Зеркало для мглы

След Мглы, который никакой загар не мог скрыть.

Крис уверенно двигался по кухне, привычно открывая шкафчики и доставая всё необходимое. Эту квартиру, их общий дом, они купили два года назад — на сбережения Сэм и аванс Криса от конторы. Бабушкино наследство решили не трогать, оставив его как неприкосновенный запас на самый крайний случай.

С Крисом она дружила с детства. С тех самых пор, как в семь лет стащила у кухарки пирожки с вишней и увидела на заднем дворе соседнего дома взъерошенного веснушчатого пацана. Она молча протянула ему пирожок, и с этой минуты они стали неразлучны. Тайный орден, вылазки за пределы усадьбы, леденящие кровь семейные предания Мэддисонов.

И полная, абсолютная уверенность, что весь мир будет у их ног.

Наивные.

— Он знает больше, чем говорит, — сказала Сэм, поджимая пальцы ног на холодном металлическом ободе табурета.

Крис не стал спрашивать, о ком речь.

— Риджвельд всегда знает больше, чем говорит. Это его профессиональная деформация, — он бросил лук на сковороду, и тот зашипел, наполняя кухню острым, щиплющим глаза ароматом. — Вопрос в том, знает ли он про паутину.

— Не думаю. Но он знает про изменения в ауре Рика, их целитель работал с ним несколько часов.

Крис молча помешивал лук,

— Если целитель хороший, а у Риджвельда наверняка лучший в городе, он мог определить общую природу воздействия. Не мглу конкретно, но… след. Аномалию. Что-то, чего не должно быть в ауре обычного пустышки. — Он ловко поддел крышку банки с приправами, вдохнул запах сушёного тимьяна и бросил щепотку в сковороду к луку.

— Рик не обычный пустышка, — вырвалось у Сэм.

Крис обернулся, приподняв бровь.

— Он видел сквозь мою иллюзию, Крис. И он видел наложение реальностей. Два коридора. Один нормальный, второй — черно-белый.

Изнанка по записям первой и единственной экспедиции за грань такой и была. Как ее видят те, кто населяет неизвестно, но люди ее видели именно так.

Что навевало нехорошие мысли, так как из всей экспедиции выжил только один человек. Обитал по слухам и очень достоверной информации из интернета в психиатрическом отделении Ордена. Где и помер в последствии.

— Ты Риджвельду рассказала?

— Про иллюзию — да. Про наложение — нет. Сказала, что у Рика двоилось в глазах, списала на шок от резонанса.

— Странно, что он купился на это, — Крис хмыкнул и вернулся к готовке.

Вода в кастрюле уже вовсю бурлила, он забросил пасту и убавил огонь, потом взял шумовку и аккуратно притопил всплывшие макаронины, будто боялся, что они сбегут.

— Двоение в глазах и видеть сквозь грань — немного разные вещи, Муха.

— Немного, — согласилась она. — А Рик еще ляпнул что видит тени. Идиот.

– А паутина, Сэм. Ты ее чувствуешь?

Саманта настороженно посмотрела на спину Криса.

– Нет. Такое ощущение, что нам все привиделось. А что? Ты что-то ощущаешь?

Крис потянулся и достал тарелки.

– Тоже нет.

Крис поставил тарелки на стойку и присел перед ней на корточки.

– Поскольку я самый крутой из всех некромантов, я точно должен чувствовать мглу. Так что возможно нам повезло.

– От скромности ты не помрешь.

– Зачем скромничать? – он легонько дернул её за нос, – А если серьезно, Рика эта дрянь сожрала бы. А так он жив и судя всему здоров.

Сэм промолчала. Очень хотелось верить, но и она, и Рик видели как двоилась комната. И ее дар, защита странно отреагировала на паутину. Или это паутина на ее дар?

Мгла или повезло и можно не паниковать? Как и Крис, она тоже в себе ничего непонятного или чужеродного не ощущала.

Сэм опустила взгляд на свои руки, и потрогала сбитые костяшки, которые до сих пор слегка саднили после вчерашней тренировки.

Всё-таки время субъективно… Всего сутки, а ощущение, что несколько дней прошло.

***

Они ели в гостиной, за тем же столом, где утром Сэм разлила чай на документы. Коричневые пятна на бумагах уже подсохли и превратились в бледные разводы.

