Мини в бикини, или Порталом в другой мир

Ах, нет – сохранится лишь то, что будет защищено самим драконом.

Поэтому, камни и золото Миллиана запихнула в рот.

Некрасиво?

Неприятно?

Да, это так. Но куда деваться? Не отправляться же в чужой мир с голой жо… Ой, простите, с пустыми руками?

Молодая, но очень решительная драконесса подозревала о том, что чужой мир, технологический! встретит ее не особо приветливо, поэтому и подумала о подушке безопасности.

- Ну, где ты там застряла, Милли? – свистящий шепот сообщника звучал приглушенно из приоткрытого окна. – Поторопись, иначе мы провозимся до синих звезд. Шевели задницей, сестренка, давай, пока я не передумал.

Миллиана в последний раз осмотрела комнату – в ней царил хаос. Вещи девушки валялись где попало, драгоценности из шкатулки исчезли, постель была перебуровлена, часть простыней изорвана.

Миллиана специально устроила погром. Она хотела, чтобы все решили, что невесту графа Граммена похитили злоумышленники. Скрутили, утащили из дома и увезли в неизвестном направлении.

Младший брат Миллианы, лорд Кайлин, которого девушка смогла уговорить и заставить участвовать в авантюре, должен был унести Миллиану на собственных крыльях далеко в горы.

Именно там девушка собиралась открыть портал в иной мир, дабы никто не смог взять магический след.

Сама-то она еще летать не умела и все о том знали. Вот, если бы совершеннолетие уже наступило, то не потребовалось бы привлекать к сомнительному мероприятию одного из братьев. Тому ведь и прилететь могло, прознай про соучастника родители. И от семьи отлучить могли. Да-да, не навечно, конечно же, но мало бы ему не показалось.

Так и случилось – Кайлин, шипя и торопясь, неутомимо бил крыльями, направляясь к горам. Молодой дракон очень надеялся на то, что история с побегом не выйдет ему боком. Он взялся помогать младшенькой по одной-единственной причине. Кайлин влюбился в неподходящую девушку. Семья любимой не могла обеспечить невесту даже самым минимальным приданым, а молодой дракон и слышать не желал ни о ком, кроме своей драгоценной Яджены. Личные драгоценности Миллианы, обращенные в золото, должны были решить эту проблему. Патюру короля Миллиана брать не решилась – нет свадьбы, нет и подарка. Родителям придется возместить королевский подарок, а они и без того с трудом сводили концы с концами. Не враг же она своей собственной семье? Пусть вернут побрякушки – Миллиане чужого не надо. Может быть следующей невесте де Граммена приглянется именно этот набор.

И всем будет хорошо – Миллиана получит новую жизнь, а Кайлин женится на самой лучшей девушке в мире.

- Не передумала? – глаза Кайлина горели сапфировым пламенем. Яркий брюнет, он был очень похож на свою сестру – высокий, гибкий, решительный. – Надеюсь, ты одумаешься Милли и вернешься.

- А, если нет? – девушка хмыкнула, осматриваясь по сторонам. – Что тогда?

- Тогда постарайся не умереть и быть счастливой, сестренка. – Кайлин чмокнул девушку в носик. – Ох и разозлится же отец! Матушка будет рыдать..

Миллиана помрачнела – ей было жаль матушку, но отступать от задуманного девушка не пожелала.

- Прощай, Кайлин. – широко улыбнувшись, Миллиана шагнула в кольцо портала, открывшееся среди серых, равнодушных скал. – Не обижай свою Яджену и не забывай младшую сестренку.

Портал схлопнулся. Кайлин еще какое-то время ждал, затем, обернувшись драконом, рванул ввысь.

Его здесь вообще не было - по твердому убеждению семьи, младший лорд сейчас находился далеко-далеко, на побережье Зимнего моря, выполняя кое-какие поручения отца. Там, в порту, Кайлин обменяет драгоценности сестры на золото и решит проблему с приданым своей невесты.

Сестренка не пожадничала. Разумеется, какие-то камни и золотые монеты она прихватила с собой. Кайлину было смешно и грустно смотреть на то, как Миллиана прячет во рту свои сокровища, но он понимал, что ей понадобятся средства на первое время.

