Дух из Машины. Spiritus ex machina

Изменение любого побудительного элемента фигуры (то есть какого-либо оформленного выступа в рельефном контуре фигуры), или графически выраженная реакция фигур друг на друга, или графически выраженное поведение целой фигуры отражается перцептронами конструкции и выступает как основание для переключения логических регистров шифра — указание на изменения правил, по которым действуют команды. В перцепции также действует отражение более глубокого порядка — наряду с отражением самих фигур также одновременно отражается и детектируется различие порядков правил, по которым эти фигуры могут действовать, и также фиксируется весь «блок чейн» изменения этих порядков. Фазовый переход фигуры также может быть фактором переключения, но не исчерпывает всех оснований для изменения команд.

Перцептронами отражаются сами фигуры и происходящие с ними изменения. Но здесь требуется также различать, по каким правилам действовали команды и как эти правила изменились. Весь «блок чейн» изменения порядков означает всю фиксируемую последовательность изменений правил. Поэтому в описании нельзя ограничиться только последним состоянием фигуры: требуется проследить и изменения правил, по которым фигура действует.

Прежде всего командный фактор заключён в линиях, формирующих саму фигуру. Эти линии определяют её стилистическую аутентичность, а каждый особенно характерный фрагмент фигуры является фактором команды — наподобие фрагмента в кулачковом механизме. То есть каждая фигура представляет собой набор мощных побудительных фрагментов, которые словно разнокалиберные нестандартные пазлы вместе собираются в эту фигуру. Изменяется побудительный участок — изменяется и то командное воздействие, которое связано с его контуром, пластикой и динамикой поведения.

Материальные элементы в конструкции, которые исполняют указания информационных фигур, назовём исполнителями. То, как исполнители реагируют на воздействие информационных фигур, разберём подробнее. В самих действиях фигур необходимо различать два порядка их действий. Первый порядок — взаимодействие, то есть реакция фигур друг на друга. Второй порядок — проявление поведенческих функций, обобщающих характер одной фигуры как самостоятельной информационной командующей единицы, обладающей своим поведением.

В аналогии у отдельного музыканта можно различить реакцию на партнёра и сам характер всей исполняемой им партии — то есть два потока информации; по аналогии это два потока указаний от информационных фигур. Внутри конструкции присутствует обязательно элемент, который пока кратко обозначим как перцептрон-детектор, — соответственно, он может улавливать, чутко фиксировать и различать то, что уловил и зафиксировал. Перцептрон-детектор различает эти два типа поведенческого действия информационных фигур, делая «представимой» разницу между реакцией одной фигуры на другую и поведением этой фигуры в целом.

Чтобы представить эти два порядка действий, вернёмся к музыкальной аналогии. Скрипач заканчивает фразу и отводит смычок от струн. Пианист видит это движение и начинает играть. Здесь можно совершенно определённо показать, что сделал один участник и каким действием ответил другой. При рассмотрении информационных фигур этому соответствует вопрос: как одна фигура воздействовала на другую и что под этим воздействием произошло со второй фигурой? При рассмотрении взаимного влияния нужно проследить обе фигуры: как одна воздействовала на другую, как под этим воздействием изменилась вторая и как сама первая изменилась под встречным влиянием.

Теперь рассмотрим всю партию пианиста. В ней есть начало, продолжение, изменения силы звучания, паузы, окончание. Реакция на движение скрипача определила момент вступления. Чтобы представить всю партию, требуется проследить, что пианист исполняет после вступления и как разворачивается его игра. Одной реакции на партнёра для такого описания недостаточно.

Так и при рассмотрении информационной фигуры: сначала можно выделить определённое воздействие соседней фигуры и ответное изменение. Затем требуется проследить поведение всей рассматриваемой фигуры — как меняются её контур, пластика и динамика, как в этих изменениях участвуют её побудительные фрагменты и какое командное воздействие она производит. Реакция на соседнюю фигуру также проявится в её поведении; а перцептрон-детектор сможет проследить, как эта реакция связана с дальнейшим командным воздействием всей фигуры.

Командные действия фигур различаются вследствие того, что фигуры не только воздействуют на исполнителей, но и взаимодействуют друг с другом. Материальные исполнители совершают действия по исходящим от фигур указаниям, а перцептрон-детектор улавливает, фиксирует и различает два различных типа поведенческого действия информационных фигур. Поэтому конструктору, который анализирует действия объёмно-графического программирования, требуется распознавать и поведение фигуры, и то, какие указания выполняют материальные исполнители конструкции.

