Принц и нищенка. Притворись моим

— Герда, ко мне, — раздался голос Бестужева.

Я поднялась на ноги и посмотрела удивлённо в сторону кухонной зоны, где Стас гладил по холке… Герду, а та довольно виляла хвостом.

— А это тебе за хорошую работу. Хорошая девочка, — с собакой Бестужев говорил так… дружелюбно, даже ласково, что мне не верилось, что этот бархатный тихий голос принадлежал Бестужеву. Он так умел?

— Так это девочка? — выдохнула я поражённо.

— Ты ещё здесь? — Бестужев поднял на меня взгляд, и обжёг им до основания. — Либо ты слишком глупая, либо настолько упёртая. Хотя я склоняюсь к первому варианту.

Ладно, я бесила его, это было понятно. Но он хотя бы со мной говорил, и это можно было считать прогрессом.

— Я просто… — сделала шаг, обходя диван. — Сегодня я много думала о тебе…

Он приподнял бровь, тоже делая шаг, обходя кухонный остров.

— Нет, не в этом смысле! — поспешила исправиться, замахав руками. — Думала о тебе плохо… то есть, я думала, ты рассказал всем о нашем с тобой разговоре. Но это оказалось не так… в общем, я признаю, что немного неадекватна, раз решила подойти к тебе с такой просьбой, но…

— Немного?

— Может быть, и больше, чем немного. Но я хочу извиниться за свои плохие мысли, и снова прошу тебя притвориться моим парнем. Я могу отплатить тебе, правда! И я сейчас не о деньгах, ведь их у меня всё равно нет…

Мой голос становился всё тише и тише, а слова вырывались всё быстрее по мере того, как он приближался. И мой взгляд всё чаще падал ниже его лица, потому что… потому что то, что ниже, сильно привлекало внимание и сбивало мысль. Если честно, просто видеть полуголых парней я не привыкла от слова «совсем». Тем более таких… Меня можно было понять.

Бестужев загнал меня в тупик между тумбой и собой.

— Стас?..

А потом рывком подхватил меня за бёдра и усадил на эту тумбу, вклинился между моих бёдер, обхватил за скулы и надавил большим пальцем на шею под подбородком.

— Уверена, что сможешь отплатить? Или ты готова на всё, м? — хрипло прошептал он около моего лица и отстранился, впиваясь в меня чёрным взглядом.

Я дёрнулась как птичка в силках кота. Его близость и касания были сравнимы с чистыми языками пламени, которые облизывали кожу медленно и смертельно. А его приятный, почти ласковый запах тела проникал глубоко в лёгкие, и я катастрофически не могла дышать.

Маленькая капля воды с его волос упала мне на переносицу, я моргнула, а его ладонь сдвинулась по шее и коснулась того места с укусом. Взгляд Стаса сверкнул чем-то очень тёмным, и я упёрлась в его грудь двумя ладонями, задыхаясь. Она у него была твёрдой, немного влажной после душа и очень горячей. А ещё на ней имелась татуировка в виде шипящей кобры. Меня всё это ошпарило сильнее любого кипятка.

Поэтому я одёрнула ладони и, уперевшись в его грудь уже локтями, вывернулась как мелкая ящерка и спрыгнула с комода. Сразу отбежала на несколько шагов и улыбнулась нервно. Сердце, только не взорвись.

— Я же знаю, что я не в твоём вкусе… зачем переступать через себя, чтобы наказать меня или напугать? Ха-ха… Я могу… могу заниматься уборкой, стирать твои вещи, — подобрала его одежду, которую он раскидал. — Могу готовить тебе, я это хорошо умею! А ещё могу выгуливать твою милую собачку… она правда у тебя очень милая, и я даже совсем не испугалась. Я уверена, что у тебя будет для меня работа… её я тоже не боюсь… мне только немного надо, чтобы ты подержал меня за руку при всех. И я бы смогла спокойно учиться…

Я замолкала, чтобы перевести дыхание. И просто потому, что Стас смотрел на меня так, словно хотел прибить. Или уже делал это, глазами, всем своим видом, который источал максимальное раздражение и то, отчего всё внутри меня дрожало и замирало одновременно.

