Следствие ведут. Хижина в лесу

Несколько секунд молчания решили все.

Елена, конечно, не могла пропустить такую сцену.

Она подплыла к ним с той самой улыбкой, которая у нее появлялась каждый раз, когда жизнь подкидывала что-то любопытное, красивое или потенциально проблемное.

- Доця, ты что от красоты парня потерялась? - Со смешком спросила она. - Моргать надо, а то высохнешь.

- Мам, - прошипела Аня, мгновенно приходя в себя.

Парень, кажется, понял не все, но улыбнулся шире.

Елена переключилась на него так легко, будто всю жизнь встречала иностранцев на старых заправках посреди леса.

- Wolf’s lair? Yes, yes. You go with me. To the car. Map. I show.

Аня прикрыла глаза.

- Господи, только не английский от мамы...

- Я все сказала понятно, - гордо бросила Елена через плечо.

- Ты сказала ему идти с тобой к машине. В фильмах ужасов после такого никто не возвращается.

- Аня, не позорь мать перед международной общественностью. Да и мы не в фильме ужасов, прекрати панику нагонять.

Молодой человек, явно решив, что эти две женщины - часть местного колорита, с благодарной улыбкой пошел следом за Еленой к «Солнышку».

- Thank you, miss.

- Ой, какой воспитанный, - довольно сказала Елена. - Прямо булочка с корицей, а не мальчик.

- Мам, он тебя понимает через слово.

- Тем более, пусть хорошие слова понимает.

У машины Елена достала из бардачка сложенную карту. Настоящую бумажную карту. Аня увидела ее и зависла второй раз за утро.

- Откуда?

- Из бардачка.

- Нет, я понимаю физическое местонахождение. Откуда у нас бумажная карта?

- Из прошлого.

- Мам.

- Что? Хорошая карта. Надежная. Не садится, не теряет сеть и не задает глупых вопросов голосом женщины, которая вечно недовольна моими поворотами.

- Навигатор недоволен, потому что ты споришь с дорогой.

- Дорога иногда неправа.

Елена разложила карту прямо на капоте «Солнышка», придавила один угол ладонью, второй - телефоном, а третий почему-то пачкой влажных салфеток, которую достала из воздуха. Парень наклонился рядом, внимательно слушая.

- Here. We go here. You go road, then turn. Not this turn. This turn bad. Very bad. You go next. Understand?

- Yes, yes, I think so.

- No think. Look. Here. Road. Forest. Then sign. Wolf’s lair.

Аня встала чуть в стороне и скрестила руки.

- Еще немного и она начнет объяснять ему руками, как выживать в тайге.

- А что, полезно, - сказал Саша, подходя ближе. - Вдруг пригодится.

- Нам бы не пригодилось.

- Никогда не знаешь, что может пригодиться в жизни, тем более в путешествии. - Философски изрек Саша.

В этот момент к ним подходил пожилой мужчина в синем комбинезоне. Он двигался неторопливо, но не старчески. Скорее так двигаются люди, привыкшие к одному и тому же месту и знающие тут все. На голове у него темнели уже тронутые сединой волосы, возле лба заметно проступали залысины. Лицо было загорелое, морщинистое, доброе. Карие глаза смотрели внимательно, участливо, даже тепло.

Мужчина остановился возле Елены и чуть наклонил голову.

- Вам какого бензина, девушка?

И голос у него был под стать его внешности, мягкий, участливый и добрый, как у дедушки, который сейчас предложит варенье и шерстяные носки.

Елена улыбнулась ему так мило, что со стороны могла показаться просто веселой путешественницей в желтой пижаме. Хотя именно из-за пижамы это «просто» выглядело сомнительно.

- Полный бак 95-го, пожалуйста. И если можно, аккуратненько, это моя девочка.

Мужчина перевел взгляд на «Солнышко», на улыбающееся солнце на боку, на подсолнухи, на наклейку «Семья в пути!», потом снова на Елену.

- Машина?

- Сокровище, - серьезно ответила она.

- Понимаю, - так же серьезно сказал он. - У каждого человека должно быть то, что он бережет.

Аня снова напряглась.

Фраза была обычной. Даже хорошей. Но произнесена была так, будто под ней лежал второй слой. Тихий. Старый. Не для всех. Для своих.

«Так. Все. Хватит. Заправка, кофе, туалет, дальше едем. Никаких вторых слоев. Никаких дедушек с тайнами. Никаких взглядов матери на пожилые пары. Это всего лишь мои переживания, раздутые до мнительности, что мне уже кажется черти че!».

