Я готова! Учите, профессор

— Как он на тебя смотрит… — пропыхтела Люта во время разминки.

— Как? — нервно спросила я, покосившись на профессора Эйча.

— Будто придушить хочет. Как бы проблем не было, — прошептала подруга.

— Что-о-о? — удивлённо протянула я, уже откровенно уставившись на Эйча.

Встретилась с ним взглядом и тут же отвернулась.

— Да ты не туда смотри, — прыснула со смеху Люта, размахивая руками, — а на Нота.

Я смутилась, но в указанном направлении посмотрела. Да, Акс сверлил меня неприязненным взглядом с другого конца полигона, где под присмотром куратора-аспиранта, тренировались уже определившиеся с профилем практические боевики.

Ну и пусть смотрит! Мне-то что? Всё равно навредить мне он не посмеет, в ПИБА с этим строго. Скорее поставит цель покорить, чтобы потом демонстративно бросить в отместку за ущемлённое отказом самолюбие. Но и тут ему ничего не светит. Теперь уже точно. Уж очень мне не понравилась реакция Аксэна на отказ.

Нет, влюблённость не прошла полностью, такое так быстро не лечится. Но доверия и очарованности у меня поубавилось.

— Адептка Флен, вам нужно персональное приглашение? — окликнул меня Рхаш. — Уж извините, что я своим брюзжанием мешаю вам любоваться адептами. Но будьте любезны…

И мне указали на сокурсников, уже прилично убежавших вперёд по периметру полигона. А я зазевалась и прослушала команду на пробежку.

Уже догоняя одногруппников, поймала на себе хмурый взгляд подошедшего к Рхашу Эйча. Он прищурился, а потом резко, будто хищная птица, повернул голову и посмотрел на тренирующихся боевиков. И я могла бы поклясться, что взгляд его остановился именно на Аксэне Ноте.

— Живее, живее, Флен! Отстающих никто не любит! — прикрикнул Рхаш и я ускорилась, постаравшись выкинуть из головы мысли о Ноте и Эйче. И как так вообще получилось, что я думаю об этих двоих одновременно?! Ну ладно Акс, с ним всё ясно, три года по нему сохла, как последняя дурочка. Но Эйч… Так, не думать о мужчинах! Думать о тренировке, зачётах, маме и… отработке у Эйча. Да что ж это за наказание?!

— Отвлеки меня чем-нибудь, — взмолилась, задыхаясь, когда догнала Люту.

— Да ты и так такая отвлечённая, что на пробежку не дозваться, — ответила она, покосившись на меня. — Но даже не мечтай, я тебе глупостей наделать не дам! Никакого Акса, и уж тем более Эйча.

— Да я…

— Вот только не надо мне зубы заговаривать. Я же вижу, как ты… фу-у-ух, на них обоих смотришь. Забудь! Всё… потом. С дыхания из-за тебя сбилась.

И мы побежали дальше молча. Люта периодически строго поглядывая на меня, а я… Да, я старалась не думать о «глупостях». Но, как известно, если очень стараешься о ком-то не думать, то только о нём и думаешь. В моём случае — о них. Какой же бардак у меня в голове!

Спустя час я бы уже и рада была подумать о мужчинах, но профессор Рхаш мастерски навёл порядок в головах истязаемых адептов, напрочь выбив из них все мысли, кроме одной — когда эта пытка закончится?!

Сначала мы бегали, после прыгали через магические препятствия, задев которые получали довольно чувствительный удар тысячами маленьких молний по ногам и чуть повыше. Потом Рхаш измывался над нами, расстреливая градом мелких огненных шариков. Не успеешь увернуться или щит поставить — слегка припалит одежду и обожжёт кожу до покраснения. После, не дав отдышаться, нас опять отправили на пробежку, «милостиво» напутствовав:

— Так и быть, в этот раз можно только два круга.

А полигон, между прочим, немаленький! Раньше мы занимались на малом тренировочном полигоне, в два раза меньше этого, но Рхаш категорически отказывался это учитывать и требовал от нас выполнения тех же нормативов.

Причина такого давления была проста — теперь мы четверокурсники и к середине этого учебного года крайний срок, чтобы определиться с профилем. Некоторые, как например Акс Нот, выбрали основной профиль ещё в конце прошлого года, но большинство оттягивали до последнего, чтобы ещё немного «побездельничать» на общем учебном курсе.

