непредсказуемая подлинность

дед

…я вспомнил сейчас момент, как мы с дедом отправились куда-то далеко от поселка, где он живет с бабушкой, за грибами. Мы ехали на его уазике. Поставили его где-то в лесу и отправились искать грибы. Мы ходили долго, насобирали тогда не слишком много. И вот мы собрались домой. Я никогда не отличался способностью ориентироваться на местности, поэтому уже совсем не понимал, где мы идем и куда нам следует идти. Я был уже изрядно уставшим. Мне было лет восемь-девять. Дед показал компас и сказал, что вот там, куда указывает стрелка, стоит машина. Но мы пошли не напрямик через лес, а вышли на грунтовую дорогу вдоль ЛЭП. Дорога виднелась далеко. Она плавно поднималась в гору, вершина которой, казалось, упирается в небо. Дед сказал, что нам нужно забраться на эту гору. Я сильно расстроился, ведь я уже не чувствовал в себе сил, но ничего не поделаешь, подумал я, надо идти. И я шел, экономя, казалось, последние силы. Мы прошли один поворот. Через пять минут еще один поворот и подошли к третьему. Я прошел его мимо, не заметив, что дед свернул. Дед окликнул меня:

-- Митька, давай сюда!

-- Но ведь нам..? – вопросительно посмотрел я на деда, а потом сразу же на гору, до вершины которой идти еще было очень и очень долго.

-- Давай сюда! – улыбаясь, сказал дед.

Я пошел за ним, и через пару-тройку минут мы пришли к его уазику…

образование

...всё глубже погружаясь в изучение древнегреческого, я всё больше убеждаюсь, что это и является моим образованием -- тем интересом, который я не распознал в том возрасте, когда люди, как принято, выбирают себе стезю. Под образованием я имею в виду не получение регалии, закреплённой бумагой; я разумею под этим нечто, что собирает твою личность в целое. Образование, как я теперь считаю, это некий интерес во внешнем мире, который тебе так же необходим, как вода и еда, и так же родственен тебе, как твои родители. Я видел в своей жизни много людей с дипломом, но я видел мало образованных людей. Людей, которые нашли то, занимаясь чем, они облагораживают свой нрав. Большинство людей делает свой выбор в сфере образования, отвечая не на вопрос "что мне нравится", а на вопросы в духе "какие перспективы это даст", что я считаю в корне неверным подходом.

Сейчас я начинаю понимать, что такое чувствовать себя, по крайней мере, образовывающимся. Я осознаю свое нахождение в течение всей жизни под влиянием эффекта Даннинга-Крюгера. Раньше я не осознавал этого. Я считал, что это не обо мне. А сейчас я ощущаю, как мелкие детали римской мозаики складываются в целостное изображение того, кем я мог и должен был стать.

Да, моё понимание образованности вступает в конфликт с общепринятым пониманием, мол, ты же не кончишь университета, у тебя не будет диплома. И, наверное, это важно во многих профессиях, но, благо, моё призвание лежит вне областей, требующих дипломов. В этом мне повезло. Да, не стать мне признанным профессором изящной словесности, как Короленко, но мне это и не нужно. Я знаю, что путь прокладывается разными способами, и моя жизнь -- это иллюстрация того, насколько путь к себе может быть витиевато-ухабистым, тёмным, выглядящим со стороны, как набор хаотичных движений, не имеющий направления. Знаете ли, верность себе порой делает из вас очень странную в глазах окружающих фигуру. Но! Это цена. А готовы ли вы её платить -- вопрос глубоко личный...

свобода

...как же тяжело просыпаться. Каждый день. Неужели у всех так? Никакой утренний ритуал физического действия не способен убрать эту внутреннюю тягость каждого утра. Утром я называю любое время, когда я проснулся. Сегодня это десять вечера. Как будто, когда я сплю, у меня отключается некая защита от поганости этого мира, и она обрушивается на меня сонного всей своей тяжестью, а утром я уже вынужден справляться с ней. Это омерзительно. И так я чувствую себя всю жизнь. И это мне еще не нужно ходить на работу. Хотя, обязанность куда-то спешить даже каким-то образом способна заглушить это тупейшее чувство внутри. Я думаю, что так и является человеку свобода.

