, ради чего всё это. И что, если у меня не получится сделать хоть что-то, всему придёт конец. Я сильно рискнула и просто молча трястись от страха сейчас не могла.

Я открыла свой рюкзак и достала оттуда прозрачный пакет, аккуратно положила его на стол между нами. Сейчас я словно закинула кусок мяса в клетку зверю, и он либо поймёт мои намерения, либо загрызёт. И это предчувствие моего провала уже леденило изнутри.

— А ещё я обещала вернуть тебе твои вещи… ну и вот, — попыталась улыбнуться.

— О-хре-неть! — выплюнул со смехом Клим. — Походу, вы знакомы слишком хорошо.

Остальные смеялись уже не так громко, и это вселило в меня немного больше уверенности. Хотя взгляд Бестужева мог бы сойти за замах катаной в это мгновение.

— Ты могла их просто выкинуть. Они мне не нужны. Это всё?

Я мотнула головой, сжимая рюкзак двумя руками.

— Нет. Мы можем с тобой выйти? Я не могу говорить при всех… это личное.

— Так, а вот сейчас мне тоже стало интересно, — подался вперёд брюнет.

— Нихрена интересного, — вдруг процедил сквозь зубы блондин с ледяными глазами. Усмехнулся. — Бес, понятно же, что девочке захотелось внимания. Зачем тратить на неё время? Вышвырни её отсюда и продолжим.

По моему позвоночнику прошёл холод. Он предлагал то, чего я больше всего боялась.

Бестужев смотрел на меня, но обратился к другу.

— Ты куда-то торопишься?

Парень ничего не ответил на это. Бестужев же продолжал вскрывать мой череп, а я, наверное, умоляла его в этот момент глазами. По крайней мере, мысленно молилась. Как оказалось, моя молитва всё же шла не наверх, а как тогда на трассе, была направлена к бесу. По-видимому, в компании его так и называли. Бестужев, Бес. Это ведь просто сокращение фамилии и не больше?

Стас сделал последнюю затяжку и резко поднялся на ноги, туша сигарету о пепельницу. Я вздрогнула, ожидая чего-то ужасного. Но он лишь кинул на меня последний взгляд исподлобья и неспешно направился к тому коридорчику, откуда недавно вышел.

Я наблюдала за ним, не чувствуя ни ног, ни головы. Абсолютно не осознавая, что всё это значило.

— Ты предлагаешь подождать мне ещё? — вскинул бровь, обернувшись в проёме.

Я спохватилась и засеменила следом, даже не обратив внимания, что как минимум нажила себе ещё врагов. И если всё же ничего не получится, меня, скорее всего, уже сожгут на костре. Тоже из-за ревности.

Когда я подошла к Бестужеву, мы оказались в узком пространстве. Он толкнул дверь вовнутрь, его рука оказалась над моей головой, а взгляд опустился на моё лицо. Настолько близко я его ещё не видела, дыхание перехватило от какого-то другого страха. Находиться к нему вот так, видеть в мельчайших деталях его аккуратные губы, гладко выбритый подбородок, полуприкрытые почти чёрные глаза с длинными ресницами и… не находить воздуха для вдоха.

Стас вдруг дёрнул головой в непонимании, почему я всё ещё стою как истукан.

— С реакцией у тебя паршиво.

Вспыхнув, я опустила взгляд и быстро зашла внутрь комнаты.

— Прости, это всё от волнения… — пробормотала и остановилась, удивлённо осматривая обстановку.

Я ожидала увидеть здесь что-то на типе спальни. Огромной кровати с перевёрнутым постельным бельём посередине, или хотя бы что-то намекающее на то, что здесь недавно уединялись для секса. Но в этой комнате не имелось чего-то подобного. Бильярдный стол посередине, два кресла у стены, диван напротив них и небольшой бар у другой стены.

По обонянию ударил концентрированный запах, Его запах, смешанный с женскими сладкими духами. От которых тошнило.