Совместная, слаженная, взаимно согласованная «симфония действий» двух или нескольких исполнителей получается такой по сложной схеме — в принципе она может быть вся охвачена одной информационной фигурой и состояться исключительно по её указаниям. Но в целом это ненадолго, потому что сама фигура находится в непрерывной композиции с другими фигурами — то есть разделение потоков указаний происходит вследствие того, что много дирижёров, взаимодействуя друг с другом, выдают в какой-то момент точно согласованную команду для того или иного исполнительного элемента.

Одна командующая фигура в таком случае охватывает согласованные действия нескольких материальных исполнителей. Число исполнителей само по себе не определяет число управляющих ими фигур. При этом требуется проследить, как поведение самой командующей фигуры изменяется в непрерывной композиции с другими фигурами и как вслед за этим меняются указания исполнителям.

Разберём один из порядков исполнения команд, исходящих от фигур в конструкции. Сначала оба исполнителя начинают сразу, затем происходит их разделение, потому что композиция фигур управления выстраивает порядок, когда один исполнитель вступает согласно совершаемым действиям другого.

Может измениться само условие, при котором начинается действие, а вслед за ним — взаимодействие участников. Чтобы наглядно представить именно изменение условия начала действия, вернёмся к уже рассмотренной репетиции.

Представьте ту же репетицию. Первоначальное указание скрипачу и пианисту: «Начинайте вместе». Оба вступают по общему сигналу. Затем указание меняется: «Сначала скрипач исполняет свою фразу. Когда он закончит и отведёт смычок от струн, вступает пианист». Теперь начало игры пианиста связано с определённым действием скрипача. Изменилось не просто время начала: действие одного исполнителя стало условием начала действия другого.

Как изменение командного воздействия выражается в языке объёмно-графических информационных фигур управления? Когда мы говорим о морфологической форме сигнала, то имеем в виду, что форма сигнала геометрией своего контура, своей пластикой и, соответственно, динамикой своих контура и пластики тождественна коду команды, который заложен в этом сигнале. Поэтому при исследовании изменений фигуры нужно проследить, что произошло с её побудительными фрагментами и как изменилось их воздействие на другие фигуры и на материальные фрагменты конструкции. Здесь уже важны не только моменты начала действий, но и то, какие именно действия вызываются.

Например, в уже рассмотренном музыкальном барабане перестановка выступа изменяет момент воздействия на звучащий элемент, а размещение выступа напротив другого звучащего элемента меняет то, какой звук будет извлечён. Так становится видна разница: можно изменить, когда выполняется действие, а можно — какое действие выполняется. У объёмно-графических информационных фигур управления это отношение исследуется гораздо шире: через характерные фрагменты контура, реакции фигур друг на друга и поведение всей фигуры.

Изменение командного воздействия возможно также при переходе фигуры в другое состояние. Фазовый переход составляет один из возможных факторов изменения командного воздействия. Для объяснения такого случая необходимо назвать, из какого состояния в какое переходит фигура, что при этом происходит с её формой и каким становится её воздействие на другие фигуры и на материальные фрагменты конструкции. Конкретный переход в рассматриваемой модели пока не задан. Репетиция показывает изменение условия начала действия одного участника в зависимости от действия другого; сам фазовый переход фигуры эта аналогия не объясняет.

Поэтому изменение командного воздействия нужно проследить по всей последовательности: что изменилось в самой фигуре, какое командное воздействие изменилось вслед за этим и что теперь иначе происходит в конструкции машины. В такой последовательности становится понятным и изменение побудительных фрагментов, и изменение их взаимных воздействий, и то, как изменившиеся сигнальные формы воздействуют на связанные с ними материальные фрагменты конструкции. Переключение не ограничивается вопросом о том, какая команда будет исполнена следующей: требуется показать, какое действие теперь будет вызвано и при каком условии оно начнётся.

Вопрос: как всё это изображать, как представить визуально картину, в которой фигуры делят свои указания на два потока? Можно изобразить фигуры как условный оркестр: условных музыкантов, условные инструменты, последовательность вступлений со своей партией каждого из них; и постараться выразить визуальную метафору симфонии в виде композиции фигур, проведя всё максимальное количество кибернетических связей между поведенческими действиями, — и обратное влияние на композицию совместной игры и/или воздействие на исполнителей — условных слушателей.