Я же попросту не знала — куда податься. В практические боевики точно не пойду, не место мне там, с моими то талантами. Да и просто драться не люблю. Зельеварение тоже не вариант по понятным причинам. Артефактика? Рунология? Возможно структура заклинаний? Всегда любила создавать что-то новое. В таких расширенных областях, как боевые практики и альтернативные стратегии, где переплетаются все возможные магические проявления и техники, мне точно делать нечего.

В общем, я застряла на перепутье, стараясь объективно оценивать свои возможности и не задумываться о предпочтениях. Пойду туда, где от меня будет больше пользы и… меньше вреда, в первую очередь.

Пока я мысленно ругала Рхаша за жестокость, а себя за неопределённость (выбрала бы профиль и сидела бы сейчас в артефакторской мастерской, или библиотеке, сочиняя очередное заклинание какой-нибудь тройной боевой сцепки), тренировка подошла к концу. Правда, не все успели добежать второй круг. Но меня это нисколько не расстроило.

Как только прозвучал сигнал об окончании занятия, я тут же остановилась, дождалась чуть подотставшую Люту, и мы вместе вразвалочку пошли напрямик через полигон к выходу.

По несчастливой случайности путь наш пролегал как рез через толпу взмыленных, возбуждённых после спаррингов адептов-боевиков. И, конечно же, они не могли не заметить двух тяжело дышащих после бега девушек в местами облегающих комбинезонах.

Эти комбинезоны были одновременно и благословением, и наказанием. Удобные, не стесняющие движения, они идеально подходили для активных физических тренировок, но смотрелись адептки в них… Как бы так помягче выразиться, в общем, парням очень нравилось наблюдать за тренирующимися девушками.

— Какие цветочки, — заступил нам дорогу адепт с параллельного потока.

Весь такой широкоплечий, брутальный, уверенный в себе и… вонючий! Они все тут не розами благоухали после активной тренировки, как, впрочем, и мы, но этот прямо выделялся на общем фоне убийственным амбре.

— Да уж, цветочки, — прогнусавила Люта, демонстративно зажав нос пальцами. — А ты у нас, похоже, гордость цветника Венерина мухоловка.

Некоторые из друзей благоухающего ловеласа громко заржали, а он нахмурился. Но, как ни напрягался, так и не понял, в чём смысл шутки.

А пока этот тугодум чесал затылок, к нам с Лютой подступили ещё трое потных и встрёпанных, но очень самоуверенных парней.

— Девчонки, а пойдёмте сегодня в город? — предложил один из них и попытался приобнять Люту за плечи.

Зря это он. Люта девушка хрупкая, но за себя постоять может. Лёгкое движение рукой, едва уловимое пожатие плечами — и распустивший руки адепт отскочил в сторону, взвизгнув, как девчонка.

Да, щит ужаса у Люты отменно выходит. Даже на меня немного подействовало, хотя прямого контакта не было. На мгновение накатили дикий страх, паника и желание бежать от подруги, сверкая пятками.

Поборола насланные ощущения и с укором посмотрела на Люту. Она только плечами пожала и с прищуром уставилась на поумеривших пыл, но не желающих отступать кавалеров. Напротив, такой очевидный отпор прибавил некоторым интереса. Не всем нравится, когда девушки сами падают к их ногам. Многих трудности только привлекают.

— Слушай, а это не ты лабораторию позавчера взорвала? Говорят, знатно бабахнуло, — широко улыбнувшись, обратился ко мне высоченный, головы на две выше меня, но худой и бледный черноволосый парень.

— Нет, — искренне соврала я. — То была другая криворукая блондинка.

— Она это, — послышалось ехидное из-за спин обступивших нас парней. — На меня засмотрелась и напутала с зельем. Да, Тара?

Адепты чуть расступились, и я увидела довольного, высокомерно задравшего нос Аксэна. Так и захотелось какую-нибудь гадость ему сказать. Но сдержалась, сама не знаю почему. Будто какое-то глубинное подсознательное чувство предостерегло — не надо его лишний раз злить.

— О, так вы из одной группы! Это про неё ты рассказывал, что бегает за тобой? — заржал худощавый дылда. — Слушай, детка, я лучше, чем он. И обещаю, убегать от тебя не буду!

И эта каланча потянул ко мне свои длинные синюшные ручищи. Ну точно некроманты-алхимики в роду были! Тут налицо последствия неудачных экспериментов по улучшению физических показателей.

Я отступила назад, уворачиваясь от загребущих ручонок, и в кого-то врезалась спиной. Меня взяли за плечи, чуть отстранили и поинтересовались спокойным, знакомым голосом:

— Какие-то проблемы, адепты?

