Личный медиум для двух лордов

— Я не проникала. — запротестовала я. И тут же: — А чем грозит?

— Ничем хорошим.

Это сказали хором сразу два лорда.

— Ты реально побывала в личном кабинете моего отца. — На этот раз заговорил Дагмер. — Хельга, что самое страшное — он увидел тебя. Он почувствовал тебя. И ты проникла через его защиту.

— Я не хотела, — немедленно выпалила я, перебив тем самым Дагмера.

— Я верю.

Он попытался улыбнуться мне, но получился даже не оскал — а гримаса, которой можно пугать детей.

— Он тебя засек, — так же пугающе ровно продолжил Дагмер после короткой паузы. — И мой отец…

Осекся, поднял ладонь к лицу и замолчал. Как будто пытался сдержать предательские слезы.

— Его отец требует, чтобы ты немедленно приехала в его имение, — завершил Макс. — Как понимаешь, это даже не требование, а приказ, который не обсуждается.

Тугой спазм волнения железной хваткой передавил мое горло. Я пискнула что-то неразборчивое, и Дагмер тут же небрежным движением руки подозвал со столика с напитками стакан воды для меня.

А вот Макс не стал стесняться. Одним шумным глотком он почти осушил содержимое своего бокала, от чего меня малость передернуло.

Фу, как он может это пить?

Некоторое время в гостиной было тихо. Но я всей кожей чувствовала, как начинает густеть воздух из-за скрытого напряжения. Видела, как Дагмер заиграл желваками, помрачнев. Как Макс уставился на дно своего бокала, не торопясь сделать финальный глоток.

— Лорд Лоуренс меня убьет?

После моего вопроса стало тихо.

В камине опять полыхнуло иллюзорное пламя, которое почти погасло. Всполохи неровными полосами легли на лицо Дагмера, который сидел ближе. Подчеркнули темные полосы под его глазами, очертили острые скулы. Залегли багровыми затухающими огнями на дне его зрачков.

— Нет, — почти беззвучно выдохнул он после томительной паузы. — Нет, Хельга, даже не думай об этом. Я не позволю.

— Мы не позволим, — торопливо добавил Макс. — Хельга, я понимаю, что Даг склонен драматизировать. Но не бери близко к сердцу. Что бы ни задумал его мерзкий отец — этого не случится. Потому что я буду рядом.

Дагмер шумно втянул в себя воздух. Выразительно закатил глаза, видимо, не оценив столь своеобразного обещания приятеля.

— Заметь, я тебе в помощники не напрашивался, — с ехидной ухмылкой сказал Макс. — Сам меня вызвал. Чем, к слову, немало меня удивил. Наши отношения, конечно, малость потеплели в последнее время. Но другом я тебя назвать не могу.

— Я попросил тебя об одолжении лишь по одной причине, — огрызнулся Дагмер. — Потому что на кону стоит жизнь Хельги.

— Я в курсе, потому и согласился. — Макс с сомнением принюхался к своему бокалу, как будто гадал, стоит ли допивать те жалкие остатки, которые еще плескались на дне. Затем с коротким вздохом сожаления поставил его на пол, не став наполнять заново. Посмотрел на Дагмера и прямо спросил: — Но, все-таки, почему я?

— Во-первых, потому что я тебе доверяю, — честно ответил тот. — И не надо ухмыляться. Я точно знаю, что ты никогда в жизни не будешь шпионить на моего отца. Сколько бы денег он тебе ни предложил.

— Допустим, — согласился Макс. — Лорда Лоуренса я считаю настоящим исчадием зла, поэтому стараюсь держаться от него как можно дальше.

— А во-вторых, ты некромант. — Дагмер не моргнул и глазом от столь своеобразного определения, данного в адрес его отца, хотя оно граничило с самым настоящим оскорблением. — У тебя темная направленность дара. Полагаю, талант Хельги разговаривать с созданиями из мира теней ближе всего к твоей специализации.

— Увы, я не могу похвастаться тем, что часто общался с медиумами, — возразил ему Макс. — Хельга первая. Но в чем-то ты прав. Она разговаривает с духами. А я в силах поднять кого-нибудь из могилы.

— Ну а в-главных, опять-таки твое отношение к Хельге, — завершил Дагмер и едва заметно поморщился. — Мне неприятно это признавать, но у тебя есть к ней определенные чувства. Стало быть, ты не позволишь причинить ей вред.

