Вселенные Высоцкого. На серебряных струнах времени. Поэзия, театр, концерт, кино

01. Пародия-80 (А. Левин, Г. Минников)

02. Я отдыхаю (Л. Измайлов)

03. Старшина (Л. Якубович, М. Кочин)

04. Жертва гипноза (Е. Смолин)

Треки 02, 03 и 04 представляют из себя юмористические монологи, к Олимпиаде отношения не имеющие. Первый же трек, давший название всему диску и явно отсылающий к стандартной для той поры формуле Олимпиада-80, представляет из себя длящийся 16 минут 19 секунд эстрадный номер, состоящий из песенных и просто словесных пародий на популярных советских артистов.

Номер записан с концерта (слышен смех в зале, раздаются аплодисменты) и предваряется словами Владимира Винокура: «Приближаются Олимпийские игры, готовятся спортсмены, строители и, конечно, мы, артисты». Дальше идут собственно пародии – привычный впоследствии набор пародируемых Владимиром Винокуром персон: Борис Штоколов, Анатолий Папанов, Военный ансамбль песни и пляски, Геннадий Хазанов, Муслим Магомаев, Николай Сличенко и Лев Лещенко. Общая тема всех пародий – спорт. Почти все они поются или говорятся от первого лица и посвящены не просто спорту, а тем или иным конкретным его видам (велоспорт, фигурное катание, баскетбол, футбол), и почти во всех пародиях изображаемые артисты или их, скажем так, ролевые герои (как в случаях с пародиями на Папанова, где тот представлен в образе Волка из «Ну, погоди!», или на Хазанова, представленного в образе студента кулинарного техникума) мечтают о том, как они займутся спортом, или даже пытаются реализовывать себя на спортивном поприще, что иногда у них получается, пусть и порою несколько парадоксальным образом. Так, например, Волк и Заяц из пародии на Папанова заняли первое место на соревнованиях по фигурному катанию, обойдя самих Роднину и Зайцева, но не потому, что хорошо исполнили танец, а потому, что их тренер, Жук, строго посмотрел на судей (невольно вспоминается песенная дилогия Высоцкого «Честь шахматной короны», где ролевой герой похожим образом свёл вничью партию в шахматы с самим Фишером).

Среди пародий в этом номере есть и песенная пародия на Высоцкого. Она звучит третьей (после песенной пародии на Штоколова и пародии на Папанова и перед пародией на Хазанова) и предваряется словами Винокура: «Наверняка много песен на Олимпийских играх прозвучит в сопровождении гитары» (некоторые другие номера тоже предваряются подобного рода автометапаратекстами). Музыкальная основа – мелодия песни Высоцкого «Москва – Одесса», исполненная, правда, в несколько маршевом ритме. Вот текст этой пародии:

Ищу билетик лишний я три дня,Поддавшись олимпийскому угару.Нет на трибунах места для меня,А тут мне скажут: «Лезет он с гитарой».Гимнастику люблю, но там содом.На корты не пройти – людская стенка.Я не могу попасть на ипподром —Билеты закупил туда Сличенко.На штангу пробиваюсь я с утра.В бассейн не попаду, хотя он рядом.Свободен только сектор для ядра —Там наших нет и мне туда не надо.Ну что за невезучая судьба —Забиты стадионы спозаранку.И я иду, куда несёт толпа,И попадаю с нею на Таганку.

В тексте Высоцкий нигде не назван, да это и не нужно в пародии – узнаваемость, как и положено в звучащем, аудиальном изводе этого вида искусства, продуцируется голосом. Начну разговор об этой пародии с текста-источника и его ритмической трансформации на пластинке «Пародия-80». Лёгкая и мелодичная в оригинале «Москва – Одесса» звучит у Винокура как марш, довольно, надо сказать, жёсткий. Видимо, такой ритм был выбран пародистом (или авторами пародии) по той причине, что в маршевом звучании в большей степени можно представить уникальный голос пародируемого – Владимира Высоцкого. Слушатель должен узнать объект пародии не столько по песне, сколько именно по голосу, а для этого больше подходит как раз марш. На вербальном уровне текст-источник в пародии реализован через один из его мотивов – речевой субъект не может попасть туда, куда ему хочется.

