
Полная версия:
Даже если вдвоем
Но сейчас я уже не могу ему ничего сказать. Мне стало стыдно от того, что я просто так заставил Оскара к себе приехать. Нужно было выкручиваться, а я даже не знаю, что такого придумать чтобы выйти из положения.
– Оскар, знаешь.. – начал я.
– Помощь уже не нужна? – спросил он, прогулявшись взглядом по моему лицу.
– Не нужна, но… – я начал перебирать в голове варианты.
– И ты не хочешь об этом говорить, потому что это личное, я понял. – утвердительно закончил он.
– Да. – на выдохе подтвердил я.
– С Лидией всё в порядке? – спросил он, заглядывая мне через плечо.
– Да, она в норме. – ответил я и у нас возникла неловкая пауза из-за тупика в диалоге. – Оскар, извини, что отнял у тебя время, была неоднозначная ситуация.
– Если она решена, то всё уже хорошо. – улыбнулся Оскар. – А время я трачу так, как хочу, ты его не сможешь отнять.
Он по-дружески опустил руку мне на плечо. Опять проскользнула мысль о том, что мы с ним кардинально разные, но все-таки умудрились познакомиться и даже подружиться. Я всего-то обслуживал в его доме аппаратуру для съёмок, а он всего-то завёл со мной диалог, отчего полилось общение, полное взаимного удивления. Я не понимал, как можно быть настолько открытым, а что он увидел, я даже не подозреваю.
– Кстати о времени. – сказал он, и его глаза игриво заискрились. – Как у тебя с этим?
– Достаточно. – ответил я, считая, что после первого слова что-нибудь придумаю, но вышло коротко.
– Отлично. – воскликнул Оскар и схватил меня за плечи, радостно тряся. – Сегодня у тебя появился шанс, который нельзя упускать. Срочно поехали со мной, я покажу тебе кое-что, от чего у тебя снесёт крышу. Хотя не знаю, правильно ли, что я так говорю.
Его не интересовало, правильно это или нет, но этот энтузиазм просто не давал шанса отказать или хотя бы сказать что-то против. Правда сказать, этого и не хотелось.
– Я переоденусь. – сказал я и захлопнул дверь.
Войдя в комнату, я не увидел никого. По вискам прошли мурашки, я вздохнул и начал себя успокаивать, когда из-за кровати появилась голова, напугав меня неожиданностью.
– Оскар предложил прокатиться. – сказал я.
– И ты, естественно, не смог отказать. – ответил он, по большей части подтверждая свои мысли. – Я разберусь, можешь ехать.
Так и не понимая, в чем он собирается разобраться я кивнул и пошёл к выходу.
Покинув дом, я увидел своего друга, поправляющего свою причёску в отражении серебристого электромобиля. Профессиональная деформация в секторе выглядит очень забавно. Также мой взгляд зацепился за то, что у Оскара я никогда не видел неряшливых движений и нерабочих сторон. В любой момент можно было заморозить его движения, сделать слепок и создать скульптуру, что будет не стыдно поставить в парке. Он так же безупречно повернулся в мою сторону и сверкнул улыбкой:
– Классный прикид! – он открыл дверь в машину. – Ты когда-нибудь терял сознание от удивления, Дачс? Сегодня будет твой дебют!
Я понял, что не переоделся и понял, что он это увидел. В машину я залез полный заинтересованности, Оскар умеет даже из мелочей сделать шоу.
Оскар сел на водительское сиденье, запустил на панели интерфейс и тронулся с места. В салоне пахло чем-то кисло фруктовым, что напомнило мне про будни моего дорогого друга.
– Мне интересно, ты даже сейчас снимаешь? – спросил я, попытавшись изобразить улыбку.
– Дачс, ты не представляешь, на записи каждое мгновение моего каждого дня. – сказал он и, выбрав маршрут на сенсорной панели для автопилота, повернулся ко мне лицом с светящимся выражением. – Если захочу, могу выпустить видео со всеми отрыжками за прошедшие пять лет.
– Так и всё, что я говорю, записывается? – мне стало не по себе.
– Да, нейросеть давно собирает о тебе целую папку с названием "компромат". – он построил физиономию, похожую на ту, что можно увидеть в фильмах о военных действиях, где герои обязательно попадают в неприятности, но эта маска быстро слетела. – Шучу, там всё личности, что не поставили согласие, скрыты. Неудобная политика, часто приходится собирать разрешения с кучи народа.
Частенько вижу в новостях и на различных передачах смазанные лица с изменёнными голосами, которые не позволяют вычислить человека и каждый раз думаю, насколько же это удобно.
– Зато сложнее кого-то оскорбить. – заключил я.
– Жалко людей, которых легко оскорбить. – сказал Оскар. – Обиженные люди похожи на пиявок, которые никогда не насытятся.
На этой фразе я увидел в глубине его глаз что-то похожее на тоску. Я бы даже и не заметил, если бы она не так контрастировала с его образом. Быть может, его оптимизм идёт от его юного возраста и дальше он будет всё ближе к негативу, чем в свои восемнадцать лет, но мне хочется верить, что его позитив монолитен.
За окном нашего транспорта начали появляться краски броских билбордов и огни фонарей. Яркие оттенки оказывали на меня влияние, которому было трудно не поддаться, к счастью, головной боли за ним не последовало, лишь небольшое раздражение.
– Оскар, сделай что-нибудь с видом из окна. – сказал я.
Он, улыбнувшись, залез в настройки электромобиля и выбрал заполнение пейзажем. Вид за окном плавно преобразился в солнечный пляж, омываемый голубыми волнами. Благодаря аудиосистеме в салоне глубоко передавалась атмосфера спокойствия и даже, прислушавшись, можно было разобрать пение птиц. Я, почувствовав себя комфортно, расслабился в кресле, в такой тихой обстановке мне становится легко. Довольный и размякший, я посмотрел на Оскара, который ждал моего взгляда, чтобы вниманием утянуть меня в свой диалог.
