Сенна против Проста. Самое яркое соперничество в истории Формулы-1

Причина поломок практически всегда была одна и та же – сервопривод «Кугельфишер» стоимостью 100 франков. В команде знали о проблеме и могли легко решить ее, обратившись к другому поставщику, но для «Рено» было делом принципа использовать компоненты того же производства, что и на своих дорожных автомобилях. В конце концов, для концерна команда «Формулы-1» была лишь маркетинговым инструментом для продвижения продукции. «Будь это английская команда, мы бы легко нашли нужный компонент на рынке и просто закупали бы его, никому об этом не рассказывая, – объяснял позднее Прост. – Но позиция руководства концерна была принципиальной, они запретили нам это делать».

После схода на Гран-при Италии Прост еще до окончания сезона потерял даже призрачные шансы на титул, а сильнейшим в итоге стал Кеке Росберг из команды «Уильямса». Финн за весь сезон одержал лишь одну победу, но набрал на пять очков больше выбывшего из-за травм Пирони. Прост завершил чемпионат на четвертой позиции – на две строчки выше Арну. На фоне разногласий с Простом Рене по окончании сезона покинул «Рено» и перешел в «Ферра́ри», где занял место Пирони. На освободившееся в «Рено» место пришел американец Эдди Чивер, который согласился на роль второго номера. Прост, таким образом, стал лидером команды и сконцентрировал вокруг себя ее главные ресурсы.

На фоне многочисленных аварий в преддверии сезона-1983 Международная федерация автоспорта (FISA) объявила об изменении в правилах: использование граунд-эффекта было запрещено. На практике это означало, что машины теперь должны оснащаться плоским днищем. Общий уровень прижимной силы резко снизился, инженерам снова пришлось полагаться в первую очередь на антикрылья, зато машины стали более стабильными и куда меньше зависели от колебаний днища. Всем чуть ли не с нуля требовалось перестроить свои машины, поскольку изменились сами принципы создания прижимной силы. В «Рено» с созданием нового болида – RE40 – запоздали, новинка была готова лишь ко второй гонке чемпионата, а первую пришлось провести на не предназначенной для плоского днища и больших антикрыльев RE30C. Зато в межсезонье инженерам удалось наконец решить проблемы с системой впрыска – двигатели должны были стать надежнее.

На Гран-при Франции «Рено» RE40 предстала во всей красе – Прост и Чивер заняли два первых места в квалификации, причем Ален «привез» всему пелотону более двух секунд. На старте лидер французской команды уверенно уехал от остальных и выиграл с отрывом в полминуты от ближайших соперников – для Проста это была уже вторая победа в домашней гонке «Формулы-1». В Имоле Ален финишировал вторым, не сумев угнаться за Патриком Тамбе на «Ферра́ри», а в Монако, не став гадать с шинами перед стартом на сырой трассе, занял третье место. На Гран-при Бельгии Прост снова был быстрейшим в квалификации, но на старте уступил прорвавшемуся в лидеры Андреа де Чезарису на «Альфа Ромео». У итальянца появился шанс на первую победу в карьере, но сначала он потерял время из-за проблем на пит-стопе, а вскоре отказал двигатель. Других соперников у Проста не было – на финише он был на 23 секунды раньше всех остальных, завоевал вторую победу в сезоне и стал лидером чемпионата.

Главным преследователем Проста в борьбе за титул был Нельсон Пике из «Брэбэм». Двигатели BMW выдавали все больше мощности, а новое стреловидное шасси, созданное Гордоном Мюрреем после отказа от граунд-эффекта, с каждой гонкой становилось все конкурентоспособнее и лучше в управлении. Однако время от времени возникали технические неполадки, а иногда в дело вмешивалась случайность – Пике чуть не выиграл Гран-при Детройта, но из-за прокола за десять кругов до финиша откатился на четвертое место. Прост тем временем превзошел гонщиков «Ферра́ри» на Гран-при Великобритании в Сильверстоуне, а позднее выиграл Гран-при Австрии, на последних кругах обогнав Рене Арну.