— Ага, не позволю! — с излишней, на мой взгляд, жизнерадостностью подтвердил Максимилиан. — Поэтому у меня есть чудесное решение нашей крошечной проблемы. К сожалению, мгновенно расторгнуть ваш брак не получится. Но зато Хельга может прямо сейчас отправиться в мое загородное имение. Вместе со мной, естественно.

— Макс! — почти не разжимая губ, гневно выплюнул Дагмер.

— А что такого? — нарочито удивился тот. — Конечно, весь свет будет судачить о том, что твоя молодая жена сбежала от тебя. Но зато Хельге не придется ехать к твоему отцу. Ко мне он тоже вряд ли сунется. Соответственно, она окажется в полнейшей безопасности.

— Абсолютно исключено! — отрезал Дагмер.

— Ай-ай-ай! — Максимилиан в притворном возмущении зацокал языком. — Настолько не доверяешь Хельге? Боишься, что она немедленно падет в мои объятия?

— Макс, ты повторяешься, — с усталым вздохом парировал Дагмер. — Помнится, точно так же ты язвил, когда убеждал, что это ты должен отправиться с Хельгой к ее отцу, раз мне нельзя надолго оставлять Индермейн.

И впрямь. Памяти Дагмера остается лишь позавидовать. Тот разговор давным-давно вылетел из моей головы.

Максимилиану не пришлось напоминать, о чем говорит приятель. Ухмылка на его губах исчезла без следа.

— Действительно, — согласился он. — А я уже успел позабыть, что ты не так давно уже обращался ко мне за подмогой. Не кажется, что ты слегка злоупотребляешь моей добротой?

— Не кажется. — Дагмер чуть повысил голос, заметив, что Максимилиан готов продолжать перепалку. — И хватит на этом!

Ух, я и забыла, что Дагмер умеет так говорить. Даже мороз по коже прошел. Макс тоже переменился в лице и мгновенно выпрямился.

— Правда, Макс, довольно, — чуть мягче произнес Дагмер. — Мы переливаем из пустого в порожнее. Я тоже люблю обмениваться с тобой остротами, но не в том случае, когда каждая секунда на счету. Уже почти полночь, а утром мой отец ждет Хельгу к себе. Поэтому если ты готов мне помочь — то перейдем к сути. Если решил и дальше зубоскалить и издеваться — то пойди прочь.

Макс неполную минуту молча смотрел на приятеля. На какой-то жуткий миг мне почудилось, что он и впрямь сейчас встанет, пожелает нам доброй ночи и отбудет прочь. Но потом он моргнул и неторопливо перевел взгляд на меня. А затем взял — и лукаво подмигнул мне.

— Ладно, прости, — протянул миролюбиво. — Я и впрямь заигрался. Не сумел отказать себе в удовольствии потоптаться по твоему уязвленному самолюбию.

— Так ты поможешь? — настойчиво повторил вопрос Дагмер.

— Знать бы, чем именно. — Максимилиан пожал плечами, не сводя с меня глаз. — Итак, ты утверждаешь, что Хельга каким-то образом побывала в кабинете твоего отца.

— Ага, — подтвердил Дагмер. — И что самое поганое — он ее засек.

— Хм-м…

Максимилиан задумчиво потер подбородок, продолжая разглядывать меня со все возрастающим интересом.

— Хельга, как ты это сделала? — вдруг строго спросил.

— Понятия не имею! — Я растерянно всплеснула руками. — Мы с Дагмером ужинали. И неожиданно я увидела перед собой лорда Лоуренса.

— Может быть, вы перед этим как раз его и обсуждали? — предположил Макс.

— Нет. Мы вообще молчали.

— Весело, однако, у вас проходят семейные трапезы, — пробурчал себе под нос Максимилиан. — Ладно, не суть. Стало быть, ты просто сидела и вдруг оказалась в другом месте.

Менее всего его фраза напоминала вопрос, скорее, утверждение. Но я на всякий случай кивнула.

— Ну а ты? — Максимилиан посмотрел на Дагмера. — Ты что-нибудь странное ощутил в этот момент?

— Да не особо, — честно ответил он. — Хельга словно заснула с открытыми глазами. Уставилась мне за спину. И я сперва подумал, что она увидела очередного призрака. Окликнул ее, начал расспрашивать. Ну и выяснил, что на этот раз она сама побывала в роли бестелесного духа, так сказать.