И еще – младший лорд очень надеялся на то, что, наигравшись в путешествие по мирам, Миллиана вернется. Нет, с ней не случится ничего плохого. Она ведь отправилась в странный мир, мир, избравший путь технологий, а не магии. Что ей там может угрожать? Кто? Драконесса любого, пусть даже и самого сильного человека, сумеет скрутить в бараний рог. А младшая сестренка вовсе не беспомощный цветочек. Она умна, решительна и владеет многими полезными навыками.

С ней все будет нормально.

А, родители?

Родители очень скоро получат весточку от Миллианы – мол, жива и здорова, вернуться пока нет возможности. Лорд Граммен утешит себя новой невестой. Матушка повздыхает о том, что непутевая дочь лишила семью барона возможности породниться с королевским домом и займется устройством судьбы старших детей.

Все наладится.

*

Миллиана вывалилась из портала в очень странном месте.

Мало того, что вокруг сновала куча людей, полуодетых, вернее сказать, почти раздетых, так и сама она оказалась обнаженной.

Голой!

Словно в первый день рождения.

С облегчением выплюнув на траву то, что у нее было во рту, Миллиана воровато осмотрелась. Она подозревала, что нечестные люди существуют в любом из миров, неважно, магическом или технологическом. Эти, нечистые на руку, существа могли решить, что одинокой девушке золото и драгоценные камни без надобности. Могли решить ее ограбить. Она одна, голая и беззащитная.

«Ну-ну, - свирепо выдохнула дым из ноздрей драконесса. – рискните здоровьем. Я вам покажу чьи в лесу шишки!»

Но ее, пока что, никто не замечал, а все потому, что портал, на счастье Миллианы, открылся среди густого и колючего кустарника.

Кустарник, плавно переходящий в негустой лесок, отделял от поселка пляж и реку. Сейчас как раз был самый разгар пляжного сезона и полуголые любители солнечных ванн и водных процедур, сновали туда-сюда, словно растревоженные муравьи.

Из-за густой листвы за отдыхающими наблюдали хищные глаза предприимчивой иномирянки.

«Очень удачно попала. – Миллиана и в самом деле порадовалась, что в мире, избранном ею для приключения, стояло жаркое лето. Вывались она из портала в холодные сугроб, вот получилась бы история! Очень неприятная история – с посиневшей от холода кожей, лязгающими зубами и отмороженными частями тела. – Это будет легко. – решила девушка, намереваясь совершить поступок невозможный для леди из приличной семьи. – Я все компенсирую».

Девушка, упав на пузо и постаравшись слиться с пейзажем, шустро поползла к ближайшей компании людей – шумной, веселой и ведущей себя весьма фривольно. Девицы, все сплошь почти голые – нельзя же считать одеждой те несколько клочков материи, прикрывавшие их тела, прижимались к своим кавалерам без всякого стеснения, ели и пили, хохотали в голос, а спустя некоторое время, побежали купаться, увлекая мужчин за собой и сверкая упругими ягодицами».

Вещи, что примечательно, оставались без присмотра.

Ползти было очень неудобно и колко – трава лишь на вид казалась мягкой и зеленой, а на самом деле, то там, то тут из нее торчали колючки, песок попал в рот и в нос, а собачьи какашки валялись повсюду.

В этот момент Миллиана яро ненавидела этих самых животных, отчего то решивших, что можно гадить где попало.

Девушка мужественно терпела неудобства. Она отлично понимала, что это в своем мире она баронесса и леди. Но даже столь высокий статус было необходимо подтверждать. Там у нее имелась грамота о рождении, запись в родовой книге удостоверяла ее личность, равно, как и запись в «Большой Бархатной книге» аристократических родов королевства.

А, здесь? Ни грамоты, ни записей, ни видоков. Да ее первый же патруль заграбастает и упечет в каталажку.

Об этом ей поведал смышленый Кайлин. Уж он-то, занимавшийся делами семьи в крупном портовом городе, о бюрократии знал, если не все, то многое.

Брат и посоветовал своей бесшабашной сестренке экспроприировать документы у какой-нибудь растяпистой аборигенки. И самое главное, велел выбрать девицу, похожую на саму Миллиану. В общем, много чего рассказал неискушенной девушке и много чему ее научил. Откуда подобные знания обнаружились у братика, Миллиана благоразумно решила не уточнять – может быть Кайлин тоже лазал на верхнюю полку книжного шкафа в поисках редкого фолианта, но, скорей всего, поднабрался интересного у обычных контрабандистов.

«В документах, обычно все получаются сами на себя не похожими. – брат сунул под нос Миллианы свою собственную грамоту с магфото. – Разве ж этот тип похож на меня?»

Миллиана, у которой грамоты с магфото пока что не имелось – она ж еще несовершеннолетняя, вынуждено согласилась с более опытным родичем. Кайлин и в самом деле мало напоминал себя самого – магфото вышло темным и каким-то смазанным, черты лица лорда-дракона слегка плыли, а нос, вообще, кривился на бок, как будто Кайлину его подправил кулаком подвыпивший портовый грузчик, что, конечно же, невозможно.

Одежда – разумеется в приоритете, но и о документах забывать не стоило.

Кайлин много, о чем, рассказал своей сестре. Драконы, по его словам, раньше посещали иные миры, но со временем посещения сошли на нет. А мир, выбранный Миллианой, еще и технологический. И в нем не живут драконы. Может быть имеются и иные расы, кроме людей, но драконы точно не водятся. Кайлин сам о том прочитал в королевских архивах. К тому же, мире без магии или с её минимальным количеством?

Совсем неинтересно.

Это Миллиана оказалась большой оригиналкой. Вероятно, девушку манило все новое и неизведанное, но Кайлин не сомневался в том, что драконья сущность победит легкий дух авантюризма и, спустя некий промежуток времени, сестра вернется, пресытившись путешествием. Она же драконица, а леди-драконессы любят комфорт, негу и роскошь.

Миллиана доползла до цели – перед ней открылся вид на настоящие сокровища. Пляжные полотенца, какие-то коврики, иномирная одежда, иномирная пища и прочее барахло валялось без присмотра – протяни руку и возьми.

Миллиана не растерялась – она схватила первые же шмотки, попавшиеся ей на глаза и сумочку одной из девушек, брюнетки, как и сама Миллиана.

Дрожа от возбуждения и ужаса быть пойманной на горячем и разоблаченной, Миллиана выпотрошила сумочку, заострив внимание на бумагах. Кошелек, а она сразу определила, что занимательная штучка являлась кошельком, она положила один из драгоценных камней и золотую монету. По мнению неопытной воровки, это было весьма щедро с ее стороны.

Оставалось лишь переодеться и покинуть гостеприимные кусты, как можно быстрее, пока ее никто не заметил.

В это время раздалось мерзкое тявканье и Миллиана, словно испуганный кролик, застыла столбиком, понимая, что сбылся ее самый страшный кошмар – ее разоблачили. Сейчас появятся стражи порядка и скрутят воровку!

- Совсем оборзели, – верещала какая-то тетка, грузную фигуру которой драпировала яркая ткань, просвечивающаяся на солнце. – нудисты проклятые! Ходють и ходють, спасу от них нет никакого! А здесь дети, между прочим! Зачем им твои сиськи рассматривать во всех подробностях? Ишь, глазеньи вылупила бесстыжие! Хоть ссы в глаза, одно скажет, что роса! Давай, чеши отседова, пока я тебе патлы-то не причесала! Ишь, шалава! Вон там, в самом конце пляжа твоя компания заголилась и загорает. Давай-давай, а не то полицию позову!

Тетка орала, мерзкая, мелкая собачонка заливалась противным лаем, а Миллиана, поспешно запрыгнув в тоненькие трусики, дрожащими руками собрала имущество – собственное и уворованное, да и рванула прочь, включив крейсерскую скорость.

Встречаться с неведомой «полицией» у нее желания не возникло.

А дальше все наладилось.

Воспользовавшись магией драконов – брат не обманул и волшебства хватило лишь на самые простые манипуляции, она, самую малость, но повлияла на людей, которых встретила на своем пути. Ну и золото, равно, как и драгоценные камни, успешно реализованные, помогли беглой леди отлично устроиться в чужом мире.

Мир ей понравился. Да, он был почти полностью лишен магии – Миллиане пришлось здорово напрячь свои способности, дабы обзавестись легальными документами, да, в нем не было сильномогучего волшебства, драконов и прочих магических созданий, однако.. Миллиана не теряла надежды на то, что рано или поздно, но Избранник отыщется.

К тому же она пользовалась накопителем, благоразумно прихваченным из папочкиного кабинета. Накопитель был один, поэтому Миллиана расходовала магию аккуратно и всегда старалась иметь что-то про запас.

Время шло.

Она встретила свое совершеннолетие и обрела крылья.

Как это было здорово – летать над уснувшим городом!