От кафе донесся голос Алены:

- Народ, тут так вкусно пахнет, и Лидия уже накрывает нам на стол. Чего застряли, заполняйте бак и идите сюда, сейчас кофе с пончиками перехватим и с собой в дорогу возьмем.

- Та и цены, не то, что в столице, очень даже аппетитные, - добавила, выныривая из-за двери кафешки, Женя.

- Идем, идем, - откликнулась Елена, выходя, почему-то, с другой стороны их домика на колесах.

От этого Аня моргнула.

Один раз.

Второй.

Вот только что мать стояла у капота, показывала иностранцу карту, разговаривала с пожилым заправщиком, а теперь появилась с противоположной стороны машины, будто прошла сквозь салон, багаж, пространство и здравый смысл.

- Мам, а где иностранец?

- Так вон, поехал. Я ему карту дала с фотографировать, технологии, - подняла вверх палец Елена, - он и поехал. Думаю, в «Логове волка» мы с ним пересечемся. Ему, кстати про Пиковую Даму было интересно узнать, что слышала, что знаю. А я кроме отзывов ничего и не знаю.

Аня медленно тряхнула головой.

- Ой, - Аня закатила один глаз, а потом второй, - конечно не знаешь, сама эту нелепость тогда учудила, теперь, не знает она.

- Не учудила, это мужики перебрали, до сих пор не верю, что они тогда такое умудрились вычудить.

- Дамы, так вам бак то заполнять? - Снова отвлек их пожилой владелец автозаправки, терпеливо стоявший рядом все это время.

От ответа Елену отвлек Саша, который выскочил из кафе с воплями:

- Не, вы там черепах что ли перегоняете? Долго ждать, я есть так-то хочу, только вас и ждем.

- Да не ори ты, полоумный, сейчас бак заправим и прийдем?

- Ждем, ждем! - И скрылся в кафешке снова.

Пожилой мужчина проследил за ним взглядом и в уголках его глаз дрогнула улыбка.

- Веселая у вас компания.

- Это они еще голодные, поэтому спокойные. - Сказала Аня. - Сытые хуже.

На эту фразу мужчина мягко улыбнулся.

Елена снова посмотрела на него. Внимательно. Слишком внимательно. Но Аня этого уже не видела. Она отвернулась и направилась в сторону Саши, который стоял и ждал их, уперев руки в бока и притопывая ногой от нетерпения.

- А вы в «Логово волка» едете? - Поинтересовался мужчина.

- Да, да, - задумчиво кусая губу, ответила Елена, внимательно снова смотря на здание кафешки и заправки. - Вы заправляйте, скажете, потом сколько с нас, а мы пока в кафешке побудем, перекусим. Видите ж, что нас друзья зовут. - На губах заиграла милая улыбка, Елена склонила голову набок, уже рассматривая владельца автозаправки.

- Конечно идите, нечего вам парами бензина дышать, тем более у моей жены, такие вкусные пончики выходят, просто пальчики оближешь.

Елена еще чуть постояла и двинулась следом за дочкой, в след сказав:

- Буду благодарна, за оказанную услугу, вы так любезны.

Пожилой мужчина кивнул, взялся за заправочный пистолет и начал возиться у бака «Солнышка».

Елена догнала дочь уже почти у двери кафе.

- Что? - Спросила она, даже не глядя на Аню.

- Я ничего не сказала.

- Зато думаешь громко.

- Я думаю нормально. Просто ты подозрительно себя ведешь.

- Я? - Елена искренне удивилась. - В желтой пижаме на заправке посреди леса? Подозрительно?

- Вот именно, - мрачно сказала Аня.

Елена рассмеялась и приобняла дочь за плечи.

- Доця, расслабься. Мы просто пьем кофе, едим пончики и едем дальше на отдых. Отдыхать...

Аня посмотрела на старую дверь кафе. Она была деревянная, с мутным стеклом, на котором белой краской было выведено: «У Лидии». Краска местами облупилась, но буквы все еще держались упрямо, как и сама заправка. Звякнул колокольчик от открываемой двери и мать с дочкой вошли внутрь.

Там пахло кофе, горячим тестом и чем-то домашним.

Очень домашним.

Даже слишком.

- Просто кофе, - тихо сказала Аня. - Просто пончики. Просто отдых.

- Вот! - Обрадовалась Елена. - Учишься мыслить позитивно.

Аня поморщилась.

- Ага. Позитивно. Сейчас только вороны начнут аплодировать.