В Австрии Прост квалифицировался позади Пике и после старта расположился на четвертой позиции. Поначалу лидерство в гонке перешло к Патрику Тамбе, но еще до середины дистанции на его «Ферра́ри» упало давление масла. Первое место перешло к его напарнику Арну, однако за пять кругов до финиша он не смог сдержать Алена, который ранее оставил позади Пике и завоевал уже четвертую победу в сезоне. В Шпильберге Прост применил необычный прием – на разных сторонах машины он использовал шины разных составов. Слева стояла жесткая резина, справа – более мягкая. Австрийская трасса состоит в основном из правых поворотов, и поэтому колеса с левой стороны подвергались намного большей нагрузке. Зато правые колеса проходят меньшую дистанцию, в поворотах они чаще разгружаются из-за смещения центра тяжести, и более мягкие шины могли справиться с такими нагрузками. К тому же давали Просту больше сцепления на внутренней бровке трассы и позволяли точнее контролировать положение автомобиля. Но это – в теории.

На практике машина должна была стать разбалансированной и непредсказуемой на торможениях. Когда Ален впервые предложил попробовать это на тестах, инженеры «Мишлен» подумали, что он шутит. Но Прост был серьезен. Он любил пробовать в настройках что-то новое и искать нестандартные способы пройти круг быстрее. В какой-то момент шинники решили попробовать – кому как не Просту доверять подобные эксперименты? Ален быстро адаптировался к необычному балансу и заметил, что в определенных условиях это даже может дать преимущество. И в Шпильберге были как раз такие условия. После победы в Австрии Пьер Дюпаскье, глава гоночной программы «Мишлен», в шутку назвал Алена «профессором». И он имел в виду не только тщательную работу Проста с техникой и внимание к мельчайшим деталям, но и его готовность идти на эксперименты, которые порой кажутся безумием. Прозвище Профессор закрепилось за Аленом на всю жизнь.

За четыре этапа до конца сезона Прост опережал Пике на 14 очков и считался главным претендентом на чемпионский титул, но машины с «Брэбэм» постепенно становились все быстрее. В квалификации в Зандворте Пике опередил весь пелотон на три четверти секунды и стартовал с поул-позиции. Прост начинал заезд лишь с четвертой позиции, но быстро закрепился в топ-3, а на пятом круге вышел на второе место. Более 30 кругов француз прессинговал бразильца, но Нельсон уверенно держался в лидерах. Но в начале 42-го круга у Проста появился шанс: Ален пошел в атаку в первом повороте и занял внутреннюю траекторию. В этот момент у самого апекса «Рено» начало заносить. Ален мгновенно почувствовал срыв машины и рефлекторно попытался скорректировать автомобиль обратным движением руля. В итоге «Рено» вывернуло наружу поворота, где французский болид врезался в машину Пике. «Брэбэм» лидера отбросило на обочину, он сошел сразу же, а Прост остановился через несколько поворотов. Ошибка Алена была налицо, и француз тут же ее признал. При этом парадоксальным образом промах сыграл французу на руку – не факт, что Пике удалось бы обогнать или удержать впоследствии позади, а при обоюдном сходе разрыв в чемпионате остался на прежнем уровне. Но на Гран-при Италии как-либо помешать Нельсону Прост уже не смог: Пике уже в начале гонки захватил лидерство, а на «Рено» на середине дистанции вышла из строя турбина. От четырнадцати очков преимущества осталось только пять. На Гран-при Европы на трассе «Брэндс-Хэтч» бразилец одержал уже третью в сезоне победу, и перед финалом сезона в ЮАР двух лидеров чемпионата разделяли лишь два балла.

Решающий этап сезона проходил на трассе «Кьялами». В квалификации Пике на этот раз был лишь вторым, уступив Патрику Тамбе на «Ферра́ри», но быстро вышел в лидеры, а вслед за бразильцем расположился его напарник Риккардо Патрезе. Просту же предстояло прорываться с пятого места. Он быстро обогнал Тамбе и де Чезариса и к 9-му кругу закрепился на третьем месте. Этого, впрочем, было недостаточно: победа в ЮАР гарантировала Пике чемпионство независимо от результата Проста. Нужно было атаковать «Брэбэм». Ален продолжил атаковать, но на 36-м круге во второй раз за три последние гонки в двигателе «Рено» сломалась турбина. Прост выбыл из борьбы, а Пике в отсутствие угрозы со стороны француза сбросил темп, чтобы поберечь машину, и пересек линию финиша третьим. Нельсон набрал четыре очка и с перевесом в два балла во второй раз в карьере стал чемпионом мира.