– Дачс, можно личный вопрос?
– Если считаешь, что оно того стоит. – ответил я.
– В моём окружении нет никого, кто бы находился в отношениях. Я хочу, чтобы ты объяснил, что ты чувствуешь.
Его слова прозвучали в лоб. По глазам я видел, что этот вопрос вызывал в нём интерес, который ему хочется утолить.
– Я знаю, что все остальные почему-то не могут чувствовать подобное, но то, что во мне, ощущается как второй стержень. Я думаю о ней, и эти мысли проникают в меня и врастают. Хотел бы заключить её внутрь себя и оберегать там от всего извне.
– Так описываешь, что начинаю сомневаться в том, откуда что ты родом. – сказал Оскар. – А такое чувство, оно разве не делает больно?
– Это, скорее, другой вид боли. Такая, которой ты не можешь напиться.
– Выглядит как форма мазохизма. – задумался он.
– Можешь ещё спросить об этом Германа, тоже, как он говорит, влюбился.
– Кто? – удивился Оскар. – Герман? Очень интересно. Он сейчас в студии, спрошу, что это за счастливица.
В салоне прозвучало "вы прибыли в место назначения" и вид из окна сменился с морского берега на район, окружённый затейливыми знаниями, как неряшливо разбросанные коробки, на которых тут и там мерцали логотипы, персонажи и медийные лица.
Когда мы вышли из машины, у подъемников я увидел Германа, который тут же вскинул руку.
– Рад, что меня так легко вычислить, – сказал Оскар. – ведь так хорошие знакомые всегда смогут меня найти.
Он нарочно сказал "знакомый", ведь другом Герман приходился больше мне, чем ему и без меня их вряд ли что-нибудь бы связывало. В любом случае Оскар его дружелюбно обнял, и мы все вместе прошли в прозрачную коробку подъемника, который, после закрытия дверей, тут же тронулся с места и повёз нас на второй этаж в одну из коробок, в которую без него никак не попасть.
– А если он сломается? – не удержал я мыслей за зубами. – Как попасть внутрь?
– Ждать кого-нибудь вроде тебя, полагаю. – улыбнулся он в ответ.
– Или своими ручками принести лестницу. – сказал задумчиво Герман.
Паз дверного проёма пристыковался, обнажая перед нами студию Оскара. Интерьер был блеклый и выглядел спокойно, а за стойкой сидел молодой парень в светлой неприметной одежде, как будто он здесь проходит лечение. Мы пошли к нему, под нашими шагами пол светился сиренево-розовыми диодами, из-за чего, хоть и не люблю яркие краски, я начал волочить ноги, оставляя длинные полосы. На наши шаги молодой человек обернулся, и я увидел его лицо, которое выглядело осунутым и нездоровым, хоть и было видно, что он даже чуть младше меня.
– Ты бы ещё дольше ходил. – сказал парень. – Твои светящиеся поверхности забавны, но они мне не заменяют общения.
– Модест, почему ты не развлек нашего гостя? – сказал в пустоту Оскар.
На полу появились яркие следы от шагов, словно кто-то подошёл к нам, но никого на этом месте не было видно. Из ближайшей колонки прозвучал голос:
– Человек не идентифицирован, взаимодействие может привести к неприятным последствиям.
Герман с ухмылкой посмотрел на Оскара, тот улыбнулся.
– Ты же вроде не умер от тоски. – Оскар подошёл к нему, обнял за плечо и повернулся к нам. – Знакомьтесь, эту занозу в заднице зовут Доминик, и вы не поверите, откуда он.
– Какой-то твой новый фанат? – спросил Герман.
– Фанат? Заноза? – возмутился Доминик. – Я бы попросил побольше уважения, моя семья вообще-то имеет большое влияние и вряд ли вы хотите ощутить его вес на своих шкурах.
Мы с Германом засмеялись, это представление было очень забавным. В глазах Доминика была растерянность, а у Оскара отвисла челюсть.
– У тебя ещё живы родители? – спросил он. – Знаешь, это просто фантастика!
– Не считаешь, что было бы странным, если бы они не были живы, учитывая, что даже мою болезнь смогли вылечить?
Я вопросительно посмотрел на Оскара. Тот нагнулся и еле слышно произнёс:
– Гемофилию.
– Ну кто знает, за тридцать лет многое могло произойти. – вмешался Герман. – Твою семью могли съесть собаки или убрать из-за приверженности к определённому полит вектору. Знаешь, пока ты отлеживался в крио-сне, были довольно тяжёлые времена.
Я опять вопросительно посмотрел на Оскара.
– Да, просто Герман не любит сюрпризы. – сдался он. – Доминик пробыл тридцать лет в крио-камере и я, как добропорядочный представитель нашего общества, решил помочь ему социализироваться и привыкнуть к новому миру, ведь его старый мир рухнул, как можно этому симпотяжке не помочь?
– Не наблюдаю особой помощи, Оскар. – огрызнулся Доминик. – За время моего пробуждения я не увидел ничего нового, кроме центра пробуждения и этой коробки с клоунскими вспышками.
Пока Оскар ему доказывал, что вспышки совсем не клоунские, а вполне себе даже серьёзные, я заметил, как цветные следы на полу проследовали до Германа. Тот надел устройство для дополненной реальности и начал говорить с Модестом.
– Где Доминик родился? – спросил он в пустоту.
– Страна, в дореволюционное время славящаяся своей архитектурой и изысканным вкусом к еде…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов