Ты не та, кем тебя научили быть

2. КТО НАУЧИЛ ТЕБЯ БЫТЬ «ХОРОШЕЙ ДЕВОЧКОЙ»?

До того как у девочки появляется собственная философия жизни, рядом уже есть взрослые, которые объясняют ей, что красиво, стыдно, правильно и опасно. Ей говорят, что хорошая девочка не шумит, не спорит, не злится, не просит слишком много и умеет учитывать других. В этих правилах может быть забота. Но вместе с заботой иногда передаётся другое: привычка воспринимать чужую оценку как более достоверное знание о себе, чем собственный опыт. Взрослая женщина потом годами слышит внутри голоса людей, которых давно нет рядом.

Идём глубже

Человек, который однажды назвал тебя глупой

Представь, что тебе семь лет.

Ты сидишь за кухонным столом и пытаешься решить задачу. Уже несколько раз перечиталаа условие, что-то написалаа, зачеркнулаа и началаа заново.

Рядом взрослый человек, которому ты доверяешь.

Он объясняет решение. Ты не понимаешь.

Объясняет ещё раз. Ты снова ошибаешься.

Наконец он раздражённо произносит:

«Ну что ты такая бестолковая!»

Возможно, через пять минут он уже забыл об этих словах. У него был тяжёлый день. Он устал, рассердился и сказал то, чего не следовало говорить.

Для него это один неприятный эпизод.

Но ты можешь запомнить его совсем иначе.

Ты ещё не знаешь, насколько сложной была задача. Не понимаешь, что усталость мешает сосредоточиться, что разные дети осваивают материал с разной скоростью, а объяснение взрослого может оказаться неудачным.

Зато ты понимаешь другое.

Человек, который знает гораздо больше тебя, только что сообщил нечто важное.

Ты бестолковая.

Проходят годы.

Ты давно научилась решать подобные задачи. Получила образование, освоила профессию, справилась с трудностями, о которых в семь лет даже не подозревала.

Но иногда, сталкиваясь с чем-то незнакомым, слышишь внутри:

«Я недостаточно умная».

Ты можешь даже не помнить тот вечер. Не помнить кухню, задачу или раздражённое лицо взрослого.

А мысль осталась.

Я не утверждаю, что одна неприятная фраза обязательно определяет дальнейшую жизнь ребёнка. У разных людей подобный опыт может иметь совершенно разные последствия.

Меня интересует сама возможность.

Когда-то это было мнение другого человека.

Почему теперь оно звучит как твоё собственное?

—

Первые люди, которым ты поверила

Человек не рождается с готовым представлением о собственной личности.

Новорождённый не знает, что такое успешный человек, неудачник, талант, лень или слабость характера.

Он ещё не умеет рассуждать о собственных способностях.

Но уже живёт среди людей, которые постепенно начинают объяснять ему мир.

Они показывают, какие предметы опасны, как называются вещи, чего следует избегать и чему можно радоваться.

Ребёнок учится у них языку, правилам поведения и способам взаимодействия с окружающими.

И вместе с этим получает первые объяснения самого себя.

«Ты у нас смелая».

«Ты очень чувствительная».

«Тебе трудно знакомиться».

«У тебя математический склад ума».

«Ты весь в отца».

«В нашей семье никто не умеет зарабатывать деньги».

Эти слова не одинаковы.

Одни описывают наблюдаемое поведение. Другие выражают надежды взрослых. Третьи передают семейные убеждения. А некоторые вообще не имеют достаточных оснований.

Но ребёнок не всегда способен различить эти категории.

Он учится понимать себя одновременно с тем, как учится понимать окружающий мир.

И люди, которые помогают ему разобраться в действительности, становятся важными источниками сведений о нём самом.

Это естественно. Без доверия к другим людям ребёнку было бы чрезвычайно трудно учиться.

Однако здесь возникает особенность, последствия которой могут сохраняться гораздо дольше детства.

Человек может научиться доверять чужому описанию себя раньше, чем приобретёт возможность самостоятельно его проверить.

Представь, что незнакомый человек на улице говорит тебе:

«Ты совершенно неспособная».

Скорее всего, ты удивишься или рассердишься. Возможно, решишь, что перед тобой грубиян.

Но вряд ли одно такое замечание заставит тебя немедленно пересмотреть всю свою жизнь.

Теперь представь, что те же слова произносит человек, чьим мнением ты дорожишь.

Родитель. Учитель. Любимый человек. Руководитель, которого считаешь выдающимся профессионалом.

Слова не изменились.

Но их значение для тебя может оказаться совершенно другим.

Мы оцениваем не только содержание сообщения. Мы учитываем, кто его произнёс, насколько этот человек компетентен, насколько хорошо нас знает и что для нас означает его одобрение.

Если опытный врач сообщает о проблеме со здоровьем, разумно отнестись к его словам внимательнее, чем к случайному замечанию прохожего.

Если преподаватель указывает на ошибку в решении, у него могут быть основания, которых ученик пока не видит.

Доверие к компетентным людям помогает нам учиться.

Но компетентность человека в определённой области не делает его безошибочным судьёй всей твоей личности.

Учитель может прекрасно знать математику и ошибаться, оценивая способности конкретного ребёнка.

Успешный предприниматель может разбираться в бизнесе, но не знать, каким руководителем ты способна стать.

Любящий родитель может искренне желать тебе добра и при этом неверно представлять твои возможности.

Иногда мы незаметно расширяем границы доверия.

Он знает больше меня.

Следовательно, он лучше знает, какой я.

Именно этот переход заслуживает внимания.

—

Урок, который никто не произносил

До сих пор мы говорили о словах.

Но иногда человек усваивает представление о собственных возможностях, даже если никто не произносит никаких оценок.

Представь ребёнка, который пытается самостоятельно собрать сложный конструктор.

Он соединяет детали, ошибается, разбирает конструкцию и начинает снова.

Взрослый наблюдает несколько минут, затем забирает детали:

«Давай я. Так будет быстрее».

Через некоторое время конструктор собран.

Ребёнок получил красивую игрушку. Взрослый сэкономил время.

Никто никого не оскорбил.

Но если подобные ситуации повторяются, ребёнок может постепенно привыкнуть к тому, что сложные задачи за него решают другие.

И когда перед ним возникает новая трудность, он уже не обязательно пытается разобраться самостоятельно.

Он ждёт человека, который знает, как правильно.

В другой ситуации взрослый мог бы поступить иначе. Подсказать, показать один приём, помочь преодолеть затруднение и позволить ребёнку закончить самому.

Результат внешне почти одинаковый.

Конструктор собран.

Но опыт ребёнка отличается.

В первом случае он получил готовое решение.

Во втором приобрёл опыт собственного участия в решении сложной задачи.

Отдельный эпизод не устанавливает причину: взрослому могло не хватать времени, ребёнку могла требоваться помощь.

Однако повторяющийся опыт способен влиять на ожидания человека относительно собственных возможностей.

И здесь появляется мысль, которую я считаю важной.

Мы узнаём, на что способны, не только из чужих слов, но и из возможностей, которые нам предоставляют или не предоставляют.

Иногда человеку не говорили, что он неспособный.

Ему просто слишком редко позволяли попробовать.

—

Семейные истины

Есть убеждения, которые вообще не относятся к одному человеку.

Они принадлежат целой семье.

«Большие деньги честным трудом не заработать».

«Никому нельзя доверять».

«Главное, чтобы была стабильная работа».

«Хорошие люди о себе не думают».

«Мужчины не плачут».

«В нашей семье все женщины сильные».

Такие фразы могут передаваться не как строгие правила, а как обычные замечания.

Их произносят за ужином, во время семейных разговоров, при обсуждении знакомых или новостей.

Ребёнок слышит их многократно. Постепенно они могут становиться привычным способом объяснять происходящее.

Но я не хочу делить семейные убеждения на хорошие и плохие только по их звучанию.

Допустим, в семье принято считать, что финансовая осторожность необходима.

Возможно, это убеждение появилось после тяжёлых потерь.

Кто-то из старших родственников пережил банкротство, потерял имущество или долго жил в условиях неопределённости.

Осторожность помогала ему сохранять безопасность.

Он передал это отношение детям. Дети передали своим детям.

Спустя годы молодой человек может испытывать сильное беспокойство перед любым финансовым риском.

Он не обязательно знает, почему именно так относится к деньгам. Ему кажется, что он просто разумный и осторожный.

И, возможно, во многих ситуациях это действительно так.

Но обстоятельства, в которых сформировалось семейное правило, могли измениться.

То, что было полезно одному поколению, не обязательно подходит следующему без уточнений.

Здесь возникает вопрос.