Он медленно развернулся ко мне, и у меня ещё раз перехватило дыхание от его вида.

— Какая ты скромная, всего лишь хочешь, чтобы я подержал тебя за руку, — его губ коснулась мрачная усмешка.

Я быстро закивала. Да, да, я очень скромная и на самом деле не просила так уж многого и невыполнимого для кого-то вроде него.

— Я думаю… этого хватило бы, — мой голос сильно сел.

— А если нет? Что будешь делать тогда? Попросишь кого-то ещё? Подержать тебя за руку.

— Кроме тебя мне больше некого просить… тебя боятся и уважают. Все только о тебе и говорят. Слово боятся тебе сказать…

— Но ты не боишься, я заметил. Потому что считаешь меня хорошим и добрым?

— В том… числе.

Мне всё больше казалось, что он со мной играет. Просто как на гитаре бренчит на моих нервах, а сам никогда не согласится. Но…

— Ладно, — кинул он ровно, и из меня выбился воздух с одним его лишь словом.

— Что…

Бестужев двинулся в сторону лестницы, не обращая внимания на мой ступор и шок. А я на ватных ногах сделала пару неуклюжих шагов в его сторону.

— Ты согласен? Ты… ты правда согласен? Не шутишь?

Стас молча стал подниматься по лестнице.

— Стас, ответь пожалуйста!

Он остановился, повернул голову ко мне и точно, как тёмный принц, смотря на меня с вершины лестницы, кинул:

— Я знаю, как ты отплатишь мне. Помимо предложенной цены. Но это позже. Выгул Герды три раза в день, а вот вещей моих касаться не надо, я этого не люблю. Начнёшь завтра. Поэтому… когда я вернусь, тебя здесь быть не должно.

Я так и стояла, не дыша, пока Бестужев совсем не скрылся из моего поля зрения.

А потом отмерла и аккуратно положила на диван его вещи. Посмотрела на Герду, она снова как будто насмешливо на меня, оглядела квартиру и, не ощущая своего тела, поплелась к лифту.

Стас Бестужев согласился быть моим парнем. Он согласился. Быть. Моим. Парнем. Конечно, лишь понарошку, и я должна буду ему за это платить, но…

Стас Бестужев теперь был моим официальным парнем, и во мне горело такая уверенность, будто даже Эверест с его верхушкой для меня как два пальца об асфальт.

Глава 13.

Домой я возвращалась, пребывая на седьмом небе от счастья.

Теперь я не только являлась фальшивой девушкой Бестужева, но и была трудоустроена.

От Стаса я отправилась на небольшое собеседование, и меня приняли на работу! Жизнь как будто в одно мгновение перевернулась, и я чувствовала, что теперь-то всё будет хорошо.

Я избавлюсь от людей, которые портили мне жизнь. Заработаю деньги и отправлю маму на лечение. Я сделаю всё, что от меня зависит, чтобы моя семья ни в чём не нуждалась и была счастлива.

Хоть и зарплата за полсмены для студентки в супермаркете небезызвестной сети была не слишком большой, но я распланировала свои доходы так, что через четыре-пять месяцев я должна была накопить нужную сумму.

Я зашла домой и с улыбкой втянула аппетитные запахи с кухни. Это значило, что мама сегодня в состоянии приготовить вкусный ужин.

— Эмилия пришла! — как всегда, меня чуть не снесла с ног Милана. Я подняла её на руки и расцеловала в обе щеки.

В проходе комнаты появился Яр. Он скрестил руки на груди, скептично смотря на мою широкую улыбку.

— Ты выиграла миллион? С чего такая довольная?