- Иди уж... Чего на пороге застряла, подозреватор мелкий. - Подтолкнула в спину Аню мама.

Внутри оказалось неожиданно уютно. Не красиво в журнальном смысле, не модно, не «лофт с ретро-акцентами», как любила говорить Алена, когда видела облупленную стену и лампочку без плафона. Нет. Здесь было по-настоящему старенько, тепло и как-то по-домашнему. Маленький зал, четыре столика, деревянная стойка, витрина с выпечкой, старые занавески в мелкий цветочек и радио где-то на полке, из которого тихо шипела музыка. На стенах висели фотографии, из которых особо выделялись те, где были запечатлены африканские просторы. Таких фотографий было много, поэтому они очень сильно выделялись на фоне атмосферы уютного кафе.

Кофе пахло восхитительно и соблазнительно.

Пончики на витрине аппетитно лоснились присыпкой.

Запах ванили щекотал ноздри дразня посетителей, от чего желудок Саши, кажется, громко демонстративно высказал свою позицию.

- О, - сказал он, сидя уже за столом и глядя на тарелку так, будто перед ним явился святой грааль. - Вот это я понимаю. Вот ради этого стоило терпеть казан в коленях.

- Кастрюлю, - машинально поправил Андрей.

- Не порть момент. - Буркнул Саша.

Андрей лишь пожал плечами и флегматично подвинул Сашу, садясь к нему за стол. Тот стол, который стоял недалеко от стены. Его явно накрывали в спешке, но с душой: клетчатая скатерть, чашки не из одного сервиза, зато чистые и смешные, сахарница в форме яблока, тарелки с румяными пончиками, блюдце с вареньем, маленькая вазочка с сушками и чайник, укутанный в старую вязаную грелку.

Возле стола хлопотала Лидия.

Та самая женщина, которую Аня видела у кафе с мужчиной, как только они вышли с "Солнышка". Лидия, владелица кафе была невысокой, плотненькой, с мягким лицом, в светлом переднике и кофте поверх платья. Волосы собраны в аккуратный пучок, из которого выбилось несколько седых прядей. Двигалась она быстро, но не суетливо, будто всю жизнь принимала уставших путников, дальнобойщиков, туристов, случайных грибников и людей, которые «просто на минутку», а потом съедали по три пончика и заказывали добавку. Это и не удивительно, ведь так и было, отсюда и опыт движений, и неспешная грация.

- Проходите, проходите, хорошие мои, - приговаривала она, ставя на стол еще одну тарелку. - С дороги-то небось устали. Кофе свежий, чай горячий, пончики только сняла. Ешьте, пока тепленькие.

- Лидия, вы святая женщина, - благоговейно сказал Саша.

- Ой, бросьте вы, - махнула она рукой, но улыбнулась. - Просто пончики.

- Нет, - серьезно сказал Саша, беря один. - Просто пончики так не пахнут. Так пахнут БОЖЕСТВЕННЫЕ ПОНЧИКИ.

Женя рассмеялась и толкнула его локтем, пока ее муж уже проглатывал целиком лакомство.

- Ты хоть попробуй сначала, поэт голодный.

- Я уже. - Потянулся он за следующим, но получил по руке от жены.

- Остановись, проглот, ты ж тут не один.

Тем временем Аня села рядом с Аленой, но расслабиться полностью не смогла. Слишком уж все было контрастно: за стеклом старая заправка, лес стеной, карканье ворон где-то снаружи, а здесь - сахар, кофе и женщина, которая называла всех «хорошие мои».

Елена, которая вошла последней, в своей желтой пижаме выглядела среди деревянных стен и занавесок как солнечный зайчик, который заблудился в чужой сказке, но решил не паниковать, а устроить чаепитие.

Лидия заметила ее наряд, моргнула, но ничего не сказала. Только улыбнулась шире.

- Вам кофе или чай, красавица?

Елена расправила плечи.

- Кофе, пожалуйста. Побольше. Я за рулем, мне надо держать себя в тонусе.

- Мам, - тихо сказала Аня, - ты и без кофе в тонусе как пожарная сирена.

- Вот чтобы не опускать планку.

Лидия поставила перед Еленой чашку.

- А вы, стало быть, в «Логово волка»?

За столом на секунду стало тише.

Не настолько, чтобы прямо драматично, но достаточно, чтобы Аня это заметила. Даже Саша, уже откусивший следующий пончик, перестал жевать на половине движения.

