Pathfinder: Повесть о короле

– А вот насчёт твоей красоты… – сказал я после короткой паузы. – Извини, но игнорировать её я не могу. Ты надёжный друг и достойный соратник, но отрицать очевидное я не в силах. Было бы нечестно промолчать о том, что ты красавица.

Валери посмотрела на меня тяжёлым взглядом, и мне показалось, будто сама земля ушла из-под ног.

– Я искренне надеюсь, что твое признание не значит ничего большего, чем проявление вежливости.

– В данный момент – именно так, – уверенно ответил я. – Но клянусь Апсу, осаждать тебя на манер твоих поклонников я не буду. Я просто хотел, чтобы ты знала: ты мне нравишься.

Валери удивлённо приподняла бровь.

– То есть… я тебе нравлюсь, но ты даже не собираешься меня добиваться? – уголки её губ дрогнули, и в голосе зазвенела насмешка. – Такого признания я ещё не слышала.

От этой усмешки веяло лёгким теплом – совершенно не тем холодным высокомерием, которого я боялся услышать. И это не могло не радовать. Все темы были исчерпаны, поэтому я вернулся к трапезе. Суп даже после остывания был вкусен.

– Алиберт – вдруг сказала Валери – Раз уж ты узнал всё обо мне, ты просто обязан и о себе рассказать то, что меня интересует.

– Это будет справедливо – сказал я – Спрашивай что хочешь. Отвечу на любой твой вопрос.

– Раз ты из Талдора, почему ты покинул его? – спросила Валери с подозрением, и я сразу же понял причину его подозрения.

– Считаешь меня заговорщиком и лидером напавших на особняк леди Джаманди – догадался я – Имеешь на это полное право. Но уверяю тебя – я не заговорщик. А насчёт Талдора, меня уже нельзя считать полноценным жителем той страны. Ибо уже пять лет, как я покинул его.

– Но почему? Я многое слышала о Талдоре. И знаю, что там магия цениться, а ты превосходный маг. Какая была причина твоего побега из Талдора, где ты-бы мог стать знатным лордом? – недоумевала Валери, но подозрение в её голосе не убавилось.

– А я и есть представитель знати – сказал я с иронией, после чего поклонился максимально нелепо и небрежно – Позвольте представиться – Алиберт Карентиус Олихард Палатин, седьмой сын лорда Луциана Карентиуса. И прочая, прочая и прочая …

– Ты прямо с ненавистью говоришь о своих знатных корнях – заметила Валери – Тебя послушать, так ты ненавидишь своего отца.

– Так и есть. Только вот ненависть у меня не к отцу, а к тому, что я родился в знати – вздохнул я так-же тяжело, как и Валери, когда я спросил её про количество поклонников – Ибо, я знатным сыном побыл всего лишь два дня, от силы. Я родился, и сразу же начались проблемы. А всё началось, вот из-за чего.

Я взял прядь своих белых волос в руку и пошевелил ими. Валери удивилась.

– Чем тебе могли помешать твои волосы?

– Мой отец Валери, он отказался от меня из-за них – раздраженно сказал я, смотря на ворота торгового поста – Из-за этих волос. Звучит максимально не реалистично, только вот это правда, к огромному сожалению. Ибо он посчитал, что моя мама – Элара Олихард – ему не верна. Поэтому он сразу же объявил о том, что я не его сын.

– Он поступил глупо – нахмурилась Валери – Без доказательств обвинить свою супругу в измене, это поступок человека без чести.

– Но ему поверили – вздохнул я – Дело в том, что в союзе моего отца и матери главное слово было за отцом. Мама была из богатой семьи, никаких сомнений этого не вызывает. Ибо род Олихард – это богатый торговый дом, который знаменит своим могучим торговым флотом, чьи корабли бороздят просторы Селенна и Внутреннего моря. Дедушка рассказывал, что в молодости он даже в океан выходил и достигал других континентов. Но вот Карентиусы – это знаменитый знатный дом, чей основатель был строителем канала, что соединял Селенн и Портмос – внутреннюю реку Талдора. Или, как её называют местные – артерия Талдора.

– Но на карте, которую я изучала в ордене Шелин – задумалась девушка – Между этими двумя реками нет канала, только несколько озёр. И они не судоходны.

