
Полная версия:
Правило распада
Его брови взметнулись вверх, и я вдруг осознала, что выдала ему одно из его прозвищ, придуманных лично мной.
– Не потеряла же, – он едва сдерживал улыбку, я, чёрт возьми, могла видеть это невооружённым взглядом, и это сбивало меня с толку. – I was in a dark room, loud tunes, looking to make a vow soon…
– Ох, пошёл ты! – воскликнула я и резко развернулась в поисках двери, чтобы выйти отсюда.
– Налево, Прескотт, – в его голосе проскальзывали нескрываемые смешинки. Я кинула на него презрительный взгляд и поспешила к двери, хлопнув ею так громко, как только могла.
Что ж, может, это было смешно для кого-то, но по крайней мере я выбралась и не стала еще одной забытой фамилией в Скотади.
***
– Мы столкнулись с тем, что каждого из нас оставили у ритуального бассейна, – рассказывала Эви. Если у нас было не принято говорить об испытаниях, то других крыльев это никак не касалось. – Дали кубок и приказали его наполнить водой из бассейна, не коснувшись воды ничем, кроме него. При этом на нас обрушивались постоянные иллюзии. Лично мне виделось, что я тону снова и снова, а вода была кислотой.
Что ж, похоже, мы отделались ещё легче, чем мне казалось. Мы с Фло переглянулись, но ничего не сказали. Об этом и не хотелось говорить, если честно.
– А нас закинули в пещеры. Я провела целую ночь, держась за один из древних камней. Камень транслировал в мой разум воспоминания давно умерших существ – их страхи, агонию, ярость, – поделилась Дафни. – Суть заключалась в том, что слабый разум мог быть подавлен чужими воспоминаниями, что привело бы к потере личности, сумасшествию или психической травме. Повторить такое я бы никогда не хотела.
Мы с девочками сидели на полянке на пледе прямо у крыла Скотади. Так вышло не потому, что мы их позвали сюда, а потому что они сами пришли, как только выдалась возможность. Мы с Флоренс, что было на неё не похоже, не особо сегодня были разговорчивыми. Сказывались недостаток сна и другие последствия от прохождения второго испытания.
– Интересно, будет ли следующее испытание проверкой силы? Или мы снова будем погружены в эту психологическую мясорубку? – пробормотала Хейл, поджимая губы.
– Узнаем по факту, – я пожала плечами.
В зоне видимости появились трое наших наставников и ещё один парень с их курса. Они направлялись в здание, видимо, после очередной физической тренировки.
– Чёрт, твой наставник, Эль, – Эви мечтательно покачала головой, разглядывая Арчи, который шёл без футболки и привлекал к себе внимание нас четверых. Если забыть о том, что выходило обычно из его рта и кем он был, то, должна признать, этот мужчина был достаточно привлекателен. Лишь внешне.
Арчи шёл чуть позади остальных, рядом с Винсентом, его осанка и гордо вздёрнутый подбородок выдавали привычку к лидерству даже в такой неформальной обстановке. Каштановые волосы, обычно слегка завивающиеся у лба, были мокрыми от пота. Его плечи и спина были покрыты тонкой, мерцающей на солнце влагой, подчёркивая каждую мышцу, каждую выпуклость и впадину.
Его торс был накаченным, функциональным, высеченным долгими часами изнурительных тренировок, а не ради эстетики. Широкие плечи плавно переходили в мощные дельты и рельефный пресс, прорисованный словно резцом скульптора. Каждый мускул на его спине играл под кожей при движении, демонстрируя сдержанную, хищную силу. Светло-голубые глаза, обычно ледяные и безжалостные, сейчас были сосредоточенными, устремлёнными куда-то вперёд, будто он всё ещё мысленно находился на тренировочном поле.
Но именно контраст привлекал внимание. На этой почти идеальной, мраморной коже проступали следы его истинной сущности. Бледные, едва заметные шрамы – тонкие линии на боку и, вероятно, не только там. И самое главное – замысловатая татуировка, выполненная словно чернильной дымкой. Она тянулась по левому боку, от нижних рёбер до бедра, напоминая то ли древние руны, то ли трещины, проступающие сквозь каменную поверхность. Они были частью его, как и его сила – тёмные, скрытые, несущие в себе отпечаток чего-то древнего и опасного.
Он повернул голову, что-то бросив Винсенту, и на мгновение его взгляд скользнул по нашей группе. В его глазах не было ни интереса, ни оценки, он лишь мимолетно, безразлично прошёлся по нам, словно заметил группу статуй, а не живых девушек. Он не ускорил шаг, не замедлил его, не попытался прикрыться или выпрямиться. Его нагота была так же естественна и лишена стеснения, как и всё, что он делал. Это была не демонстрация, а простая констатация факта – он был силён, дисциплинирован и абсолютно уверен в своём теле, как в отточенном оружии.
Затем он исчез в темном проеме двери башни Скотади, увлекая за собой остальных. Воздух как будто сжался, а затем снова наполнился звуками, словно кто-то выключил и снова включил звук.
– Боги, – выдохнула Эви, первой нарушив оглушительное молчание. – Я бы… я бы, наверное, умерла от страха, если бы он на меня так посмотрел. Но что-то внутри подсказывает, что это того стоило бы.
– Точно. Умереть, но почувствовать это тело в своих руках, – Дафни присвистнула. Флоренс хмыкнула и кинула на меня вопросительный взгляд. Я лишь отрицательно покачала головой и произнесла одними лишь губами: «Никогда».
Я сглотнула ком в горле, ощущая на своей коже призрачное воспоминание о его тёплых пальцах, развязывающих верёвки. Видеть его таким – могущественным, небрежным, абсолютно самодостаточным – было опасно. Это напоминало о пропасти между нами. И о том, какую цену приходится платить за такую силу. Цену, которую он, судя по шрамам и тёмным отметинам на своей коже, уже заплатил сполна.
Глава 11
Мы с Винсентом занимались почти каждый день на этой неделе. Кеннет был терпелив, дружелюбен, и мне нравилось проводить с ним время, хоть я и не хотела ему в этом признаваться. Я научилась поглощать свет, и это было огромным прорывом. Парень не сильно разделял мою радость по этому поводу, но дарил мне улыбку каждый раз, когда я взвизгивала от восторга.
В очередной раз после нашей неофициальной тренировки я посмотрела на свои наручные часы и тяжело вздохнула. Я снова не успевала попасть к маме в Аэтерию, потому что пока не могла после восьми выбираться из академии без сопровождения.
– Что-то случилось? – Винс кинул на меня быстрый взгляд, пока мы шли по коридору.
– Не успеваю который день добраться до мамы, – честно призналась я, потому что не видела в этом ничего такого.
– Могла сказать об этом, и мы бы перенесли тренировку, – он покачал головой, его брови сместились к переносице. Я не хотела переносить тренировку, чтобы не было никаких последствий со стороны моего наставника. Хоть он и не составлял нам компанию, но нашел бы повод отчитать меня за то, что я посчитала, что могу что-то вообще переносить.
– Нет, всё нормально, – поспешила заверить его я. – Получится в другой раз.
– Давай я сейчас перенесу нас, – вдруг предложил он, и я остановилась как вкопанная, не веря своим ушам. Ему пришлось тоже притормозить, чтобы понять причину моего ступора.
– Это какая-то проверка? – Сердце гулко забилось от волнения.
– Нет. Говори адрес.
***
Мама в это время обычно уже успевала закрыть пекарню, но оставалась внутри допоздна, чтобы всё убрать и подготовить к следующему дню. Я знала её расписание, как свои пять пальцев.
Когда костяшка моего пальца коснулась двери и постучала, по спине пробежал холодный пот от предвкушения встречи с ней. Винсу приходилось оставаться со мной, чтобы не навлечь ни на меня, ни на себя последствий.
Дверь открылась не сразу. Послышались торопливые шаги, щелчок замка, и на пороге возникла мама. На ней был старый, испачканный в муке фартук, а в руке она сжимала скалку так, будто это было оружием. Её глаза, уставшие после долгого дня, широко раскрылись от изумления, а затем она бросилась на меня с объятиями. Ванильный запах проник в мои лёгкие, и я с удовольствием уткнулась в её волосы.
– Я так рада видеть тебя, – пробормотала она, а затем осмотрела меня. – Ты похудела.
– Это потому что я больше не ем булочки каждый день, – из меня вырвался смех, когда она недовольно нахмурилась и покачала головой. – Я ненадолго… Кстати, это Винсент, один из наставников.
Женщина обратила внимание на высокую фигуру, всё это время молча наблюдающую за нами, а затем тепло улыбнулась, представилась и попросила нас проходить внутрь. Мама засуетилась, сделала нам чай, а также поставила на стол свежую выпечку, что осталась сегодня непроданной.