Парни тут же скисли и начали разбредаться, бормоча что-то на тему «Никаких проблем, всё хорошо». Мои плечи, наконец, отпустили, в поле зрения появился профессор Эйч.

— Не стоит задерживаться на полигоне по окончании тренировки, адептки, — посоветовал он. — Идите отдыхать. Тем более вам, адептка Флен, сегодня ещё зелье кругового щита мне варить.

И он развернулся, чтобы уйти. А я… Нет, ну это ни в какие ворота! Мало ему ночи со мной было, ещё и вечер подавай. Ко мне мама, между прочим, приехала!

— Вообще-то, у меня были планы на этот вечер, — крикнула в спину удаляющемуся профессору.

Он остановился, обернулся и заявил:

— Сожалею, но придётся вписать в эти планы отработку по зельеварению.

— Но мне в город нужно. Меня ждут!

— Отмените запланированную встречу, — пожал он плечами.

— Но я не могу!

— А вы постарайтесь, — бросил профессор. — Или можете обратиться к ректору Адали с официальной просьбой освободить вас от дополнительных занятий этим вечером. Хотя, сомневаюсь, что она посчитает веской причиной желание сбегать в город на свидание.

— Но…

Я растерянно хлопала ресницами вслед удаляющемуся быстрым уверенным шагом профессору. И что это было? С чего он взбеленился-то? Утром же сам говорил, что сегодня ему не до меня.

— Да-а-а, тяжёлый случай, — похлопала меня по плечу Люта. — Не знаю, чем вы там ночью занимались, но ведёт он себя так, будто ты ему теперь должна о каждом своём шаге отчитываться.

— Да ничем мы не занимались! Спали, по крайней мере, я, — пробурчала, провожая взглядом покидающего полигон профессора.

— Слушай, может и правда к Адали, а? Пока Эйч тебя под отчисление не подвёл. Объяснишь ей, что он на тебя давит. Глядишь, отработку и отменят, — предложила подруга.

— Не говори глупостей. Ну какое отчисление? За что? — отмахнулась я.

— Эх, Тара, ты у меня большая умница, но порой такая дурочка, — покачала она головой. — Пошли уже. Так и быть, возьму на себя твою маму. Опять придётся на диету потом садиться. Но учти, только сегодня, завтра сама с ней разбираться будешь. И, чур, в ванную я первая!

— Что бы я без тебя делала, — покачала я головой, чуть толкнув подругу плечом.

— Что-что, Эйча с мамой знакомила бы, — хохотнула Люта.

Я представила это действо и отчаянно помотала головой. Нет уж, не надо мне такого счастья!

Глава 7

Избежать нотации не удалось. Но теперь я хотя бы могла не придумывать оправданий, а прямо сказать маме, что не получится составить ей компанию потому, что нужно на отработку.

— Ну что ж, раз провинилась, должна понести наказание, — поджала губы мама. Но тут же широко улыбнулась и добавила: — А мы с Лютой прекрасно проведём время! Без тебя!

Пришлось изображать расстройство, раз уж мама считает это дополнительным наказанием. Уж лучше так, иначе она что-то другое придумает. А мамины наказания, с её-то фантазией и творческим подходом, это вам не отработка по зельеварению. Пострашнее будут.

Провожала маму и подругу я со смешанными чувствами. С одной стороны, было всё же немного жаль, что не могу пойти с ними, а с другой — меня не покидало ощущение, что сегодня вечером случится что-то интересное, необычное, особенное.

Это предчувствие будоражило, заставляло нервничать и с нетерпением ждать восьми часов вечера, чтобы поскорее отправиться в исследовательское крыло. Я даже поужинать нормально не смогла, хотя раньше никогда не страдала отсутствием аппетита, какие бы дикости не творились в моей жизни. Сейчас же кусок в горло не лез. Всё казалось пресным, невкусным.

Ещё и Аксэн настроение подпортил. Подошёл ко мне в столовой, уселся напротив, на стул, который раньше всегда занимала Люта, подпёр подбородок рукой и произнёс:

— Что тебя не устраивает, Тара?

— Не поняла вопроса, — приподняла я брови, потянувшись к стакану с соком.

— Чем я тебя не устраиваю? — уточнил он. — Я же видел все эти годы, как ты на меня смотришь. Точно знаю, что неровно ко мне дышишь. И ты мне тоже нравишься. Так в чём проблема?

— Долговато ты раскачивался, — хмыкнула я. — Перегорело.

— Врёшь, — самоуверенно усмехнулся он. — К Моране приревновала? Так она для меня ничего не значит. Так, на один вечер поразвлечься.

— Вот и иди, развлекайся дальше! — прошипела я, сжав кулаки.

Такая злость захлестнула, с трудом удержалась, чтобы не ударить этого высокомерного идиота, прямо посреди столовой, при всех. Я и так ни дня без приключений не могу, не хватало ещё и прилюдный скандал устроить.

— Отказываешь, значит? — подался вперёд Акс, скинув со стола ложку.

— Отказываю, — не без удовольствия протянула прямо ему в лицо, тоже подавшись вперёд через стол.

И, решив, что разговор окончен, наклонилась, чтобы поднять ложку с пола. А когда выпрямилась, Акс уже стоял, сложив руки за спиной.

— Сама сегодня же ко мне прибежишь, — с довольной улыбочкой проговорил он, и, насвистывая, пошёл к своим товарищам, что-то возбуждённо обсуждавшим, поглядывая на нас.

— Ну-ну, не дождёшься, — хмыкнула я.

Залпом допила сок, скривилась от неприятного горького послевкусия — испортился что ли? — и побежала повторять зелье кругового щита. До отработки оставалось всего полчаса.

В комнате я сразу же взялась за повторение зелья кругового щита, но мысли постоянно разбегались. Всё что-то отвлекало, нервировало, тревожило. Сосредоточиться категорически не получалось. В результате захлопнула рецептурник и отправилась в исследовательское крыло на пятнадцать минут раньше.

В уже знакомой мне лаборатории было темно, профессор ещё не пришёл.

— И где его носит? — пробурчала раздражённо, зажигая свет щелчком пальцев.

Немного перестаралась, световые шары вспыхнули так, что ослепили. А один даже подозрительно зашипел и начал потрескивать. Но цели я достигла — в лаборатории стало светло, как днём.

Чтобы хоть чем-то занять себя в ожидании Эйча, я приступила к подготовке. Открыла рецептурник и, поглядывая в него, начала доставать с полок нужные ингредиенты. Руки слегка подрагивали, но я списывала это на волнение. Не хотелось опять провалить задание. Иначе да конца обучения буду сюда таскаться каждый вечер.

Хм, а в этом что-то есть… Мотнула головой, отгоняя странные мысли. Вдруг стало очень жарко, настолько, что захотелось раздеться, или хотя бы как-то охладиться.

Я расстегнула пару верхних пуговиц блузки и начала обмахиваться рецептурником. Ну и парилка тут! Похоже, бытовушки что-то с обогревом намудрили.

— Я смотрю, меня тут уже ждут, — вдруг прозвучало от двери.

Я подпрыгнула на месте от неожиданности и случайно сбила рецептурником со стола склянку с измельчённой лавой вечного вулкана. Но до пола она не долетела, зависнув в воздухе. Профессор Эйч взмахом руки вернул склянку на стол и хмуро уставился на меня. А я…

— Где вы были? Я вас тут уже час как жду! — воскликнула возмущённо.

— Странно, мне казалось, что ещё полчаса назад вы были в столовой, — усмехнулся он.

— Вы за мной следите?!

— Нет, я тоже иногда ужинаю, знаете ли, — поведал он страшную тайну.

— Ах, ну да, — опустила я голову. Но тут же встрепенулась и принялась расставлять и раскладывать ингредиенты для зелья в нужном порядке. — Я тут уже всё подготовила. А учитывая, что это зелье готовится всего пять минут, управимся быстро.

— Очень на это надеюсь, — кивнул профессор. — А сами вы готовы?

— Более чем, — уверенно заявила я и зажгла огонь под маленьким настольным котелком.

Зелье кругового щита очень сильное и концентрированное, достаточно всего пары капель, чтобы защититься от любых немагических и многих магических атак. Разрушить такой щит под силу только его создателю, или тому, кому он передаёт право управления. Поэтому и готовят его в небольших количествах. Отчасти ещё и из-за того, что некоторые составляющие этого зелья являются весьма ценными. Но мы же в Первой Имперской Боевой Академии, а здесь для обучения будущего оплота империи ничего не жалеют.

— Адептка Флен, вы уверены, что готовы? — уточнил профессор.

— Ваши сомнения меня оскорбляют! — патетично заявила я.

— А меня напрягает ваша излишняя уверенность. Особенно на фоне повышенной возбуждённости, — как-то настороженно проговорил он. — Давайте отложим отработку до завтра.

— Ну уж нет, — упёрла я руки в бока, следя за закипающим раствором тростникового спирта и пепла чёрного древа. — Вы и так все планы на сегодня мне порушили. Завтра я должна быть свободна!

Фух, ну и жарища… Взяла в руки сразу две склянки и наклонилась над котелком.

— Остановитесь, — приказал Эйч, взмахом руки гася огонь под котелком. — Я не приму вашу работу. Вам следует отправиться в лазарет. Вы не контролируете себя.

— Да с чего вы это взяли?! — возмутилась я.

— Да хотя бы с того, что вы только что сняли рубашку, — как-то нервно ответил он.

А я, не обращая внимания на отвлекающую болтовню, уже всыпала в ещё побулькивающий раствор лаву вечного вулкана и порошок из стеблей таёжной креплянки. Сыпала на глаз, руководствуясь каким-то внутренним чутьём. Всплывшую вдруг в сознании мысль о том, что в зелье кругового щита не должно быть креплянки, отогнала не задумываясь. Я знаю, что так будет лучше, и всё тут!

— Тара, немедленно прекрати и отойди от стола, — приказал профессор, схватив меня за руку.

Но он опоздал! Я уже сделала всё, что нужно. Откуда я это знаю? А понятия не имею! Но уверена — моё зелье кругового щит в разы лучше того, которое в рецептурнике!

И я просто обязана продемонстрировать это профессору. Что и сделала, стараясь не зацикливаться на ощущении его руки на своём локте и не думать, почему его прикосновение кажется таким горячим и волнующим.

Изогнулась, схватила со стола мерную палочку, обмакнула её в котелок и с торжествующим «Смотрите!» смахнула пару капель зелья на пол.

В первые мгновения казалось, что ничего не произошло, но стоило профессору шагнуть в сторону, потянув меня за собой, как мы оба врезались в невидимую преграду.

— Ай! — вскрикнула я, ударившись лбом о твёрдый, но абсолютно прозрачный щит.

Нет, даже не так, он не был прозрачным. Окружавший нас полог был совершенно невидимым. Даже при соприкосновении он никак не проявлял себя. И магического фона от него не было! А это… Это… Это прорыв! Это открытие! Да за такой щит мне полагается одним махом и все отработки простить, и на год вперёд зачёты по зельеварению проставить! Это же просто находка, например, для каких-нибудь опасных переговоров. Да этот щит даже император может использовать! И защита, и по репутации не ударит.

Выдернула руку из профессорского захвата и бросилась к столу, чтобы, пока Эйч ошалело ощупывает мой щит, скорее записать рецепт и технологию изготовления, пока не забыла. С новыми изобретениями ведь как — если сразу удачу не зафиксировать, потом долго придётся экспериментировать, чтобы добиться нужного результата. И не факт, что удастся достигнуть того же эффекта.

Вот только я не учла, что моя удача в данный момент окружает нас с Эйчем со всех сторон. Второй болезненный удар лбом о невидимую преграду слегка отрезвил. И я принялась прощупывать щит по кругу, чтобы определить его периметр.

— Да не мешайте вы, — потеснила путающегося под ногами преподавателя.

Обойдя щит по кругу, потянулась рукой вверх, чтобы нащупать, где он заканчивается.

— Не трудитесь, — проговорил профессор, поднял руку и демонстративно постучал… по куполу.

— Ух ты! — благоговейно выдохнула я. — Он сферический!

— Поздравляю, поразительная догадливость, — отчего-то начал злиться Эйч. — А теперь будь добра, сними его!

Хм, снять? А я бы так не спешила. Сначала нужно всё исследовать, проверить. Плотность, проницаемость неопасными объектами, привязку к ауре. Было бы просто великолепно, если бы щит был привязан к объекту защиты, а не пространственной точке.

Положила руки на невидимую преграду, слегка надавила и очень медленно подалась вперёд. Ничего не вышло. Жаль, значит, всё же привязка к пространству. Но кто сказал, что состав нельзя доработать?! Добавить, скажем, семян блуждающей колючки… Хм, а это мысль. Тогда может и шипы на внешней стороне щита появятся. Хотя это уже перебор, наверное.

В идеале, не помешала бы длительная проверка, чтобы определить временной интервал и интенсивность истончения. К сожалению, подобный эффект не может длиться вечно, но порой время очень важно. Например, в осаде, если вокруг враги, а ты ждёшь подмоги, и только вот такой щит спасает…

— Тара, ты меня слышишь? — повысил голос профессор. — Немедленно нейтрализуй полог!

