
Полная версия:
Поцелуй черной смерти
К станции Предела они добрались по служебной лестнице, которой, по словам Сайрена, пользовались только те, кто исправлял ошибки в проводных книгах. Ступени были вытерты посередине, словно по ним веками ходили с тяжёлыми связками ключей. За стеной раздавались голоса — Жнецы проверяли приходящие списки, спорили о невостребованных именах. Лиора прижалась к камню и с удивлением поняла: у загробного мира имеются служащие, которым тоже не хватает времени. Эта мысль почти рассмешила её, но Сайрен приложил палец к губам.
На нижнем ярусе охрана состояла из двух зеркал. Они отражали не лицо, а последнюю минуту каждого, кто проходил между ними. Лиора увидела Сайрена в гладкой поверхности: высокая фигура, закрытая чёрным плащом, и вокруг неё — пустота. Зеркало не понимало, как можно умереть тому, кто обязан принимать чужую смерть. В соседнем стекле Лиора увидела собственную колыбель, лицо матери, кровь на ладонях. Она с трудом заставила себя сделать шаг. Сайрен протянул руку, но не коснулся её.
— Это только отражение, — прошептал он.
— Для тебя — только. Для меня кто-то там однажды действительно умер.
Он опустил взгляд. Лиора прошла через зеркала сама. Стекло вздрогнуло, по краю побежали чёрные буквы, но проход не закрылся. Лишь тогда Сайрен оказался рядом. Она чувствовала его присутствие чуть позади — не как стража, ведущего пленницу, а как человека, готового помочь, если она сама попросит.
Внутри хранилища пахло сухими травами и горячим металлом. Книги были пристёгнуты к пюпитрам тонкими цепями. Лиора нашла раздел долгов по истёртым меткам в корешках; её профессиональная привычка разбирать чужие способы хранения документов оказалась полезнее Жнецовской магии. Она заметила, что несколько книг подменены: на новых страницах чернила лежали ровно, тогда как старые впитали в себя сероватый свет. Кто-то переписывал реальность так же грубо, как дешёвый чиновник подчищает невыгодный отчёт. И сделал это человек, который рассчитывал, что никто не взглянет на переплёт.
— Ты слишком охотно ставишь жизнь на неизвестное правило, — заметил Сайрен.
— А ты слишком охотно называешь неизвестное невозможным.
Лиора пыталась сосредоточиться на защитном знаке, но мысли всё время возвращались к Сайрену. Она уже различала его шаги: когда он спешил к двери, каблуки звучали ровно и почти без веса; когда сомневался, едва заметно медлил перед порогом. Сейчас он стоял рядом и смотрел на неё не как на опасную ошибку в Книге, а как на человека, которому можно причинить боль.
— Что? — спросила она, поймав его взгляд.
— Ты морщишь лоб, когда боишься, — сказал он. — А когда злишься, поднимаешь подбородок. Сначала мне казалось, что это одно и то же.
— Ты изучаешь меня?
— Я пытаюсь не перепутать то, чего ты хочешь, с тем, чего я от тебя требую.
Лиора перестала улыбаться. В его ответе не было искусства обольщения; вероятно, именно поэтому он оказался опаснее любого красивого комплимента. Она вдруг заметила тонкий изгиб его нижней губы, небольшую усталую складку у переносицы, непривычное тепло там, где сквозь кожу запястья проступала тёмная нить имени. До сих пор она отмечала эти детали, чтобы понять, насколько он слаб. Теперь поймала себя на желании рассматривать их без причины.
Он протянул руку, но не коснулся. Лиора смотрела на раскрытую ладонь и неожиданно вспомнила, как в детстве стояла перед глубокой водой, не решаясь шагнуть с берега. Тогда мать сказала: бояться можно, главное — понимать, зачем идёшь. Сейчас Лиора понимала не всё. Но впервые ей хотелось не просто выдержать его близость, а ответить на неё.
Он осторожно взял её руку. Его прикосновение было тёплым — не вполне человеческим, но уже не ледяным.
— Если что-то пойдёт не так, не пытайся спасти меня, — сказал он.
— Не отдавай приказов, которых я не выполню.
Защита действительно пропустила Лиору. Но когда она коснулась первой книги, по залу разнёсся колокольный удар, которого не было слышно снаружи. На обложке вспыхнули слова: «Долг происхождения: одна жизнь».
Ниже стояло имя часовщика — Габриэль Ренн.
Он умер в ночь её рождения.
ГЛАВА 9. ЧЕЛОВЕК, ПРОЖИВШИЙ ЗА МЕНЯ
Габриэль Ренн был двадцатидевятилетним часовщиком, мужем женщины по имени Астрид и отцом новорождённого мальчика. Лиора держала в руках его карточку и не могла заставить себя прочитать строку о смерти повторно.
На полях его карточки сохранилась совсем другая, неофициальная запись. «После работы любит задерживаться у мостовой. Показывает детям, как слушать часы через дерево». Вероятно, её оставил какой-нибудь добросовестный служащий. Лиора провела пальцем по почерневшим чернилам. Габриэль был не абстрактными сорока годами. У него болела спина после работы, наверняка случались глупые ссоры с женой, а по воскресеньям он, возможно, спал дольше обычного, пока сын играл возле кровати. Страшнее всего было представить не день его смерти, а длинную череду совершенно обычных дней, которые он не прожил.
Она положила карточку на стол и не сразу убрала руку. В детстве Лиора любила считать звёзды и считала, что некоторые из них не могут погаснуть, пока она смотрит. Мара не спорила. Теперь ей хотелось разозлиться на эту память: мать учила дочь любоваться миром, который сама же заставила заплатить за спасение.
Лиора попросила в архиве отдельный час, когда посетителей не пускали внутрь. Она выложила на стол всё найденное о Габриэле: небольшую карточку, трудовую запись, копию свидетельства о браке, письмо от Астрид, давний запрос о пропавшем часовом инструменте. На бумаге его жизнь выглядела удивительно короткой. От рождения до смерти — две строки, между ними — несколько налогов и фамилия жены. Ни одного указания на то, что он умел расчесывать волосы малышу, спорил о погоде и пел за работой.
Сайрен стоял у высокого окна, сквозь которое просвечивала серая вода канала. Его неподвижность прежде казалась Лиоре высокомерием. Теперь она видела, что это способ выдерживать слишком многое, не умея делиться грузом.
— Ты помнишь его? — спросила она.
— Помню последний час.
— Расскажи не о том, как он умер. Что ты видел перед этим?
Сайрен долго молчал. Потом ответил:
— Часы были разобраны. На столе лежала пружина, которую он не успел поставить. На стене висела детская рубашка, а женщина за дверью пела младенцу. Он обернулся на её голос. Улыбнулся. Потом упал.
Лиора закрыла глаза. Мара наверняка в тот же миг держала на руках ожившую дочь. Два дома, два плача, разделённые несколькими улицами, оказались соединены решением закона, о котором никто в одном из домов не имел понятия. Девушка сжала карточку так, что край впился в ладонь.
— А ты? — спросила она. — Что сделал ты?
— Я был рядом, когда душа отделилась от тела. Помог ему перейти.
— Он спрашивал о сыне?
— Да.
Сайрен впервые отвёл взгляд. Лиора не сразу поняла почему, потом заметила: он помнит вопрос, на который не мог ответить. Ей хотелось обвинить его, назвать соучастником, заставить почувствовать хотя бы малую часть боли. Но он стоял перед ней без защиты, и обвинение вдруг показалось слишком лёгким способом уйти от собственной беспомощности.
Лиора достала новый лист. Написала крупно: «Габриэль Ренн. Отец. Муж. Мастер». Подумала и добавила: «Улыбался, когда слышал голос жены». Чернила расплылись от капли воды; только позднее она поняла, что плакала.
— Ты не обязан меня жалеть, — сказала она.
— Я не уверен, что умею.
— Тогда просто не мешай мне разбираться.
Сайрен подошёл к столу и подал чистую промокательную бумагу. Она приняла её, но единственный вопрос, которого боялась больше всего, по-прежнему оставался без ответа.
— Ты думаешь, я имею право жить? — спросила она.
Сайрен долго не отвечал. На его лице не было лёгкого утешения, которого Лиора всё равно не вынесла бы.
— У каждого живого есть это право, — сказал он. — Чья-то смерть не делает твою жизнь долей преступления. Но знание налагает на тебя выбор, как поступать дальше.
Она закрыла глаза. Ненавидеть себя было проще. Вина предлагала ясную роль и наказание; ответственность требовала жить так, чтобы не отворачиваться от причинённого вреда, хотя исправить его невозможно.
— Мать взяла его годы? — спросила она.
— Нет, — ответил Сайрен. — Она не выбирала, кто умрёт. Плата была собрана самим законом. Тот, чья нить оказалась ближе всего к нарушению, отдал будущее.
— Это должно меня утешить?
— Нет.
Он не стал оправдывать мать. И за это она была ему благодарна.
В архивах нашлось письмо Астрид. Женщина писала в городскую канцелярию, требуя объяснения внезапной смерти мужа. Ей отвечали сухими отписками. Спустя год она забрала сына и переехала на север. Лиора решила найти их, хотя не знала, что сможет сказать.
На обороте письма стояло семь одинаковых штампов: «Нет основания для пересмотра». Лиора слышала эту фразу в архиве так часто, что прежде почти не задумывалась над ней. Теперь каждый штамп казался маленькой дверью, захлопнутой перед женщиной, которая хотела узнать, почему муж умер за обеденным столом. Астрид, вероятно, носила ребёнка на руках, пока чиновники требовали повторной оплаты пошлины. Лиора рассердилась на людей, которых никогда не видела, и тут же поняла, что ей знаком этот гнев: так она сама ходила по инстанциям после исчезновения матери.
Сайрен забрал письмо, аккуратно разгладил и попросил позволить ему прочесть. Лиора наблюдала, как меняется его лицо. Он помнил последний час Габриэля — пружину на столе, голос Астрид за дверью и недоумение часовщика перед внезапной смертью. Но прежде ему были неизвестны годы, которые жена и сын прожили без Габриэля. Теперь письмо напоминало: цена той ночи измерялась не только сорока отнятыми у часовщика будущими годами, но и двадцатью пятью годами жизни его семьи без него. Это было открытие не о природе закона — о его слепоте.
— Если бы я знал тогда, — произнёс он, — я попытался бы остановить твою мать.
— И я бы не родилась второй раз.
Он поднял глаза. Ответа, который устроил бы их обоих, не существовало. Лиора впервые увидела в этом молчании настоящую честность: Сайрен не стал говорить, что спас бы всех. Он просто остался с ней, пока она складывала письмо в конверт.
— Ты не виновата в том, что случилось младенцем, — произнёс Сайрен.
— Но теперь знаю. И должна решить, что делать с этим знанием.
Его взгляд задержался на ней.
— Я приходил тогда за тобой, — сказал он. — Помню твою мать. Она была напугана, но не жестока.
— Жестокость бывает и от любви.
Сайрен не ответил. Вместо этого показал другие записи. За последние семь лет по всему королевству отмечались случаи «внезапного возвращения» и «исправленного срока». Подписи разных чиновников были одинаковы. Все сделки, если сложить незавершённые годы, образовывали число, которое невозможно было объяснить местной магией.
— Кто-то собирает время для одного великого действия, — сказал он. — Возвращение умершего. Подмена Жнеца. Переписывание начала мира.
— Малхир?
Имя повисло между ними. Сайрен посмотрел на кольцо, нарисованное на полях книги.
— Он отвечает за переходы между записями. Один из немногих, кто может скрыть след.
В дверном проёме появился Теон, второй Жнец. Его золотые глаза сузились.
— Если вы произнесёте это имя ещё раз здесь, он услышит, — сказал он.
— Значит, у него уже есть основания бояться, — ответила Лиора.
ГЛАВА 10. ГРЕХ ВТОРОГО ЖНЕЦА
Теон провёл их в заброшенную оранжерею, где среди серого стекла росли растения без корней. Их листья были наполовину прозрачными. Когда Лиора прикоснулась к одному, услышала чужой смех и отдёрнула руку.
Оранжерея оказалась длиннее, чем казалась снаружи. Вдоль стен тянулись ржавые полки, а вместо земли в кадках лежал сероватый пепел. Некоторые растения медленно склонялись к проходящим, как уличные кошки к знакомой руке. Сквозь разбитый стеклянный купол не падал дождь. Над ним стояло другое небо — янтарное, застывшее в час, которого в Междумирье не существовало.
Лиора присела возле маленького куста с листьями в форме человеческих ладоней. На одной пластинке ей послышалось, как мужчина приговаривает: «Не бойся, вода неглубокая». На другой — ложка стукнула о чашку и кто-то расхохотался. Её вдруг охватило ужасное желание остаться здесь и собрать каждый звук, чтобы ни один человек не исчез окончательно. Сайрен коснулся её плеча.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