После финиша Гран-при ЮАР опустошенный Прост в интервью ESPN заявил, что проиграл чемпионат не по своей вине. Ален обвинил в поражении команду и проблемы с надежностью машины. Кроме того, по его словам, в «Рено» вкладывали недостаточно сил в развитие болида по ходу сезона, из-за чего ближе к концу сезона «Брэбэм» удалось прибавить и зачастую опережать французские машины. Публичная критика со стороны гонщика предсказуемо не понравилась руководству «Рено». В ответ команда припомнила Алену его собственные ошибки и столкновение с Пике в Зандворте. Уже через два дня после гонки контракт с Простом был расторгнут. Кроме того, слова Алена задели французских болельщиков, которые и без того его недолюбливали. Вскоре к дому Проста прокрались неизвестные и подожгли личные автомобили гонщика. Тогда Ален решил переехать из Франции и вместе с семьей поселился в Швейцарии. А уже через несколько дней объявил о переходе в «Макларен» в 1984 году.

К концу 1983-го «Макларен» была уже не той командой, которую Прост покидал в 1980-м. Рон Деннис при полной поддержке Джона Хогана вывел команду из кризиса и исправил то, что не работало при Тедди Майере. Деннис отличался более системным и прагматичным подходом, он умел вести переговоры и находить подход к спонсорам. Благодаря этому команда ни в чем не нуждалась и по последнему слову техники оснастила новую штаб-квартиру в Уокинге. Возвращение Джона Барнарда в «Макларен» и вовсе привело к технической революции – он спроектировал первое в истории «Формулы-1» полностью углепластиковое шасси, благодаря чему болиды при той же жесткости, что и у машин соперников, были намного легче. Вместе с этим Рон Деннис договорился о поставках турбированных двигателей для «Макларена» – их по заказу Уокинга и на деньги компании TAG разрабатывала компания «Порше».

Основным гонщиком «Макларена» теперь был Ники Лауда, которым Прост восхищался еще в 1970-х, когда выступал в молодежных сериях. После резкого разрыва с «Брэбэм» в конце 1979-го австриец на некоторое время ушел из «Формулы-1», но Деннис верил, что Ники по-прежнему способен опережать всех на стартовой решетке и уговорил его вернуться в 1982-м. Решающим аргументом стал беспрецедентный для «Формулы-1» того времени гонорар в $3 000 000. Джон Хоган поначалу относился к Лауде со скепсисом – сложно было поверить, что после двух лет перерыва гонщик, пусть и настолько талантливый, сможет прийти к прежней форме. Желание Денниса заполучить Ники рисковало обернуться бездарной тратой огромных средств. Однако Гран-при США-Запад в Лонг-Бич, когда Лауда победил уже в третьей после своего возвращения гонке, развеял сомнения Хогана.

На трассе у Проста и Лауды был схожий стиль – оба бережно использовали машину, были терпеливы и знали, когда реализовать преимущество. Оба гонщика скрупулезно разбирались в мельчайших деталях автомобиля и уделяли много времени тестам и подготовке к гонкам. В «Формуле-1», где счет идет на тысячные доли секунды, не бывает мелочей. Небольшая корректировка настроек может сделать тебя победителем, а копеечная деталь стоить жизни. Прост быстро согласился на предложение Денниса, который ради контракта с французом прервал переговоры с рядом молодых пилотов. Ален в паддоке считался одним из лучших пилотов на стартовой решетке, будущим чемпионом мира, однако как более опытный и титулованный Лауда оставался лидером «Макларена». В контракте Проста даже была оговорка, что формально он – второй пилот команды и приоритет при необходимости будет отдан Ники. Но Ален был уверен, что не ошибся и вскоре вновь будет сражаться за чемпионство.

