Ты не та, кем тебя научили быть

Джульета Авилкина

Ты не та, кем тебя научили быть

Ты не обязана становиться другой женщиной.

Тебе нужно перестать исчезать внутри той, которой тебя научили быть.

Джульета Авилкина

ПРОЛОГ. ЖЕНЩИНА, КОТОРУЮ ТЫ НАУЧИЛАСЬ ИГРАТЬ

Я хочу начать не с вопроса «кто ты?», а с другого.

Кем тебе пришлось стать, чтобы тебя любили?

Не обязательно кто-то однажды посадил тебя напротив и сказал: «Вот правила. Соблюдай их, и тогда с тобой всё будет хорошо». Чаще никто не говорил так прямо. Правила входили в жизнь незаметно.

Не капризничай. Будь умницей. Не злись. Не спорь со старшими. Помоги. Потерпи. Не будь эгоисткой. Девочка должна быть аккуратной. Женщина должна быть мудрее. Мать должна думать о детях. Хорошая жена умеет сглаживать углы. Сильная женщина справится сама. Успешная женщина не жалуется. Красивой женщине нельзя стареть. Богатой женщине нельзя быть жадной. Свободной женщине нельзя зависеть. Мягкой женщине нельзя злиться. Сильной нельзя плакать.

Из этих фраз не обязательно выросла несчастная жизнь. Многие из них могли когда-то помогать. Благодаря им ты училась учитывать других людей, держать слово, заботиться, быть надёжной. Проблема начинается не там, где у тебя появились правила. Проблема начинается там, где они перестали быть выбором.

Ты можешь быть заботливой. Но если ты не умеешь не заботиться, когда больше не можешь, забота становится обязанностью. Ты можешь быть сильной. Но если слабость кажется тебе моральным провалом, сила превращается в клетку. Ты можешь любить. Но если любовь всегда требует исчезать, однажды в отношениях останется всё, кроме тебя.

Эта книга не будет учить тебя становиться «настоящей женщиной». Мне неинтересно ещё раз выдавать женщине новый список, которому она должна соответствовать. Женственной. Уверенной. Богатой. Сексуальной. Мягкой. Независимой. Счастливой. Успевающей. Осознанной.

Достаточно.

Возможно, твоя жизнь и так слишком долго была экзаменом.

Мне интереснее другое: что останется, если перестать сдавать его?

Ты можешь обнаружить, что часть твоей личности действительно твоя. Ты любишь тишину. Или движение. Или большую работу. Или детей. Или деньги. Или красоту. Или одиночество. Или шумные компании. Ты можешь обнаружить и обратное: некоторые качества, которыми ты гордилась, были не столько характером, сколько способом сохранить любовь, безопасность или одобрение.

Самое трудное здесь — не объявить прошлое ложью.

Ты не обязана ненавидеть ту девочку, которая научилась быть удобной. Возможно, удобство помогало ей избежать конфликта. Не обязана презирать женщину, которая десять лет тащила всё на себе. Возможно, тогда другого способа она не видела. Не обязана вычёркивать отношения только потому, что теперь замечаешь в них то, чего раньше не замечала.

Освобождение не требует судить прошлую себя.

Оно требует перестать отдавать ей право единолично решать твоё будущее.

Я хочу, чтобы эта книга стала не инструкцией по исправлению женщины, а разговором с женщиной, которую слишком долго исправляли.

Здесь не будет идеи, что все трудности находятся «в голове». Мир бывает несправедлив. Люди действительно предают, унижают, ограничивают, используют. Деньги действительно заканчиваются. Болезни не исчезают от правильной мысли. Материнство может истощать. Работа может быть тяжёлой. Отношения могут быть небезопасными.

Но вместе с внешними обстоятельствами существует ещё один слой: способы, которыми ты объясняешь себе происходящее и своё место в нём.

«Я должна справляться». «Мне нельзя подвести». «Если он ушёл, со мной что-то не так». «Если я заработала мало, я недостаточно ценная». «Если я хорошая мать, я обязана хотеть быть с детьми каждую минуту». «Если я выбираю себя, я эгоистка». «Если мне нужен мужчина, я слабая». «Если мужчина мне не нужен, со мной что-то не так». «Если я устала, я неблагодарная». «Если мне мало, я жадная».

Мы будем рассматривать не то, звучат ли эти мысли красиво или некрасиво. А то, какую власть они получили.

Потому что мысль о себе может стать гораздо сильнее внешнего запрета.