— Сами вы полог, — обиделась я. — Это щит. Мой щит!

И радостно подпрыгнула на месте, хлопнув в ладоши. Эйч поджал губы и отвёл взгляд. Надо же, какой бука.

— А попробуйте притянуть сюда что-нибудь снаружи, — попросила, решив не обращать внимания на его недовольство.

У меня тут исследовательский процесс в самом разгаре! Пусть дуется, главное чтобы не мешал.

— Ну же, чего вам стоит? У вас так хорошо левитация выходит, — улыбнулась, в стремлении задобрить преподавателя комплиментом.

Эйч шумно вздохнул и поднял руку, призывая какую-то белую тряпицу со стола. Она поднялась в воздух, пролетела пару метров и распласталась по щиту, прямо передо мной.

— Ага, значит, снаружи тоже для всего непроницаем. Но! Изнутри пропускает магическую энергию, левитация ведь сработала… — начала я рассуждать вслух и осеклась, присмотревшись к белой тряпице, висящей в воздухе на расстоянии вытянутой руки. — А это, простите, что?

— Это твоя одежда, — сквозь зубы процедил профессор.

— Ой, — прошептала я, только сейчас взглянув на себя.

Ну хоть бельё на мне, и то хорошо. Но когда я успела снять блузку? Не помню такого! Стыдно-то как…

Щёки опалило жаром. Я спешно повернулась спиной к профессору Эйчу и прижала ладошки к пылающему лицу. Да что со мной творится?

— Тара, пожалуйста, нейтрализуй щит, — уже не так возмущённо попросил Эйч.

Я пыталась успокоиться, но становилось только хуже. И жарко так стало, особенно от мысли, что я тут заперта, с мужчиной и без одежды!

— Тара, — на плечо легла ладонь.

Я взвизгнула, отскочив в сторону. Ударилась о щит, попятилась обратно и врезалась уже в Эйча, хорошо хоть спиной. Он схватил меня за плечи и буквально силой заставил замереть.

— Так, успокойся. Прикрой глаза и вдохни глубоко, — заговорил он полушёпотом прямо мне в ухо. — А теперь попробуй снять щит. Ты его хозяйка, он должен подчиниться.

Но мне от этого его успокаивающего голоса только хуже стало. В жар бросило так, что хоть кричи. Ладони на плечах едва не обжигали. А ещё очень захотелось прижаться к нему потеснее…

— Тара, ты меня слышишь?

Кивнула, боясь выдать голосом своё состояние, неадекватное, между прочим. Странно, что я это ещё понимаю, учитывая, как плывёт всё перед глазами, а тело будто судорогой сводит от потребности почувствовать больше прикосновений. Может это пары зелья так действуют? Надышалась, пока над котелком стояла?

— Не получается снять щит? — спросил он, успокаивающе поглаживая мои плечи.

Да что ж ты творишь?! У меня в глазах потемнело, и судорожный вздох сдержать не смогла.

— Так, понятно, — по-своему понял моё пыхтение Эйч. — Тогда попробуй передать мне управление.

— Я… не знаю, как, — прошептала хрипло, сама свой голос не узнавая.

— Хорошо, я научу, — явно сдерживая раздражение, произнёс профессор, ещё раз проведя руками по моим плечам и сжав их.

Это стало последней каплей. Мозг помахал ручкой и отключился до лучших времён. Я резко развернулась, всем телом прильнула к нему, положив руки на твёрдую грудь, в которой отчего-то нервно грохотало разогнавшееся сердце, и, облизнув пересохшие губы, хрипло выдохнула прямо в окаменевшее лицо Эйча:

— Я готова! Учите, профессор…

Глава 8

Эйч.

Девчонка была явно не в себе. А когда ещё и повисла на мне с недвусмысленными намерениями, я окончательно понял, что именно с ней происходит. Её опоили! И это паршиво. Ментальное воздействие я снял бы без проблем, а тут антидот нужен, или время, чтобы само выветрилось.

У меня не было ни того, ни другого. Только неадекватная полураздетая адептка, что так зазывно жмётся ко мне и этот хропов щит, который без неё мне не снять.

Ох, не зря мне не понравилось, как в столовой возле неё тот упырь крутился. И он мне тоже сразу не понравился. Смешно, но вчера, когда я пришёл посмотреть песочницу Рхаша и размяться, этот сопляк предложил мне себя в качестве партнёра. А когда я вежливо отказал, намекнув, что не тот уровень, он ещё и начал убеждать, что будет осторожен, чтобы не ранить меня.