– Карта и не врёт – улыбнулся я – Просто с того момента, как был построен этот канал – а это время рассвета Талдора, когда он ещё мог вести войны с северными государствами, а параллельно гнать армии падишаха Келеша обратно в пустыню. Тогда и большая часть чудес талдорских зодчих работала без проблем, ибо были и люди, которые знали секреты работы этих вещей, были и средства на сохранение этих знаний. Но с тех времён прошло уже практически три тысячи лет, и Талдор с тех времён утерял многие свои знания. А на большую часть чудес древних зодчих сейчас практически всё население страны молиться, будто всё это создания богов.

– Тебя послушать, так весь Талдор сейчас представляет из себя полугнилой труп Талдора Великого, каким он был три тысячи лет назад – заметила Валери.

– В точку – подтвердил я – И не просто полугнилой, а буквально уже практически истлевший. Да и сам Талдор, если ранее именно он был центром цивилизации, то сейчас про него никто и знать не знает, пока на карту не взглянет. Тот-же Калеш, про него и то больше людей знает. И, так уж вышло, что в Талдоре большая часть знатных семей решила найти виновных в этих проблемах. И один из правящих домов – дом Карфисов объявил причиной всех бед прочие расы, неправильную магию и ещё много разных вещей. И его союзниками в деле очищения Талдора и возвращению ему статуса великой державы было очень много родов. И одни из них – род Карентиусов.

Я всё рассказал. И про то, как род моего отца участвовал в гонениях на прочие расы. И как их солдаты участвовали в погромах кварталов с иностранными мастерами различных ремесел. Но особенно я упомянул ненависть жителей Талдора к пользователям неправильной, с их точки зрения, магии – жителей планов, фей и прочих созданий, для которых магия неразрывно связана с жизнью.

– В Талдоре есть негласный запрет на применение нетрадиционной, с точки зрения властей империи, магии. Если ты учишь магию в специальных магических Академиях, тратишь годы на оттачивание своих навыков, то ты уважаемый член общества. Такого любой лорд Талдора будет готов обменять на тысячу жизней своих слуг – сказав это, я усмехнулся – Но вот если у тебя это врожденное, то держись – такому как ты могут спокойно предложить утопиться, чтобы самим руки не марать. Или-же в детстве тебя, если твои способности обнаружат, постараются оставить в лесу, чтобы тебя обязательно съели дикие звери.

– Это просто варварство какое-то – возмутилась Валери.

– Это цивилизация, Валери – сказал я это с таким сарказмом, что даже дуралей это поймет – И мне тоже не повезло быть таким. Отец, после скандала с Олихардами, исчез и официально заявил всей правящей верхушке, что его верная супруга ему неверна, поэтому он бросает её. Дедушка, который был возмущен подобным, сразу же собрал весь свой торговый флот и всех своих агентов, чтобы нанести как можно больший удар роду Карентиусов за предательство и ложь. Однако вскоре он узнал страшную тайну – отец отказался от меня не из-за, якобы, предательства матери. Он отказался от меня из-за того, что я начал проявлять признаки врожденного мага. А белые волосы – это один из самых ярких признаков подобного.

– Раз ты врожденный маг – задумалась Валери – Значит в твоих предках есть кровь представителя магического народа.

– Феи, если быть точнее – усмехнулся я, и Валери округлила глаза от удивления – И эта кровь мне досталась от отца.

– Но …

– Я тоже удивлён, но это правда – сказал я, после чего посмотрел на небо, стараясь успокоить свои мысли – Дело было в том, что род Карентиусов очень много лет занимался тем, что убивал тех детей, которые проявляли признаки врожденной магии, внутри своего рода. А чтобы этого не всплыло, они подкупали для этого нужных людей. Ну а кровь фей в родословной нам досталась от основателя нашего рода – магистра Селливана Карентиуса. Его дети, которые родились у него, якобы, от жены, были на самом деле детьми его любовницы – морской нимфы. Но так-как они не проявляли чудес, этого никто не узнал, поколения до пятого. Тогда-то родились первые маги из нашего рода, но их убивали, чтобы никто не узнал наше родовое проклятье.

Руки Валери дрожали, она полностью потеряла интерес к чистке доспехов. Всё её внимание занимал мой рассказ.