Сезон-1984 стартовал в Бразилии, и до 37-го круга в лидерах держался Лауда, а после схода австрийца из-за проблем с проводкой на первое место выбрался Прост, выигравший, таким образом, первый же после возвращения в «Макларен» Гран-при. На следующем этапе – Гран-при ЮАР – машинам «Макларен» вовсе не было равных: Лауда и Прост, занявшие первое и второе места, опередили весь пелотон на круг. В Бельгии оба пилота «Макларена» столкнулись с техническими проблемами, однако затем Прост победил в Имоле, а Лауда занял первое место в Дижоне. После пяти этапов чемпионата Ален и Ники занимали первые два места общего зачета, а в Кубке конструкторов «Макларена» почти вдвое опережал ближайших соперников – «Ферра́ри» и «Рено». «Честно говоря, не знаю, почему «Макларен» настолько успешна. У нас в команде лишь 60–70 человек, но каждый превосходно разбирается в своей сфере ответственности, – сказал в одном из интервью Прост. – На трассе мы с Ники сражаемся друг с другом, но в то же время оба работаем на команду – для нас на первом месте «Макларен»».

Глава 5. Без 18 кругов чемпион мира

С Айртоном Сенной Прост познакомился перед «Гонкой чемпионов» в мае 1984 года – организаторы заездов попросили встретить бразильца в аэропорту и подбросить до отеля. «Гонку чемпионов» устраивала «Мерседес-Бенц», истинной целью мероприятия была реклама новой «заряженной» модели 190 E. А какая реклама может быть лучше, чем соревнования лучших пилотов «Формулы-1» на одинаковых 190 E? Вместе с этим на весну 1984 года было запланировано открытие новой трассы «Нюрбургринг». После аварии Лауды в 1976 году стало ясно, что «Нордшляйфе» – «Северная петля» «Нюрбургринга» – слишком опасна для «Формулы-1», и в течение нескольких лет на юге 20,8-километровой трассы возвели новое кольцо протяженностью 4,5 км. Оно было построено по самым современным и безопасным стандартам, изобиловало всем многообразием типов поворотов и стало своего рода визитной карточкой немецкого автоспорта. Здесь было множество длинных прямых и тяговых частей трассы, образовывавших техничные связки. Новый «Нюрбургринг» был жемчужиной, а в конце года ему предстояло принять свой первый этап «Формулы-1» – Гран-при Европы. Таким образом, в Германии теперь проходили сразу два этапа чемпионата мира. «Северное кольцо» при этом осталось нетронутым и продолжало принимать соревнования, правда, уже меньшего уровня.

Собрать на «Нюрбургринге» всех чемпионов мира не удалось. Хуану-Мануэлю Фанхио было уже 72 года, Нельсон Пике, пилот «Брэбэм» BMW, предложение «Мерседес-Бенц» отклонил, Джеки Стюарт принципиально не выходил на старт уже более десяти лет – в память о разбившемся в 1973-м Франсуа Севере. Марио Андретти и Эмерсон Фиттипальди в этот момент были в США и готовились к «500 миль Индианаполиса», главной гонке Америки, которая собирает на трибунах 300, а то и 400 тысяч человек. Тем не менее на «Гонку чемпионов» приехали девять чемпионов мира. Среди них были Джек Брэбэм, Джеймс Хант, Денни Халм, который много лет выступал рука об руку с Брюсом Маклареном, Джон Сертиз, который стал единственным чемпионом мира и в мотогонках и в автоспорте, а также Ники Лауда.

Кроме того, на старт вышли уже завершившие карьеры Карлос Реутеманн и Джон Уотсон и пара действующих пилотов, включая Элио де Анджелиса и Алена Проста. Вместе с победителями кузовной гонки «1000 км Нюрбургринга» набралось 20 человек. Но одна машина оставалась свободной – на ней должен был ехать Фиттипальди, и Герд Кремер, глава автоспортивной программы «Мерседес-Бенц», решил отдать ее другому бразильцу – Айртону Сенне, с которым познакомился еще год назад на одном из этапов «Формулы-3». Сенна на фоне других участников выглядел новичком, не все в паддоке даже знали, кто это такой. Айртон дебютировал в «Формуле-1» лишь полутора месяцами ранее и успел провести только четыре гонки, причем в двух из них не финишировал из-за технических проблем. Зато в двух других за рулем скромного «Тоулмена» финишировал на шестой позиции и набрал уже два очка.