Если убеждение помогало твоим родителям, обязательно ли оно поможет тебе?

А если оно ограничивало их возможности, означает ли это, что тебе следует немедленно от него отказаться?

Ни то ни другое.

И именно здесь начинается самая важная часть нашего исследования.

—

Чужое не означает ложное

Предположим, ты обнаружила, что важное убеждение появилось у тебя благодаря родителям.

Что дальше?

Многие книги о саморазвитии предлагают почти готовый ответ: освободись от чужих установок.

Но мне кажется, здесь скрывается ловушка.

Если ты отвергаешь мысль только потому, что она пришла от другого человека, ты совершаешь ошибку, очень похожую на ту, от которой пытаешься избавиться.

Раньше ты принимала убеждение, потому что доверяла его источнику.

Теперь отвергаешь его, потому что перестал доверять источнику.

Но в обоих случаях вопрос об истинности самого убеждения остаётся без ответа.

Представь, что отец учил тебя:

«Прежде чем брать кредит, внимательно изучи условия».

Ты выросла и обнаружила, что многие твои представления о деньгах сформировались под влиянием отца.

Разве это означает, что теперь нужно брать кредиты, не читая договор?

Конечно, нет.

Или мама говорила:

«Нельзя унижать людей».

Возможно, именно благодаря ей ты впервые усвоила этот принцип.

Но его происхождение не делает его менее достойным уважения.

Мысль не становится истинной только потому, что ты придумала её самостоятельно. И не становится ложной только потому, что услышала от другого человека.

Это различие я считаю принципиальным.

Потому что цель нашего исследования не в том, чтобы заменить влияние родителей влиянием автора этой книги.

Не в том, чтобы отказаться от всех прежних убеждений и принять новые, предложенные кем-то другим.

Я хочу другого.

Чтобы ты научилась оценивать собственные представления по их основаниям, а не только по происхождению.

И тогда вопрос «Кто вложил эту мысль в мою голову?» перестанет быть поиском виновного.

Он станет началом более точного исследования.

—

Когда чужая мысль становится твоей

Вернёмся к ребёнку, которого взрослый однажды назвал бестолковым.

Представим, что подобные оценки повторялись.

В школе ему говорили, что он невнимательный. Дома раздражались из-за ошибок. При сравнении с другими детьми он часто оказывался в невыгодном положении.

Постепенно у него могло сформироваться ожидание, что сложные задачи закончатся неудачей.

Но однажды происходит важная перемена.

Ему больше не нужен взрослый, который скажет:

«У тебя не получится».

Теперь он способен сказать это себе сам.

Перед новой задачей возникает знакомая мысль:

«Я всё равно не справлюсь».

И человек воспринимает её как собственное суждение.

Хотя когда-то похожие слова приходили извне.

Это не означает, что всякая отрицательная мысль обязательно является голосом родителей или учителей. Человек способен самостоятельно прийти к ошибочному выводу, столкнуться с реальными трудностями или испытывать тревогу по множеству причин.

Не каждое убеждение имеет одного автора.

Но некоторые способы оценивать себя действительно усваиваются в отношениях с другими людьми.

И когда это происходит, меняется не только содержание мысли.

Меняется её положение в нашей жизни.

Сначала она звучит как чужая оценка.

Потом становится привычным объяснением.

А затем может превратиться в отправную точку, которую человек уже не считает нужным проверять.

Он не спрашивает:

«Правда ли, что я неспособная?»

Он спрашивает:

«Как мне жить, если я неспособная?»

Вопрос о достоверности исчезает. Убеждение становится условием, из которого начинаются все последующие рассуждения.

Именно этот переход мне кажется одним из самых важных.

—

Когда источник исчезает, а правило остаётся

Представь человека, который вырос в семье, где считалось неприличным говорить о собственных достижениях.

В детстве, стоило ему похвастаться хорошей оценкой или победой в соревновании, взрослые отвечали:

«Не зазнавайся».

«Скромнее надо быть».

«Нечего себя нахваливать».

Возможно, они хотели воспитать уважение к окружающим. Научить ребёнка не считать себя лучше других.

Но он мог сделать из этих слов собственный вывод: рассказывать о своих успехах стыдно.

Прошло двадцать лет.

Теперь он работает в большой компании.

Однажды руководитель собирает сотрудников и предлагает каждому рассказать о результатах за последний год.