– Но мой отец не успел меня убить, ибо в тот момент я был под защитой Олихардов. Более того, как только эту тайну узнал мой дедушка, он пригрозил отцу, что расскажет её всему Талдору, если они хоть пальцем меня тронут. Так и вышло, что мне дали фамилию Олихард. А народу объявили, что мама меня родила уже после того, как их брак с Карентиусами распался. А пока я был маленьким, меня учили постоянно всем говорить, что мой возраст меньше моего реального возраста года на три. Ибо внешне, из-за крови фей, я очень долго был четырехлетним парнем, даже когда мне исполнилось двенадцать лет.

Валери ничего не сказала, лишь нахмурилась из-за злости на моего отца. Винить её я в этом не мог.

– Вот так, Валери. Магия, что рождается вместе с тобой, для них страшнее любых армий Келеша.

Я усмехнулся и пожал плечами.

– Забавно, правда? Если бы я выучил те же заклинания в Академии, меня бы чествовали как украшение рода. Но стоило мне родиться с этой силой – и она стала проклятьем.

Валери хотела что-то сказать, да не успела, так-как Линдзи на башне крикнула, что видела разбойников. Валери резко встала с бревна, нацепила доспех с очень большой скоростью и вскинула свой щит и меч. Амири отошла от манекена, который уже держался на деревянном шесте только на одном честном слове.

– Светлана, спрячься в домике! А мы идём встречать гостей – сказал Олег, доставая свой арбалет, и заряжая в него болт.

Линдзи быстро спустилась с башни и укрылась за ящиками вместе с Олегом. Боккен, Валери, Амири и я стояли у входа. Светлана, как Олег и просил, укрылась в домике. Страха не было – была решимость.

– Предлагаю вам – уйти сразу же от этого поста, и больше сюда не приходите. А то все, кто сюда придет для грабежа честных людей, рискует отправиться на суд Фаразмы раньше времени – сказал я в сторону идущих к нам людей.

Разбойники, около шести человек, с ухмылками и смехом зашли во двор. Видимо моё предложение их не интересовало. Ну, им-же хуже. Я своё дело сделал – предупредил о последствиях.

Бандиты шли уверенно, они проходили ворота торгового поста. И, только они это сделали, Олег показался перед нами с довольным лицом из укрытия, которое он построил из ящиков. А в его руке была бутылка с взрывчатым зельем. Глава этой группы с удивлением посмотрел на Олега.

– Кобольд меня сожри! Это что ещё такое!? – крикнул разбойник, увидев бутыль.

Олег не ответил, он кинул её в группу. И, стоило ей коснуться серой земли, в которой всё ещё оставалось достаточно смолы, она вспыхнула как солнце во время рассветного мига. А разбойники, которые до этого ещё были довольные и весёлые, закричали будто они попали в мир грешников, где их истязали мучители Бафомета и Дескари.

Те, кто бросился бежать, угодили в капканы. Крики, кровь – и трое уже были выведены из боя. Остались ещё трое бандитов – тех, кто успел сбежать из огненной ловушки, и не наступить на капканы. И, если двое были рядом с нами, и ударить их мы могли. То вот третий был за огненной пеленой, а в его руке был лук.

Первого из них взяла на себя Амири – вскинула свой меч и с боевым кличем «За Горума!» побежала на разбойника. Тот успел выставить свою дубинку для защиты, однако варварша перед самым ударом по нему подпрыгнула, и добавив к своей собственной мощи силу инерции. Раздался жуткий треск, и меч Амири отсёк разбойнику руку, разделав дубину на две части. Бандит упал от боли на землю.

От его криков к воротам прибежало ещё несколько бандитов. Трое, если мои глаза меня не подводят. Жаль, что даже с такой помощью им всё равно не победить.

Второго бандита взял на себя Олег – точнее его меткий выстрел. Он не мучился, просто упал на лужу смолы с таким чувством, будто заснул. Единственное, что мешало считать его спящим – оперение болта, что торчало из того места, где должен был находиться его глаз.

Валери встала перед моим взглядом, накрыв нас свои ростовым щитом. Как я понял она защищала меня от лучников, которые явно хотели убить меня. Ибо их стрелы летали в нашу сторону. Но защита Валери, а потом и несколько моих морозных чар, из-за которых лучники превратились в уродливые морозные статуи, не дали им и шанса хоть как-то ранить меня. Однако от таких чар в течении короткого временного промежутка моё тело сразу же отреагировало – всё тело задрожало, казалось, сама кровь в моём теле начала кипеть.