Напомним, что в песне «Москва – Одесса» он находится в аэропорту и ждёт, когда будет вылет в Одессу; всюду улететь можно, а Одесса из-за погодных условий не принимает. И тогда субъект песни решает лететь «туда, где принимают». Словесный текст пародии Винокура сделан по тому же принципу: герой не может попасть туда, куда ему хочется. Разница (и существенная) в том, что, во-первых, хочет он не в одно место, как в пародируемой песне, а во много разных мест (на гимнастику, на ипподром, на штангу, в бассейн); а во-вторых, не хочет он только в одно место – в сектор для ядра, тогда как в тексте-источнике субъекту предложено множество городов, куда можно улететь из Москвы, но ни в один из них ему не надо.

Ещё один важный, на мой взгляд, момент, касающийся выбора для пародии, вышедшей на пластинке фирмы «Мелодия», именно этого текста-источника, песни «Москва – Одесса», связан с тем, что она – одна из немногих, официально изданных в Советском Союзе в авторском исполнении. Напомню, что при жизни Высоцкого в нашей стране вышло всего лишь семь его персональных пластинок-миньонов.

И «Москва – Одесса» была на двух из них: на гибкой пластинке «В. Высоцкий. Песни» (код Г62–04737, Г62–04738; состав: сторона 1: «Кони привередливые», сторона 2: «Скалолазка», «Москва – Одесса») и на виниловой пластинке «Песни Владимира Высоцкого» (код М62–37515, М62–37516; состав: сторона 1: «Она была в Париже», «Кони привередливые», сторона 2: «Скалолазка», «Москва – Одесса»). Обе пластинки вышли в 1975 году и имелись во многих советских семьях. Остаётся напомнить, что песни на этих пластинках звучали в сопровождении ансамбля «Мелодия» под управлением Г.Г. Гараняна. Думается, официальное издание песни «Москва – Одесса» стало поводом для того, чтобы именно её использовать в качестве объекта пародии официальным артистом и последующего издания на «Мелодии».

В пародии, помимо отсылок к самой песне Высоцкого, можно увидеть и некоторые черты «биографического мифа» Высоцкого, сформировавшиеся при жизни поэта. Прежде всего, это упомянутая уже во вступлении к пародии гитара («Наверняка много песен на Олимпийских играх прозвучит в сопровождении гитары»); она упоминается и в первом куплете пародии («А тут мне скажут: „Лезет он с гитарой“»). Прижизненный извод «биографического мифа» Высоцкого непременно включал в себя гитару. И хотя зачастую записи делались в сопровождении оркестра, тем не менее со сценическим образом Высоцкого слилась именно она. Связано это с его многочисленными сольными концертами под гитару, а также с желанием отнести поэта к определённому направлению в искусстве – к авторской (или, как её ещё называют, бардовской) песне, для которой гитара была непременным атрибутом. Сразу после смерти Высоцкого гитара тоже оказалась востребована «биографическим мифом»; во всяком случае, бытовали устные рассказы «очевидцев» о том, что в гроб Высоцкому положили гитару, а дорога от Таганки до Ваганьковского кладбища была вся устелена гитарами. В традиции поэтических некрологов Высоцкому гитара тоже нередкий гость. Вот лишь несколько примеров-отрывков:

Но вот и всё – по божьей волеОрфей теперь спокойно спит,И одинокая до болиГитара у двери стоит.(Из стихотворения Тамары Павловой, иногда приписывается Евгению Евтушенко)Склонились у ног его боги и бесы,Ведь даже они не поверили смерти.Гитара под утро озябнет без песни.Согрейте её – бога ради! Согрейте!(Неизвестный автор)Тишина… Тихо падает лист на промокшую землю…Скорбь природы выплакивается проливным, моросящим дождём…Почернела гитара от дождя иль от слёз, словно дремля,Как подруга тоскует о нём! Все о нём и о нём!(Неизвестный автор)Не был ты любимым фортуной,И болел тем, чем мы болели.На гитаре твоей не струны —Обнажённые нервы звенели.Выходя на сцену вразвалицу,Из себя не корча мессию,Ты держал в своих чутких пальцахГриф гитары и пульс России.(Андрей Вознесенский)А как тут жизнь в вине не утопить,Коль мир такой порочный и бездушный?Гитара в розах, ты сгорел «в огне»,Что будет с нами, стадом равнодушных?Не уходи! Не покидай мой город!Он без тебя тобой не будет полон,Без струн твоей гитары и без песенОн будет неудобен, будет пресен.(Марина Влади)

Наряду с гитарой не менее важным элементом «биографического мифа» Высоцкого и в прижизненном, и в посмертном изводе оказывается Театр на Таганке, часто обозначаемый одним и всем понятным словом – «Таганка». В пародии Винокура этот элемент не просто оказался востребован, но и занял место в сильной позиции, оказавшись последним словом всего текста:

И я иду, куда несёт толпа,И попадаю с нею на Таганку.

Действительно, образ Высоцкого и при жизни, и потом для многих соотносился с «Таганкой». И если Высоцкий-певец, Высоцкий-поэт фактически не был официально признан в Советском Союзе, то Высоцкий-актёр, служивший в государственном театре и снимавшийся на государственных киностудиях, находился во вполне официальном статусе. Вероятно, он и позволил в официально изданной пародии поставить связанное с Высоцким название театра в сильную позицию.

Таким образом, в пародии Винокура присутствуют характерные для «биографического мифа» Высоцкого и для его образа в сознании аудитории знаки – гитара и «Таганка». Помимо этого отмечу ещё один важный момент, присутствующий в тексте пародии уже не прямо, а, скажем так, подспудно, между строк. Ключевая мысль всего текста пародии на Высоцкого заключается в том, что герой, под которым подразумевается сам объект пародии (действительно, звучащие пародии обычно строятся на том, что речевой субъект оказывается одновременно и пародируемым объектом), во время Олимпиады не может попасть туда, куда он хочет, то есть почти никуда. Зная репутацию Высоцкого среди советских людей, представить такое невозможно – известно, что популярность поэта открывала любые двери. То есть в реальности то, что происходит в пародии, случиться, разумеется, не могло. Не могло, если речь идёт о прямом значении – Высоцкий не может попасть на спортивные соревнования. Однако если представить ситуацию пародии Винокура как метафору, тогда описанное в песне в полной мере представимо в реальности. Речь может идти о метафоре положения Высоцкого относительно официальной культуры: песни и стихи не издаются, роли в кино далеко не всегда достаются те, каких хочется и каких он заслуживает; короче, «нет на трибунах места для меня», или, из текста пародируемого оригинала: «Отсюда не пускают, а туда не принимают». Исключение – только театральные работы, но это всего лишь исключение, а всё остальное – правило. Таким образом, в тексте пародии Винокура можно увидеть и переносный, метафорический смысл, связанный с положением субъекта-объекта пародии в советской культуре. Это не значит, что такой смысл осознанно вводился авторами пародии, но и вовсе не отменяет того, что он может возникать у слушателя.