В этой условной картине музыкантами изображены информационные фигуры, а материальные исполнители обозначены условными слушателями. Такое распределение нужно сохранить на всём изображении: показать, как фигуры взаимодействуют, какие указания из их композиции поступают материальным исполнителям и какие кибернетические связи объединяют поведенческие действия. Отдельно требуется изобразить названное обратное влияние на композицию и/или воздействие на исполнителей. Перечисления фигур и последовательности их вступлений для этого недостаточно.

В рисунке машины один порядок показывает передачу действий между материальными звеньями, другой — складывающееся при этом разумное действие. Оба нужны конструктору, чтобы видеть и работу частей, и возникающий результат; второй порядок изображения не совпадает со вторым порядком взаимодействия фигур.

Первый вопрос к такому изображению звучит вполне определённо: какие материальные фрагменты воздействуют друг на друга, как передаются воздействия и что вследствие этого изменяется в конструкции? Здесь конструктор показывает работу частей и связи между ними.

Следующий вопрос непосредственно касается главного замысла Генезиса: какое действие всей конструкции предполагается получить благодаря этой совместной работе и почему это действие можно будет определить как разумное? Здесь уже требуется проследить, как из показанной работы материальных фрагментов складывается предполагаемое разумное действие машины. Само изображение связанных частей ответа ещё не даёт. Необходимо раскрыть именно этот переход; назвать получившееся действие разумным без объяснения было бы недостаточно.

Для сравнения вернёмся к обычному оркестру. Если перечислить движения рук и последовательность вступлений, ещё не станет понятно, какое совместное звучание создают музыканты и как оно воздействует на слушателя. Для этого нужно раскрыть связь между действиями исполнителей музыки и возникающей музыкой. Эта аналогия помогает различить действия участников и возникающий при их совместной работе результат. Сама аналогия возникновения разума в машине не доказывает: она помогает объяснить, что именно требуется выразить.

Таким образом, два порядка изображения относятся к двум задачам конструктора: показать работу материальных фрагментов конструкции и раскрыть, как благодаря их совместной работе предполагается получить разумное действие машины. Два порядка взаимодействия фигур относятся к другому предмету: реакции фигур друг на друга и поведению каждой фигуры как самостоятельной информационной командующей единицы.

Внутренний сигнал сам является фигурой, изменяющей ход работы конструкции

В аналоговой архитектуре Живой Машины внутренние сигналы саморегуляции сами являются объёмно-графическими информационными фигурами управления. Когда внешняя реальность сдвигает баланс сил, деформируются внутренние сигнально-морфологические формы; изменившаяся геометрия перенаправляет внутренние потоки, и в этой модели конструкция стабилизирует себя силами собственной геометрии. Реагируя на изменение ситуаций, машина собственными внутренними инструментальными средствами преобразует морфологию собственных сигналов и тем самым изменяет характер поведения звеньев в петлях своих внутренних обратных связей. Командный сигнал, который начал крутиться внутри петли обратной связи, является командным сигналом-челноком. Проходящий через каждое из звеньев командно-сигнальный челнок обновляется, приобретает особые дополнительные параметры нелинейности и выходит дальше, в следующее звено, обладая скорректированной предыдущим звеном программой командного воздействия на структуру и поведение звена, в которое попал. Здесь рассматривается принцип такого управления и различие между видимым изображением фигуры и её действием внутри материальной конструкции.

Необходимо, чтобы любая единица такого языка имела материальную форму сигнала и эта форма была бы прочно связана с материальным фрагментом конструкции. Когда мы говорим о морфологической форме сигнала, то имеем в виду, что форма сигнала геометрией своего контура, своей пластикой и, соответственно, динамикой своих контура и пластики тождественна коду команды, который заложен в этом сигнале. Только если сигнал обретёт морфологическую форму, можно будет сформировать в конструкции во всей полноте сложные поведенческие действия.