– Значит, ты один из наставников? – Мама прошлась по блондину заинтересованным взглядом. По-моему, он даже смутился от такого пристального внимания. – Но не наставник Эль?
– Нет. Её наставник – Арчи Беллами, – проговорил парень. На секунду мне показалось, что мама побледнела, но она так быстро взяла над собой контроль, что я оказалась сбита с толку.
– Во времена моей учебы отец и дядя Арчи были тоже в академии, – проговорила она, натягивая улыбку, но не спешила раскрывать подробностей. Хм, интересно. – Не поймите меня неправильно, но почему ты, Винсент, решил сопроводить Эль, а не её наставник?
– У Арчи полно дел, – отмахнулся Винсент. Мы с ним оба знали, что Беллами просто бы не согласился перенестись сюда и поесть булочки и пирожные с моей мамой. Это не в его духе.
– Поняла, – женщина вновь улыбнулась. – Какие занятия тебе больше всего нравятся, Эль?
– Ох, это, вероятно рунология и история магического мира. Ещё лингвистика, – я пожала плечами.
– Я тоже любила рунологию, но ненавидела историю. Мне казалось это самым скучным предметом в мире, – мама вздохнула.
Она ещё много расспрашивала об учебе в Скотади и меня, и Винсента, и он был настолько обаятельным и учтивым, что даже не верилось, что в нашем крыле есть такие парни. Особенно не верилось в то, что он был преданным другом Беллами. Казалось, их разделяла огромная пропасть.
Всё это время я думала о том, как бы остаться наедине с мамой и сказать ей про Конс, но мне и не пришлось ничего выдумывать. Кеннет, когда мы закончили нашу трапезу, сообщил, что у меня есть пару минут, пока он подождёт меня на улице, и благодарность на моем лице можно было бы увидеть прямо из космоса.
– Мам, только прошу, не спрашивай меня, откуда я это узнала, – прошептала я, когда завела её в кладовку. Она странно покосилась на меня, замерев в ожидании. – Но Мира родила мальчика, с ней всё хорошо. Его назвали Максвелл.
Мирой я называла её в этом мире по той простой причине, что Констанс для этого мира умерла, а уши были везде.
В глазах матери заблестели слёзы, и она крепко прижалась ко мне, обнимая меня и не произнося больше ни звука. Она не хуже меня знала, что это было опасно. Особенно когда снаружи ждал маг из Скотади.
Я вышла на ночную улицу вместе с мамой, как только она промокнула салфеткой веки. Воздух был холодным и свежим после уютной пекарни. Винсент попрощался с моей матерью, положил руку мне на плечо, и знакомое ощущение сжатия пространства обрушилось на меня. Через мгновение мы стояли в пустом коридоре академии, недалеко от моей комнаты.
– Спасибо, – выдохнула я, чувствуя на губах вкус маминого эклера. Я не знала, как вообще могла отблагодарить парня за такое доброе отношение ко мне.
– Не за что. Мне ничего это не стоило, – он улыбнулся. – К тому же, у твоей мамы отменная выпечка. Я буду рад, если ты позовёшь меня с собой ещё раз, Элеонор.
– Недаром у неё звание лучшей пекарни в городе, скажи? – я усмехнулась. – Чёрт, называй меня теперь Эль.
Он подарил мне очередную улыбку и кивнул на прощание, прежде чем скрыться в темноте коридора. Я практически дошла до своей комнаты и уже схватилась за ручку, как услышала знакомый голос, иногда пробирающий до неприятных мурашек.
– Я смотрю, вы подружились с Винсом, – Арчи отделился от стены, поравнявшись со мной.
– В этом есть какая-то проблема, наставник? – Я медленно развернулась к нему, не понимая, что он здесь делает.
– Думаешь, вы станете друзьями? – Он остановился в паре сантиметров от меня, заставляя запрокинуть голову, чтобы встретиться с его ледяным взглядом.
– Боишься, что я украду твоего друга? – я прищурилась, пытаясь отыскать на его лице хоть одну эмоцию. Что в этот раз было не так? – Или, может, у меня на него гораздо большие планы? Кто знает…
– Никто в здравом состоянии ума не будет тебя рассматривать как что-то «большее», чем ты уже есть, Прескотт. Ты, мягко говоря, посредственна, абсолютное ничем непримечательна и непривлекательна, – Арчи усмехнулся. – А тем более тебя не будут рассматривать такие как…
Ох, похоже, его сильно задело, что мы с Винсом ладили друг с другом.