Человеку уже не нужно запрещать тебе говорить — ты сама промолчишь. Не нужно заставлять оставаться — ты объяснишь себе, почему нельзя уходить. Не нужно отнимать у тебя деньги — ты сама не попросишь больше. Не нужно лишать тебя отдыха — ты сама почувствуешь вину, если ляжешь раньше остальных.

Но если это произошло, значит ли это, что теперь достаточно сказать: «Я выбираю себя»?

Нет.

Я не обещаю, что одна фраза перепишет годы. Свобода сложнее красивого лозунга. Иногда придётся учиться говорить. Иногда — зарабатывать. Иногда — выдерживать чужое недовольство. Иногда — признавать собственные ошибки. Иногда — уходить. Иногда — оставаться и договариваться. Иногда — обратиться за помощью.

Но почти всегда перемена начинается с одного простого события.

Ты впервые замечаешь: то, что звучит внутри как закон, возможно, всего лишь правило, которому ты когда-то научилась.

И тогда появляется вопрос.

Не «какой я должна стать?»

А:

«Если мне больше не нужно заслуживать право быть собой — как я хочу прожить эту жизнь?»

И если после этой книги в твоей жизни изменится только одно, пусть это будет не новая версия себя. Пусть это будет право снова задавать вопрос: «Я правда этого хочу — или просто хорошо научилась быть той, которую здесь одобряют?»

ЧАСТЬ I. ДЕВОЧКА, КОТОРОЙ ОБЪЯСНИЛИ, КАКОЙ НАДО БЫТЬ

• • •

1. ТЫ НЕ ТА, КЕМ СЕБЯ СЧИТАЕШЬ

Женщину часто учат описывать себя раньше, чем она успевает себя узнать. «Я спокойная». «Я сильная». «Я не конфликтная». «Я семейная». «Я не карьеристка». «Я не умею просить». «Мне много не надо». Некоторые из этих слов точны. Некоторые когда-то помогали. Опасность начинается в тот момент, когда описание превращается в контракт: теперь ты обязана всю жизнь соответствовать женщине, которой однажды себя назвала. Эта глава не предлагает разрушить личность. Она предлагает вернуть ей движение.

Идём глубже

Человек, которого ты знала

Вспомни человека, с которым ты когда-то была очень близка.

Возможно, вы дружили с детства. Или много лет жили вместе. Или работали бок о бок, делились планами, переживали трудности и знали друг о друге почти всё.

А потом однажды этот человек совершил поступок, которого ты совершенно от него не ожидала.

Не обязательно плохой.

Возможно, тихий и нерешительный друг неожиданно проявил невероятную смелость.

Или человек, которого ты считала холодным и расчётливым, пожертвовал чем-то очень важным ради другого.

Или тот, кто всегда казался тебе слабым, спокойно выдержал испытание, перед которым растерялись остальные.

Ты смотришь на него и произносишь:

«Я даже не знала, что ты такая».

В этой фразе скрывается интересное противоречие.

Ещё вчера ты была уверена, что прекрасно знаешь этого человека. Могла предсказать его реакцию, объяснить поступки, перечислить достоинства и недостатки.

Но одно событие заставило тебя пересмотреть привычное представление.

Что изменилось?

Сам человек?

Или твоё знание о нём?

Возможно, и то и другое.

Но есть третья возможность.

Человек мог обладать этим качеством и раньше. Просто обстоятельства никогда не позволяли тебе его увидеть.

Ты наблюдала за ним в определённых ситуациях. Видела, как он разговаривает, работает, отдыхает, спорит, принимает решения.

Постепенно из этих наблюдений складывался знакомый образ.

И однажды ты перестала замечать, что этот образ построен лишь на той части человека, с которой тебе довелось столкнуться.

Ты начала воспринимать его как знание о человеке целиком.

А потом жизнь показала тебе нечто новое.

И оказалось, что человек гораздо сложнее твоего представления о нём.

Теперь я хочу задать вопрос.

Почему ты уверена, что с самим собой такого не происходит?

—

Человек и его наблюдатель

Ты находишься в необычном положении.

С одной стороны, никто не наблюдал за твоей жизнью так долго, как ты сама.

Ты помнишь события, которых не виделаа никто другой. Знаешь свои желания, намерения, сомнения. Можешь замечать мысли, которые никогда не произносилаа вслух.

У тебя есть доступ к огромному количеству сведений о себе.

Но одновременно ты являешься человеком, которого пытаешься понять.

Ты не просто наблюдаешь за собственной жизнью. Ты участвуешь в ней.

Когда принимаешь решение, ты не можешь выйти за пределы ситуации и посмотреть на себя со стороны совершенно беспристрастно.

Когда испытываешь страх, ты воспринимаешь происходящее через этот страх.