Бестужев закрыл дверь, и я кое-что поняла. Что наедине мне с ним снова не так страшно. Страшно, но не так. И всё же напряжение в теле сидело адское, всё от него ныло.

— У тебя две минуты, — он сел на одно из кресел и впился в меня взглядом, от которого в спине снова крутился штырь. — Как же сильно тебя проморозило на трассе, что ты решила сунуться сюда. Ещё и требовать от меня разговора.

— Очень сильно… до сих пор не понимаю, как здесь оказалась, — пробормотала себе под нос, скашивая взгляд в сторону. Сглотнула, когда на бильярдном столе рядом с разбросанным шарами и кием увидела розовые стринги.

Быстро отошла подальше. Обошла диван и, под пристальным взглядом парня, осторожно опустилась напротив него. Сжала колени между собой, вытерла влажные ладони о джинсы. Если сказать, что я была напряжена, то это ничего не сказать.

То, что я планировала, было полнейшим бредом, и я это понимала. Но отчаяние – страшная штука.

— Я. Внимательно. Тебя. Слушаю, — подался он вперёд, чеканя каждое слово вибрирующим замогильным голосом. Его терпение явно было на исходе.

Я с силой прикусила нижнюю губу, не зная, с чего начать. Сердце колотилось уже где-то в горле, обойдя другие части тела.

— Стас, — вдохнула воздуха вместе с его именем тихо, и в его взгляде что-то сверкнуло, отчего у меня свело желудок. — Я не привыкла кого-то о чём-то просить… и не думала, что придётся. Правда… но я больше не вижу никакого другого выхода. Потому что ты… ты помог мне, и мне показалось…

— Что тебе показалось? — перебил он меня тихо. — Что я служба поддержки для несчастных? Только потому, что не дал тебе там сдохнуть?

— Нет, всё не так, — мотнула головой, быстро моргая от жара в теле. В нём горело неистовое желание закончить этот разговор, казалось, реальней съехать на другую планету, чем ожидать от него положительного ответа. — Я не хочу давить на жалость и не пришла к тебе поплакаться. Но мне нужна твоя помощь. Я знаю, что ты… многие в универе считают тебя таким человеком, с которым лучше не связываться…

— Но ты всё равно пришла ко мне. Не боишься?

Испытующий взгляд исподлобья, от которого шёл мороз по коже.

Но я замотала головой.

— Не боюсь, — немного солгала, и наверняка он это понял, потому что уголок его губ приподнялся в еле заметной ухмылке. — Мне кажется, ты не такой… такой отбитый, как о тебе говорят…

Бестужев улыбнулся более явно. И мне показалось это хорошим знаком. Я вся собралась.

— Так ты считаешь, что чёрт не так страшен?

— Да. Мне кажется, ты хороший человек, несмотря ни на что. Иначе оставил бы меня там, как… — осеклась, сжав губы между собой и проглатывая имена некоторых.

— Тебе не кажется, что в твоей речи слишком много «кажется»? — проговорил медленно всё с той же улыбкой, хоть и в глазах концентрировалось что-то до дрожи мрачное.

— Мне кажется, – нормально, — попыталась улыбнуться, поучилось не очень.

Какое-то время он молчал, и мои глаза начали болеть от давления, которое он на них оказывал.

— До сих пор не понимаю, с чего ты решила, что я захочу тебе в чём-то помогать. Но у тебя осталось тридцать секунд, и я тебя слушаю.

Я решила, что сейчас или никогда. Ни секунды на лишние раздумья, я просто должна сделать это.

— Я прошу тебя притвориться моим парнем…

Брови Бестужева уехали, а потом он громко весело рассмеялся. Наверняка подумав, что я шучу. И найдя мою шутку очень смешной. Его смех абсолютно выбивал меня из реальности, так как ранее я ещё ни разу не видела, как он это делал. Очень красиво и… жутко.

— На время… ненадолго. Совсем немного, — поспешила добавить, чувствуя подступающую панику.