Миллиана пришла в полный восторг.

К тому же, как выяснилось спустя некоторое время, девушка могла отплатить добром своей новой родине.

Страна, в которой решила обосноваться леди-драконесса, вступила в войну. По большему счету, эта война никоем образом девушки не касалась. Но и оставаться в стороне Миллиана не пожелала, особенно после того, как в окна соседнего дома влетела непонятная штуковина под названием «дрон».

Эта штуковина убила целую семью, простых, мирных людей, которые никому не сделали ничего плохого.

И девушка рассвирепела – в каком-то смысле она считала, что люди, живущие рядом с ней, находятся под покровительством дракона.

Разумеется, обыватели и понятия не имели о том, какая могущественная сущность поселилась поблизости, но, что с того? Сама-то Миллиана своей силы не растеряла.

Она яростно сжигала летательные аппараты, обрушивая беспощадное драконье пламя на куски пластика, несущие смерть и разрушения в мирный город.

Иногда ей приходила в голову блажь и она, скрываясь за простенькой иллюзией, наведывалась на поле боя и наводила панику во вражеских рядах.

Уничтожать вражеские аппараты для дракона - пара пустяков. Ее же саму, скрытую иллюзией, принимали за какой-то, особо секретный дрон новейшей разработки.

Магия защищала девушку от атак врага, что было очень кстати – оружие, которое та и другая сторона использовала на поле боя, при неудачном стечении обстоятельств, могло навредить даже дракону.

Но подобное случалось редко – магии больше не становилось, а полет и драконье пламя требовали изрядного расхода магической энергии. Так что, разрушениями и мщением Миллиана занималась тогда, когда ее начинала одолевать хандра.

Прошло несколько лет с тех пор, как девушка бесстрашно прыгнула в кольцо портала. Из молоденькой наивной драконицы Миллиана превратилась в красивую, уверенную в себе, даму. Она повзрослела, освоилась, обзавелась полезными знакомыми, обросла связями. У нее была работа, которая ей нравилась. Не было лишь одного – счастья и любви.

Красавчик привлек ее внимание. Она была бы не прочь завести с ним легкую интрижку, но не более того, без всяких там обязательств и уж тем более, без постели. Девушка продолжала мечтать об Истинном и хранила себя для одного-единственного мужчины.

И тут появилась она, Атенаис Забубенная. Золотоволосая и зеленоглазая цаца, невозможно бесившая Миллиану самим фактом своего существования.

Миллиана хотела, чтобы Атенаис ушла добровольно, нашла себе другую работу, подальше от дракона, который считал этот фитнес-центр своим убежищем.

Хищница от мозга до костей, она охраняла свою территорию.

Поэтому она и подбила Красавчика на глупый спор. Естественно, она не собиралась отдаваться этому жиголо, но пообещать-то можно? И в кино с ним сходить, пообжиматься. С нее не убудет.

Только замечательный план трещал по швам – глупый клон мультяшной Рапунцель не желал поддаваться на чары опытного ловеласа.

Однако, Миллиана не унывала – Красавчик честолюбив. Он обязательно уложит эту наглую блондинку в свою постель.

Глава 4 Лорд Персиваль Эдмон Граммен и его величество король

Граф Персиваль знал о том, что он во дворце гость желанный и приятный.

Его дядюшка король был всегда рад видеть племянника, который особо не рвался в правители.

Всему королевству было известно о том, что наследником короля станет граф Граммен. Кому-то это могло нравиться, кому-то нет, но на то королевская воля.

Его величество король Дракмир Алисандер Второй, заполучивший не снимаемое проклятье в тревожной юности, давно смирился с тем, что собственными, кровными наследниками ему обзавестись не удастся. Поэтому король и вел жизнь свободного холостяка, не желая обременять себя узами бесплодного брака. Зачем делать какую-то бедняжку несчастной? Любая драконица с радостью побежала бы под венец с королем, но Дракмир знал о том, что эта радость рано или поздно закончится. Драконица захочет детей, а супруг не сможет их дать своей жене. И, что тогда?

Развод? Скандал или, что того хуже, супружеская измена?

В своем втором обличье Дракмир выглядел внушительно – огромный ящер угольно-графитового цвета с янтарными глазами, острыми клыками, перепончатыми крыльями и длинными, слегка загнутыми назад, рогами.