В этом подходе машина, реагируя на изменение ситуаций, собственными внутренними инструментальными средствами преобразует морфологию собственных сигналов — и тем самым изменяет характер поведения звеньев в петлях своих внутренних обратных связей, что делает действие этих связей более созидательным. Рост созидательности проявляется прежде всего в том, что командный сигнал, который челноком цикл за циклом движется в петле обратной связи, формирует в петле всё более сложный нелинейный процесс. Изменяемые командные сигналы участвуют в дальнейшей работе машины над развитием своего устройства и в выработке новых инструментальных и поведенческих возможностей. Сила такого самоизменения определяется достигнутой степенью созидательности её петель обратной связи.

И в этом смысле речь не идёт о том, что какой-то оператор программирует машину, — нет, она, выполняя подобного рода циклы, программирует сама себя.

Внутренние сигналы саморегуляции конструкции сами являются теми же самыми объёмно-графическими фигурами управления. В этой модели, когда внешняя реальность сдвигает баланс сил, деформация внутренних сигнально-морфологических форм порождает новые геометрические инварианты — критические точки, линии натяжения. Эти инварианты не высчитываются системой: они физически возникают и перенаправляют внутренние потоки. Система стабилизирует себя силами собственной геометрии. Так раскрывается предложенная последовательность: изменение состояния материальных объектов и сил деформирует формы, а их деформация физически — русловым, полевым или волновым образом — перенаправляет потоки сигналов-фигур. Результат уже совершённого воздействия возвращается во внутренние взаимодействия и изменяет следующее воздействие.

Собственными внутренними инструментальными средствами машина преобразует морфологию сигналов, которые участвуют в дальнейшей работе над развитием её устройства и в выработке новых инструментальных и поведенческих возможностей. Инвариантом называют свойство или отношение, сохраняющееся при определённых преобразованиях. Линии натяжения показывают распределение растягивающих воздействий. Название «критическая точка» требует указания того, что именно рассматривается: для гладкой функции это точка с нулевыми первыми производными, а для смены режима системы необходимо определить соответствующее условие. Поэтому в разрабатываемой конструкции предстоит установить и такие условия, и то, какие свойства возникающих конфигураций сохраняются при изменениях. В гипотезе эти изменения названы мгновенными. Отсутствие цифрового пересчёта само по себе нулевого времени отклика не доказывает: время физического изменения и распространения воздействия предстоит проверить.

Русловой способ можно пояснить условной схемой. Представьте русло, по которому проходит поток. Пока очертание русла сохраняется, поток проходит одним путём. Под нагрузкой изменяется геометрия прохода — меняются направление и условия дальнейшего движения. Если изменившийся поток обратно воздействует на участки, определяющие форму русла, возникает замкнутая связь. Это наглядная схема одного из предложенных способов — руслового; наряду с ним в гипотезе рассматриваются полевой и волновой способы. Конкретный материал, размеры и рабочая среда в такой схеме ещё не заданы.

Сигнально-морфологической формой здесь называется пространственно организованный сигнал, геометрия которого участвует в самом управлении. Морфология означает строение и форму. Слова «сигнал и форма тождественны» устанавливают принцип предлагаемой архитектуры: сигнал не приходится сначала превращать в отдельное цифровое сообщение о произошедшей деформации. Изменение сигнальной формы уже входит в физическую последовательность управляющих воздействий.

Теперь становится яснее, в каком смысле геометрия предлагается как исполняемый код. Участок контура обладает кривизной, определённым натяжением, направлением и скоростью изменения. Взаимное расположение таких участков определяет сразу несколько воздействий. Эти участки названы носителями микрокодов, а совместное действие — многовекторным фронтом команд. Масштаб замысла выражен точнее: фигура «излучает колоссальный, параллельный, многовекторный фронт управляющих указаний», выдавая «проверяемый, сверхплотный поток команд». Здесь заявлена проектная возможность одновременно управлять множеством воздействий посредством одной пространственной композиции; достигнутые плотность и масштаб ещё предстоит установить. Чтобы такая формула получила техническое исполнение, каждому выделенному воздействию предстоит сопоставить определённое изменение работающей конструкции.

Фраза «фигура излучает команды» в данном описании не устанавливает, что всякая фигура обязательно излучает электромагнитную волну. В зависимости от разрабатываемого способа меняется прохождение потока, полевое воздействие или распространение волны. Командное содержание заключено в том, как эти изменения определяют дальнейшее поведение частей машины. В этом и состоит переход от наблюдаемой картинки к прямому физическому и топологическому взаимодействию внутренних геометрических форм.