— А ты смешная, — кинул он, расслабленно глядя на то, как я горю от смущения и напряжения. — И смелая. Даже слишком.

— Так что? Ты сможешь? — не слыша ничего, кроме стука собственного сердца, спросила с надеждой.

— Дай-ка подумать… о том, что в моих силах, — он скользнул по мне тяжёлым тёмным взглядом медленно и вернулся к глазам, подавшись вперёд и опершись локтями о свои колени. — Я могу выкинуть тебя прямо сейчас из этого клуба. Могу превратить твою жизнь в ад. Что из этих двух вариантов ты выбираешь?

Я гулко сглотнула, не в силах моргнуть. Даже не сомневалась, что он может исполнить оба варианта. Но нет, нет, только не так. Наш разговор не мог закончится на этом.

— Пожалуйста. Мне больше не к кому обратиться. Мне нужно, чтобы ты только в университете… немного показал, что мы с тобой близки. Тогда…

— Что будет тогда?

— Никто… не захочет связываться с твоей девушкой.

— Нет никаких моих девушек. Не было и не будет.

— Почему? — на выдохе произнесла. Моя спина болела всё сильнее от напряжения, я не могла пошевелиться под его придавливающим взглядом.

— Потому что мне это неинтересно, — его голос стал ещё более тихим, жутким. — А теперь подумай своей головой, хорошо подумай, с какого хрена я должен согласиться на твой бред.

— Я могу… могу что-то делать для тебя. Выполнять какие-то поручения… или платить тебе деньги, — лепетала и всё больше вжималась в спинку дивана из-за того, как плечи Бестужева наливались свинцом, и он поднимался с кресла.

Парень навис надо мной во весь свой рост, резко склонился и схватил мой подбородок двумя пальцами, приблизился к моему лицу, оборвав мне дыхание и усилив пульс до бешеного.

— Ты будешь платить мне? — прорычал тихо, обдавая ментоловым-сигаретным горячим дыханием. — Ты, мне? Эскорт во мне увидела?

— Н-нет… ты не так меня понял…

— Какая-то мелкая мошка говорит, что заплатит мне за то, чтобы я притворился её парнем. Это я неправильно понял?

У меня не было слов, всё звучало именно так. И зачем я только про деньги ляпнула? У меня всё равно их не было.

Бестужев выдыхал воздух сквозь зубы и убивал меня своей близостью, выворачивая меня наизнанку своим чёрным бесконечным взглядом. Его пальцы прожигали насквозь мне кожу, и это казалось невыносимым. Ещё чуть-чуть и я задохнусь.

Глава 9.

Его взгляд скользнул ниже по моему лицу, на приоткрытые губы, и я ощутила, как неистово их начало колоть. В голове вспыхнули мои сны, где он меня целовал. И я испугалась этих воспоминаний как катастрофы, у которой лишь один конец: неминуемая смерть.

Наши взгляды встретились снова, и я не выдержала.

Выдернув свой подбородок из хватки, пролезла под его рукой и вскочила с дивана, на дрожащих, заплетающихся ногах задом быстро отошла к бильярду.

Бестужев медленно выпрямился, смотря на меня как на ту, кого в ближайшее время собирался закопать прямо тут.

— Прости, зря я сказала про деньги… Но я правда могла бы быть в чём-то полезной, — говорила быстро, обходя стол, пока он медленно, угрожающе надвигался на меня. Двухметровый, огромный, да он же буквально мог раздавить меня. — Просто ты единственный, кто может как-то повлиять на других людей… и тот, кто не оставил меня. Два раза. Пусть первый и не специально… пожалуйста!

Бестужев внезапно остановился в двух метрах от меня, и я тоже. Не знаю, что он такое на моём лице увидел, но в нём убавилось желания меня убить, хоть и не до конца.

— Я сказал, нет, — тихо выплюнул. — А теперь исчезни. Считаю до трёх.

Я смотрела на него во все глаза и не могла поверить, что это конец. Всё. Теперь точно никаких вариантов не оставалось.