– Как Винсент? Как ты? – зарычала я, тыкая указательным пальцем в его грудь. Он явно не ожидал такого поворота событий, особенно того, что я дотронусь до него. – Куда мне до вас, великих мужчин-магов, которые силой мысли могут заставить мир рассыпаться?
Меня могли называть слабой и никчемной из-за моей силы, могли тыкать мне в лицо тем, что когда-то совершил мой отец, но никогда ещё так грубо не говорили о моей внешности. Я не была слепой и смотрелась в зеркало каждый день, и никогда, чёрт возьми, я не встречала там посредственность и непримечательность. Что-что, но свой внешний вид я любила и принимала себя такой, какая я есть.
– Поднял свою самооценку тем, что назвал меня посредственностью? – продолжала я. Внутри всё бурлило от злости и ярости. Никто не смел говорить такие вещи в лицо другому человеку, ни у кого не было такого права, ведь мы не выбирали, какими рождаемся. Если издёвки насчет силы я еще понимала, то этого нет. – Самоутвердился за мой счет? Сам ты стал от этого красивее? Лучше? Не внешне, а внутри.
Надоело.Как же мне всё это надоело.
Я толкнула его в грудь, абсолютно не контролируя себя и свои действия. Если бы не такая защитная реакция, вероятно, я бы уже плакала. Арчи молча наблюдал за этим представлением и даже позволил мне в истерике два раза стукнуть его.
– Закончила? – Его тёплые пальцы коснулись моих запястий, сжимая их и опуская. – А то мне становится скучно.
Я дёрнулась, желая вырвать руки и зарядить ему по голове, но он крепко держал меня.
– С завтрашнего дня, мисс истерика, ты тренируешься со мной, – проговорил он скучающим тоном, словно уже и правда устал разговаривать со мной. Хотя всё это начала вовсе не я. – Ты абсолютно не умеешь контролировать себя.
– Так что, это была грёбаная проверка?
Он кинул на меня многозначительный взгляд, а затем резко исчез, оставляя меня одну с пульсирующими запястьями. Я показала средний палец месту, где он только что стоял, а затем влетела в комнату, хлопая дверью.
– Что-то случилось? – Фло испуганно округлила глаза, заметив моё разъярённое выражение лица.
– Грёбаный Арчи Беллами случился, – из меня вырвался недовольный вскрик.
Я схватила толстовку из шкафа, кое-как надела её и пошла на выход из комнаты. Флоренс пыталась позвать меня, но я даже не собиралась возвращаться. Мне нужно было остыть и побыть с самой собой какое-то время. В одиночестве.
Когда я выбралась на улицу и отошла от академии на приличное расстояние, а холодный ветер остудил мой пыл, я попыталась дать оценку словам и действиям этого человека, который переодически выводил меня из себя. Когда я ему отвечала, ему это не нравилось. Когда я молчала, он специально добивался от меня ответа и иногда сам заговаривал со мной.
А эти дополнительные тренировки? Разве я просила о них? Насколько я знала, больше никто не удостоился такой чести, как я, и это меня чертовски пугало. Если Винсент был достаточно добр и аккуратно подступался ко мне, не перегружая, то Арчи вполне мог убить меня ради забавы. А если не убить, то довести до полумёртвого состояния и порадоваться и этому.
Когда он спас меня от Райли и его дружков, я даже на секунду подумала, что он может быть нормальным человеком. За допущение такой мысли я и поплатилась.
Проверял он меня или нет своими словами, выводил на реакцию или чем он там ещё занимался, он меня задел. Хотя я не хотела признаваться в этом самой себе, но я чувствовала всепоглощающую меня обиду. Не то чтобы я хотела услышать от него, что я красивая, но просто… не хотелось выслушивать оскорбления непонятно за что. Разве я заслужила к себе настолько негативное отношение?
Я отошла достаточно далеко от крыла и забрела глубоко в лес, а после вышла и на опушку. Везде меня сопровождал магический шар света, и в итоге я рухнула на траву, поджимая под себя колени. Шар, послушный моему бессознательному приказу, замер в воздухе, отбрасывая призрачное сияние на стволы древних деревьев. Их ветви, сплетаясь в темноте, казались чёрными трещинами на чуть более светлом полотне ночного неба.