Паста была горячей, с густым томатным соусом — без перца, как и обещал Крис, хотя Сэм подозревала, что он всё-таки бросил щепотку, совсем маленькую.

— Кстати, как прошла твоя встреча? — спохватилась Сэм, наматывая спагетти на вилку. — С тем типом, который почил без завещания?

Вот его близкие обрадовались.

— Как обычно, — Крис пожал плечами, подцепил вилкой кусочек лука и отправил в рот, тут же поморщившись. — Опять переборщил с уксусом.

— Родственники ненавидят друг друга, адвокат ненавидит родственников, а покойник, судя по всему, ненавидел их всех ещё при жизни. Я поговорил с ним минут двадцать. Вредный попался старик. Послал меня в бездну трижды, прежде чем соизволил ответить на вопросы. Потом его переклинило, и он попросил передать жене, что спрятал заначку в подвале, в бочке с квашеной капустой.

— Романтика, — фыркнула Сэм.

— Три тысячи имперских золотых монет. В бочке с капустой. Адвокат чуть инфаркт не получил, — Крис широко ухмыльнулся и поднял вилку, словно делая тост. — За квашеную капусту и дедушкину предусмотрительность.

Сэм рассмеялась — впервые за весь день, искренне, до слёз. Крис смотрел на неё с тем выражением, которое она привыкла считать его «нормальным» — лёгкая усмешка, щурящиеся глаза, морщинки в уголках. Но за этой маской она видела облегчение. Он боялся за неё больше, чем показывал. Всегда боялся.

Что она будет делать, когда он найдёт себе девушку?

Они доели в относительном молчании — том комфортном, домашнем молчании, которое не нужно заполнять словами. Крис убрал тарелки, Сэм сварила кофе.

Не чай, потому что после сегодняшнего дня ей нужен был именно кофе, крепкий и горький. С кардамоном.

Сэм свернулась на диване калачиком, прижала кружку к рёбрам — горячее фарфоровое пятно грело сквозь футболку — и потянулась к документам. Налоговый отчёт сам себя не сделает.

Из смятой куртки, брошенной на стул, донёсся звонок. Крис перегнулся через подлокотник и потянул тяжёлую куртку за рукав.

Когда-нибудь он так свалится.

Выудив телефон из внутреннего кармана, он глянул на экран. Лицо осталось прежним, но рука дрогнула — едва заметно, почти неуловимо.

— Кто? — шёпотом спросила Сэм.

Она уже поняла по его реакции, что ничего хорошего ждать не стоит.

Крис не ответил. Ещё секунду смотрел на экран, словно надеялся, что звонящий передумает, потом принял вызов и поднёс телефон к уху.

— Грант слушает.

Он замолчал. Сэм слышала, как на том конце говорят. Неразборчиво, но тон был ровный, вежливый до тошноты. Налоговая? Та самая, по которой отчет сам себя не сделает? Или начальство Криса? Или клиент. Самое время для клиента-то, ночь на улице.

Лицо Криса окаменело. Маска привычной насмешливости слетела мгновенно, обнажив жёсткие, резкие черты. В полумраке гостиной его глаза казались почти чёрными.

— Понял. Когда?

Снова пауза.

— Нет, — Крис бросил взгляд на Сэм. В нём смешались тревога, злость и холодный расчёт. — Мы оба будем. Если речь идёт о моём партнёре, я имею право присутствовать. Статья двенадцать, параграф третий Регламента взаимодействия Ордена с гражданскими лицами, обладающими даром. Или мне процитировать полностью?

Значит не клиент. Значит Орден. Интересно, а почему ему позвонили?

Если хотят пообщаться с ней, почему не связались напрямую?

Голос в трубке что-то объяснял. Крис слушал, не перебивая, но костяшки его пальцев побелели от того, как сильно он сжимал телефон.

— Завтра, в десять. Устроит. — Он помолчал. — Где?

Выслушав ответ, коротко кивнул и отключился. Потом аккуратно, подчёркнуто медленно положил телефон на стол. Так кладут предмет, когда хочется швырнуть его в стену.

— Орден? — спросила Сэм.

Голос не дрогнул, зато кофе в кружке пошёл мелкой рябью. Руки всё-таки выдали её.

Как будто без них жизнь была слишком простой.

— Младший дознаватель. Некто Ирвин Свит. — Крис опустился в кресло напротив, откинулся на спинку и скрестил руки на груди. — Хочет побеседовать о, цитирую, «инциденте на закрытом мероприятии, повлёкшем магическую аномалию».

Сэм медленно поставила кружку на стол.

— Этого следовало ожидать.

— Ага.

Крис провёл большим пальцем по нижней губе, задумчиво глядя куда-то мимо неё.

— Значит, кто-то сообщил. Служба безопасности Риджвельда, охрана особняка или кто-то из гостей. Неважно. Главное, аномалия была зафиксирована. Теперь вопрос в том, что именно они знают и насколько подробно.

— Младший дознаватель, — повторила Сэм, цепляясь за это слово, как за спасательный круг. — Не старший. Не ведущий. Младший.

— Пока младший, — поправил Крис. — Может быть, обычная формальность. Рутинная проверка после зафиксированного выброса. Артефакт бахнул, система среагировала, нужно написать отчёт и закрыть дело. Завтра придём, расскажем про пьяного дурака с артефактом, подпишем бумаги и разойдёмся.

— Но?

Сэм знала его слишком хорошо, чтобы не услышать невысказанное «но».

Крис помолчал, постукивая пальцами по подлокотнику.

— Но, если Ирвин не просто канцелярская крыса, а человек, которого прислали прощупать почву, значит, за ним стоит кто-то рангом повыше. И вопросы будут не о пьяных гостях.

Сэм откинулась на спинку дивана и уставилась в потолок. Трещина на штукатурке, которую они с Крисом собирались заделать ещё полгода назад, ветвилась, как русло пересохшей реки.

Сколько раз за эти годы ей казалось, что всё — вот-вот стены рухнут, Орден придёт, и тщательно выстроенная иллюзия нормальной жизни рассыплется? И каждый раз обходилось. Но с каждым разом запас прочности становился чуть меньше.

— На самом деле всё не так уж плохо, — сказала она, продолжая разглядывать потолок. — Если я скажу дознавателю то же самое, что Риджвельду, а тот повторит им то, что услышал от меня, концы сойдутся.

— При условии, что Риджвельд вообще станет с ними разговаривать. Высшие Тёмные не очень-то жалуют дознавателей, решивших сунуть нос в делах их домов.

Крис криво усмехнулся.

— А с учётом характера конкретного некроманта…

— На это и надеюсь, — вздохнула Сэм.

А ещё лучше, чтобы они сцепились на этой почве.

Мечты-мечты.

Крис наклонился вперёд, упираясь локтями в колени. Чёрные волосы — краска ещё держалась — упали на лоб, и он раздражённо убрал их со лба.

— В общем, завтра идём на встречу. Ты официально зеркало шестого уровня. Выполняла работу телохранителя, среагировала на угрозу, поставила стандартный защитный купол. Артефакт — чужой, неидентифицированный, возможно, контрабандный. В результате возник спонтанный, непредсказуемый резонанс. Ты потеряла сознание от перегрузки: твой уровень не рассчитан на такую мощность отражения. Всё. Точка. Никаких паутин, никаких наложений реальности, никакой магии Изнанки.

— Я знаю, Крис.

— Знаешь, — повторил он, пристально глядя на неё.

В его тёмных глазах мелькнуло что-то похожее на страх, но он тут же спрятал его за привычной невозмутимостью.

— Только ты нервничаешь. А когда нервничаешь, начинаешь говорить больше, чем нужно. Это не Риджвельд, которому плевать на нас, пока его сын цел. Дознаватели — другая порода. Их учат слушать собеседника и делать выводы.

Сэм открыла рот, собираясь возразить, но передумала.

Он был прав. Она действительно нервничала, и это её жутко бесило.

— Кстати, о сыне. — Она потёрла глаза. — Очень надеюсь, что Рик действительно ничего не помнит.

— И что те придурки не поняли, что произошло, — добавил Крис. — Их наверняка уже допросили. И остаётся надеяться, что Риджвельд окажется ещё большим упёртым засранцем, чем обычно, и не даст разрешения на встречу с сыном.

Он поднялся, подошёл к окну и отдёрнул штору. Дождь за стеклом превратился в мелкую морось. Зажглись жёлтые уличные фонари, похожие на тусклые глаза тонущего города. Ветер раскачивал их отражения в мокром стекле, и тени на стене дёргались, как марионетки в руках неловкого кукловода.

— Ирвин, — повторил Крис задумчиво. — Не помню такого. Скорее всего, из новых. Но я узнаю к утру, что он за человек и кто его назначил.

Когда-то после окончания Академии, куда их с Крисом отправила учиться леди Риана, они должны были проходить практику в столице. Сэм при поддержке бабушки сумела этого избежать, а вот Криса вместо столицы отправили в Орден.

Вспоминать тот период жизни он не любил.

Сэм допила остывший кофе и поставила пустую кружку рядом с телефоном Криса.

— Крис.

— М?

Он не обернулся, продолжая смотреть в окно.

— Спасибо. За всё. За сегодня.

На несколько секунд повисла тишина. Потом плечи Криса чуть расслабились.

— Не за что, Муха. Иди спать.

Хороший совет.

***

Светлым утро назвать было сложно.

Солнца они не видели уже неделю, и вся квартира тонула в серых, разбавленных сумерках. Настенные часы тикали как-то неровно, словно механизм тоже не выспался и теперь сбивался с такта.

Сэм бросила на них взгляд и позволила себе тяжко вздохнуть.

Ладно. Встаём.

На кухню она пришлёпала босиком, мятая, с растрёпанными после беспокойной ночи волосами. Сэм убрала прядь за ухо и поёжилась — от пола тянуло холодом.

Крис стоял у столешницы, заваривая чай в любимой кружке с длинной изогнутой трещиной, тянувшейся от ободка к донышку. Пар поднимался белым облачком и таял в прохладном воздухе.

Окно, как обычно, было открыто почти настежь.

Ну конечно.

Крис всегда открывал окна, не важно – лето на дворе или холодное осеннее утро. Сэм вернулась в спальню и натянула халат, прямо поверх рубашки.

Крис посмотрел на неё и снова перевел взгляд на телефон, лежавший рядом. Глаза бегали по экрану, но Сэм подозревала, что он не столько читает, сколько ждёт новых сообщений. На лбу залегла тонкая вертикальная морщина.

— Ты хоть раз в жизни пробовал не нервничать по утрам? — Сэм опустилась на стул. Ножки неприятно скрипнули по линолеуму. Она зарылась носом в широкий рукав халата и протяжно зевнула, до хруста в челюсти. — Закрой окно.

Крис пожал плечами. Движение вышло резким, дёрганым. Он так и не обернулся, отправляя в микроволновку тарелку с подозрительным содержимым.

Дверца захлопнулась с глухим стуком.

— Узнал я про нашего дознавателя. Ирвин Свит.

Окно Крис всё-таки закрыл, но почти сразу приоткрыл форточку.

— Как мне сказали, тихий, спокойный, при этом умен и честолюбив. Два года назад был ассистентом у некоего Логана. Может, помнишь историю с подменой улик в деле о магических артефактах?

Сэм нахмурилась. В голове, ещё затуманенной остатками сна, зашевелились обрывки воспоминаний: кричащие газетные заголовки у киоска возле станции метро, гневные разговоры в очередях, слово «трибунал», произносимое шёпотом.

Скандал был громким. Позже второй волной прошла новость о том, что в одном из отделений Ордена сменили сразу двух руководителей. Тихо, без фанфар: их просто перестали упоминать в сводках.

— Не особо, — призналась она.

Микроволновка звякнула, и перед Сэм опустилась тарелка с кашей.

Овсяной.

От неё шёл пар, но запах был пресным, как картонная коробка.

– Это кажется в столице было. Получается его сюда перевели?

Сэм повозила ложкой по густой массе.

Завтрак был одним из тех ритуалов, от которых она с удовольствием отказалась бы. Настроение было паршивым, и есть совсем не хотелось.

Она покосилась на Криса, но тот лишь кивнул на тарелку, всем видом показывая, что ждёт, пока она закончит. Они и так торопились.

Вот сам бы и ел эту клейкую дрянь.

— Получается так. В общем, этот Ирвин будет копать основательно, — закончил Крис.

— Отлично. Я обожаю людей, которые любят копаться. — пробурчала Сэм, – Особенно в чужих ошибках.

Особенно в её.

Особенно в том, чего она сама не могла объяснить.

Каша была теплой, но невкусной. Сэм ковыряла её ложкой, Крис время от времени поглядывал на часы. Обычно они оба собирались быстро, но сегодня утро тянулось мучительно медленно.

Наконец Крис с глухим стуком поставил чашку в раковину и хлопнул ладонью по столешнице. Тарелка перед Сэм подпрыгнула вместе с ложкой.

Она вздрогнула и подняла голову.

– Ты чего?

– Меня бесит вся эта ситуация.

– А, по-моему, все понятно. Произошел инцидент, в котором оказались замешаны два известных рода. Он, наверное, решил, что это прям подарок судьбы.

— Сэм, если он начнёт выяснять про твой уровень, постарайся избежать проверки. — Крис сосредоточенно мыл кружку. Вода шумела, и он говорил громче, — Не спорь, не оправдывайся, не болтай больше нужного. Дознаватели всегда подмечают мелочи. Как ты дышишь, куда смотришь, что делаешь руками. Такие люди умеют читать паузы между словами.

– Думаешь он устроит проверку?

Каждого ребенка, у которого проявлялся дар зеркала, ставили на учёт. В детстве Саманта каждый год проходила проверку, пока ей не исполнилось пятнадцать лет. Исследования показали, что дар Зеркала, в отличие от способностей прочих магов, развивался только до этого возраста, а затем переставал расти. Такой вот защитный механизм природы. Не слишком щедрый.

– Не знаю. Этот может. Поэтому и говорю, постарайся избежать этого. По регламенту взаимодействия заставить он не имеет права.

Сэм кивнула и механически отправила в рот последнюю ложку каши. Овсянка встала поперёк горла, но Сэм заставила себя проглотить.

Справлюсь.

Всегда справлялась.

Орден считал, что дар Зеркала растёт только до пятнадцати лет. Догма многократно подтверждённая исследованиями.

А то, что при определённых обстоятельствах дар оказывается может совершить скачок… Об этой маленькой, опасной тайне знали всего трое: Саманта, Крис и леди Рианна. Бабушка в своё время сделала всё, чтобы секрет остался внутри рода. Семейная тайна, за которую в иные времена могли сжечь весь род.

Леди Рианну, которая уже год как покоилась в семейном склепе, Сэм недолюбливала. При этом оставалась ей бесконечно благодарна — именно бабушка сумела вывести внучку из-под удара Ордена.

Сэм поёжилась, вспомнив холодный, оценивающий взгляд старой леди. Бабушка была… сложным человеком. Некоторые её поступки Сэм не могла простить до сих пор. Но бабушка и к себе была столь же требовательна: интересы рода всегда стояли на первом месте.

Жаль, что последний представитель рода Мэддисонов оказался не совсем таким, каким его хотела видеть леди Рианна.

«Не последний», — мысленно поправила себя Сэм. Где-то там ещё была Шерил. Тоже, прямо скажем, не самый образцовый представитель рода.

Ладно. Это все она по многу раз передумала, и оплакала. Сейчас о другом надо беспокоиться.

— Я поняла. Если что, ты мой адвокат.

— И телохранитель, и санитар, и, если потребуется адвокат.

Крис усмехнулся, но в глазах мелькнуло что-то усталое и тёплое. Он тут же отвёл взгляд, словно ничего не произошло.

Я не дам тебя в обиду, дура.

Она это знала. И, кажется, именно поэтому немного отпустило.

— С этим парнем главное — не расслабляться. Но и слишком встревоженной выглядеть не стоит. Немного нервничать нормально, дознавателей никто не любит. — Крис потёр переносицу. Голос звучал по-деловому, хотя недосып проступал в лёгкой хрипотце. — Он не дурак. И наверняка ищет повод передать дело наверх. Его задача не закрыть дыру, а найти козла отпущения.

— Значит, не дадим ему повода, — Сэм вытерла губы салфеткой и потянулась за курткой. — Пошли? А то дождь обещали. Если придётся торчать в коридоре, хотя бы не вымо