Но это были не те рога, которыми его могла наградить разочарованная супруга. Как считал Дракмир, развесистые рога супружеской измены ему не пойдут. А они обязательно появятся, ведь любая драконесса мечтает о детях.

Что касается Истинной, то король давно отчаялся. Нет, советники его величества надежды не теряли и каждый год, на балу Дебютанток, король имел возможность любоваться прекрасными юными леди. Но и только. Метка истинности проявляться не желала.

И, если бы не пример его собственных родителей и не та супружеская пара, один из супругов которой являлся иномирянином, Дракмир счел бы рассказы об Истинных красивой, но лживой сказкой.

Канцлер королевства, лорд Паттин, словно тот король из старой легенды, в истинность не верил от слова «совсем».

- Опасная блажь, ваше величество. – канцлер заботился прежде всего о мире в Кларенсии. – Что поделать – судьба распорядилась так, а не иначе. Несите своё бремя с достоинством. Подумайте о наследнике – не всем в королевстве по нраву ваш выбор. Имя Граммена вызывает ропот среди знатных домов. Вы можете выбрать любую девушку и сделать ей ребенка. Он унаследует трон.

- Я не собираюсь делать женщину несчастной. – резко отвечал Дракмир на любые уговоры канцлера. – Забудьте об этом. Когда безумие поглотит меня, с моей магией сможет справиться только Граммен. Он - будущий король. Я так решил, значит, так тому и быть.

И канцлер уходил ни с чем, но надежды переломить упрямство короля не терял, подбирая на всякий случай кандидатуры подходящих девиц и тасуя их, словно карты в карточной колоде.

- Мой дорогой племянник! – скучающий Дракмир, почти задремавший под нудные завывания второго помощника королевского казначея, зачитывавшего какой-то маловразумительный отчет о состоянии городской канализации, радостно вскочил со своего трона, получив легальную возможность увильнуть от исполнения опостылевших королевских обязанностей.

Да, такова уж участь королей. Не все им войны развязывать, да на пирах тосты толкать. Иной раз приходится и рутиной заниматься, а Дракмир Алисандер Второй просто зверел, когда кто-то из помощников заводил долгие и тягучие разговоры о состоянии королевских финансов. Почему-то и отчего-то они, эта самые финансы, постоянно пели романсы. Грустные и неутешительные, а королевская казна, по мнению главного казначея, того и гляди, должна была показать дно, иссякнуть и истощиться.

Дракмир Алисандер Второй морщил лоб, кивая в ответ на плач казначея, понимая, что тот не просто утрирует, а бессовестно лжет.

Все с королевской казной в полном порядке. Дай Лучезарная каждому королю такую сокровищницу, как у Дракмира Алисандера Второго и все они будут счастливы и довольны.

Но на то он и королевский казначей, что тождественно слову «скупердяй» и «сквалыга». Дело казначея – ныть и экономить, а короля – тратить.

- Мой дорогой племянник! – делая вид, что не замечает недовольство чиновника, Дракмир принялся тепло похлопывать лорда Персиваля по плечам. Он его еще и хвостом бы огрел на радостях, да воздержался от столь бурного проявления чувств – король как-никак, а не сопливый мальчишка, которому отец подарил первый в его жизни меч. – Совсем ты забыл старика, Эдмон. Все развлекаешься, жизнь прожигаешь, а твой старенький дядюшка вынужден заниматься скучными делами и киснуть от тоски.

Лорд Эдмон Персиваль с сомнением взглянул на «старенького дядюшку» - всем бы такую старость!

Король Дракмир шириной плеч и мощью рук мог поспорить со своим юным племянником, а уж колдовской силы у его величества так на двоих таких Персивалей хватит. Пятьдесят лет – разве это возраст для дракона? Тьфу это, а не возраст. Самый, что ни на есть, расцвет сил.

- Говори, с чем пожаловал? – взгромоздившись на трон, Дракмир указал племяннику на кресло, стоящее у его подножия. Гвардейцы тем временем выталкивали прочь из тронного зала заупрямившегося помощника казначея, так и не успевшего получить подпись повелителя на служебных документах. – Только, ради Лучезарной, не слова о делах. К синим звездам государственную нудятину! Лучше расскажи о том, как продвигаются поиски будущей графини де Граммен и нет ли новостей о девице Миллиане?

- О будущей графине я и хотел поговорить. – несколько взъерошенный и так непохожий на себя самого лорд Эдмон Персиваль пнул кресло и принялся взволнованно скакать по Тронному залу. Он понимал, что услышанное королю по нраву не придется.