Елена взяла чашку двумя руками, будто грелась, что показалось Ане странным, на улице лето, жара, а она греется.

- Туда самое. На отдых. Лес, домик, мангал, друзья, тишина.

- И никаких приключений, - быстро вставила Аня.

- Да, - согласилась Елена. - Никаких приключений, только отдых.

Сказала она это так легко, что даже чайник в вязаной грелке, будь у него чувство юмора, наверняка бы хмыкнул.

Лидия посмотрела на них внимательно, но мягко.

- Домик взяли?

- Да. Отдельный, - ответила Елена, перед этим отхлебнув глоток кофе. - Далековато от остальных. С беседкой и мангальной зоной.

Лидия на мгновение замерла, но тут же снова начала раскладывать салфетки.

- А-а. Тот, что ближе к старой тропе.

- К какой еще старой тропе? - Спросила Аня слишком быстро.

Елена повернула к ней голову.

- Доця, не рычи на женщину. Мы еще пончики не доели.

- Я не рычу. Я уточняю.

- Уточняешь ты голосом участкового.

Лидия тихонько усмехнулась.

- Да тропа там старая, лесная. Раньше по ней в деревеньку ходили. Сейчас редко кто ходит, заросло почти все.

- В деревеньку? - Оживилась Женя. - Там рядом деревня есть?

- Есть, - кивнула Лидия. - Небольшая. Чуть дальше за лесом. Не на каждой карте найдете. Раньше побольше была, а сейчас кто уехал, кто умер, кто к детям перебрался в город. Остались, в основном, старики, да несколько семей.

- Атмосферно, - прошептала Алена.

- Вот ты сейчас это слово сказала, - повернулась к ней Аня, - и где-то в лесу проснулся сценарист ужастика.

Андрей взял пончик.

- Главное, чтобы оператор не проснулся. В фильмах ужасов он всегда первый понимает, куда надо смотреть, но никому не говорит.

- Ешь, философ, - сказала Алена.

Несколько минут все действительно ели.

Пончики оказались преступно хороши. Горячие, мягкие, с тонкой сахарной корочкой, от которой пальцы становились липкими. Кофе был крепкий, чуть горьковатый, но после дороги казался напитком богов. Чай пах смородиновым листом и мятой.

Саша ел так сосредоточенно, будто выполнял ответственное государственное задание.

Женя пыталась делать вид, что съест только один пончик, но уже присматривалась ко второму.

Алена хвалила варенье.

Андрей утверждал, что кофе «неожиданно достойный», за что Лидия назвала его «городским привередой, но вежливым».

Елена пила кофе и посматривала то на Лидию, то в окно, за которым Михаил Петрович заправлял «Солнышко», а с заправки отъезжал грузовик со странной парой: водителем, так похожим на медведя и хрупкой брюнеткой.

Аня это, конечно, заметила.

Она вообще слишком многое замечала, когда дело касалось матери. Потому что стоило Елене один раз молча задуматься и где-нибудь рядом уже начинало происходить что-то с участием родной маман, сомнительных мужчин, потерянных реликвий или, на худой конец, вампира с гастритом, или она просто еще не отошла от последней поездки, поэтому так остро реагировала на любую реплику и выгнутую бровь матери.

- Лидия, - сказала Елена наконец, очень мягко. - А давно вы тут держите кафе?

- Ой, давно, милая. Тридцать лет почти. Как с Мишей поженились, так и взялись. Это от его прапра предков еще пошло. П легенде, дальний птеок основал на этом тракте трактир, потом трактир стал постоялым двором. Передавалось из поколения в поколение. Сколько всего пережило это здание, не упомнишь с ходу. Потом вот, дед Миши построил тут заправку. Такое в СССР было проще сделать. Да и раньше тут трасса поживее была, машин больше, люди останавливались чаще. Потом новую дорогу пустили, поток ушел. А мы остались. Куда нам? Дом рядом, дело свое. Привыкли.

- Мишей? - Переспросила Женя.

- Михаил Петрович, - пояснила Лидия, кивнув в сторону окна. - Муж мой. Вон он, вам машину заправляет. Золотой человек, только ворчит много.

- Все мужчины ворчат, - сказала Женя с видом опытного специалиста.

- Я не ворчу, - возмутился Саша.

Женя посмотрела на него.

- Ты утром двадцать минут ворчал на рюкзак.

- Он стоял на пути прогресса.

- Он стоял у двери.

- Вот именно, на моем пути в дверном проеме.

Лидия рассмеялась и смех у нее оказался приятным: теплым, чуть хрипловатым.