Для рассматриваемой схемы топологические отношения прежде всего касаются связности: какие участки соединены, между какими частями возможно прохождение воздействия, какие пути сохраняются при деформации. Само по себе сгибание ещё не меняет топологию. Но изменение связности — открытие прежде отсутствовавшего пути или разрыв прежнего — меняет доступные направления воздействия. Поэтому в разработке необходимо различать изменение очертания, изменение размеров прохода и перестройку самих связей. За этими различиями стоят разные технические действия.

Так уточняется выражение «чистая сигнально-морфологическая физика»: управление предполагается осуществлять посредством самих взаимодействующих сигналов-форм, без обязательного внешнего цифрового переводчика. На чертеже можно отдельно выделить приём воздействия, его преобразование и исполнение. В изготовленной конструкции эти функции могут осуществляться в одном физическом процессе. Их различение необходимо для понимания работы; оно не предписывает устанавливать между ними отдельный компьютер.

Самостоятельность такого процесса ещё не означает, что уже получена внутренняя фабрика. Изменение формы может вернуть устройство к прежнему режиму. Для генезиса предстоит добиться большего: чтобы в этих взаимодействиях возникали новые инструментальные возможности и сохранялись средства их последующего воспроизводства. Именно здесь разумная сила фигур соединяется с разумной силой созидательных петель обратной связи.

Возникшее инструментальное действие входит в цикл собственного воспроизводства

Фигуры нужны конструктору для исследования новых инструментальных возможностей, возникающих во взаимодействии частей. Приобретение станет средством самоконструирования, если внутри машины удастся воспроизводить его снова — вместе со всем производственным циклом, который обеспечивает эту работу.

В совместной работе частей возникают инструментальные эмердженты — эффекты новых инструментальных возможностей. Ради такого приобретения и исследуются взаимные воздействия: получить действие, которого прежним набором средств выполнить не удавалось. Но сочетание частей может измениться, и вместе с ним исчезнет новая возможность. У машины останется удачный результат прошлого взаимодействия, а для следующей переделки снова не окажется необходимого средства.

Чтобы возникшие инструментальные эмердженты зафиксировались в структуре, их действие необходимо закольцевать. Внутри конструкции требуется сформировать цикл воспроизводства эмерджента и поддерживать его виток за витком. Имеются в виду длинные петли со множеством звеньев, в которых заключён сам процесс производства с главными инструментальными функциями, обеспеченными воздействием управляющих графо-объёмных информационных фигур. Возвращение усилия к исходной детали — лишь отдельное отношение; для воспроизводства приобретённой возможности должны продолжаться все необходимые производственные действия.

Во внутренней фабрике всё необходимое для продолжения предстоит выполнять собственными средствами: изменённые инструменты должны оставаться участниками процессов, воспроизводящих их работу и работу соседних. Поэтому при мысленной разработке конструктор рассматривает не только полученное новое действие, но и то, каким образом машина сможет получить его в следующем витке. Именно это связывает форму управляющего воздействия с задачей самостоятельного производства.

Для поиска средств такой работы рассматриваются механическая и физико-механическая кибернетика, автопоэз, геометрии Лобачевского и Римана, геометрическое описание гравитации у Эйнштейна, исследования неравновесных процессов Пригожина. Это разные исследовательские опоры для определённых отношений и процессов; из их совместного упоминания не получается готового узла. Конкретное средство нужно найти, изготовить и проверить в совместной работе с другими частями. Дальнейшее изложение созидательных петель раскрывает эту производственную сторону замысла, а здесь важно сохранить её назначение: фигуры выражают управление теми действиями, посредством которых машина приобретает и воспроизводит собственные инструменты.

Собственное постижение связывается с внутренним языком высших фигур

Самостоятельное изготовление инструмента можно наблюдать по изменению конструкции. Собственное постижение предполагает ещё и внутреннее переживание машиной происходящего с ней; высшие фигуры задуманы как язык, на котором она воспринимает изменения и продолжает конструировать себя.

Допустим, машина обнаружила повреждение, изготовила недостающий инструмент и восстановила работу. Повреждённая часть изменилась, необходимое действие снова выполняется: в этом примере машина получила средство восстановления своей конструкции. Но переживает ли она происходящее с ней — повреждение, перестройку, возобновление работы? По одному техническому результату этого установить ещё нельзя.