Я подпрыгнула к братику и обняла его.

— Лучше! Я устроилась на работу, а ещё у меня теперь есть парень! Вот увидишь, скоро всё изменится!

Ярик выкрутился из моих объятий и фыркнул.

— Тоже мне радость. Нафига тебе парень? Надеюсь, он не такой же педик как твой этот бывший дружок.

— Эй, ты где таких слов набрался?! — дала брату лёгкого подзатыльника. А потом улыбнулась мечтательно. — Стас не такой. Он согласился притвориться моим парнем, чтобы помочь мне… да в универе все попадают от такой новости!

Яр ещё раз фыркнул, выражая всё своё мнение таким образом, и ушёл в комнату.

А я прошла на кухню.

Мама стояла у плиты и жарила котлеты. Обернулась ко мне с лёгкой улыбкой. Её лицо сильно изменилось за последние года три-четыре. С тем, как выпивать она стала всё чаще и чаще. Яркие зелёные глаза стали тусклыми, почти бесцветными, как и когда-то роскошные чёрные волосы, висевшие сейчас сосульками. Когда-то наша мама была очень красивой…

— Дочь, готовь пока на стол. Сейчас ужинать будем.

— Хорошо.

Я достала овощи и подошла к мойке.

С мамой мы давно не говорили. Если честно, мы уже давно отдалились друг от друга. После смерти папы она мало интересовалась моей жизнью. Я старшая, уже взрослая, я справлюсь сама. Сначала были попытки привлечь её внимание, особенно, когда началась вся эта травля в школе. Я сбегала из дома, закатывала пару скандалов. А потом просто смирилась.

Потому что кто-то должен был присматривать за младшими братьями и сестрой, когда маме было ни до кого. Да и за самой мамой.

Поэтому сейчас мне было сложно начать говорить, просто переступить через себя и свою обиду, которая засела где-то глубоко внутри, кажется, навсегда. Но она всё равно оставалась моей мамой, той, кого я очень любила.

— Сегодня я устроилась на работу, — сказала тихо, ополаскивая огурец.

— Молодец, — кивнула она. — Ты уже взрослая. Я в твоём возрасте тоже уже работала.

Мои пальцы сомкнулись на тарелке. Да, взрослая, причём, уже давно. Вряд ли она помнила или вообще заметила, что подрабатывала я и когда училась в школе. Но всё это такие мелочи.

— Я знаю. И просто хотела сказать… что планирую накопить деньги тебе на реабилитационный центр, мам…

Мама резко повернулась ко мне и подняла брови.

— На что это ты намекаешь? Какой ещё реабилитационный центр?

Я предполагала её реакцию, потому что каждый раз, когда я пыталась поговорить с ней о её зависимости, она сильно заводилась.

— Для тебя, мам. Тебе нужна помощь…

— Какая ещё помощь? Опять эта твоя пластинка?! Самой ещё не надоело? Накрывай давай на стол и ерунду не говори. Уже и выпить после работы нельзя – в алкоголики запишут!

Глубоко вдохнув воздух, я дрожащей рукой начала резать овощи на салат. Ладно, сначала надо накопить всю сумму. Сейчас бесполезно было ей что-либо доказывать. Возможно, к тому времени она и сама придёт к осознанию, куда скатилась её жизнь.

Уже ночью, лёжа в постели, я вспоминала сегодняшний день. Как появился Бестужев, как он надрал задницы тем придуркам, как потом я оказалась в его квартире. И он согласился притвориться моим парнем.

А ещё, как он схватил меня и усадил на тумбу, оказался настолько близко ко мне, насколько это было просто невозможно.

В моменте я не успела осознать его поступок и как всё перевернулось внутри меня от этого. Но сейчас вспоминала то, как его пальцы впились в мои бёдра сквозь джинсы, и я ощутила силу его рук, когда он поднял меня. И как его губы чуть не коснулись моего лица, когда Стас говорил, а его пальцы почти погладили мою шею.

