Девятая жизнь и лотерейка на сдачу (невероятные приключения Мадам Морковки и кота Бандита)

И эта хрупкость закаляет сталь,

Я понимаю: прошлого не жаль.

Судьбы моей веретено

Все линии сплело давно.

— Так. А это что сейчас было?.. Она пела? — подумал кот.

— Ну да, пела, — ответил внутренний голос.

— Но как?!

— Ртом, Бандит. Обычно люди именно так и поют.

— Я не об этом!

Тётушка вздохнула.

— Пойдёмте спать! Адель, твоя комната — ты знаешь где. Говорящий блохастый комок шерсти с собой забери. Не хватало ещё, чтобы он ночью к холодильнику шастал.

И не дожидаясь ответа, пошла в свою спальню.

Бандит прошёлся по комнате и заглянул вслед за тётушкой.

Её спальня была небольшой и уютной. Много кружевных салфеток лежало на стареньком комоде, прикроватной тумбочке и подоконнике. На окнах висели занавески в мелкий цветочек с оборками. Небольшую кровать застилало лоскутное покрывало.

— А ты это куда собрался? — тётушка посмотрела на Бандита.

— Никуда. Просто осматриваюсь, — ответил кот.

— Иди с Адель в её комнату осматривай, а сюда не суй свой нос, — проворчала старушка и закрыла дверь прямо перед кошачьим носом.

Бандит посмотрел на Адель. Она всё так же сидела с гитарой в руках и молчала.

Кот оглядел большую комнату ещё раз: старенький диванчик, два кресла, за ними большое окно с плотными портьерами, большой стеллаж с книгами, в углу — журнальный столик со старенькой настольной лампой.

— А там что?

Закрытая дверь привлекла внимание кота. Он подошёл и попытался толкнуть её головой. Не открывается. Опёрся передними лапами — дверь не поддавалась.

— Адееель! — завопил кот. — Адееель!

— А?! Что? — встрепенулась девушка, возвращаясь в свою абсурдную реальность.

— Дверь. Она не открывается. Не пускает меня!

— Потом открою.

— Не надо потом, надо сейчас. Срочно! — орал кот.

— Там не туалет. Там моя комната.

— Тем более! Мне ещё больше туда надо! — не унимался усатый. — Открывай уже.

— Не кричи, пусть тётушка отдыхает.

— Я не кричу…

Кот на секунду замолчал.

— Я треб… я прошу!

Девушка посмотрела на кота, поставила гитару в угол и подошла к двери.

Повернула ручку — дверь открылась.

Бандит резво прошмыгнул в комнату Адель. Она пошла следом.

Щёлкнул выключатель.

Небольшая комната озарилась тёплым светом.

Старенький письменный стол, стул. Односпальная кровать с балдахином была аккуратно застелена нежно-розовым покрывалом с оборками. На кровати лежал плюшевый розовый единорог.

Кот посмотрел на него, потом на Адель.

— Единорог? Ты серьёзно?

— А почему нет? — удивилась девушка, глядя на игрушку из детства.

— Их же не существует!

— Почему? Коты ведь говорящие существуют!

— Коты — да, а единороги — нет! И тем более розовые! Это же вообще, фу, кошмар!

Бандит ещё раз внимательно посмотрел на единорога, потом перевёл взгляд на Адель.

— А как назвать говорящего кота, который везде, где появляется, устраивает Армагеддон? Рыжий кошмар? Усатый кошмар?

— Нашла что сравнивать! — возмутился кот. — Я ничего не устраиваю. Оно само… Это как его…

Бандит задумался, подбирая нужное слово.

— Стечение обстоятельств, — философски протянул он.

Девушка заглянула в платяной шкаф. Там аккуратными стопками лежала её старая одежда.

Она достала чистую пижаму в красную клетку и направилась к выходу.

— Ты куда?

— Сейчас вернусь. Надо привести себя в порядок и переодеться.

Девушка посмотрела на свою испачканную во время пожара пижаму.

— А-а-а… — протянул кот.

Адель исчезла в дверном проёме.

Бандит ещё раз огляделся.