Тишина леса была иной, чем в Скотади. Она словно была живым, дышащим организмом, полным скрытых шёпотов и шорохов.
Почему он? Почему его мнение вообще что-то для меня значило? Он был мучителем. Надменным, жестоким, циничным засранцем, который получал удовольствие, видя, как я каждый раз страдаю от боли и унижения. В первую очередь, морально.
Да, я была посредственна в магии. Я была непримечательна на фоне таких, как он или Винсент. Но говорить мне те слова он точно не имел никакого права.
Мои руки зачесались, и я спрятала их под рукава толстовки, уже почти не обращая внимание на эту надоедливую чесотку или чем это там ещё было.
– Что за... – пробормотала я, увидев, что мои руки светятся белым сквозь ткань толстовки. Я тут же задрала рукава, но ничего не увидела на ладонях. Подумав, что у меня уже галлюцинации, я тряхнула головой и тяжело вздохнула.
Подул холодный, я бы даже сказала, что ледяной ветер, и деревья тревожно зашелестели. Я осмотрелась по сторонам, не подмечая ничего необычного, а затем поднялась на ноги, собираясь всё же уйти ради своего же блага. Я забрела достаточно далеко от крыла и пора было возвращаться назад, особенно учитывая то, что от этой спонтанной прогулки мне стало легче.
Я вскрикнула, когда нечто чёрное повалило меня на землю. Я вжалась в траву и попыталась увернуться от страшных тёмных пальцев-щупальцев, будто сотканных из какой-то материи, но он успел провести ими по моей щеке, оставляя глубокие царапины. У этого существа не было ни глаз, ни рта, никаких человеческих очертаний, и я, чёрт возьми, не знала, что это такое.
Существо не пахло ничем, а его странное «обнюхивание» оказалось леденящим прикосновением к моей душе, высасывающим тепло, звук, саму жизнь. Его безликая голова склонилась ко мне, и из неё исходил не голос, а прямое внедрение мысли в сознание, монотонное, как скрежет камня по камню.
– Кто ты такая? Кто ты такая? Кто ты такая? У тебя такая сладкая сила. Сладкая необычная сила. Как жаль, что я пока не могу забрать её.
Я не понимала, о чём он толкует в моей голове, и даже и не пыталась вникнуть. Он сжал меня в своих тисках, не позволяя дернуться. Мир сузился до этой чёрной, безликой твари и всепоглощающего ужаса. Мысли путались, а сознание мутилось, и это делало оно. Моя жалкая искорка магии начала гаснуть под его холодным прикосновением.
Существо резко взревело беззвучным, разрывающим разум визгом и отлетело от меня, будто его ударили невидимым молотом. Его форма задрожала, поплыла, на мгновение потеряв чёткость. Я резко вскочила на ноги, пользуясь возможностью выбраться, и именно в этот момент из-за деревьев вышел мой ненавистный наставник. Не произошло, как я думала, чуда, это просто появился он после того, как оскорбил меня.
– Иди сюда, Прескотт, – скомандовал парень, и я тяжело задышала, переводя взгляд от него к твари.
Арчи ступал медленно. Каждый его шаг был мерным, неумолимым. Его лицо было бледнее обычного, а в глазах бушевала холодная, безжалостная концентрация. Он не смотрел на меня, его взгляд был прикован к существу, и он сдерживал его своей силой.
– Иди. Ко. Мне. – прогремел он, выводя меня из ступора. Я пока что наплевала на свои принципы и понеслась в его сторону, замечая, как по моей щеке течёт кровь. Стоило мне оказаться рядом с ним, он тут же завел меня к себе за спину, закрыв собой.
Арчи взмахнул рукой, и пространство между ним и существом раскололось, словно гнилое дерево. Сквозь трещину хлынул леденящий ветер не из нашего мира, полный шёпотов забытых звезд.
Существо, задевшее эту дыру, взвыло в агонии. Часть его «тела», попавшая в трещину, просто перестала существовать.
Арчи сделал ещё один шаг вперёд, его взгляд был прикован к этому… порталу? Он сжал пальцы в кулак, и трещина с громким, беззвучным хлопком закрылась.
Тварь, лишившаяся части себя, отползла в тень, её форма теперь была неустойчивой, расплывчатой. Она издала последний, полный ненависти и страха мысленный визг и растворилась в темноте леса, будто её никогда и не было.