Сейчас от воспоминаний меня пробирало мурашками, и я не понимала, для чего он это сделал и сказал те слова? Боже, такая мелочь для парня вроде него – надавить на девушку своей близостью, сделать что-то компрометирующее, поиграть с ней, смутить.

Но разве со мной это возможно? Разве ему не противно прикасаться ко мне, и он правда мог бы запросить оплату в виде какой-то близости?..

Зажмурилась и тряхнула головой. Нет, бред. Зачем Бестужеву кто-то вроде меня? У него этих девушек, красивых, статусных, по всем фронтам лучше меня, пруд пруди, выбирай любую. Он просто смеялся надо мной. Как и Миша когда-то. И правильно, что я не растеклась и не прониклась его умением сбивать с толку противоположный пол.

Я умела трезво мыслить, поэтому понимала, где тёмный принц и где я, и что он никогда бы не стал интересоваться мной как девушкой. Даже на каплю. Стас даже не Вишневский, он настолько далёкая и мифическая для меня планета, что мне даже не стоило забивать себе голову какими-то подобными мыслями. И защитил он меня только потому, что в нём взыграла жалость. Именно так. А я не такая гордая. Лучше уж жалость от Бестужева,чем вылет из универа или ночная холодная трасса.

***

Утро я встретила в таком расположении духа, которое можно было назвать лучшим за последние годы.

Я отвезла Милану и Мирона в детский сад, доехала с Яриком до его остановки, а после двинулась в сторону метро, уже по своему маршруту до университета.

Сегодня был день Х, и меня, если честно, потрясывало. Но лишь от предвкушения своей новой жизни без стерв и Мишы. Бестужев отметится как мой парень, подержав меня за руку, возможно, немного приобняв при всех, и мне можно будет забыть о проблемах.

Только… мы с ним ни о чём не договорились. Появится ли он сегодня в универе, и где мы с ним встретимся? Как всё это будет происходить?

— Ты уже здесь? — улыбнулась широко, увидев возле аудитории Аню.

Девушка выглядела не совсем здоровой, но всё-таки казалась полной сил.

— Недоело валяться дома. Ненавижу болеть, я уже это говорила, — закатила она глаза, приобняв меня за плечи. — Лучше посижу на парах, больше толку будет.

Для меня такой жест был непривычен, очень, но я обняла её в ответ, хоть и весьма неловко.

— Ну тогда добро пожаловать, — посмеялась я. — Здесь вроде бы всё по-старому.

Мне очень хотелось подружиться с Аней, но делиться всем, что происходит в моей жизни, я не была готова. Как она не знала о моих проблемах со стервами, лишь догадывалась, так и не знала о Мише. Поэтому сразу вот так рассказывать о том, что Бестужев теперь мой парень, а тем более мой ненастоящий парень, я не планировала.

Судьба распорядилась всем сама.

Во время первой пары на телефоны всей нашей группы пришло уведомление. Не у всех был включен звук, но во время лекции копошение всех без исключений навело на такую мысль.

Мы с Аней тоже достали телефоны посмотреть, что там. И переглянулись, увидев суть уведомления.

Моё сердце заколотилось быстрее.

Нас пригласили в чат университета, о котором мы слышали, но сами там не присутствовали, так как туда можно было попасть лишь по приглашению админов. Этот тот самый чат, в котором было выставлено моё фото с трассы, это я поняла сразу.

Поэтому первой мыслью пришло то, что сейчас точно все увидят то моё фото с подписью. О котором я со всем произошедшим уже успела забыть.

Но то, что я увидела, вместе с остальными студентами, повергло меня в шок.