— А комната ничего, сойдет…

Он подошёл к кровати, запрыгнул на неё и понюхал подушку.

От неё пахло чем-то очень знакомым. Очень-очень знакомым, но почти забытым. Тёплым, уютным, мягким…

Бандит пытался вспомнить.

— Домом — подсказал внутренний голос.

— Что? — переспросил кот.

— Домом пахнет. Самым первым, маминым! — повторил внутренний голос.

Кот сильнее втянул запах.

— Да-а-а… — протянул он.

Бандит свернулся на подушке и устроился поудобнее.

Через несколько минут Адель вернулась в комнату. От неё пахло нежным фруктовым ароматом.

— Бандит, ты уже спать улёгся? Подвинься.

Кот даже не пошевелился.

Адель вздохнула, убрала покрывало, сдвинула подушку вместе с котом и забралась под мягкое одеяло.

— Как же хорошо… Как хорошо дома, — тихо прошептала она.

Несколько секунд они лежали молча.

— Слушай, а тётушка твоя… Она же тебе не родная?

— Родная.

— Как это? Ты же говорила…

— Я говорила, что кровного родства у нас нет. Она меня вырастила. Забрала к себе, когда я осталась одна. Полюбила меня и старалась дать всё, что было в её силах.

Бандит задумался.

— Что-то я не услышал от неё сегодня ни одного слова любви к тебе.

Адель улыбнулась в темноте.

— Не всегда их надо слышать. Не все умеют об этом говорить. Важнее поступки.

Кот немного помолчал.

— Хм… Значит, она тебя всё-таки любит?

— Очень.

— А ворчит зачем?

— Наверное, так любит.

— Странные у вас, людей, способы…

— У тебя тоже не самые обычные.

— Я вообще кот. Мне можно.

Адель тихо рассмеялась.

Бандит устроился поудобнее на подушке и довольно зажмурился.

В комнате было тепло и тихо.

И впервые за долгое время Адель чувствовала себя дома.

Не спалось. Девушка лежала, глядя в темноту.

Странное ощущение покоя и мысли, которые бесконечной вереницей крутились в голове. Сегодняшний день, воспоминания об Антонио, которые так неосторожно вытащила тётушка, Серджио…

Черноволосый мальчишка, с которым они всё детство лазили в городской сад за яблоками. Яблоки были зелёные, кислые, но в то же время такие сладкие. Или это детские воспоминания делали их такими сладкими?

Старый дед-сторож, который гонял их палкой.

И то, как однажды Адель застряла в дыре в заборе, а Серджио не бросил её. Со всей мальчишеской силы оторвал доску, и они успели удрать от сторожа.

А как потом он носил ей в школу портфель…

Каждое утро ждал её у дверей дома, и они вместе шли в школу.

Как ходили вместе в музыкальную школу: она — в класс гитары, он — в класс скрипки. И как они обоюдно не любили сольфеджио.

Особенно музыкальные диктанты.

Адель осторожно выбралась из кровати, стараясь не потревожить Бандита, который уже спал в обнимку с единорогом.

На цыпочках пробралась в комнату, включила настольную лампу, взяла гитару и тихонько пробежалась пальцами по струнам. Те в тот же миг отозвались нежной мелодией в ля миноре.

Я у окна, в тишине, поздний час.

Осень теряет нарядный окрас.

Желтые листья сквозь время летят,

Словно комок слова в горле стоят.

В руках гитара ждет каплю тепла.

Так незаметно и я расцвела.

Наброски, книги, мыслей река-

Это мгновенье со мной навсегда.

Бандит сквозь сон услышал знакомый голос.

Спрыгнул с постели и вошёл в комнату совершенно бесшумно, как это умеют делать кошки. Запрыгнул на диван и прижался к поющей девушке.

Она допела и посмотрела на кота.

Кот посмотрел на неё.

— Всё у тебя будет хорошо! — сказал усатый.

— У нас! — улыбнулась девушка.

— Что у нас?!

— У нас всё будет хорошо, — повторила Адель.

Она снова заиграла на гитаре, и слова один за другим полетели вверх, как птицы.

Старый плед на плечах, тишина и покой,

Все что было, прошло и сейчас я с тобой.

Город тонет в ночи, исчезают миры,

Мы с судьбой заигрались, забылись, увы.

Тусклый свет ночника отражаясь в окно,

Помнит то, что забыто нами давно.

Ты почувствуй тепло, что идет от меня,

Эта вечность сейчас- только ты, только я.

Кот положил голову на колени девушки и совсем тихонько промурлыкал:

— У нас…

Услышав музыку, тётушка вышла из спальни и присела на край дивана, немного помолчала и сказала:

— Адель, я всегда тебе говорила, что у тебя хорошие данные. Ты бы могла… — она махнула рукой. — Твои слова, музыка, всё это… А ты…

— Это твои, что ли, стихи?! — встрепенулся кот.

— Мои, — ответила Адель.

— Да ты что?! И ты это скрываешь?! — не унимался Бандит.

— Да-да! — подхватила тётушка. — Я ей тоже говорила. И в музыкальную школу отдала. Она всегда любила петь!

— Но этот гад всё испортил… — Тётушка надулась и замолчала.

— Как ещё один гад? — удивился кот.

— Не ещё один, а всё тот же — проходимец Антонио! Как она играла на гитаре, а как пела! — всплеснула руками старушка. — Она ведь даже музыкальное училище окончила!

Тётушка тяжело вздохнула.

— И в библиотеке подрабатывала. А потом Антонио появился, заморочил ей голову — и всё, она перестала петь… Всё пошло не так.

Бандит молчал. Молчали все.

За окном забрезжил рассвет.

Адель отложила гитару.

— Нужно немного поспать. Тётушка, тебе бы тоже не мешало отдохнуть. А то я тут со своими проблемами…

— Я-то что?! Успею, наотдыхаюсь, — отмахнулась женщина. — Но ты права. Надо поспать. На свежую голову уже будем думать, что делать дальше!

— Всем спать! — скомандовала тётушка и пошлёпала в свою комнату.

Адель взяла Бандита на руки, и они ушли в свою комнату.

В доме воцарилась тишина.

Глава 9. Блины, усы и прочая бюрократия

Адель разбудили запах свежеиспечённых блинчиков и аромат свежесваренного кофе. Она открыла глаза и сладко потянулась. За окном вовсю светило осеннее обеденное солнце.

Она огляделась по сторонам. Бандита нигде не было.

Девушка подскочила с кровати и вышла из комнаты.

— Банд... — оборвалась она на полуслове и от увиденного застыла как вкопанная.

Тётушка хлопотала на кухне, ловко переворачивая блинчик на сковородке.

На столе стояла большая чашка свежесваренного кофе с молоком, тарелка с увесистой горкой блинов и вазочка с вареньем. За столом важно сидел Бандит. Перед ним на блюдце лежал большой, как солнце, ароматный блин.

— А сгущёночка есть? Я блинчики со сгущёночкой больше люблю!

— Не, сгущёнки нету.

— Жаль. Может, я по-быстрому в магазин сгоняю? — вполне обыденно предложил кот.

— Ты и в магазин сам ходишь? — удивилась женщина.

— Ага, — запихивая кусок блина в рот, прочавкал Бандит.

Тётушка посмотрела на девушку.

— На удивление полезный кот у тебя, Адель. И в магазин сам ходит, и за тобой приглядывает, и соображает шустрее многих.

— Чего он там приглядывает? — Адель села за стол. — Доброе утро, тётушка.

Мадам Морковка сделала глоток вкуснейшего напитка.

— Да-да, — продолжал чавкать кот. — Приглядываю. Ну так что, я за сгущёночкой? Я быстро: одна нога там, другая тоже там!

— Нет, только не магазин, — возразила девушка.

— Тебе что, мясной лавки мало?

— А что с мясной лавкой не так было? — Тётушка посмотрела на Адель.

— Да Бандит там переполох устроил.

— Да? Это в какой лавке?

— Мясная лавка Беккони-Панталони.

— А-а-а... И что же он там сделал?

— Ничего я там не делал. Я вообще хотел культурно угоститься сосиской, а потом вообще хотел просто поговорить. А Беккони-Панталони — высокочувствительный дядечка оказался... Не думал я, что он такой впечатлительный.