— А лорд Лоуренс уверен, что это была именно она? — полюбопытствовал Макс. — Все-таки он в довольно-таки преклонном возрасте. Зрение уже не такое острое, да и слух подводит. Что, если попытаться убедить его в том, будто ему показалось?

— Мой отец тебе голову живьем откусит, если ты посмеешь намекнуть ему на то, что он стареет, — обронил Дагмер. — И ты прекрасно знаешь, что я не преувеличиваю. Он терпеть не может ни малейших намеков о том, что годы рано или поздно берут свое.

— То есть, он абсолютно уверен в том, что видел Хельгу?

Дагмер открыл рот, но почти сразу закрыл его обратно. Сдвинул брови, явно всерьез задумавшись над вопросом.

— Хороший вопрос, — протянул задумчиво. — Ты же знаешь моего отца. Он никогда не говорит прямо, что ему надо. Начал разговор вообще издалека. Поинтересовался, как там поживает моя дорогая мамочка и не менее милая сестренка.

Макса аж передернуло на этом моменте. Семейка у Дагмера такая, что и злейшему врагу не пожелаешь.

— Да, кстати, — вдруг обронил Дагмер. — Передай леди Стефании, той самой красотке, из объятий которой я тебя сегодня вытащил, чтобы была осторожнее. Если Эстер узнает, что между вами любовная связь — то мало ей не покажется. Моя сестра все еще лелеет надежду на возобновление ваших отношений.

— А ты-то откуда знаешь, что у меня интрижка именно со Стефанией? — искренне изумился Максимилиан.

— Да так, — уклончиво отозвался Дагмер. — Одна птичка напела.

— Шею бы свернуть этой птичке, — зло бросил Макс. — Рано или поздно, но мое терпение иссякнет, и Дороти пойдет вон.

Я торопливо спрятала понимающую улыбку в уголках губ.

Максимилиан говорил про свою экономку, которая исправно передавала сведения о нем Дагмеру. Помнится, из-за ее помощи последний чуть не выкрал меня прямо из дома заклятого друга. На месте лорда Детрейна я бы давным-давно распрощалась со слишком говорливой служанкой, передающей сведения о хозяине на сторону. Но сам Макс считал, что раскрытый шпион — самый безопасный.

— Лучше бы поблагодарил ее, что она верой и правдой служит только мне, — поторопился встать на защиту экономки Дагмер. — А ведь могла бы передавать все сведения и Эстер.

— Не могла бы, — раздраженно возразил Макс. — Твоя сестра привыкла жить в долг. Она бы просто не в состоянии платить Дороти столько, сколько платишь ты. В любом случае, за предупреждение спасибо.

— Всегда рад услужить. — Дагмер кивнул и поторопился вернуться к предыдущей теме. — Надо признать, такое начало беседы меня изрядно удивило. Отец никогда не отличался особым интересом к женской половине нашей семьи. А потом он исподволь свернул к Хельге. Начал расспрашивать, развивается ли ее дар медиума. Я сразу понял, что мои подозрения, увы, оправдались. Он каким-то образом почувствовал ее присутствие. И желал знать, в курсе ли я ее новых возможностей.

— Или услышать чистосердечное признание в том, что это именно ты и отправил Хельгу на разведку, — добавил Макс.

— Нет, я бы никогда так не поступил! — зло воскликнул Дагмер. — Потому как прекрасно знаю, на что способен мой отец. Если бы я так сделал. Если бы я осмелился хоть каким-то образом сунуть свой нос в дела отца, использовав для этого Хельгу — то он бы и меня не пощадил. И плевать ему на то, что я его единственный сын.

— Да уж, — пробормотал Максимилиан. — Все чаще я думаю о том, что мне демонически повезло с моими родителями. Отец сделал мне самый лучший подарок, не дожив до моего рождения.

Кстати, а ведь Максимилиан никогда не рассказывал мне о своей семье. Я только знаю, что его отец умер в доме, поскольку однажды мне явился его дух. Причем покончил с собой и тем самым обрек свою душу на вечность загробных страданий. Но кем была его мать и что с ней стало?

И ведь не спросить напрямую. Очевидно, что тема эта максимально болезненная и запретная для темного лорда.