Когда гордишься достижением, твоё отношение к себе тоже может влиять на объяснение того, что произошло.

Ты одновременно участник событий и их толкователь.

Так устроено человеческое самопознание.

Но здесь возникает важное различие.

Ты можешь совершенно точно помнить событие и ошибаться в том, что оно говорит о тебе.

Допустим, однажды ты отказалась помочь другу.

Ты помнишь разговор. Помнишь просьбу, собственный отказ и выражение лица человека напротив.

Событие действительно произошло.

Но что оно означает?

Что ты эгоистка? Что тебе было всё равно? Что ты устала? Что помощь потребовала бы от тебя отказаться от другого важного обязательства? Или что ты просто не захотела помогать?

Возможно несколько объяснений. И некоторые из них могут быть неприятными.

Но само событие ещё не сообщает, какое объяснение верно.

Для этого необходимо узнать больше.

Что происходило в тот день? Почему ты отказала? Как обычно поступаешь в подобных ситуациях? Что произошло после?

Даже зная собственные намерения, ты не всегда способна сразу дать точный ответ.

Человек умеет объяснять себе свои поступки. Но способность придумать убедительное объяснение не гарантирует, что оно правильное.

Причины собственных поступков бывают ясны сразу, остаются непонятыми или открываются спустя годы.

И если даже отдельный поступок допускает несколько объяснений, насколько осторожнее стоит обращаться с утверждениями о собственной личности?

—

Зачем человеку знать, кто он

В обычной жизни устойчивое представление о себе может помогать принимать решения. Ты знаешь, что ценишь честность, любишь спокойствие, что тебе трудно работать в хаосе. Учитываешь это, когда выбираешь работу, организуешь пространство или договариваешься с людьми. Не всякий выбор приходится начинать с нового исследования собственных предпочтений.

Всё это экономит силы. Тебе не нужно каждый раз заново изобретать собственную личность.

Но здесь обнаруживается интересная особенность.

Представление о себе создаётся для того, чтобы помогать тебе принимать решения. А затем иногда начинает решать за тебя.

Предположим, ты привыкла считать себя человеком, который не любит большие компании.

Обычно это действительно так. Шумные встречи утомляют тебя. После долгого общения хочется побыть одному.

Ты учитываешь эту особенность, когда планируешь свободное время. И это разумно.

Но однажды тебя приглашают на мероприятие, которое могло бы оказаться интересным.

Ты ещё ничего не знаешь о людях, которые там будут. Не знаешь, как пройдёт вечер. Не знаешь даже, захочется ли тебе остаться надолго.

Но уже отвечаешь:

«Нет, я не люблю такие мероприятия».

Возможно, отказ совершенно соответствует твоим желаниям.

А возможно, ты даже не успела выяснить, чего хочешь сегодня.

Ты обратилась к привычному представлению о себе и позволила ему ответить раньше тебя.

Описание твоих предпочтений превратилось в правило твоего поведения. И ты могла даже не заметить этого.

—

Когда описание становится правилом

Представь человека, который считает себя спокойным.

Он редко повышает голос, старается избегать конфликтов, умеет выслушивать других. Окружающие ценят его за это.

«Ты у нас самая спокойная».

«Тебя невозможно вывести из себя».

«Вот бы всем такой характер».

Постепенно спокойствие становится важной частью его представления о себе. Он гордится этим качеством, и вполне заслуженно.

Но однажды происходит ситуация, в которой он испытывает сильный гнев.

Кто-то нарушил важную договорённость. Обманул его. Поступил несправедливо.

Он хочет возразить. Хочет открыто сказать, что произошло. Возможно, даже повысить голос.

Но останавливает себя.

Не потому, что решил: сейчас лучше поговорить спокойно.

А потому, что внутри появляется мысль:

«Я же не такая».

Раньше спокойствие было качеством, которое помогало ему жить. Теперь оно становится требованием: ему как будто запрещено злиться. Но способность сохранять спокойствие не означает отсутствия гнева. Признание неприятной эмоции не уничтожает прежних достоинств.

Однако привычное представление о себе иногда заставляет человека воспринимать естественное переживание как угрозу собственной личности.

И тогда вместо вопроса «Что я сейчас чувствую и как лучше поступить?» появляется другой:

«Как мне остаться тем человеком, которым я себя считаю?»

В первом случае человек исследует ситуацию и выбирает действие. Во втором пытается сохранить привычный образ себя. И эти задачи не всегда совпадают.

—

Хорошие качества тоже могут ограничивать

Когда речь заходит об ограничивающих убеждениях, обычно вспоминают отрицательные характеристики.

«Я слабая».