- О, как! – король подпрыгнул на троне, от чего корона на его голове тоже подскочила и едва не свалилась на каменные плиты пола. – Ее имя, мой мальчик. Назови имя! Надеюсь, девица из хорошей семьи? Красотка? Девственница?

- Не имею ни малейшего понятия из какой семьи моя невеста! – выпалил племянник, закончив свои прыжки и, замерев перед королем, точно кузнечик, которого пришпилили булавкой. – Кто она и откуда мне неизвестно.

- Очень интересно. – поразился король, понимая, что племянник влюбился в особу незнатную и неподходящую. Мезальянс. Что ж, король ханжой себя не считал и понимал, что сердцу, особенно сердцу дракона, не прикажешь. Случалось, что лорды брали в жены простолюдинок. Бывает. Бывает и так, что конюх забирается в постель к невинной герцогской дочери, после чего его безжалостно бьют палками, а затем, едва стоящего на ногах, тащат к алтарю. Разумеется, в том случае, если на этом настаивает опороченная драконесса.

Не часто, но подобное случается. Нюансы жизни, так сказать.

- Говори. – приказал король, подпустив в голос величия и мощи своего дракона.

- Она блондинка. – вздохнул лорд Персиваль, роняя себя в кресло. – Очень красивая, миниатюрная, пышная, изящная… Э-э-э.. – слегка запнулся лорд Персиваль, припоминая некие действия небесного создания. – Очень решительная. У нее такие формы.. – граф закатил глаза и изобразил в воздухе нечто выпуклое, выразительно жестикулируя руками. –В, этаком белье… - и граф Граммен повторно изобразил в воздухе нечто немыслимое, заставив короля выпучить глаза.

- О? У! Е-е-е-е.. – поразился король. – Дамы нынче носят такое? Какое бесстыдство.. – в голосе короля звучали изумление и восхищение.

Его величество уже совсем было вознамерился, соскочив с трона, ринуться на поиски первой попавшейся придворной дамы, естественно, молодой и красивой, дабы, уединившись с шалуньей, задрать на той юбки и полюбоваться нижним бельем, которое, по описанию, должно было быть совершенно срамным и откровенным.

- Куда? – рявкнул граф Граммен, ловко хватая дядюшку за полу камзола. – Это еще не все!

- Что еще? – король выглядел очень удивленным – племянник никогда не позволял себе подобных вольностей. – Блондинка? Я рад. Простолюдинка – что ж, бывает. К тому же, - оскалился коронованные дракон, разогретый мыслями о девицах в экзотичном белье. – ты всегда можешь сделать ее своей любовницей.

- Не могу! – рыкнул Граммен, выпустив дым из ноздрей. – Она моя истинная! – и продемонстрировал дядюшке затейливую золотистую татуировку на собственной ладони. Да-да, на той самой ладони, которой он так смачно хлопнул понравившуюся ему девицу по упругой ягодице.

- Да к синим звездам все это! – корона все-таки сверзилась с головы его величества и закатилась под трон, а Дракмир Алисандер Второй, застыв на мгновение, пожирал глазами золотистого дракончика на ладони племянника. – Да, чтоб меня Лучезарная…

Что именно должна была сделать Лучезарная с королем, неизвестно, но лицо монарха уже не казалось ни смешливым, ни легкомысленным.

- Истинная! – ахнул он. – Первая за столько лет! Как ее зовут, мой мальчик? Ты можешь мне довериться – король положил руку на плечо племянника. – дар Лучезарной не отвергают.

- Не знаю, о чем и речь. – словно нашкодивший мальчишка, граф Граммен шмыгнул носом. – Я, как обычно, рано поутру, вышел на крыльцо, дабы выкурить сигару и выпить кофе, как внезапно перед моими глазами возникло дивное видение прелестных женских ягодиц… - и, лорд Персиваль, слегка запинаясь и от волнения срываясь на невнятное рычание, сопровождаемое непроизвольным дымоиспусканием, поведал своему королю о некой деве, смутившей покой родовитого лорда и безответственно сгинувшей в водах реки, оставив упомянутого лорда в смятении и страданиях. При чем, не только душевных – пах все еще ощутимо побаливал, напоминая де Граммону о том, что миниатюрный смазливый белокурый мотылек обладает весьма длинным и болезненным жалом.