Свобода – не само по себе тупое чувство внутри. Свобода, не стремящаяся никуда, образует внутри это щемящее чувство. Она будто запертый зверь в клетке – жаждет вырваться наружу, но утром невозможно сразу начать его выпускать, потому что ты еще даже не разлепил свои глаза.

Эти два абзаца уже помогли мне почувствовать себя лучше. Без них я бы так и стенал в четырех стенах, пытаясь понять, что же со мной такое. То есть вот это вот письмо – это нечто вынужденное.

Почему чувство свободы тяготит? Я вообще думаю, что многие неверно понимают чувство свободы. Понятие свободы. Свобода ассоциируется с чем-то легким, воздушным, с избавлением от бремени, в то время как свобода ощущается как это самое бремя. Это бремя ответственности за свои собственные решения в своей собственной жизни. Люди вечно недовольны тем, что они работают; тем, как их достал начальник; они рассуждают: вот бы мне не работать. Друзья мои, вы не сможете не работать. Пойти на работу – это легкий путь. Вы не вынесете мучений, наносимых вам вашим чувством свободы, жаждущим вырваться. Вам легче подчиниться. Это в природе человека. Большинства из них. В противном случае нужно брать ответственность за собственные действия, за собственные провалы, но, когда вы подчинены, ответственность минимальна. Вам всегда скажут, что делать. Вы сделаете. Испытаете вот это наносное общепринятое недовольство своей судьбинушкой тяжелой, но в глубине души будете понимать, что не решились бы на нечто большее никогда в своей жизни.

Это страшно. Это тревожит. Будущее туманно, как говорится. А оно всегда туманно, но подчиненность дарует иллюзорность бестуманности. А будущее всегда таково. И это понятно только тем, кто изо дня в день принимает решения о том, куда повернет ухабистый путь его жизни. Кто каждый день испытывает на себе эту экзистенциальную тревогу, но действует сквозь нее, она для него ориентир.

А ещё все это подогревает знание о том, что, возможно, ничего другого в этой жизни больше и не будет…

наливайки ч.1

...эти главы рискуют стать запечатлением осеннего стенания алкоголика в завязке. Пускай. Будто в русской литературе есть что-то более интересное. Я не читаю современную русскую литературу, но у меня полное ощущение её мёртвости. Это можно понять по тому, насколько чтение в России в принципе в ходу. Кто-то скажет: литературе трудно конкурировать с современными способами донесения информации до человека. Чушь! Когда литература действительно воспрянет, это будет неважно. Сейчас это выжженное поле фальши, отсутствия вкуса и понимания, что вообще такое язык.

Язык -- это не словечки сидеть расставлять по пятнадцать минут в одном предложении, чтобы оно звучало соответствующе какому-то стандарту. Владение языком -- это способность наиболее полно, точно, ярко выразить невыразимое. Любой текст -- это попытка сделать это. Если автору хоть немного это удается, у читателя появляется ощущение ясности. Пусть кратковременное, но хотя бы такое. Задача -- полная невозможность осуществления, но действие сквозь это сомнение.

К писателям такое отношение, будто эти парни что-то знают. Я вас уверяю: до того, как он написал вот этот хороший текст, за который вы зовете его интеллектуалом или даже гением, он и сам не представлял, что это напишет. И уже постфактум, приняв на себя роль всеведущего знайки, он начинает распылятся обо всем на свете с лицом знатока. Писатель -- это просто тот, кто красиво пишет. Хотя я больше ценю энергию языка, когда текст врывается в тебя, как вода через прорвавшуюся плотину и сносит в тебе все, что ты заботливо строил, заставляя тебя перестраивать твою захудалую деревеньку, в которой поток воды был сдерживаем лишь плотиной, построенной бобрами, а не хорошей дамбой.