— Да, по сравнению со мной ты просто счастливчик, — с измученным вздохом согласился с ним Дагмер. — Так или иначе, но отец устроил мне настоящий и весьма жестокий допрос. Я, конечно, юлил и изворачивался как мог. Но вряд ли он мне поверил. В итоге приказал с самого раннего утра вместе с Хельгой приехать к нему. И недвусмысленно предупредил, что очередного отказа он не приемлет.

Я украдкой поежилась, почувствовав, как колючие мурашки неприятной волной пробежали по спине.

Дагмер тоже ощутимо помрачнел. Откинулся на спинку кресла и нервно забарабанил пальцами по подлокотникам.

— Да уж. — Макс почему-то выразительно передернул плечами, как будто разделял наши эмоции по поводу скорого визита в фамильное поместье лорда Гессена старшего.

На некоторое время в гостиной повисла мертвая давящая тишина. Только огненное заклинание в камине еще потрескивало, не до конца потухнув. В углах комнаты сгустилась вязкая плотная темнота. Такой же непроглядный мрак смотрел в окна. И я с трудом поборола детское желание отчаянным взмахом руки разбудить потолочные светильники. Сделать все, лишь бы немедленно стало светло.

Наверное, Дагмер почувствовал мой невольный страх. Он прищелкнул пальцами, и почти погасшее пламя в камине вновь взметнулось вверх, рассыпалось яркими оранжевыми всполохами.

Я почти услышала тот недовольный шелест, с которым тьма отпрянула прочь и торопливо спряталась в щели старинного паркета.

— И что ты намерен делать? — первым нарушил затянувшуюся паузу Макс.

— Ехать к отцу, что еще.

«Не надо!» — чуть не выкрикнула я в полный голос, но в последний момент прикусила язык.

Думаю, Дагмер знает, что делает. По крайней мере, хотелось бы верить в это.

— Надеюсь, ты отправишься к нему один? — уточнил Макс и покосился на меня.

Дагмер не ответил сразу.

Он сгорбился в кресле. С измученным полустоном-полувздохом спрятал лицо в раскрытых ладонях.

Сердце кольнуло сочувствием. Как бы мне хотелось сейчас подойти к нему и крепко обнять! Провести ладонями по спине и почувствовать, как под моими ласковыми прикосновениями расслабляются его мышцы. Постоянно из-за меня у него куча проблем.

— А как бы ты сделал на моем месте? — неожиданно спросил Дагмер.

Растопырил пальцы и кинул взгляд на Максимилиана.

— Хвала небесам, я не на твоем месте, — фыркнул тот. — Но если бы вдруг оказался… — Пару раз ударил указательным пальцем по губам, видимо, обдумывая вопрос. Затем ответил: — Дагмер, я бы спрятал Хельгу. Сделал бы все, лишь бы лорд Гессен до нее не добрался.

— Если я так сделаю, то он поймет, что его опасения верны.

— Если они встретятся лицом к лицу, то твой отец тем более это поймет, — резонно возразил Максимилиан. — При всем моем уважении к Хельге, но она не выдержит и минуты его допроса. Причем даже не ментального, а обычного. Расколется сразу же и выложит всю правду. Так что если ты отправишься к отцу вместе с ней — то, считай, тем самым подпишешь ей смертный приговор.

— Тогда что ты предлагаешь?

— Я уже сказал. — Макс растянул губы в ленивой ухмылке. — Хельге лучше побыть со мной.

Дагмер резко выпрямился. Сжал кулаки, и воздух между двумя лордами привычно загустел от напряжения.

— Да расслабься ты, на этот раз я говорю серьезно, — поторопился успокоить его Максимилиан. — Никаких скабрезностей не имею в виду. Езжай к отцу один. Скажи, что Хельга приболела.

— И он немедленно отправит к ней личного целителя, — скептически отозвался Дагмер.

— Сделай, чтобы ему это и в голову не пришло, — тут же выпалил Макс, как будто ожидал такого возражения.

— В смысле?

— В смысле, ты можешь сказать, что у девушек бывают особые дни, которые им лучше провести в постели, а не разъезжать по гостям.

Удивительно, но очень пошлый и очень самоуверенный темный лорд вдруг осекся и даже — клянусь! — чуть порозовел.

— Понятия не имею, о чем ты.