Однако куда как важнее всего вышесказанного для «биографического мифа» Высоцкого сам факт появления этой пародии в контексте предстоящей в Москве Олимпиады. Восприятие публикой и самого этого факта, и текста пародии отчётливо распадается на время до и после Олимпиады; ещё точнее – до 25 июля 1980 года и после этого дня. До 25 июля, дня смерти Высоцкого, пародия воспринималась как ещё один из немногочисленных фактов появления его песен на носителях, представляющих официальную культуру. Дело в том, что каждый факт из этого ряда ввиду малого их количества воспринимался поклонниками поэта как непременно нечто значительное, как нечто важное и заслуживающее внимания, как то, что можно свернуть до фразы «Песни Высоцкого разрешили в Советском Союзе». Тем более что на пластинке Винокура не просто пародия на Высоцкого, стоящая отдельным номером, а пародия в ряду других пародий, субъектами-объектами большинства из которых выступают официальные лица советской популярной культуры; эти лица – частые гости на телевидении, их зовут участвовать в концертах, приуроченных к государственным праздникам, они сопровождают советских спортсменов на важных турнирах: Штоколов, Магомаев, Сличенко, Лещенко, Хазанов, даже Военный ансамбль песни и пляски. И вдруг среди них – Высоцкий. То есть по одному этому факту появления пародии на него на пластинке «Мелодии» можно было сделать вывод о предстоящем очень скоро признании Высоцкого-певца (упоминание гитары в пародии очень важно) и, может быть, Высоцкого-поэта. Случилось бы это или нет, мы никогда не узнаем (разве что обнаружится директива КГБ, согласно которой с такого-то числа такого-то месяца такого-то года певца и поэта Владимира Высоцкого следует считать официально признанным); случилось же то, что случилось: 25 июля, в разгар Олимпиады в Москве, поэта не стало. С этого момента и пародия Винокура стала восприниматься иначе. Теперь её можно осмыслить как невероятную нелепость, проявление гротеска, рождённого в симбиозе искусства и жизни: Высоцкий в тексте пародии занят тем, что во время Олимпиады стремится попасть на соревнования, но у него это не получается (ситуация применительно к физической реальности, как я отметил выше, абсурдная); Высоцкий в реальном мире во время Олимпиады умирает. И смерть его навсегда становится главным событием московской Олимпиады. И только толпа и в пародии, и в реальном мире устремлена в одно и то же место – на Таганку. То есть между художественным миром и физической реальностью складываются отношения, благодаря которым и формируется «биографический миф». Владимир Винокур же, многократно и разнообразно изображая в последующие годы всех тех, чьи образы были использованы в номере «Пародия-80», никогда больше Высоцкого, по понятным причинам, не пародировал.

Памяти Высоцкого

Но продолжим разговор об Олимпиаде-80 в «биографическом мифе» Высоцкого. Она прочно вошла в этот миф, проявившись, например, в многочисленных стихах, посвящённых памяти поэта. Стихи эти в разные годы писались почитателями его таланта и затем были собраны в двух книгах под общим названием «Светлой памяти Владимира Высоцкого»; первая вышла в 1998 году, вторая – в 2000-м. Вот некоторые примеры обращения самодеятельных поэтов к Олимпиаде-80 из этих книг:

Олимпийский регламент ломая,Даже охнула в горе Москва.Словно финишная прямая —По Союзу прошла молва…(В. Волков «В песнях живи!», 1980)Вся страна ничего не знала —Олимпийский смотрела сон.Он хрипел на ветру, как знамя,С древка сорванный небосклон!<…>А в Москве – Олимпийские игрыПродолжались, крепчал азарт.Безымянные выходили,Как и он когда-то, на старт.(А. Ибрагимов «Как надёжно было в Союзе…», 1980)Вся олимпийская столицаСклонилась гордо пред тобой,И белый гроб парил как птицаНад обескрыленной толпой.(Т. Павлова «Россия ахнула от боли…», 1980)Олимпийское лето,Високосный июль.Нынче гибнут поэтыНе от яда и пуль.<…>Сумасшедшее счастье —Быть калифом на час.Олимпийская чаша —Над тобой, как свеча!(О. Парамонов «Памяти олимпийца», 1980)Провожал тебя не ПарижВ олимпийское жаркое лето,А Москва, глядевшая с крышНа последний аншлаг поэта.(Неизвестный автор «Провожал тебя не Париж…», 1980)Он теперь не споёт ни в веселье, ни в скорби,Что прожил, то успел, дальше некуда гнать.Где-то мчались вперёд олимпийские кони…Нужен полный успех – нам нельзя проиграть.(Неизвестный автор «На смерть Владимира Высоцкого», 1980)Зачем судьба несправедлива,Зачем, жестокости оплот,Она тебя не пощадилаВ тот душный олимпийский год?(С. Зайцев «25 июля 1980 года», 1998)Под гитарные стоныи под песенный войохранял вечный сон твойолимпийский конвой.(Неизвестный автор «Популярный в народе…», 1980)– Давай, ребята, молодцы!Крути педали!– Эх, жаль, что Стивенсону мыМедаль отдали!– А ну, влепи-ка по мячу,Десятый номер!…Тут кто-то тихо произнёс:– Высоцкий помер…Бежит бегун и бьёт рекорд —Визжат трибуны…– Высоцкий больше не живёт,И смолкли струны…(С. Грязнов «На Олимпиаде», 1980)Встаньте, люди, и минуту помолчите —Приспустите олимпийский флаг!Памятью Высоцкого почтите —Для России больших нет утрат!(Ю. Калиненко «Встаньте, люди, и минуту помолчите…», 1980)Июль кипит Олимпиадой…Я срочно вылетел в Москву.(Автор неизвестен. «Я не поеду на Таганку», 1983)Голубые пытались мальчикиЗасветить мне в камере плёнку…Глазки их и проворные пальчикиВсё выискивали подоплёку.Почему, на каком основании,Мол, снимаю толпы несметные,Что собрались у этого зданияВ олимпийское утро светлое?(А. Щербаков «Похороны Высоцкого», 1989)«Ну, ушли бы к чувихам, на Олимпиаду,В Мавзолей… Ну а вы? на прощание к барду?!»(О. Потоцкий «Высоцкий – талисман», 1993)

Если попытаться обобщить соотнесение осмысления смерти и похорон Высоцкого и олимпийского контекста к этим событиям в приведённых фрагментах, то можно сказать, что в основе всех этих текстов лежит контраст «всемирного» спортивного праздника и всенародного горя. Логика мифологического текста здесь такова: Олимпиада простым москвичам и так не нужна и даже вредна, учитывая активизацию сил правопорядка, вот и получили вместо навязанного сверху праздника великую трагедию; и пусть запомнятся Игры не рекордами, а только тем, что в дни их проведения умер сам Высоцкий; запомнятся не аншлагами на трибунах стадионов и спортивными рекордами, а огромным количеством тех, кто пришёл на похороны поэта, и той великой печалью, которой были поражены сердца людей при получении трагической новости.

«Более или менее вечные ценности»

Несколько иначе реализовалась Олимпиада в художественной прозе о Высоцком. Примером здесь может служить рассказ В.С. Белоброва и О.В. Попова «Более или менее вечные ценности» (2001).

Герой рассказа Вадим из 2150 года на машине времени «прилетел в Москву-80, чтобы спасти великого барда прошлого Владимира Высоцкого» при помощи универсального лекарства. Это Вадиму не удаётся: герой напивается с новыми друзьями, будущими олигархами, а в 1980-м – пациентами психиатрической больницы Борей и Володей, и попадает в милицию, где просыпается только утром 25 июля, когда Высоцкий уже умер.

Вадим улетает назад в будущее, оставляя лекарство своим собутыльникам, и говорит: «…Разлейте лучше на три части… Одну Брежневу, вторую отнесите в американское посольство и скажите там, что Джона Леннона должны застрелить в декабре этого года. Пусть сразу польют ему этой жидкостью на рану и дадут выпить! А третью отнесите во французское посольство для Джо Дассена, пусть тоже недельку попьёт» (напомню, что в 1980 году, уже после Высоцкого, умрёт Джо Дассен и будет убит Джон Леннон; Брежнева же не станет в 1982-м). Конечно, ни один из этих заветов тоже выполнить не удалось – по закону жанра прошлое изменить нельзя, ведь тогда изменится и будущее, то есть сработает знаменитый эффект бабочки, до которого, как известно, лучше не доводить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

  Перевод Н.С. Ман.