— А ну-ка, поподробнее расскажи, — тётушка убрала сковородку с огня и присела за стол.

Она внимательно выслушала рассказ.

— Поделом этому торгашу! Он на прошлой неделе мне фарша на триста грамм обвесил. Я дома перепроверила!

— Вот-вот. Будет знать, как старушек обвешивать, — подхватил кот.

— Сейчас в стирку твою грязную пижаму заброшу и вернусь.

— Пижама... Стирка... — протянул кот.

Тётушка направилась в ванную.

— А билет! Где билет? — заголосил кот. — Где улика?

Тётушка остановилась.

— Чего?

— Какой билет?

— Лотерейный. Шапитошный, — напомнил Бандит.

Мадам Морковка, не говоря ни слова, пошла в ванную.

Через минуту девушка вышла из ванной. В руке у неё был мятый лотерейный билет.

Тётушка вернулась на кухню за очками.

— Ну-ка, покажи-ка мне, что это там?

— Вот.

Мадам Морковка протянула билет тётушке.

— Там на обратной стороне мой адрес написан.

— Вижу, — деловито сказала тетушка.

Она надела очки и ещё раз внимательно посмотрела на билет.

— А теперь рассказывайте, откуда у вас этот билет и почему он... — женщина ткнула пальцем в сторону кота. — Почему он так голосит?

— Я не голосю... Не голошу. Я напоминаю! — поправил Бандит.

— Я нашёл на помойке.

— То, что ты копаешься в помойке, меня не удивляет. Но почему ты решил, что именно это улика, связанная с мошенником?

— Билет, как и усы и шляпа, вонял той же противной ёлкой!

Тётушка осторожно понюхала билет.

И правда — пахнет.

— А шляпа и усы где?

— Сгорели, — ответила девушка.

— Ага, сгорели. И упаковка от усов тоже, — кот утвердительно кивнул.

— Упаковка? — заинтересовалась женщина.

— Угу! Такая яркая, с надписью: «Усы накладные карнавальные».

— То-то я всё смотрел и думал, почему эти усы похожи на мочалку! — выдал кот.

— А шляпа? — спросила тётушка. — Она тоже воняла?

— Да. Ещё как воняла. И Таракан Тараканыч был в шляпе. Точно такой же! — резюмировал кот.

— Таких шляп тысячи, — попыталась вставить слово Мадам Морковка.

— А таких вонючих — одна!

— Стоп! Тишина, — тётушка резко прервала начинающийся спор.

Все замолчали.

— В итоге, что мы имеем?

Она начала загибать пальцы.

— Был банкир в шляпе, с усами, с резким, узнаваемым одеколоном.

Тетушка снова ткнула пальцем в сторону кота.

— Потом он находит на помойке такую же шляпу, накладные усы, упаковку и лотерейный билет с адресом Мадам Морковки.

— Именно, — не удержался Бандит.

— Цыц, — прервала его тётушка.

Она повернулась к Адель.

— У тебя была его расписка. Пусть и с приколами, но была.

Женщина ткнула пальцем в сторону девушки.

— И ты не пошла в полицию?

— Я хотела, но побоялась. Да и Чичолина сказала, что меня там не поймут.

— Это какая ещё Чичолина?! Чичка, что ли? Она-то как тут оказалась?

— Встретила её случайно по дороге в полицию.

— Нарисовалась, вертихвостка. Нашла кого слушать! Там мозгов-то всегда было как у спички.

— Вооооот. А я говорил, — приободрился кот.

— Потом случился пожар, как я понимаю, по вине этого безобразия! — Тетушка снова ткнула пальцем в сторону кота.

— Хватит уже в меня пальцем тыкать! Это неприлично. Ну или хотя бы делай это не так часто, — обиделся Бандит.

— Пожар... Точно, пожар! — вдруг всполошился кот. — Ладно, пожар с лампой устроил я. Случайно, хочу заметить. Даже пытался его потушить.

Кот ненадолго задумался.

— Но вот как загорелась входная дверь, я не знаю. Это точно не я. Когда мы побежали к двери, там уже полыхал огонь, а комната и часть коридора были только в дыму.