«Я неудачница».

«Я недостаточно умная».

Но мне кажется, гораздо интереснее исследовать другую сторону.

Может ли человека ограничивать положительное представление о себе?

Представь женщину, которую все считают сильной.

Она умеет справляться с трудностями. Заботится о близких. Решает проблемы. На неё можно положиться.

Когда кому-то нужна помощь, обращаются к ней. Когда происходит неприятность, она сохраняет самообладание. Когда другим тяжело, она поддерживает.

Постепенно окружающие привыкают к тому, что она справляется всегда.

Но самое важное происходит не с окружающими.

Она сама начинает верить, что обязана справляться.

Просить о помощи становится неловко. Признавать усталость стыдно. Плакать при других почти невозможно.

Ведь она сильная.

И однажды оказывается, что качество, за которое её любят и уважают, превратилось в обязанность.

Она больше не просто умеет быть сильной.

Она не разрешает себе быть слабой.

Здесь нет необходимости объявлять силу плохим качеством. Проблема возникает, если человек считает, что не имеет права проявлять ничего противоположного. Надёжный человек может нуждаться в отдыхе, добрый — отказать, уверенный — сомневаться.

И ни один из этих поступков не обязан уничтожать прежнее представление о личности.

Человек сложнее одного прилагательного. Даже очень хорошего.

—

Почему мы защищаем собственный образ

Почему человеку бывает так трудно поступить вопреки привычному представлению о себе? Женщина, которая попросила поддержки, не утратила прежних способностей и достижений. Но если она годами объясняла всю свою жизнь через силу, просьба затрагивает больше, чем сегодняшний способ справиться с трудностью. Ей приходится решать, какое место дать случившемуся в знакомой истории.

Можно признать: «Я сильная женщина, которая иногда нуждается в помощи». Но можно сделать другой вывод: «Если мне понадобилась помощь, значит, я уже не та, кем себя считала». Второй вывод способен причинять боль даже тогда, когда окружающие вообще не видят проблемы.

Иногда мы защищаем собственное представление о себе не потому, что оно помогает нам жить, а потому, что без него нам трудно объяснить, кто мы такие.

Верность осознанному принципу — другое дело. Человек может отказаться от выгодного поступка, потому что считает его неправильным. Такая последовательность заслуживает уважения.

Но существует разница между верностью осознанному принципу и необходимостью постоянно подтверждать привычную характеристику.

Принцип отвечает на вопрос: «Как я считаю правильным поступить?»

Привычный образ иногда требует другого: «Как я должен поступить, чтобы остаться тем, кем себя считаю?»

Эти вопросы могут приводить к одинаковым решениям.

Но могут и противоречить друг другу.

И именно в момент такого противоречия становится заметно, насколько сильно человек привязан к собственному описанию.

—

Ты не персонаж собственной биографии

Попробуй представить, что о твоей жизни написали книгу.

В ней описаны детство, юность, отношения, работа, ошибки, достижения.

Автор внимательно изучил твою историю и составил психологический портрет.

Он объяснил, какие качества помогали тебе, какие мешали, как менялись твои взгляды и почему ты принимала определённые решения.

Допустим, книга получилась очень точной.

Ты читаешь её и узнаёшь себя.

Но затем доходишь до последней страницы.

И обнаруживаешь странную вещь.

Автор знает только то, что произошло до момента, когда он закончил рукопись.

Он не знает, какой разговор состоится у тебя завтра. Не знает, какую мысль ты пересмотришь через год. Не знает, какие обстоятельства заставят тебя изменить привычные решения.

И даже если он прекрасно понял твоё прошлое, его книга не может стать окончательным описанием всей твоей жизни.

Теперь представь, что эту книгу написала ты сама.

Не на бумаге.

В собственной голове.

Ты годами собирала воспоминания, объясняла поступки, делала выводы.

И постепенно создала историю о том, какой ты человек.

Эта история может быть очень точной. Она может помогать тебе ориентироваться в жизни.

Но она всё равно остаётся историей о человеке, который продолжает жить.

И вот здесь я хочу предложить тебе одно различие.

Ты являешься автором собственного описания, но не обязана становиться его персонажем.

Описание может меняться, дополняться, оказаться ошибочным в отдельных местах или перестать соответствовать новым обстоятельствам.

А человек, которого оно описывает, продолжает существовать независимо от того, насколько удачно подобраны слова.

—

Нужно ли отказываться от представлений о себе?

Нет.

Без них было бы трудно принимать решения, учитывать собственные особенности и сохранять ответственность за поступки.

Если ты действительно не умеешь плавать, это необходимо учитывать, прежде чем заходить на глубину.