Наконец Боккен кинул ещё одну бутылку в бандита, она треснула и залила его зелёной жидкостью. Это заставило разбойника закричать и убежать прочь в лес. Остальные бандиты погибли, когда Боккен кинул ещё одну бутылку – их тела, будто пучки пуха после дождя, вспыхнули и испарились. Не знаю почему, но от осознания того факта, что этот старик имеет зелья, которые заставили за несколько мгновений тела бандитов испариться, меня сковал небольшой озноб.

Даже хоронить нечего … Запаха крови и того не было.

Олег дышал тяжело, ибо он заряжал свой арбалет с очень большой скоростью. А для этого даже сильнейшему человеку в этом мире понадобятся титанические усилия. Но вот улыбка не сходила с его лица. Он поднял кулак в воздух, и воинственно потряс им.

– Получили, крысы! Будут знать, как честных людей за скотину держать! – после чего повернулся в сторону старика – А Боккен-то наш как им жару задал!

– Повезло, что мой последний эксперимент по объединению кислоты и графита сработал – вслух рассуждал Боккен – Тем более – я уже давно хотел его опробовать. Но я не ожидал, что эффект будет такой мощный.

– Само собой мощный – сказал я, потирая гудящий лоб – Да теперь даже тел нет, чтобы похоронить. Слишком мощная у тебя штука эта бомба.

– Не думаю, что кто-нибудь придет на их могилу – сказала Валери – Ибо они мерзавцы, так-что мне их не жалко.

– Но … – уже хотел возразить, но неожиданно с усилением гудения в голове мои ноги подкосились, и я начал падать, но меня поймали Амири и Валери с двух сторон.

– Господин хороший – с тревогой ко мне подошёл Олег – Что с вами?

– Слишком много мощной магии за раз применил, без использования магии мира. Вот и чувствую себя выжатым – сказал я, заплетающимся языком.

– С нашим волшебником это часто происходит в последнее время – усмехнулась Амири – Он в особняке Джаманди чуть свидание с Фаразмой не устроил, вот и не отошёл до сих пор.

– Вот оно что – задумался Олег, после чего посмотрел на свой дом, а потом опять на меня – А знаете, что, господин хороший. Отправляйтесь-ка вы на второй этаж домика, в гостевые комнаты. Отдохните после боя.

– Нет … я … нужно могилы раскопать – попытался я освободиться от рук варварши и леди-воина, да куда там – они меня только крепче обхватили.

– Я сам, господин Алиберт – отрицательно покачал рукой торговец – Не переживайте. Вы заслужили отдых. Ах да, забыл кое-что …

Он сунул свою руку в свою поясную сумку, достал достаточно объёмное канотье, и отсыпал в маленький мешочек огромную кучу монет. И, если мои глаза меня не подводят, там была тысяча монет. Тысяча золотых монет!

– А это вам за старания – улыбнулся Олег, протягивая мне мешочек.

– Но … Олег, это слишком много – хотел я отказаться, но торговец уверенно вложил в мои руки мешок.

– Берите-берите, не обижайте отказом. За честный бой – честная награда. Если б во всем мире так дела вели, насколько б лучше было нам жить – мечтательно сказал Олег, после чего пошёл в сторону амбара и вернулся с лопатой.

Ничего не сказав, он вышел за пределы двора, где, судя по звукам, начал копать большую яму. Боккен ходил у того места, куда он кинул бутылку, и внимательно изучал его, после чего записывал в свою книжку заметки больших размеров. Видимо записывал последствия применения его новой смеси.

– Что-же, не будем спорить с Олегом. Алиберт, пошли – начала меня тянуть Валери к домику – Ты сейчас на ногах еле стоишь.

– Да хорошо, хорошо – вздохнул я, после чего освободился из захвата девушек – Сейчас, только …

– Алиберт – сказала неожиданно строго Линдзи – Не надо перенапрягаться, ты и так чуть не погиб в особняке. Отдохни, тебе-же лучше будет.

– Да отдохну я – сказал я с усталой улыбкой – Отдохну, правда. Пойду лицо в бочке с водой ополосну, а то у меня в носу этот запах крови застрял, хочу сбить.

После этого я отошёл от девушек, и буквально почувствовал на своей спине их недоверчивый взгляд. Наверняка думают, что я планирую взять лопату и пойти помогать Олегу копать яму. Я бы, поверь мне Апсу, так и сделал. Но был слишком истощен. Всё-таки так часто применять магию, используя только свои собственные силы, было слишком утомительно. Надо чаще использовать заклинания, да и медитацию не забрасывать. А то я после каждого боя рискую валяться и ждать двух исходов: либо меня убьют, либо меня кто-то оттащит и спасёт.