В квалификации быстрее всех круг по новой трассе проехал Прост, 0,2 секунды французу проиграл Реутеманн, показавший второе время, а на третьей строчке, к удивлению многих, расположился Сенна. Позади Айртона осталось множество прославленных чемпионов и куда более опытных пилотов, которые в отличие от бразильца уже побеждали в Гран-при. Но главные сюрпризы были впереди. В день гонки на трассе стояла пасмурная погода, накрапывал дождь. Старт был дан на сыром асфальте, местами образовались лужи. Сенна тут же прошел Реутеманна, а вскоре жестко выдавил Проста и уже на первом круге вырвался в лидеры. Многие относились к заезду как к шоу и не гнались за победой, предпочитая развлекать себя и публику на трибунах. В пелотоне было немало столкновений и вылетов, кто-то даже намеренно срезал повороты. Но Сенна был исключительно серьезен – для него гонка была шансом показать себя в сравнении с главными звездами «Формулы-1». Под дождем Айртон предельно точно работал с педалями, лучше других перераспределяя вес автомобиля на торможениях и в поворотах и не оставил соперникам ни единого шанса. Мало кому известный бразилец первым пересек линию финиша, опередив прорвавшегося с четырнадцатой позиции Лауду и занявшего третье место Реутеманна. Ален Прост, возвращаясь на трассу после инцидента с Сенной, зацепил машину Элио де Анджелиса и в итоге оказался лишь на пятнадцатой строчке.

Победа Сенны стала сенсацией. О его таланте знали лишь те, кто внимательно следил за молодежными сериями и видел успехи бразильца в «Формуле Форд» и «Формуле-3». Для остальных Айртон стал главным открытием «Гонки чемпионов». А уже через две недели после нее Сенна блеснул в дождевом Гран-при Монако, остановленном Жаки Иксом на 32-м круге. В сложных погодных условиях 24-летний новичок смотрелся намного увереннее опытных и маститых пилотов, он демонстрировал удивительную точность в управлении автомобилем и словно сливался с ним, становясь с машиной единым целым. После Гран-при Монако о Сенне узнали все, он в одночасье стал главной восходящей звездой автоспорта. В паддоке тут же пошли слухи о том, что Айртоном интересуются крупные команды. Джон Сертиз, лично сражавшийся с Сенной на «Нюрбургринге», связался с Энцо Феррари и говорил Коммендаторе, что он должен подписать бразильского новичка. Но пока что Айртона ждал его скромный «Тоулмен», на котором в обычных условиях бороться с «Маклареном» и «Ферра́ри» невозможно. К тому же контракт Сенны был рассчитан на три года.

Тем временем основное внимание болельщиков было приковано к борьбе за чемпионский титул. Североамериканская часть сезона, состоявшаяся из этапов в Монреале, Детройте и Далласе, сложилась для «Макларена» не лучшим образом – команда не одержала ни одной победы, но после возвращения в Европу машины из Уокинга вернулись на привычные позиции. К середине сезона Прост уверенно опережал Лауду в общем зачете – француз сразу показал, что способен ехать быстрее опытнейшего австрийца и считался главным фаворитом чемпионата. Ники при этом был стабильнее Проста. Ален регулярно сталкивался с проблемами. На Гран-при Великобритании у него отказала трансмиссия, в Шпильберге француз поскользнулся на луже масла и вылетел в гравий, а в Монце гонщика подвел двигатель. Лауда же никуда не спешил, понимал свой потенциал машины и избегал проблем. Каждый раз, когда Просту удавалось добраться до финиша и выиграть гонку, Ники был вторым или третьим. Когда у Алена возникали проблемы, австриец был первым. За счет этого к концу сезона австриец перехватил инициативу в чемпионате и на финал сезона приехал с преимуществом в три с половиной очка.

Решающий этап проходил в Португалии на новой трассе «Эшторил», никогда прежде не принимавшей гонок «Формулы-1». Лауде для победы в чемпионате достаточно было финишировать на втором месте, однако в квалификации Ники выступил неудачно и показал только 11-е время. На поуле уже в третий раз подряд расположился Нельсон Пике, а Прост занял второе место. На старте у Пике возникли проблемы, и Прост мгновенно опередил бразильца. Правда, на первое и второе места мимо обоих проскочили Кеке Росберг на «Уильямсе» и Найджел Мэнселл на «Лотусе». Ален, впрочем, быстро оставил соперников позади и к 9-му кругу закрепился в лидерах гонки.