Коллеги говорят о завершённых проектах, новых клиентах, решённых задачах.

Когда очередь доходит до него, он отвечает:

«Да ничего особенного. Просто работал».

Хотя за год действительно сделал многое.

Возможно, он даже испытывает неловкость, слушая, как другие спокойно рассказывают о своих достижениях.

Ему кажется, что они слишком много о себе думают.

А сам он просто скромный человек.

Но давай рассмотрим происходящее внимательнее.

Рядом больше нет родителей, которые требуют скромности.

Никто не запрещает ему говорить о результатах.

Наоборот, руководитель прямо просит это сделать.

Однако правило продолжает действовать.

Более того, теперь человеку даже не нужен внешний запрет.

Он сам следит за тем, чтобы не нарушить привычную норму.

И может испытывать стыд, когда только представляет, что поступит иначе.

Иногда человек продолжает соблюдать правила, установленные другими людьми, даже после того, как эти люди перестали требовать их соблюдения.

Но скромность сама по себе не является проблемой. Человек вполне может сознательно не любить публичное признание.

Вопрос возникает тогда, когда он хочет рассказать о своих достижениях, понимает, что это уместно, но останавливает себя из-за внутреннего запрета, происхождение которого давно забыл.

Именно в такие моменты прошлое может незаметно участвовать в принятии сегодняшних решений.

Не потому, что кто-то продолжает управлять человеком извне.

А потому, что однажды усвоенное правило стало частью его привычного способа думать.

—

Ты можешь уважать прошлое, не подчиняясь ему

Представь, что твои родители считали стабильную работу самой надёжной жизненной стратегией.

Они много трудились, старались обеспечить семье безопасность и учили тебя поступать так же.

Возможно, в их обстоятельствах это было разумно.

Но теперь ты живёшь в другое время, обладаешь другими возможностями и хочешь попробовать себя в предпринимательстве.

Означает ли это, что родители ошибались?

Нет.

Означает ли, что ты обязана следовать их выбору?

Тоже нет.

Ты можешь уважать их жизненный опыт и одновременно принимать собственные решения.

Однако иногда человек воспринимает отказ от семейного правила как предательство.

Словно выбор другой профессии, образа жизни или отношения к деньгам означает отказ от самой семьи.

И тогда практический вопрос превращается в эмоциональный.

«Если я поступлю иначе, не означает ли это, что я отвергаю всё, чему меня учили?»

Можно сохранять любовь к людям, не сохраняя все их убеждения.

Можно быть благодарной за воспитание и при этом признавать, что некоторые усвоенные правила больше тебе не подходят.

Самостоятельность может начаться с простого признания:

«Я понимаю, почему ты так считала. Но теперь мне необходимо решить самому».

—

Не ищи виновного слишком быстро

Возможно, читая эту главу, ты вспомнила слова, которые когда-то причинили тебе боль.

Родителей, учителей, бывших партнёров или других значимых людей.

И теперь тебе хочется сказать:

«Вот почему я такая».

Но я хочу предложить тебе не останавливаться на этом объяснении.

Человеческая личность формируется под влиянием множества факторов. Одна фраза взрослого не обязательно определяет дальнейшую жизнь ребёнка.

Люди по-разному реагируют на похожие события. А новые отношения и опыт могут изменять прежние представления.

При этом важно различать случайную ошибку, неудачную попытку защитить близкого человека и сознательную жестокость.

Не всякий взрослый, причинивший боль, хотел её причинить.

Но отсутствие такого намерения не отменяет реального вреда.

И главное: даже если ты обнаружила источник определённого убеждения, это ещё не сообщает, что с ним делать дальше.

Допустим, много лет назад отец сказал тебе:

«Предпринимательство не для таких, как мы».

Теперь ты понимаешь, почему эта фраза стала привычной. Возможно, знаешь, какие события заставили отца так считать.

Но означает ли это, что предпринимательство действительно тебе не подходит?

Чтобы ответить, придётся исследовать уже не отцовскую биографию, а собственные возможности, желания и обстоятельства.

Возможно, ты обнаружишь, что предпринимательство тебе совершенно неинтересно. Возможно, решишь попробовать. А может быть, поймёшь, что пока не располагаешь необходимыми ресурсами.

Любой из этих выводов может оказаться разумным.

Важно другое.

Ты принимаешь решение, опираясь на сегодняшнюю действительность, а не только на объяснение, которое когда-то получила от другого человека.