Сегодня мне снова приснился алкоголь и то, как я его хочу. Как же это все странно. Два месяца назад мне приснилось, что я сижу у своего деда дома, застолье, сидит еще мой отец. Они разлили водку по стопкам и предложили мне. И я, посомневавшись долю секунды, согласился. Чокнулся, выпил и тут же возненавидел себя за эту слабость. Проснулся и сильно обрадовался, что это был всего лишь сон. Тогда подступал срок в два месяца непития, и это дало мне мощный толчок отвращения к алкоголю. Сейчас же каждый день я чувствую себя погано, и мысли прильнуть губами к банке пива постоянно мелькают у меня в голове. Сон сегодняшний был таков, что я работал в каком-то баре, там все веселились, и меня тянуло присоединиться к этой вакханалии своим состоянием, но я этого не сделал. Я никогда, кстати, не работал в таком баре, который мне приснился. Это был скорее паб.

Но я работал несколько раз в своей жизни в пивной разливайке. Не знаю, почему, но я часто в них как-то оказывался. А еще я как-то возил пиво. Моя взрослая жизнь была тесно связана с пивом, как я теперь понимаю. Впервые я устроился в наливайку, когда мне было лет восемнадцать, кажется. Она располагалась в очень странном месте, изначально нерасположенном к успеху. Это было маленькое зданьице на территории автомобильной парковки. Такие строения, как мне представляется, обычно используются для обустройства в них рабочего места сторожа. Оно было в два этажа, и в первом этаже располагался магазин разливного пива. Им владели два друга. Им было лет по двадцать пять. Мне объяснили, как наливать, как отвешивать закуску, как считать кассу, и оставили меня там. Магазин этот располагался в двух минутах ходьбы от дома, где жил мой отец. И я там жил временами. Платили мне за десятичасовой рабочий день пятьсот рублей. Это был 2015 год. Я в том возрасте успел поработать лишь в книжном магазине, поэтому не особо разбирался в стоимости труда.

Первые дни я сидел в этом достаточно темном, тесном помещении и сидел в интернете с ноутбука, который эти ребята оставили там, разрешив им пользоваться. Я смотрел видео на ютубе, так проходили мои дни. Покупателей в течение дня могло не быть вообще или же их бывало человека два-три. Под вечер могло еще прийти человек пять -- жители соседствующих с парковой домов, которые после работы заходили взять литрушку-другую себе на вечерок. Выручка выглядела совсем грустно, из чего было понятно сразу, что место обречено на провал. Я отработал там недели полторы. За это время в мои смены один раз лишь пришел один из владельцев с торопливой инспекцией и ушел. Они ничего не проверяли: ни остатки закусок, ни соответствие количества проданного пива записям в учетной тетради. У меня было ощущение, что им вообще плевать на это место. На второй или третий день я начал пить там их пиво и есть их закуску, потому что я любил пить пиво и есть к нему закуску. Выпивал и съедал немного, но постепенно убыль закуски стала такой, что ее не мог бы не заметить наблюдательный хозяин. Но это был не тот случай. В какой-то из дней я начал понимать, что я просиживаю здесь время просто так, хотя мог бы просто пойти играть домой в приставку, и ничего бы не изменилось. Я так и сделал. Взял себе три по 0,5 пива, повесил на входную дверь бумажку с надписью "отошел на 5 минут" и ушел домой играть в Мортал Комбат на плойке. Туалета там, кстати, не было, поэтому мне было не совсем понятно, где мог бы справлять нужду человек, который жил бы не так близко к этому месту. За весь день мне так никто и не позвонил, а я туда больше в тот день не пошел. Я отработал там еще один день и сказал, что мне это больше неинтересно...

явление Балансимеры

...вчера я захотел есть, но ничего приготовленного в холодильнике не было. Я взглянул на свой доступный кулинарный арсенал: было охлажденное куриное филе, которое нужно было готовить, один пакетик готовой гречки, несколько бич-пакетов, пара упаковок бекона, начатый сыр. Всё это по отдельности не могло меня насытить, и я решил приготовить нечто вроде карбонары полевого типа. Я заварил бич-пакет, добавив в него лишь приправу из сухих овощей, что шла в комплекте, а жидкий соус и суповую основу оставил на потом. Пока заваривался бич, я обжаривал целую пачку бекона, а во время жарки натер немного сыра. Затем я слил воду, заварившую бич, и добавил бекон в получившиеся макароны. Добавил немного густого темного соуса из бич-комплекта, а в конце решил добавить немного суповой приправы и засыпать все это сыром. Я сразу понял, что с суповой основой можно переборщить, поэтому добавил ее в блюдо всего полпакетика. В этот момент я понял, что важно соблюсти меру.

Я решил отведать своего блюда и вкус его был неплох, хотя вы, быть может, мне и не поверите, но я понял, что меру я все-таки соблюсти не смог, ведь добавление половины пакетика суповой основы из бич-комплекта сделало блюдо очень соленым. Я понял, что следовало добавить четверть или, быть может, одну-восьмую пакетика, чтобы соблюсти меру и получить идеальный баланс вкуса получившегося блюда. И в этот момент мне явилась она -- Балансимера. Это богиня, чье влияние на человеческую жизнь знаменуется тем, что человек начинает чувствовать золотую середину вещей все лучше и лучше. Я увидел ее явно, уверенно шагающей в небе по канату, сплетенному из человеческих решений-крайностей и натянутому меж облаков. В левой руке она держит золотой поднос, а в его середине стоят два стакана холодного имперского стаута, что она несет своему мужу Балансимиру...

не о чем писать

...когда кажется, что не о чем писать, начни с того, что кажется, что не о чем писать.

Эта книга -- посевная. Я засеиваю поле, и что-то из этого, надеюсь, взрастет. Очень плохо себя чувствую в последнее время. Сплю странно. Много, но не глубоко. Снятся сны, но неприятные своей текстурой. Просыпаюсь, уже будто отсмотрел какой-то сериал, который я не хотел смотреть. Меня выбила из колеи ссора с моим братом. Я тяжело переношу разлад с близкими людьми, на меня обрушивается каскад физических симптомов, и с ним невозможно ничего поделать, он просто есть, пока не пройдет под действием времени.

Я взял себе курс по истории искусства. Интересна мне эта тема, хотелось бы развиться в ней. Хотя бы на дилетантском уровне.

Не о чем писать. Это ложь. Писать всегда есть о чем, вопрос лишь в том, готов ли ты к этому? Видимо, я пока не готов. Это будет совсем другая книга. Не эта.

Засыпая вчера, у меня сам собой воспроизвелся разговор с матерью. Как будто я разговаривал с ней в своей голове. Со мной такого не случается обычно. Может, это моя писательская фантазия разыгралась в полудреме. В этом разговоре она была мной довольна, что вообще была редкость, она вообще была скупа на искренние эмоции, да и вообще на участие в разговорах хоть сколь-нибудь значимых. Я и голоса ее не помню из-за этого. Через полторы недели будет десять лет, как ее нет...

полёт и падение

...до сих пор живу с чувством, что кому-то что-то должен. Я не про деньги. Я про каждодневное ощущение, что я не принадлежу сам себе. Раньше оно было каждодневным. Ныне же иногда я понимаю, что оно отступает. Но от этого только поганее, когда оно снова приливает, ведь ты знаешь, что можно себя ощущать не так.

Я трусливый человек. Всегда такой был. Во всем. Думаю, что ощущение непринадлежности себе и трусость связаны воедино. Тогда, и только тогда ты чувствуешь себя принадлежащим себе, когда совершаешь акт смелости, волевой акт. И стоит только ненадолго перестать их совершать, как тебя снова затягивает трясина трусости и непринадлежности себе.

Когда-то я думал, что здорово добиться максимального комфорта в своей жизни. Буквально вчера я так думал, но сейчас я понимаю, что это путь гниения духа. Но что на другой чаше весов? Постоянное совершение волевых актов рискованной дерзости в надежде ощутить вот это вот чувство принадлежности себе? Похоже на наркоманию. Адреналиновую отчасти.

Мы все с восторгом говорим о полете, о птицах, летающих по небу. Но как только у нас самих почва начинает уходить из-под ног, мы стремимся вновь ее нащупать. Мы боимся чувства полета, чувства возможного падения. Они связаны воедино, как непринадлежность себе и трусость.

Я пишу помаленьку сюда,

Неужто это мое наследие?

Без любви я прожил, ведь страх

И сомненья моими соседями

Были всегда.