Охренеть. Это просто охренеть. Что только что произошло?
Беллами пошатнулся и чуть ли не упал на землю, когда я его подхватила.
– Эй, посмотри на меня, – его глаза закатывались, и я быстро сообразила, что он потратил слишком много сил на то, чтобы уничтожить это существо.
– Я не хочу на тебя смотреть, Прескотт, – пробубнил он, едва держась на ногах. – Зачем ты вообще попёрлась к границе защищающего академию купола? Пустоголовая.
Я резко вспомнила, почему тут вообще оказалась и из-за кого пошла ночью гулять. Именно поэтому я отпустила его, и он рухнул на землю, застонав от боли.
– Пошёл ты, идиот! – воскликнула я, намереваясь и правда бросить его тут и уйти назад в Скотади. – Я оказалась здесь из-за того, что кто-то не видит границ в своих оскорблениях!
Тихие звуки, что он издавал, говорили мне, что он пока в сознании, поэтому я достаточно быстро решила, что он сможет немного отдохнуть и потом сам доберётся как-то до крыла. Мне было не жаль его. Совсем не…
Я почти скрылась в деревьях, когда осознала, что таким своим поступком я окажусь ничем не лучше его. Всё же он спас меня. Я могла бы отплатить ему тем же, даже если он потом будет вести себя как неблагодарная скотина.
Я достаточно быстро вернулась назад и присела рядом с ним на колени. Его губы были приоткрыты, в то время как глаза закрыты, и он не переставал громко и тяжело втягивать воздух, издавая едва различимые жалобные стоны. Я потянула его за руку, ухватилась за его спину и заставила его принять сидячее положение, продолжая поддерживать его.
– Ну, и тяжёлый же ты, – пробормотала я, даже не представляя, как смогу поднять его.
– Зачем ты вернулась за мной? – едва различимо пробурчал Арчи, и я фыркнула.
– Потому что я чокнутая, – я закатила глаза, а затем аккуратно похлопала его по щекам и взяла его лицо в свои руки. – Открывай глаза, Беллами.
Его голубые глаза были слегка затуманены, когда он нехотя разлепил веки. Что меня конкретно напрягло, – так это тот факт, что он был необычайно холодным.
– Сможешь встать? – Я начинала немного паниковать, ведь не хотела, чтобы он умер. Даже если он придурок.
Арчи кое-как кивнул, когда я поднялась и протянула ему руки. Пока он вставал, хватаясь за меня, я чуть не рухнула назад вместе с ним на землю – такой он был громоздкий и тяжёлый. Мы так с ним никогда не дойдём, но если я уйду одна, чтобы позвать на помощь, это займёт слишком много времени. Я не могла позволить себе оставлять его одного. Значит, оставался один лишь вариант – перемещение. Однако его силу я сейчас заимствовать не могла. Мне кажется, он бы умер, если бы я так сделала. Так что пришлось экстренно заглушать панику и продумывать выход из этой ситуации.
По идее, я была способна на перенос до академии, нужно было только хорошо сконцентрироваться и не потерять своего наставника во время процесса.
– Держись за меня, – прошипела я, обвивая его руку вокруг своих плеч и сама цепко хватаясь за его пояс. Его вес почти пригнул меня к земле, но я упёрлась ногами, чувствуя, как дрожат мышцы. – И не смей терять сознание, понял? Иначе мы оба размажемся по пространству.
Он что-то невнятно пробормотал в ответ, но его пальцы сжали мое плечо с такой силой, что стало больно. Хорошо. Значит, ещё в сознании. Я закрыла глаза, отсекая все вокруг – холодный лес, его рваное дыхание, собственный страх. Сосредоточилась на медицинских комнатах – лазарете, где чаще всего проводили время целители, а затем мы с ним упали на траву прямо у нашего крыла.
Падение было жёстким. Я ударилась коленом, зашипела от боли, но тут же перекатилась к Арчи, который фыркал и ругался на меня. Я осмотрелась в поисках помощи и заметила нескольких парней, которые не особо то и спешили к нам, но всё же направлялись в эту сторону.
– Ему срочно нужно к целителям. Двигайтесь быстрее! – заверещала я, и они ускорили шаг до бега.
– Что ты с ним сделала? – злобно зарычал на меня Эдрис, приземляясь рядом со своим другом и помогая ему подняться. Кто-то второй, кто был с ним, помог ему, и они медленно потащили Арчи к целителям.