В чате висела куча компрометирующих фото… Ангелины и Лианы. Таких, где они позировали перед зеркалом или просто делали селфи. Голыми. Или наполовину голыми. С игрушками из секс-шопа или с реальными достоинствами парней, лиц которых не было видно. Это такие фото, которые отправляют кому-то в личные сообщения. Или хранят в закрытых папках под паролем. Но точно не для всеобщего обозрения.

С тем, как мои глаза бегали по экрану, они всё больше округлялись.

Это было ужасно. Просто отвратительно. Я ощутила, как горю, хотя фото и не мои. Поэтому я быстро закрыла их.

Взгляд наткнулся на новые отправленные сообщения от некоего пользователя с ником «Карма». Теперь это были скриншоты переписок. Тех же Лианы и Ангелины. Где они поливали дерьмом неких студентов, своих подружек и даже друг друга, конечно, за спиной. Рассказывали пошлые подробности вечеринок, на которых они побывали, или раскрывали уродливые тайны своих семей.

— Походу, кто-то их хакнул… — заключила Аня, с интересом рассматривая каждое фото и скрин.

В аудитории стоял гомон, возбуждённое жужжание, и слишком мягкий препод по психологии не мог заткнуть студентов.

Моё же сердце бешено скакало вверх-вниз, вправо-влево. От предположения.

Глава 14.

Мы двигались с Аней по коридору, наполненном студентами, к следующей аудитории. И даже по случайным услышанным обрывкам можно было понять, какими новостями гудит сегодня университет.

Эти стервы заслужили, чтобы все узнали об их грязном нутре. И я не о нюдсах.

В университет они считались одними их тех девушек, с которыми мечтали дружить, на которых смотрели с благоговением, даже если те в свою очередь вели себя стервозно. И сейчас их пьедестал пошатнулся. Первым признаком этого служили комментарии в чате. Где не было никакой жалости, а лишь насмешки и откровенное презрение.

Мой же желудок как сжался при виде всех этих фото и ника отправителя, так и не мог разжаться. Одновременно я ощущала приятное чувство отмщения, и вместе с тем казалось, что я стала причиной какой-то жуткой катастрофы…

Голова пухла от мысли, что, возможно, это дело рук Бестужева.

И тут же я приземляла себя. Вряд ли он стал бы что-то такое делать ради меня. Но…

Я же своими глазами видела, что Стас сделал с теми парнями только за то, что те смеялся надо мной. А ещё этот ник «Карма». И ни слова плохого обо мне на этих скринах с перписками.

Но ведь и кто-то другой мог затаить на них злобу…

— Вот, слушай, — с азартной улыбкой Аня дёрнула меня за локоть. — «Какая же Швед вонючка, как у неё разит изо рта! Я сейчас чуть не задохнулась. Теперь я понимаю, почему от неё Лёшик убежал!», «Вишневскому наставили рога, хаха! От Гели я такого, конечно, не ожидала. Сначала рвать всех, кто даже просто посмотрит на Мишаню, а потом отсосать в сортире клуба какому-то наркоше. Вот что я называю днищем. Вишневский сто пудов узнает. Ой, чё будет, жду, жду!» А вот и про саму Лиану от Ангелины. «Ты в курсе, что Лиана полгода трахалась с Гоблином, чтобы он не рассказывал её папочке, что дочка у него тупая и ни на что не способная курица? Фу, мерзость какая! Ахах…» Гоблин – это, если что, декан их факультета. Старый, лысый карлик…

Аня хмыкнула, я лишь натянуто улыбнулась, пребывая в своих мыслях.

Девушка не могла отлипнуть от телефона, впрочем, как и многие студенты. Вряд ли когда-то в этом чате вываливали столько грязного белья, да ещё и таких популярных особ.

Моего фото, кстати, в чате уже не было видно. Кто-то подчистил историю. Все эти совпадения не только во мне вызывали вопросы, но и…

— Эй, ты!

От толпы отделились две девушки. И если на Ангелине не было лица и были заметны следы слёз, то Лиана выглядела как разъярённая гарпия. Её глаза сверкали чистым гневом, и направлен он был на меня.