— Один…

От начала его счёта меня ударило током, я отшатнулась в сторону. Он давал мне время прийти в себя, одуматься. И спорить, говорить что-то ещё мне уже совсем не хотелось. Он такой же бесчувственный монстр, и мне нужно было просто смириться с этим, какое бы впечатление он на меня ранее ни произвёл.

— Два…

Кинув на Бестужева последний взгляд, я сорвалась с места. Схватила свой рюкзак с дивана и скрылась за дверью этой проклятой комнаты, ощущая сумасшедшее биение сердца в груди.

В голове творился полный хаос, меня колотило, но я понимала, что показать остальным то, в какое состояние меня ввёл разговор с Бестужевым, было нельзя. Нужно скорее убираться отсюда, пока ещё какие-нибудь неприятности ко мне не прицепились.

Поэтому я постаралась взять себя в руки и быстро вышла в зал, где ранее тусовалась вся компания.

Только компания мажоров сильно поредела. Это я отметила мельком, когда, не сбавляя шага, прошла к выходу. На меня несильно обратили внимание, только взгляд рыжей девушки кольнул ненавистью и обещанием, что, если она ещё раз увидит меня возле Стаса, будет что-то похуже того, что произошло тогда на трассе.

Перед глазами до сих стояло леденящее кровь выражение Бестужева, когда я проходила через бар и спускалась по лестнице. Мне хотелось надеяться, что наш разговор останется только между нами, но я не была уверена, что Стас не захочет посмеяться надо мной со своими друзьями. Тем более, поводов было достаточно. Насколько же жалко я выглядела в глазах их всех.

По пути к выходу из клуба я уже прикидывала, куда могу перевестись. И насколько это для меня возможно, ведь связей у меня никаких не было, а бесплатное обучение не шутка, меня могли лишить такого шанса уже в другом университете, а я не могла разбрасываться возможностью получить хорошее образование.

Выбежав на улицу, я с наслаждением вдохнула свежего воздуха. Спустилась по лестнице и содрогнулась от холодного порыва ветра. Вот я и снова находилась в своей обычной реальности, где не было поблизости Бестужева, попыток сделать его своим парнем, его взгляда, от которого не спрятаться, и его запаха…

Но только я рано расслабилась, ведь здесь находился ещё один человек, который хотел меня задавить. Он не остался внутри в отличии от того же Бестужева.

Когда я подошла к концу кирпичного здания, то услышала позади быстро приближающиеся шаги. Успела только обернуться, как Он схватил меня за плечо, толкнул за угол и впечатал в стену, нависнув сверху.

Задохнувшись, я вскинула взгляд на того блондина с ледяными глазами, друга Бестужева. Даже сейчас, в темноте, они ярко сверкали гневом и чем-то ещё.

— Какого хрена ты тут забыла?! Какие разговоры у тебя могут быть с Ним? Говори!

— Тебя это не касается, понял!

Мои попытки оттолкнуть его не увенчались успехом. Впрочем, как всегда.

— Ты ошибаешься. Меня это касается, — прошипел он в сантиметрах от моего лица. От Миши сильно пахло алкоголем, и это меня напрягало куда сильнее. Если в университете он доставал меня, то был трезвым, не представляла, что можно было ожидать от него сейчас в таком состоянии. — Он мой друг. А ты… моя, чёрт возьми! — удар ладонью о стену и тихое рычание совсем близко. — Ты моя игрушка, Крохина. И больше ничья, уясни это.

От его слов я окаменела.

— Что ты несёшь? Иди протрезвей… — тихо просипела, упираясь в его грудь. Вишневский меня пугал. Конечно, я предполагала, что ему может не понравиться то, что я так нагло заявилась в его компанию, да ещё и к его другу, и отлично видела, какая злость в нём горела всё время моего нахождения там. Но сейчас он вёл себя совсем неадекватно.

— О чём вы говорили? Ты это специально? Притащилась сюда, чтобы вывести меня?