не предприниматель

...как же я ненавижу утра. Я напишу об этом еще не один десяток раз. Всю ночь мне досаждали комар и духота. Я постоянно думаю о предательстве. В последнее время только это занимает мои мысли. Как и любого человека, меня предавали в жизни сколько-то раз, но у меня есть особенность -- я понимаю это только спустя какое-то время. Иногда дни, иногда недели, иногда даже месяцы, если я купился на неискренние извинения с отсутствием осознания собственной вины.

Несколько дней назад я закрыл все свои банковские долги. Накопилось их немало, но в этот раз я не испытал даже какого-то облегчения, когда они исчезли. Речь не об этом. Я хочу поведать об одном из предательств, случившихся со мной несколько лет назад. Оно как раз связано с маленькой частью долга, которую я закрыл.

В 22 году мы с моим другом решили купить грузовое авто, чтобы заняться грузоперевозками. Это была обычная история желания двух парней начать работать на себя. Как мне казалось, мы оба были очень замотивированы и воодушевлены идеей. Сейчас, вспоминая, я понимаю, что состояние мое ментальное было не лучшим для принятия таких серьезных решений. Весной меня бросила моя девушка, уйдя к человеку, которого я считал если не другом, то хорошим приятелем. Я сначала подумал, что воспринял это нормально, но позже я постепенно ушел в запой. Из этого запоя у меня и начали рождаться мои бизнес-идеи. Я придумывал и какие-то бредовые затеи заняться съемкой рекламы, хотя совершенно не понимал, как это, и просто хотел начать перепродавать вещи. Это было странно для меня, я никогда не был предпринимателем, однако я тогда еще не понимал, насколько я не предприниматель.

Мой тогдашний друг, с которым мы познакомились, как раз-таки работая водителями грузовиков на развозке пива по магазинам, поддержал мою затею заняться грузоперевозками. Денег на покупку у нас, разумеется, не было, и мы решили, что хорошей идеей будет взять кредит. Кредит я взял на себя, потому что считал, что изначальная инициатива исходит от меня, значит, и мне брать ответственность. Мы договорились, что сначала будем выплачивать кредит равными долями ежемесячного платежа из своих зарплат, а потом уже, когда дело войдет в колею и начнет приносить прибыль, будем платить из этих денег. Разумеется, все это было на чистом доверии.

Мы нашли объявление о продаже автомобиля. Это был Форд Транзит. Его грузоподъемность была чуть свыше 3,5 тонн, поэтому он попадал в категорию С транспортных средств, но нас это не испугало, ведь права грузовой категории у нас обоих были, но именно это же потом сыграет с нами тупую шутку (тупую, потому что мы оказались тупарями).

Мне согласился выдать кредит лишь один банк, отделений которого не было в Выборге, поэтому мы поехали в Питер. Автомобиль продавался там же. Получилось так, что пока мы приехали в Питер, пока я оформил кредит на пятьсот тысяч, уже наступил темный вечер. Это был август, кажется. Деньги должны были зачислиться на счет в течение какого-то времени, и все не поступали. Были сомнения, что они поступят мне именно сегодня. Все это было суматошно-странно. Мы стояли на парковке у Китай-Города, в машине был я, мой друг и его девушка. Мы ждали, пока на мой счет зачислятся кредитные деньги, чтобы снять их наличными и поехать купить автомобиль, насчет которого у меня, кстати, становилось все меньше уверенности. Но я подумал, что это просто сомнения, что возникают перед серьезными решениями в жизни, и нужно просто не обращать внимание. И я их переборол.

Деньги поступили на карту. Я снял их в банкомате в том же Китай-Городе. Я впервые в жизни держал полмиллиона наличными в руках, кстати сказать. Мы договорились с продавцом. Встретились с ним на крытой парковке какого-то ТЦ. Все выглядело, как какая-то нелегальная сделка из кино: крытая парковка, темнота, полмиллиона наличными. Мой друг занимался осмотром машины, поскольку мы договорились, что эта часть ответственности на нем, ведь я в автомобилях разбирался и разбираюсь очень посредственно, а можно даже сказать, что и не разбираюсь. Он осмотрел автомобиль нужно количество времени. Владелец сказал, что у нее были какие-то проблемы, которые нужно решить, но они не показались нам с другом критичными.