Лауде же прорыв не удавался – он успел отыграть лишь две позиции и шел девятым. Однако вскоре возникли проблемы у Дерека Уорика и Элио де Анджелиса, затем австриец обогнал Стефана Юханссона и Микеле Альборето, а на 31-м круге – Кеке Росберга. Двумя кругами спустя Лауда прошел державшегося в группе лидеров Айртона Сенну и вышел на третье место, но статус-кво все равно был в пользу Проста – третья позиция обеспечивала австрийцу недостаточно очков, чтобы стать чемпионом. Ники продолжал атаковать и почти 20 кругов прессинговал занимавшего второе место Мэнселла, но Найджел не уступал, уверенно отражал все атаки и держал «Макларен» позади. Но вмешался случай: за 18 кругов до финиша на «Лотусе» британца возникла утечка в тормозной системе, и в одном из поворотов машину выбросило с трассы. Мэнселл кое-как добрался до боксов, но о борьбе за высокие позиции пришлось забыть. На фоне проблем Найджела Лауда поднялся на необходимое для победы в чемпионате второе место. Прост первым пересек линию финиша, но уже во второй раз подряд упустил титул в последней гонке сезона – чемпионство, уже третье в карьере, завоевал Ники. Причем отставание от австрийца составило половину очка – еще никогда в истории «Формулы-1» разрыв между чемпионом и занявшим вторую строчку не был так мал.

После проигрыша в чемпионате на француза набросилась пресса. «Прост никогда не станет чемпионом мира», – кричали заголовки. При этом Ален, формально будучи вторым пилотом «Макларена», практически весь год был быстрее намного более опытного и уже титулованного Лауды. Прежде всего это бросалось в глаза в квалификациях – в 16 этапах Прост опередил Ники 15 раз, и от этого поражение становилось еще обиднее. В конце концов, если бы «Лотус» Мэнселла доехал бы в Эшториле до финиша, титул почти наверняка был бы у Проста. В то же время отчасти потеря титула была обусловлена техническими проблемами в Великобритании и Италии, а отчасти – ошибками самого Алена в Далласе и Шпильберге. Но в паддоке в межсезонье чаще всего вспоминали скандальный Гран-при Монако, остановленный Жаки Иксом на 32-м круге. Если бы та гонка продолжалась до конца, Прост, даже пропустив Сенну и заняв второе место, набрал бы шесть очков, но из-за досрочной остановки заезда участникам начисляется лишь половина баллов. В итоге победа в сокращенной гонке принесла Алену лишь четыре с половиной очка. Решение Икса, подарившее Просту победу в Монако, парадоксальным образом лишило его чемпионского титула несколькими месяцами спустя.

Сенна последнюю гонку чемпионата 1984 года закончил на третьем месте, и для него это был уже третий подиум в «Формуле-1» – фантастический результат как для самого дебютанта, так и для команды «Тоулмен». В то же время дебютный сезон сложился для бразильца непросто и изобиловал проблемами. Болид был медленным и регулярно ломался, причем порой машина представляла угрозу для пилота. Например, на Гран-при Детройта надломилась стойка заднего антикрыла, после чего неуправляемый автомобиль на высокой скорости влетел в стену. Из кокпита Айртон вылезал, хромая на одну ногу. Но даже в таких условиях бразильцу удавалось продемонстрировать свой талант и удивлять даже опытных специалистов. Разумеется, не обходилось и без ошибок, но некоторые из них впечатляли не меньше, чем успехи Сенны.

На Гран-при Далласа Айртон врезался в бетонное заграждение и разбил машину. Возвращаясь в боксы, бразилец не понимал, что произошло. «Я не допускал ошибок, я ехал как обычно. Должно быть, стена сдвинулась», – кричал дебютант по радио своему гоночному инженеру Пэту Симондсу. Он слова Сенны воспринял со скепсисом – мало ли какие оправдания могут прийти гонщику в голову после аварии. Тем не менее после финиша Симондс все же пошел с Айртоном проверить отбойник – и обнаружил, что тот действительно сдвинулся. Оказалось, что еще до Сенны этот блок зацепил кто-то из других пилотов, и от удара он подвинулся на сантиметр. Айртон круг за кругом проходил в этом месте в миллиметрах от стены и пилотировал на казавшемся недостижимом для человека уровне точности. Но, когда положение отбойника изменилось, машина уже не уместилась на трассе.