Если тебе трудно переносить определённые нагрузки, состояние здоровья нельзя игнорировать ради нового образа себя.

Если ты систематически нарушаешь обещания, замечания окружающих не становятся ошибочными только потому, что тебе неприятно их слышать.

Реальные особенности существуют. Ответственность за поступки тоже.

Но представление о себе может быть точным и при этом оставаться открытым для уточнения.

Например:

«Обычно я предпочитаю спокойные компании».

«Мне пока трудно выступать перед большой аудиторией».

«В большинстве ситуаций я стараюсь решать проблемы самостоятельно».

Эти формулировки не отрицают опыт. Они позволяют учитывать его, не превращая привычное поведение в пожизненную обязанность.

Именно такого отношения к собственным характеристикам я предлагаю придерживаться.

Не отказываться от знания о себе.

А перестать требовать от себя вечного соответствия этому знанию.

—

Небольшое наблюдение

Я хочу предложить тебе один эксперимент.

Не нужно менять привычки, принимать важные решения или заставлять себя делать то, чего ты боишься.

В течение ближайших дней просто обрати внимание на ситуации, в которых произносишь:

«Я такая женщина».

«Это не в моём характере».

«Я всегда так поступаю».

«Я никогда так не делаю».

Но на этот раз не спрашивай себя, верно ли это утверждение.

Задай другой вопрос.

«Я сейчас описываю себя или объясняю себе, как обязана поступить?»

Разница может оказаться незаметной.

Например, ты говоришь: «Я добрая женщина». Это описание. Но если оно означает, что ты не имеешь права отказать, перед тобой уже требование.

Возможно, ты обнаружишь, что большинство твоих представлений о себе прекрасно помогают тебе жить.

И это хорошо.

Но если найдётся хотя бы одно, которому ты подчиняешься вопреки собственным потребностям и обстоятельствам, у тебя появится возможность исследовать его.

Не обязательно немедленно менять.

Для начала достаточно заметить.

—

Человек, которого ещё предстоит узнать

В начале этой главы я попросила тебя вспомнить человека, который однажды удивил тебя неожиданным поступком.

Ты думала, что хорошо его знаешь. Но оказалось, что в нём есть нечто, чего ты раньше не замечала.

После такого случая ты можешь знать о человеке больше, не считая его лучше или хуже.

Теперь я хочу вернуться к тебе.

За годы жизни ты составила собственный психологический портрет. Узнала свои привычки, особенности характера, сильные и слабые стороны. Научилась предсказывать собственные реакции и учитывать их при принятии решений.

Это знание действительно ценно.

Но иногда ты начинаешь ограничивать свою жизнь, чтобы соответствовать своему портрету. Некоторые возможности перестают рассматриваться ещё до того, как ты выяснила, нужны ли они тебе: они не подходят человеку, которым ты привыкла себя считать.

Прежний портрет может оставаться полезным. Вопрос в том, позволяет ли он тебе приобретать новый опыт.

Ты можешь оставаться собой, не оставаясь прежней.

Тебе не обязательно отказываться от прошлого, чтобы приобрести новый опыт.

Твоя личность не обязана помещаться в несколько слов, которыми ты привыкла себя описывать.

И если однажды ты поступишь совершенно неожиданно даже для самой себя, это не обязательно будет означать, что ты изменилась до неузнаваемости.

Возможно, ты просто обнаружишь в себе то, чему раньше не находилось места.

И тогда сможешь произнести ту самую фразу, с которой мы начали:

«Я даже не знала, что я такая».

Но прежде чем исследовать, какие ещё стороны собственной личности тебе предстоит обнаружить, я хочу задать другой вопрос.

Откуда вообще взялись слова, которыми ты привыкла себя описывать?

Почему ты решила, что должна быть сильной, спокойной, самостоятельной или успешной?

Кто впервые назвал тебя умной, слабой, талантливой, ленивой, трудной или неспособной?

И почему некоторые из этих определений стали настолько привычными, что ты перестала замечать их происхождение?

Чтобы разобраться в этом, нам придётся вернуться в то время, когда ты ещё не умела самостоятельно отвечать на вопрос «Кто я?».

Но другие люди уже начали отвечать на него за тебя.

И некоторые из их ответов ты до сих пор принимаешь за собственные.

Практика. Верни себе право проверить

Запиши пять фраз, которыми ты чаще всего описываешь себя. Рядом с каждой добавь: «Это наблюдение или правило, которому я обязана соответствовать?» Выбери одну характеристику и в течение недели замечай ситуации, где она помогает, и ситуации, где она ограничивает.