- Хорошая у вас компания. Шумная, веселая. - Взгрустнула хозяйка кафе. - Я даже молодость свою вспомнила...

- Мы еще сдерживаемся, - честно сказала Аня.

- И это без Ярика, - добавила Алена.

- А кто такой Ярик? - Спросила Лидия, подливая чай.

Все переглянулись.

- Отдельное стихийное бедствие, - сказала Аня.

- Философ - программист, - пояснила Елена.

- Опоздавший фотограф, - добавил Андрей.

- Романтик дороги, - сказал Саша.

- Человек, который спрашивал, брать ли себя, - подвела итог Женя.

Лидия, кажется, решила, что это местная шутка и только улыбнулась.

- Интересные у вас фотографии на стенах. Они что-то означают? - Полюбопытствовала Елена, кивком головы указывая на них.

- И да, и нет. - Медленно ответила Лидия, как будто не хотела говорить на эту тему.

- Африканское племя и двое маленьких детей, светлых, явно не из племени. - Указала Елена.

- Это мы с мужем. - Созналась Лидия. - Наши родители были врачами и ездили с миссией в Африку. Считай все детство по саваннам и пустыням с ними провели. Вот оттуда и фотографии. Но, когда нам с мужем по 10 лет было, его мама и мои родители заразились лихорадкой, быстро сгорели и умерли. Отец Михаила забрал меня и его. Вернулся назад в Россию, где отдал меня на воспитание бабушке. Так мы с моим мужем потерялись на долгих 10 лет, а встретились как в романе. Влюбились, поженились и вот уже тридцать лет живем вместе.

- Как романтично... - Промокнула салфеткой уголки глаз Женя, явно расчувствованная рассказом.

- А заправка? - Заикнулась Аня, от чего ее мама с любопытством посмотрела на дочь.

- А заправка эта была еще деда Михаила. В Россию как вернулись, отец его стал помогать, не захотел больше врачом быть. Не справился с горем утраты. А потом вот и нам передали это дело, по наследству.

- Интересно как. Вы столько всего повидали в детстве. И горе такое. И на столько были с мужем разлучены. А тут любовь. - Восхитилась Алена.

- Да полно тебе, моя дорогая, - захлопотала Лидия. - Мы в детстве с ним друг друга недолюбливали. Чуть что, так дрались. Будь вместе, вряд ли, любовь вспыхнула. А потеря, да, горе, но за столько лет, было время и принять, и смириться.

Проговорив это Лидия скрылась в глубине кафе, скорее всего кухне, и через пару минут вернулась с бумажными пакетами.

- Я вам пончиков в дорогу положила. Свеженькие. И термосы давайте, если хотите, заполню. Один чаем, другой кофе. Дорога до базы не такая уж длинная, если лесной дорогой поедете. Там, правда, после поворота, связь местами шалит, но не важно. А вот с дороги как приедете, не до готовки будет, отдохнуть захотите, тут вот и пригодится перекус на скорую руку.

Аня подняла голову.

- Шалит связь, глухомань?

- Ну да. То есть, то нет. Лес плотный, низина, вышка далеко. Бывает, люди жалуются.

- Отлично, - пробормотала Аня. - Просто прекрасно. Лес. Связь шалит. Домик у старой тропы. Что еще для отдыха надо? Может, объявление «не кормить призраков» на входе?

- Аня. - Елена под столом легонько пнула ее ногой.

- Ой... Что? Я же культурно.

Лидия на слове «призраков», почему-то чуть заметно изменилась в лице.

Это было почти незаметно.

Но Аня заметила.

И Елена тоже, пальцы на чашке замерли.

- А что? - Осторожно спросила Алена. - У вас там правда какие-то истории ходят? Мы отзывы читали. Про женщину в черном, шаги, беседку…

- Про Пиковую даму, - тихо добавила Женя.

Лидия поставила пакет с пончиками на стол и по-матерински улыбнулась, слегка наклонив голову.

- Ох, девочки, - сказала она наконец. - Лучше бы вам этого перед дорогой не слушать.

Саша выпрямился.

- Так. Вот после такой фразы слушать становится обязательно.

- Нет, - сказала Аня. - После такой фразы надо встать, сесть в машину и уехать в город.

- Доця, не мешай культурному обмену, - мягко сказала Елена.

- Это не культурный обмен, это завязка на страшилку.

- Пока это фольклор.

- У нас фольклор всегда сначала фольклор, а потом бег по пересеченной местности.

Лидия посмотрела на них с легким недоумением, но уточнять не стала.

- Про Пиковую даму у нас давно говорят. Еще когда я молодкой была, только поженились и сюда переехали, старухи деревенские пугали: не ходите, мол, после заката к полянке. Там и сейчас эта беседка стоит, оставили как местную достопримечательность, для легенды. Так вот, не смотритесь там в зеркало, не зовите того, кто не должен приходить. Понятное дело. Легенды это все. Для привлечения туристов. Но кто знает, кто знает...

- Зеркало? - Переспросила Алена.

- Да раньше гадать туда бегали, на суженного ряженного. А легенда пошла, что раньше барышня, тутошняя помещица, жила в своем дворе. Вот от зеркала ейного дома легенда и пошла. В гостиной оно раньше стояло. Большое. В деревянной раме. Никто уже толком не помнит, откуда взялось. Говорят, барыня та уж очень красивая была, но гордая, в черном все ходила. То ли вдова, то ли траур по суженному. Поговаривали, пропал соколик ее в неизведанных странах. И решила она от горя погадать, разузнать, где же ее любимый пропал, жив ли. Велела снести зеркало в ту беседку, которая от барского дома только и осталась. Пришла ночью. И исчезла. Дом в ту ночь погорел. А куда сама барыня пропала, никто и не знает. Сказывают, в зеркало ее нечисть утащила, так она неприкаянная по зеркалам и ходит. Озверела от одиночества, человечий облик утратила. И вот кто на том месте на зеркале погадает, она оттуда и выходит, потом жертву преследует. То ли убивает, то ли в зеркала затягивает, что б одиноко не было, а может, все так же суженного и ищет. Люди любили додумывать. А где правда сокрыта, никто так и не знает.

- Люди вообще любят додумывать, - сказала Елена. - Особенно если у женщины красивое платье и плохое настроение. Да и истории эти между собой не сильно взаимосвязаны. Как три легенды местные в одну сплели.

- Это да, - согласилась Лидия. - Верно подмечено, легенды обросли молвой человеческой. Только вот... Только вот потом начали люди пропадать, уже более 50 лет как, а может и раньше, да никто значения не придавал.

За столом стало тише.

Даже ложечка, которой Андрей размешивал сахар в чашке с чаем, перестала звенеть.

- Пропадать? - Спросила Женя.

Лидия вздохнула.

- В разные годы, бывало, разное. Не так, чтобы часто. То грибник не вернется. То заезжий турист уйдет прогуляться и все. То местный мужик после ссоры с женой в лес подался, а нашли только сапог у ручья.

- Сапог? - Саша медленно положил пончик обратно на тарелку.

- Один сапог, - кивнула Лидия. - Второго не нашли. И его самого тоже.

- Может, зверь? - Спросил Андрей.

- Может, - быстро сказала Лидия. Слишком быстро. - Лес есть лес. Волки раньше водились. Сейчас редко, но кто его знает. Болота есть. Овраги. Старые тропы. Можно оступиться, заблудиться. Всякое бывает.

- Но говорят про Пиковую даму, - сказала Елена.

Лидия посмотрела на нее долгим взглядом. На желтую пижаму. На рыжие волосы. На спокойные голубые глаза, в которых любопытство уже просто как вода из стакана не переливалось через край.

- Говорят, - тихо ответила она. - Особенно в этом году. Активно как-то пошло. Весной парень один пропал. Не местный. С друзьями отдыхали. Вышел ночью покурить и не вернулся. Потом женщина летом. Тоже приезжая. Сказала, что хочет сфотографировать туман у беседки. Камеру нашли, а ее нет.

- Камеру нашли? - Оживилась Аня, сама того не желая.

Елена медленно повернула к ней голову.

- О-о-о, кто-то начал задавать правильные вопросы.

- Я не начала! - Возмутилась Аня. - Я просто… уточнила. Для общей безопасности.

- Конечно, детектив.

- Не называй меня так.

Лидия чуть улыбнулась, но улыбка быстро погасла.

- Камеру нашли. На земле, возле старой тропы. Фотографии там были. Лес. Туман. Беседка издалека. А последняя - пустая.

- В смысле пустая? - Спросила Алена уже совсем тихо.

- Черная. Просто черная. Может, палец на объектив попал, может, техника сбой дала. А люди потом напридумывали, что это она.

- Пиковая дама? - Спросил Саша.

- Угу.

Андрей откинулся на спинку стула.

- Ну, технически черный кадр - это не доказательство присутствия сверхъестественного.