Как же мне хотелось высказать ему всё в лицо. О том, насколько мне надоел он и просто подобные ему люди. Как надоело постоянно отбиваться и думать над тем, как я могу защититься. О том, что мой мир всё-таки ещё крутился вокруг него, и как бы я хотела это изменить, ведь именно из-за него у меня не было спокойной жизни. Но я не стала признаваться ни в чём. Потому что понимала, что моя честность может обратиться против меня.

— Вывести тебя? Ты правда думаешь, что девушка к Стасу может прийти только тебе назло?

— Девушка! — ещё один удар ладонью о кирпич, от которого я сдержала дрожь. — Но не ты. Ты… ты себя видела? Жалкая… ущербная… Крохина, ты… — хрипло выдавливал он сквозь зубы, наклоняясь всё ближе и ближе, а потом вдруг втянул носом воздух и резко опустился к моей шее, отодвинул волосы и впился в неё губами.

Меня пронзило током, ужасом, и я начала задыхаться, ощущая его губы на своей коже, его руки, которыми он стискивал мою талию. Это всё то же горячее дыхание, ощущения, и руки, как тогда, когда он растоптал меня перед всеми.

Одеревеневшими руками пыталась отцепить его от себя.

— Ты что… делаешь?.. нет, отвали…

Всхлипнула и зажмурилась, когда после очередного поцелуя его зубы вцепились в кожу, больно до слёз.

Со злостью ударила его по плечу и резко замахнулась коленом вверх. Не знаю, куда именно попала, просто ничего не понимала в эту секунду, но Миша зашипел и отшатнулся от меня, а я тут же сорвалась с места и побежала оттуда так быстро, как смогла.

Холодный ветер обжигал мне глаза, а то место на шее адски пульсировало болью.

В голове не укладывалось то, что только что произошло. И до самого дома я находилась в этом шоке. Меня трясло и теперь мрачное лицо Бестужева сменялось злым лицом Миши, и обратно.

Только дома я смогла немного успокоиться. Дети уже спали, а мама… она сидела при тусклом свете бра за кухонным столом, положив на столешницу голову. Спала.

Вздохнув, я скинула с плеча рюкзак и подошла к ней. Уже привычными движениями помогла ей подняться и дойти до спальни. Уложила её на кровать, укрыла одеялом и села на пол рядом с кроватью.

Вытерев слёзы с лица, достала телефон из кармана и вбила в поисковую строку: лучшие реабилитационные центры, где могут вылечить от алкоголизма.

Множество результатов, и только около десяти в нашем городе.

Посмотрела, какая примерно нужна сумма. И тут же зашла на сайт с вакансиями.

Час я просидела возле маминой кровати в поисках работы для студентов, выписала самые подходящие варианты. Это даже возымело свой терапевтический эффект. Я почти перестала думать о Бестужеве и всех его друзьях, бывших своих.

Вот именно. У меня имелась своя жизнь, свои, чёрт возьми, проблемы, а они просто разрывали меня на кусочки, не оставляя времени на что-то действительно важное. Почему они думали, что мне было до них дело? Не было! И я была бы рада тому, чтобы все они просто исчезли из моей жизни. Жили своей и не трогали меня.

Я просто хотела спокойно учиться и помогать маме. Наслаждаться своим возрастом, как делают мои сверстники, пытаться наладить всё в нашей семье. Возможно, позже встретить какого-нибудь хорошего парня, который никогда бы не предал и не сказал, что я ничтожество, а просто был со мной рядом. Не такого, как мой бывший друг или Бестужев, а такого, кому бы я смогла довериться и почувствовать себя, наконец, в безопасности. Мне была бы не важны ни его внешность, ни место в обществе. Ведь я уже хорошо знала, какими жестокими и беспринципными могли быть эти красивые, популярные парни. Они крошили сердца и плевали на всех.

— Дочь, а ты чего тут? — очнулась мама, когда на часах было уже около трёх ночи. Оглянулась растерянно. Видимо, снова не поняла, как оказалась в комнате.