Они преградили путь, и нам с Аней пришлось остановиться. Я сжала зубы, приготовившись отбиваться. Этого следовало ожидать. Того, что попаду под подозрение.

— Ты… грязная оборванка, тараканиха, которую я точно задавлю за такое! — прошипела Лиана. Сбоку раздались смешки, и она нервно оглянулась. Понизила голос, снова вонзив в меня взгляд карих глаз. — Я знаю, что это ты сделала! Жить надоело? Трассы мало тебе было?!

— Ты думаешь, что только я вас не переношу? Посмотри вокруг, всем только весело, — процедила я сквозь зубы, испытывая желание вцепиться этой стерве в волосы. Я всё ещё отлично помнила страх и унижение, испытанные в ту ночь. А для неё это всё являлось лишь весельем.

— О какой трассе она говорит? — повернулась ко мне с вопросом Аня.

Я неопределённо дёрнула плечом, не желая сейчас о чём-то таком рассказывать. Да и вообще была бы рада забыть об этом.

— Какая же ты мразь, — выплюнула Ангелина с ненавистью, но в ней явно имелось меньше сейчас желания растоптать меня.

Гарпия номер один снова зашипела, делая шаг ближе. Теперь её губы изгибались в уничижительной усмешке.

— Надо было к тебе толпу дальнобойщиков отправить и проследить, чтобы ты оказала всем до одного свои услуги! В следующий раз так и сделаю! Смотри по сторонам, тварь. Хотя вряд ли тебе это поможет! Я тебе этих фоток никогда не прощу! Сгною тебя до основания!

Я ощутила тепло позади себя и застыла всем существом, понимая тут же интуитивно, от кого оно исходило. Он всегда появлялся слишком вовремя, чтобы усомниться. И сегодня это тепло окутывало ощущением абсолютной защищённости и вместе с тем бешеным волнением.

Лиана втянула носом воздух, смотря поверх моего плеча, а Ангелина всхлипнула.

— Миша…

Только в этот момент я обернулась. Позади нас с Аней правда стоял Стас. А ещё Миша. Вишневский тоже кинул на меня быстрый злой взгляд, а после перевёл его на свою, по-видимому, бывшую девушку, скривившись.

— Миша, прости…

Бестужев же сверлил тёмными глазами лишь одну точку, лицо Лианы. Сделал медленный шаг, из-за которого нам с Аней пришлось отойти в сторону. Остальные студенты оборачивались, с интересом рассматривая собравшуюся компанию, которая отдавала разборками. А, как известно, там, где находился Бестужев, обещалось что-то зрелищное. Некоторые даже останавливались, чтобы подслушать и не пропустить чего-то интересного.

— Прости, Стас, там и про тебя было… — пролепетала Лиана нервно. — На самом деле я не считаю тебя бесчувственной сволочью и не желаю, чтобы у тебя отсох член… Тогда я на эмоциях это написала, очень злилась на тебя…

О… она и про него что-то писала?

— Закрой свой рот и будь осторожней в выражениях. Особенно сейчас, — тихо произнёс он, почти интимно. — Сегодня ты нажила себе новых врагов. Сгноить могут тебя до основания. Не высовывайся, займись чем-нибудь полезным, это тебе совет от меня.

В голосе Бестужева слышалась усмешка. И я не видела его лица, но была уверена, что выглядело оно жутко.

Лиана прикусила губу и закивала. Аня сжала мою руку сильнее, напряжённо наблюдая за фигурами перед нами.

Я ждала, что вот сейчас Стас плюсом ко всему возьмёт меня за руку и скажет, что я его девушка. Он же вчера мне это пообещал. И из-за этого почти не дышала. Волнение от ожидания было настолько сильным, что мои внутренности и конечности словно заржавели и не могли выполнять свои прямые функции.