— А это значит что? — Кот с умным видом посмотрел на Мадам Морковку.

— Что?

— А то, что дверь горела не случайно, — ответила тётушка.

— То есть вы хотите сказать...

Мадам Морковка замялась.

— Мы не хотим сказать! Мы говорим: дверь кто-то поджёг, — заявил кот.

В кухне повисла тишина.

Тётушка посмотрела на мятый билет.

— В итоге остался только этот билет.

Она вздохнула.

— Ну что я могу сказать тебе, моя дорогая Адель? Кто-то очень сильно не хочет, чтобы ты докопалась до правды. Но в полицию всё-таки надо бы сходить.

— С чем? Разве кто-то поверит в такую совершенно абсурдную историю?

— Поверят, не поверят — пока не сходишь, не узнаешь.

— Не пойду я никуда, — протянула девушка.

— Ох... — вздохнула женщина. — И что мне с тобой делать?

Мадам Морковка посмотрела на Бандита, на тётушку и выдохнула:

— Ничего не делать.

— Так, решено. Значит, мы найдём того прохвоста сами! Раз ночью был поджог, значит, он всё ещё в городе, — заявила тётушка.

— Одобряю, напарник, — выдал Бандит.

— А знаете что?

— Что? — удивился Бандит.

— Да, вы правы. Я найду того Таракана Тараканыча и верну свои деньги! — подумав, заявила Мадам Морковка.

— О-о-о, узнаю свою Адель, — обрадованно сказала тётушка.

— А теперь всё по порядку.

Адель взяла лист бумаги и ручку и стала записывать:

Усы из карнавальной лавки. Сгорели, но я помню упаковку.

Шляпа. Откуда она — вопрос.

Лотерейный билет «Лото-Шапито». Пункт продажи лотерейных билетов.

— Начнём с усов! — бойко сказала девушка и пошла в свою комнату.

— Ты куда? — удивился кот.

Он вопросительно посмотрел на тётушку.

— Что это было?

— А это Адель. Моя Адель! — гордо сказала тётушка.

Кот хлопал глазами и впервые совершенно ничего не понимал.

— А я? А как же я? — удивлённо проговорил он. — Я ведь тоже пойду с ней? Да? — повернулся кот к тётушке.

— Конечно, пойдёшь. Я тебя одного у себя дома не оставлю.

— А ты куда?

— Дела у меня.

— Какие ещё у тебя могут быть дела? — удивился Бандит. — Ты же как это... — кот задумался. — Пенсионерка.

— И что? По-твоему, если пенсионерка, то всё? Рухлядь?

— Нуууу... — кот не находил, что ответить.

Наконец решил ответить просто:

— Да.

— Ты сейчас по наглой рыжей морде получишь, — разозлилась тётушка.

— Бешеная бабка! — подсказал внутренний голос. — Беги.

Бандит собрался удирать, как в дверях появилась Мадам Морковка.

Она была одета в старенькое вязаное платье до колен и джинсовую куртку.

— Я готова! Бандит, ты идёшь?

— Ага, бегу-бегу, — впопыхах ответил кот и побежал к входной двери.

Девушка положила лотерейный билет в карман куртки.

— Тётушка, скоро буду, не теряй! И зачем ты держишь тапок?

— У него спроси, — женщина снова ткнула пальцем в сторону кота.

Девушка открыла дверь и посмотрела на кота.

Тот крикнул тётушке:

— Не тыкай в меня пальцем, бешеная!

И пулей вылетел на улицу.

Улица жила своей жизнью. Кто-то неспешно прогуливался, кто-то куда-то летел стремглав, владельцы различных лавок протирали витрины.

— Ну куда идём? — спросил Бандит.

— В лавку карнавальных костюмов и аксессуаров, — уверенно сказала девушка.

— А где она? Далеко?

— В нескольких кварталах. Хорошо ещё, что она одна на весь город.

— Тогда быстрее! Чего мы ждём?

Бандит деловито побежал вперёд и тут же остановился.

— А куда идти-то?

— Пойдём за мной. И далеко не убегай.