***

Я сидел на своей постели, и тяжело дышал. Ибо этой ночью приснился кошмар, но что самое жуткое, я не мог вспомнить, что конкретно мне снилось. Из-за чего я вообще встал глубокой ночью из своей кровати. Вспоминаются только странные образы – белая пелена, влага и сильное удушье.

Голова продолжала гудеть, и я сжал лоб, прикрыв ладонью свои глаза. Тихое дыхание девушек, что спали на соседних кроватях, заставило меня наконец осознать, что я окончательно проснулся, и что сонное замешательство покинуло мою голову. Это помогло начать вспоминать странные образы из снов намного лучше, и вскоре я наконец вспомнил свой кошмар.

Это был туман, белый туман. Он был такой густой, и такой тяжелый. Сколько-бы я по нему не шёл, мне становилось всё тяжелее и тяжелее. Одежда прилипала к телу, и из-за этого двигаться мне удавалось всё меньше и меньше. А вскоре я начал задыхаться, ибо заместо воздуха начал глотать воду. Тело болело, воздуха не хватало, так ещё и страшный смех зазвучал где-то в тени.

Храп Амири вывел меня из транса, поэтому я решил открыть окно, чтобы попытаться вдохнуть свежего воздуха. Джеремус всегда говорил, что Апсу помогает уснуть, если ночью посмотреть на Луну, и вдохнуть свежего воздуха. Сейчас как-раз было полнолуние, а меня мучила бессонница. Поэтому не вижу смысла не попробовать применить этот метод.

Однако, только стоило мне подойти к окну, моё горло сковал безмолвный крик. Тот туман, тот самый туман из моего сна сковал заставу Олега!

Из-за него я не видел ни деревьев, ни тропы. Да даже свежей могилы было не видно. Дальше забора была непроглядная мгла. Вспоминались легенды о том, что из такой мглы выходят призраки мертвецов, и я с иронией подумал, что сейчас духи тех бандитов пришли мстить. Благо эта мысль была полностью бредовой, ибо всем известно – души после смерти идут к Фаразме, и на земле не задерживаются.

Это помогло успокоиться, пока я не услышал новый звук, помимо храма Амири и тихого сопения Линдзи и Валери. Я услышал тяжёлое дыхание, будто его обладателю было очень больно. А повернув голову в сторону этого звука, я обомлел.

В центре комнаты стояла прекрасная нифма, вернее её полупрозрачный силуэт. В ней виделась просто внеземная красота и стать, а сзади росли цветы диковинного вида – я не видел таких ни в одном атласе, что стояли на книжных полках в библиотеке моего дедушки. А её глаза были такие-же яркие, как и свет луны в эту ночь. Казалось, что я мог утонуть в них. Однако маленькие слезинки, которые блестели словно бриллианты в коронах монархов, заставили меня очнуться от очарования. И я понял одно – у неё практически не было сил, и она буквально умоляла меня ответить ей. Это можно было понять, по опущенным изящным плечикам и легкой дрожжи. А я, так-как был заворожен её красотой, не видел её руки, что она протягивала мне, и не слышал её чудесного голоса. Он походил на звуки флейты.

– Услышь меня … – повторила она со слезами на глазах – Пожалуйста, услышь меня … Ты слышишь!? Ты ведь слышишь ….

– Да … – шепотом ответил я, попытавшись коснуться её руки и улыбнувшись – Мне нравиться, что мое приключение начинается с такого прекрасного видения …

У меня ничего не вышло, но от прикосновения к её силуэту я почувствовал странное тепло на моей руке. В глазах нимфы будто зажглась искра, но сразу же погасла. Однако я заметил, что её очи задержали на мне взгляд чуть дольше, чем нужно было для ответа.

– Красота так хрупка … и так легко гибнет под ударами злого рока – ответила она голосом, в котором будто скрывалась тысячелетняя тоска – Но в твоей власти спасти ее от гибели.

– Кто ты, миледи? С кем я имею честь познакомиться в эту ночь? – спросил я нимфу, надеясь не обидеть её таким резким вопросом.

– Кто я? Всего-лишь слезинка, оброненная самой землей, горький вздох природы… Я- нимфа, страж этих мест. Поверженный страж! – сказала последние слова нимфа, после чего её глаза вновь наполнились слезами – Зови меня «Хранительница цветов», если хочешь.