Голос Дагмера прозвучал с едва заметной издевкой. Он выразительно вскинул бровь, в упор глядя на Максимилиана. И, по-моему, искренне наслаждался тем, как тот вдруг замялся, как будто с опозданием сообразил, что именно ляпнул.

— Ну, — проговорил тот уже без прежнего нажима. — Бывают такие дни, когда девушки… Ну… Это не болезнь, как говорится, а особенности их физиологии.

Окончательно замялся и почему-то вспыхнул еще большим румянцем.

— Хватит! — подала я голос, ощутив, что и мои щеки начинают пылать от жара смущения. — Дагмер, Макс, по имя всех богов — прекратите эту тему!

Оба мужчины вздрогнули и одновременно посмотрели на меня, как будто только сейчас вспомнили о моем присутствии.

— В общем, — медленно продолжил Макс, на этот раз тщательно подбирая каждое слово, — очевидно, что лорд Лоуренс примет такое оправдание как за достойную причину.

— А если нет?

— Слушай, что ты ко мне пристал? — внезапно разозлился Макс. — Это твой отец. Стало быть, тебе лучше знать, как его обмануть.

— Увы, но это не так. Сильно сомневаюсь, что моего отца вообще возможно обмануть.

Признание Дагмера горьким эхом упало между нами, и я закручинилась пуще прежнего. Как же все сложно! И Макс, и Дагмер желают погрузиться с головой в тенета лжи. А между тем, лорд Лоуренс с легкостью разгадает любой их обман, пусть даже самый умелый и искусный.

— А может быть, сказать ему правду?

Я не сразу осознала, что эта фраза сорвалась с моих губ. Но мгновенно оказалась в пересечении двух взглядом.

— То есть? — хором спросили оба лорда.

Дагмер недовольно сверкнул глазами в сторону Макса, и тот понятливо захлопнул рот, хотя уже собирался задать мне новый вопрос.

— То есть? — с обманчивой мягкостью повторил Дагмер, вновь посмотрев на меня. — Что ты хочешь этим сказать?

— Собственно, именно то, что и сказала, — ответила я и с досадой уловила в своем голосе виноватые интонации. Тут же затараторила, заметив, как Дагмер насупился, недовольный столь скудным объяснением. — Просто… Ну я же действительно не собиралась шпионить за лордом Лоуренсом. Это было настоящим недоразумением, которое произошло само как-то. Я даже не поняла, как такое случилось. Возможно, если ему все это объяснить — то он успокоится. Это…

— Это катастрофа, — тяжело обронил Макс. — Причем полнейшая.

— Да почему? — в полный голос вскрикнула я.

По-моему, мое решение самое простое, легкое и логичное. В детстве мама частенько говорила, что повинную голову меч не сечет. Мол, если напроказничала — то признайся. И тогда наказание будет гораздо мягче.

А еще — ну правда! Я не понимаю, в чем виновата! Я же ничего не сделала!

— Почему это катастрофа? — повторила. И сама поразилась тому, насколько тонко и противно прозвучал мой голос. Как будто я была готова завизжать. — Дагмер, Максимилиан…

Осеклась, когда оба мужчины, не сговариваясь, глянули на меня. Да так, что меня словно вдавило в спинку кресла.

— Я думаю… — начал Дагмер.

— Да, ты прав, — ответил Макс, как будто услышал гораздо большее.

— Я должен?..

— Делай, какие вопросы.

— Вы о чем вообще? — немедленно возмутилась я. — Как будто я не понимаю, что вы говорите обо мне. Вы что задумали?..

Даже успела приподняться грозно в кресле, сжав кулаки.

И тут же мягко осела, плотно спелёнатая чужой магией.

Остальное запомнилось короткими вспышками, когда меня резко выбрасывало в реальность, и тут же тенета небытия на удивление осторожно меня накрывали с головой.

Вот Дагмер несет меня в спальню. На руках, нежно прижимая к себе. И мое сердце почти не бьется от счастья, что он наконец-то обратил на меня внимание.

Вот я лежу, тяну к нему руки, говорю, как мне жаль, что все так получилось, но Дагмер хмурится и ловко уворачивается от моих объятий. Я даже успела ощутить легкий укол досады.

Потом темнота.

Часть первая. Глава 3

Я проснулась резко, как будто кто-то громко окликнул меня по имени. Открыла глаза и некоторое время разглядывала далекий потолок.

Интересно, сколько времени прошло после окончания разговора в гостиной? Такое чувство, что не особо много. За окнами по-прежнему темно, но густые чернила ночи уже начали светлеть, как будто кто-то медленно и аккуратно вливал в крепкий кофе сливки тонкой струйкой. А Макс был у нас около полуночи. Осенью рассветает поздно, выходит, несколько часов точно миновало.

«Если только ты не проспала сутки», — резонно заметил внутренний голос.

Быть того не может! Зачем бы Дагмеру и Максимилиану усыплять меня на столь длительный срок?

Вдруг моего слуха коснулся какой-то шум со двора. Я отчетливо услышала голос Дагмера, но он прозвучал тихо, поэтому отдельных слов не смогла разобрать.

Естественно, я тут же встала. Правда, меня немедленно опасно повело в сторону, и я бухнулась обратно на постель.

Мельком заметила, что кто-то снял с меня платье, расплел волосы и переодел в ночную сорочку. Чуть покраснела, подумав, не Дагмер ли это позаботился обо мне.

Да нет, чушь! Наверняка поручил это моей служанке.

Между тем во дворе точно что-то происходило, и я опять привстала, мучимая любопытством. Теперь гораздо осторожнее. Несколько раз повела головой из стороны в сторону, проверяя, не нахлынет ли очередной приступ слабости. Убедившись, что я вполне твердо стою на ногах, метнулась к окну.

Магический фонарь на крыльце давал достаточно света, чтобы я разглядела Дагмера. Он, в темной одежде, что-то раздраженно выговаривал кучеру, стоя около кареты. Затем с нескрываемой злостью распахнул дверцу и сел в нее.

Почти сразу повозка тронулась. Я увидела, как бесшумно раскрылись ворота, пропуская повозку. Потом закрылись. И почти сразу после этого фонарь около крыльца погас.

Немало встревоженная и заинтригованная, я еще некоторое время провела около окна, пристально вглядываясь в неуклонно светлеющую в преддверии утра окружающую обстановку. Но больше ничего не происходило.

С нескрываемой досадой я вздохнула и вернулась в постель. Нырнула под теплое одеяло, зарылась лицом в мягкую подушку. Но сон долго бежал от меня. Перед плотно закрытыми глазами мелькали события прошедшего дня. Мое несчастливое видение лорда Лоуренса, встреча с Максимилианом. И в высшей степени загадочный отъезд Дагмера.

Куда он отправился? Неужели к отцу? Насколько я помнила, лорд Лоуренс Гессен окутал свое имение пеленой магии, которую невозможно пробить даже портальным камнем. То есть, если кто-нибудь пожелает почтить его визитом — то необходимо весь путь преодолеть лично.

Нет!

Я нервно улыбнулась, до боли в костяшках сжав кулаки. Дагмер не поедет к отцу. Точнее, не сделает это, не поставив прежде меня в известность.

Или сделает?

От приступа жгучей тревоги низ живота свело судорогой. Я чуть не застонала в полный голос из-за нахлынувшей боли. Даже не физической, скорее — душевной. Так сильно я испугалась за Дагмера, представив, что он по доброй воле отправился к отцу. И все из-за меня и моего в высшей степени дурацкого видения.

— Я люблю тебя.

Признание само соскользнуло с моих губ. Но, увы… А нет… Скорее, благо, что Дагмер не услышал его. Иначе я бы умерла от стыда.

Простынь жгла спину огнем. Я крутилась, как уж на раскаленной сковородке. То так, то эдак.

И все-таки задремала. Даже сама не поняла, как это вышло. Просто прикрыла воспаленные от напряжения веки — и рухнула в черноту небытия.

Тем неприятнее было пробуждение.

Нет, я по-прежнему была у себя. К этому времени комнату заливал яркий солнечный свет, и я ойкнула, осознав, что впервые за долгое-долгое время проснулась не ранним утром, а, видимо, уже ближе к середине дня.

Впрочем, после такой беспокойной ночи ничего удивительного. Странно, что служанка меня не разбудила. Неужели не встревожилась из-за того, что ее госпожа непривычно долго изволила нежиться в постели? Мало ли, а вдруг я заболела.

А впрочем, скорее всего, Дагмер запретил меня тревожить.

Я тут же помрачнела, вспомнив события прошлого вечера, но в особенности — странный отъезд Дагмера.

Куда он направился? И вернулся ли уже?

— Откройте!