Прошлое помогает понять, почему определённая мысль появилась.

Но одного этого знания недостаточно, чтобы решить, заслуживает ли она доверия сегодня.

—

Кому принадлежит твоя мысль?

Я хочу вернуться к вопросу, с которого мы начали.

Предположим, когда-то другой человек сказал тебе, что ты недостаточно способная.

Ты поверила.

Прошли годы. Теперь ты сама произносишь:

«Я недостаточно способная».

Чья это мысль?

На первый взгляд ответ очевиден. Когда-то она принадлежала другому человеку.

Но теперь ты сама её повторяешь, находишь подтверждения и учитываешь при принятии решений.

Можно ли по-прежнему считать её исключительно чужой?

Здесь я хочу предложить различать происхождение мысли и твоё сегодняшнее отношение к ней.

Ты не выбирала многие слова, которые услышала в детстве. Не выбирала обстоятельства, в которых росла, и людей, чьё мнение тогда казалось особенно важным.

Но теперь у тебя может появиться возможность исследовать некоторые из этих убеждений.

Не всегда легко. Не обязательно быстро. Иногда для этого требуется помощь других людей или новый жизненный опыт.

И всё же сам факт, что мысль появилась много лет назад, не обязывает тебя продолжать с ней соглашаться.

Возможно, самостоятельность мышления начинается не с попытки избавиться от всего чужого.

Она начинается с готовности спросить:

«Почему я продолжаю считать это правдой?»

И здесь возможен неожиданный результат.

Ты можешь обнаружить, что родители были правы.

Что учитель действительно заметил важную особенность твоих способностей.

Что семейное правило, которое казалось устаревшим, содержит полезный опыт.

Самостоятельность не требует обязательного несогласия.

Она позволяет согласиться осознанно.

Или не согласиться.

Или признать, что пока недостаточно знаешь для окончательного вывода.

Мне кажется, это гораздо ценнее простого отказа от чужих установок.

Ведь иначе человек рискует провести всю жизнь, сначала подчиняясь чужим убеждениям, а затем столь же автоматически отвергая их.

И ни разу не задав себе вопроса, что он сам считает обоснованным.

—

Маленькое исследование

Я хочу предложить тебе небольшой эксперимент.

Не нужно искать в памяти самые болезненные события детства или пытаться восстановить разговоры, которые давно забыл.

Выбери одно убеждение, которое действительно влияет на твои сегодняшние решения.

Например:

«Деньги достаются тяжёлым трудом».

«Нельзя показывать слабость».

«Хороший человек всегда помогает другим».

«Нужно иметь стабильную работу».

«Ошибаться перед людьми стыдно».

«Успех требует постоянных жертв».

Теперь попробуй вспомнить, откуда появилась эта мысль.

Возможно, её часто повторяли дома. Возможно, ты услышала её от учителя или человека, которым восхищалась. Возможно, пришла к такому выводу самостоятельно после определённых событий.

А возможно, вообще не помнишь её происхождения.

Это нормально.

Не нужно придумывать воспоминание ради объяснения.

Если источник неизвестен, так и оставь.

Теперь задай себе три вопроса.

Первый. Почему я считаю это убеждение верным?

Попробуй найти основания, не ограничиваясь ответом «меня так учили».

Второй. При каких обстоятельствах это убеждение может оказаться ошибочным или неполным?

Например, тяжёлый труд действительно бывает необходим для заработка. Но всегда ли размер дохода определяется количеством затраченных усилий?

Третий. Если бы я впервые услышала эту мысль сегодня, согласилась бы я с ней?

Не торопись отвечать.

Возможно, ты сохранишь прежнее убеждение.

Возможно, захочешь его уточнить.

А может быть, впервые обнаружишь, что много лет принимал решения на основании утверждения, которое никогда всерьёз не исследовал.

Цель этого эксперимента не в том, чтобы обязательно изменить свои взгляды.

Мне важно другое.

Чтобы у тебя появилась возможность отличить убеждение, которое кажется привычным, от убеждения, которое ты считаешь обоснованным.

Иногда они совпадают.

Иногда нет.

—

Мысли, которым ты дала своё имя

В начале этой главы я рассказала о ребёнке, которого взрослый однажды назвал бестолковым.

Мы не знаем, какое место занял этот эпизод в дальнейшей жизни ребёнка. По одной сцене нельзя восстановить её целиком.