Но…

Он кинул последний взгляд на девушек и, обойдя их, просто двинулся дальше. Даже ни разу не посмотрев на меня.

Внутри всё обледенело.

Он просто уйдёт? Как…

Я резко выдохнула, и даже не обратила внимания на парочку в разладе, Мишу и Ангелину. Первый молча последовал за другом, вторая же жалостно смотрела ему вслед.

— Ну и денёк, не зря я пришла, — усмехнулась Аня, прямо посмотрев на кипящих девушек.

А я медленно забрала из её хватки свою руку, смотря на спину Бестужева, обтянутую чёрным лонгсливом.

— Подожди минутку… мне надо кое-что спросить…

Если Бестужев не собирался помогать мне, то для чего согласился вчера? Мне необходимо было выяснить. После такого выброса компромата у меня точно не было шансов выжить, а он просто ушёл?

— Стас, — выдохнула, догнав его. Оббежала его и встала напротив. Улыбнулась нервно. — Ты кое-что забыл… Например, подержать меня за руку или, может, приобнять?

Бестужев мрачно взглянул на меня, его плечи показались мне ещё шире, чем обычно.

— Наша сделка аннулирована, — просто кинул он, и моё частое дыхание оборвалось.

— Но… почему?!

Я не верила своим ушам. Он смеялся надо мной? Издевался?

Бестужев чуть наклонился и буквально вонзил в меня два угля своей серьёзной мрачности.

— Я не веду дел с теми, кто не выполняет свои обязательства. Сегодня я не заметил тебя с утра у себя в квартире. Или ты подумала, я шутил?

— Но п-подожди… — округлила я глаза, положив ладони на его грудь. Мне казалось, сейчас он уйдёт и всё совсем рухнет. Стас опустил взгляд на мои руки, и я быстро их одёрнула. Говорила полушёпотом, так как уже ощущала прожигающие взгляды. Миша стоял в трёх метрах от нас за моей спиной, а стервы делали это с моим лицом. Сейчас, можно сказать, решалась моя судьба. — Но у меня нет ни твоего номера телефона, ни ключа, чтобы я могла зайти. Как я должна была оказаться у тебя в квартире? Я думала, сегодня днём…

— Когда тебе что-то очень нужно, ты просто берёшь и делаешь, узнаёшь, — перебил он меня. — Всё остальное говорит лишь о том, что человек не заинтересован. Уйди с дороги.

— Ты прав… — потупила взгляд. А потом резко подняла обратно с надеждой. — После учёбы обещаю быть у тебя и погулять с Гердой, больше такого не повторится, Стас. Я ни о чём не забыла, честно!

Бестужев смотрел на меня несколько секунд, и с каждой я понимал, что это полный провал. Он не собирался ничего делать. Ему было плевать.

Он обошёл меня как препятствие, и то ощущение абсолютной защищённости пропало вместе с ним.

Я обернулась к нему, ощущая где-то в горле своё сердце. Вишневский кинул на меня уничижительный взгляд и тоже отвернулся. Чувствуя иглы ненависти и презрения в своей, я смотрела, как спина Бестужева отдаляется всё большей больше. Пять метров, шесть…

А потом он резко остановился, вместе с этим и моё загнанное сердце. С две секунды он стоял на месте среди студентов и под непонимающим взглядом Вишневского, а после… резко развернулся и быстрым шагом двинулся в мою сторону.

Выражение его лица выбило весь воздух из моих лёгких. В нём не было ничего светлого, один мрак и решимость, угроза. Казалось, он возвращается, чтобы придушить меня. Но…

Бестужев оказался ко мне слишком близко. Как тогда, протаранил меня своей внушительной фигурой, вынудил сделать растерянный шаг назад, к подоконнику, все студенты вмиг будто пропали. А через секунду Стас схватил меня за талию, впечатал в себя, склонился, провёл по моей скуле большим пальцем руки и… мягко коснулся моих губ своими.