– А я – Алиберт. Алиберт Олихард – поклонился я нимфе – Рад встретиться с представителем древнего народа, что обитает в это мире. Однако, леди Хранительница … Что вы хотите, чтобы я сделал? Ибо, простите меня за грубость, но я сомневаюсь, что вы пришли ночью в мою спальню, чтобы просто побеседовать.

Казалось, мой вопрос заставил её успокоиться, ибо на её глазах исчезли слёзы, пусть и осталось всё такое-же печальное лицо, которое смотрело на меня, как на последнюю надежду.

– Помощь. Спасение – ответила нимфа, продолжая смахивать со своих прекрасных глаз слёзы, которые вновь начали литься вниз – У нас с тобой общий враг, и я давно ищу кого-то, кто сможет одолеть его. Тот, кого вы зовёте Рогачом…

Так получается этот Рогач умудрился ещё и с нимфой поссориться. Интересно, что он такого натворил, что ещё и нимфа просит помощи в том, чтобы устранить его?

– Как гроза безжалостно бьет молниями и порывами ветра, так и он клинками своих людей сеет смерть и разрушение. Но не только в этом мире! – нимфа схватилась за грудь, в то место, где бьётся сердце, будто-бы ей было очень больно – Земля страдает от того зла, что он несет. Мои леса, мои цветы задыхаются в этом тумане. Ещё немного, и я сама сгину, как последний лучик света в закатный час.

– Я не позволю Рогачу погубить тебя, Хранительница цветов – сказал я с уверенностью – Ты страж этих земель, а Рогач преступник, раз его черная магия губит твою жизнь и твои земли, на которых ты столько лет жила. Я обещаю тебе, он будет побежден.

– Спасибо тебе за надежду – легко кивнула нимфа – Но помни – до него не добраться, пока все земли покрывает этот туман. С его помощью он скрывает свою крепость, в которой творит свои черные дела. Но не он сам создал эту страшную напасть моих земель. Ему помогает могущественный друид, предавший самого себя. Не знаю, почему силы не оставили отступника, но даже я не смогла с ним совладать.

Кошмар … Мало того, что нам противостоит друид, так ещё и такой могущественный, что даже нимфа с ним не смогла справиться. Бой будет очень тяжелым …

– Я найду способ, миледи. Обещаю, ибо мне тяжело смотреть на то, как ты страдаешь – сказал я с сочувствием.

Нимфа ответила на это легким кивком, а её глаза вновь наполнились слезами.

– Благодарю тебя – сказала она шепотом – Я не могу сказать точно как снять это проклятье, эти путы, что уничтожают мои земли. Раньше могла, но сейчас мои силы на исходе! Я едва смогла дозваться до тебя.

Силуэт нимфы начал исчезать, в её глазах отразилась тревога.

– Хранительница … – позвал я нимфу.

– Слушай меня … – сказала нимфа, когда начала растворятся в лунном свете – В лесу есть старый дом, в котором, как эхо, гуляют отголоски странной силы. Рогач и его друид бывали там.

– Как мне попасть туда?

– Туман скрыл от меня его точное местоположение – с грустью сказала нимфа – Но я знаю, что недалеко от этого места есть лагерь разбойников. Ты найдешь его у Тернистого брода. Заставь их рассказать, где это место, и отправляйся туда. Слушай эхо, лови шепот, ищи то, что укажет, как был создан туман. А когда он развеется, природа вздохнет спокойно, а ты легко сможешь найти дорогу в крепость моего и своего врага.

– А ты? Тебе больше не будет больно, и больше ты страдать не будешь? —спросил я у нимфы.

Она лишь грустно кивнула, после чего исчезла в свете полной луны.

– Я не верю в судьбу, но наша встреча кажется мне не случайной, незнакомец – это были последние её слова, которые я услышал в эту ночь.

От её присутствия в комнате остался только приятный аромат каких-то цветов, будто память о ней сама решила остаться. Аромат был приятен, но я не мог понять, что это были за цветы, будто не из Голариона. Одно было понятно – мне нравился этот аромат.

Глава 3: Скрытое в тумане

Когда я наконец открыл глаза, солнечный свет уже заглядывал в окно так нагло, будто солнце хотело спросить: «Ты вообще вставать собираешься?». Ибо я, впервые за эти пять лет, умудрился проспать до обеда, когда оно уже было в зените.