Через пятнадцать минут Мадам Морковка и Бандит стояли напротив лавки карнавальных костюмов.

Над входом красовалась огромная яркая вывеска:

«МАСКАРАДИНО»

А под ней крупными буквами:

«Усы, лапы, хвост — что выбрать? Вот вопрос!»

— Что значит «что выбрать»?

Бандит посмотрел на свои лапы, потом на хвост.

— Я, например, не хочу по частям. Мне целым быть больше нравится.

Он подозрительно посмотрел на вывеску.

— Они там что, котов расчленяют? Ты куда меня привела?

— Бандит, это вывеска. Просто вывеска.

— Я что, по-твоему, не вижу? Читать я умею! Там написано: «Усы, лапы, хвост — что выбрать?»

— Ох, ну придумал кто-то этот дурацкий слоган исключительно ради рифмы. Не раздувай из мухи слона!

Кот на мгновение задумался.

— Я никогда из мухи слона не раздувал. Это вообще невозможно. Если начать надувать муху, она же лопнет, — совершенно уверенно заявил он.

Адель не выдержала:

— Уже пробовал?

— Ты меня за кого принимаешь? — возмутился кот. — Мух я, конечно, ел. Бывало. Невкусно... Но чтобы надувать — до такого даже я не додумался.

Мадам Морковка рассмеялась.

— Идём, мухоловка.

— Сама такая.

Девушка открыла дверь и уверенно шагнула на порог лавки.

Кот прошмыгнул следом.

Лавка оказалась совсем маленькой и была буквально забита всевозможными костюмами, париками, шляпами, накладными носами, ушами, хвостами, волшебными палочками, огромными очками с выпученными глазами, крыльями фей и прочими маскарадными аксессуарами.

Места было так мало, что приходилось протискиваться между стойками.

В самом дальнем углу, за небольшим прилавком, ютился продавец.

Бандит медленно огляделся.

— Странное место...

Потом посмотрел на продавца.

— И тот мужик — не лучше.

Кот ткнул лапой в его сторону.

Девушка робко оглядывалась по сторонам. Глаза разбегались от многообразия всего, что здесь было.

— Добрый день! Я могу вам чем-нибудь помочь? — спросил странный продавец.

Бандит внимательно его рассматривал.

Это был невысокий мужчина средних лет с совершенно нелепым выражением лица. Огромные очки в толстой роговой оправе и без того придавали его виду ещё больше абсурда. Копна зелёных волос на голове напоминала брокколи.

Ярко-зелёный атласный пиджак, фиолетовый галстук и жёлтая рубашка довершали картину.

Бандит подошёл поближе к Адель и, задрав голову, тихонько прошептал:

— Брокколи!

— Что — брокколи? — так же тихо спросила она.

Кот кивнул в сторону продавца:

— Тот мужик — брокколи! Ты на его голову посмотри!

— Бандит, прекрати! Не обсуждай чужую внешность!

— Почему?

— Это неприлично!

— Неприлично носить капусту на голове! — возмутился кот. — Не хочет, чтобы обсуждали, пусть не носит капусту на голове.

— Это не капуста. Это волосы... Ну или парик, — замялась девушка.

Бандит посмотрел на Адель.

— Вот у тебя волосы.

Потом снова перевёл взгляд на продавца.

— А у него — брокколи.

— Да, пожалуй, вы могли бы мне помочь в одном вопросе? — Адель направилась к прилавку.

— Я весь ваш! Спрашивайте, не робейте. Подберём любой костюм. Сейчас в тренде осенняя тематика ко Дню города. Вот, посмотрите, какие шляпы. Есть и магические, и фокусные, и ковбойские!

Продавец снял с полки очередную шляпу и с восторгом посмотрел на Адель.

— Ой, а вам бы очень подошёл дерзкий ковбойский стиль. Этакая рыжеволосая бандитка в ковбойской шляпе. Не женщина — мечта!

— Я-я-я? Спасибо, но бандита мне одного хватит. Два — это перебор.

Продавец вопросительно посмотрел на девушку.

Адель кивнула в сторону кота, который уже переминался с лапы на лапу, пытаясь запрыгнуть на прилавок.