Машина выглядела неплохо. Завелась. Я заплатил деньги. Мы подписали договор купли-продажи. Свои ощущения в тот момент я все равно помню смазанными сомнениями. Все это казалось мне каким-то странным, подозрительным, но я уже совершил этот шаг, подумал я тогда, поэтому зачем уже переживать..?

Мы привезли эту машину в Выборг. Уже на пути туда она начала показывать свои странности. Заглохла, кажется. Но мы подумали, что все решим.

Однако мы совершенно не продумали тот факт, что, купив машину категории С, мы обязаны установить в нее тахограф, что влетало нам в копеечку, которой тогда ни у кого из нас не было. Это если говорить об уровне продуманности этой затеи. Постепенно машина перестала заводиться совсем. Только с толкача. А время шло, ее нужно было ставить на учет, а для этого нужно было пройти техосмотр. По пути на техосмотр у нее начало течь масло. Однако техосмотр мы проходили в таком месте, где на такие детали было наплевать, так же как и на то, что на лобовом стекле была трещина. Не то что бы большая, но заметная. В итоге техосмотр был пройден. Оставалось поставить машину на учет.

Уже не помню как, но еще до постановки на учет, мы выяснили, что у машины проблема с ВИН-номером: то ли он был перебит, то ли черт разберет, что там с ним было. В общем, с каждым вот таким открытием становилось все более понятно, что мы совершили не очень продуманное действие. Я уже начал понимать, что затея пошла прахом, однако на постановку на учет мы записали автомобиль, и это нужно было делать где-то под Питером. Мероприятие сие было назначено на конец сентября. Как сейчас помню, двадцать девятое число, -- через неделю после объявления частичной мобилизации.

Я не поехал ставить машину на учет в силу определенных событий. Мой друг поехал. Наверное, все же, там выяснилось, что у машины проблема с ВИН-номером. Ее забрали на штраф-стоянку того отделения ГИБДД, куда ее привез мой друг. Там она и осталась стоять, уже никогда больше не будучи увидена мной, потому что я не захотел более заниматься этим делом. Моя голова была занята совершенно другим.

Но кредит висел, и его нужно было платить, и первые пару месяцев мой друг скидывал свою часть, но потом с ним стало все труднее связаться. У него родился ребенок в это время. Я подумал, что у него стало очень много забот. Я же такой понимающий.

Вместе с кредитом мне в банке выдали карту рассрочки лимитом в пятнадцать тысяч. Я ей не пользовался, она была мне не нужна. И аккурат после рождения ребенка он сказал мне, что им не хватает денег на разную детскую приблуду: подгузники там и прочее. И попросил у меня эту карту рассрочки, мол, мне нужно с нее немного денег. Видимо, я был в таком подавленном состоянии тогда, что не особо думал о каких-то вещах, связанных с тем, что не стоит давать свои карты другим людям, но я-то доверяю своим друзьям. Кажется, он потратил оттуда тысяч десять или пятнадцать. А потом и вовсе перестал выходить на связь. На мне остался долг в почти шестьсот тысяч, включая проценты, и маленький должок на карте рассрочки.

Долг по этой карте и саму карту я окончательно закрыл лишь несколько дней назад -- четыре года спустя. И нет, не было такого, что у меня не было возможности закрыть ее полностью все эти четыре года. Просто вот такой я человек. Я закидывал на нее все это время минимальные платежи, которые с меня просил банк, и, наверное, если посчитать, я за все время туда закинул тысяч пятнадцать-двадцать своими четырехсот рублевыми платежами. И вот пару дней назад -- в октябре 2026 года-- я закинул туда семь тысяч долга и закрыл эту карту...

там нет места

...вспоминаются сегодня моменты, которые сделали больно, неприятно. И крутятся, крутятся в голове.

Позапрошлый новый год. Я решил отметить сперва у отца в доме за городом, а потом машиной приехать в город и пойти со своей девушкой в гости к ее друзьям. Мы встречались несколько месяцев, и поэтому решили сделать так.