Магия, звезды и кошмары

Джиболба, кажется, и не заметил ухода племянника, просиживая рядом с Тлейлоком или роясь в свитках, пытаясь понять, что он еще мог сделать для бедолаги. Така почти тронула и удивила эта неожиданная забота дяди о том, кто столько лет мечтал расправиться со своим бывшим племенем. Колдун бы на месте Джиболбы и пальцем бы не шевельнул, это точно.

В центре деревни, у помоста, никого уже не было видно, люди гасили свет у себя в домах и желали друг другу спокойной ночи. Проходя мимо верховного Дома, Так по привычке глянул на маленькую пристройку у балкона, но окно в комнате Джеры было темным, не горела ни одна свеча.

Возле края деревни высилась незаконченная стена. Неподалеку от нее на бревне сидел Лок. Он накинул на плечи синий плащ, уже разжег костер и сейчас занимался тем, что болтал со стражем, который направлялся к дому Вождя. Копье воина лежало на земле – значит, он все же услышал Така, что уже было победой.

– Долгая будет ночка, – Так подошел к мужчинам и признал стража. – Эй, Отакон, кажется, я пришел вовремя, чтобы спасти тебя от Лока?

Тот лишь добродушно фыркнул, на прощание хлопнул воина по плечу и поплелся к Дому. По правилам, стражам запрещалось разговаривать, пока на них маска, и Так не понаслышке знал, как меняются люди, стоит им заступить на этот пост. Еще утром мужчина дружелюбно поболтает с тобой и разделит завтрак, а вечером того же дня, надев деревянную маску, молча перегородит дорогу копьем, не давая тебе приблизиться к верховному Дому.

– Явился все-таки.

При свете огня он заметил, как Лок поморщился. Не стоило и сомневаться в том, что он надеялся, что шаман не придет. На какой-то миг Таку показалось, что будет лучше вернуться к себе и спокойно уснуть, но он опустился на бревно рядом с Локом.

– Я же сказал, что приду.

Но он вызвался на дежурство не столько из-за Лока, сколько из-за монстра. Что это был за зверь? И где он сейчас? Бродил неподалеку от деревни, привлеченный запахи жаренной пищи? Или уже давно покинул долину? Раздумывая над этим, Так подобрал тонкую палку и взял один из принесенных с собой плодов таро. Поджаривая закуску, он оглядел возведенную стену. Высотой она была в два человеческих роста, с вершиной из зазубренных бревен. Хватит ли этой защиты, чтобы остановить невиданное чудище?

Некоторое время стояла тишина, которую перебивали лишь треск огня и едва различимый шепот деревьев. На долину опустилась густая тьма, половинка луны сияла тускло и словно бы тревожно. Показалась розовая Тауруа, вечерняя звезда. Пупунуну спокойно заснули.

– Я знаю, зачем ты пришел, – заговорил Лок, и Так невольно напрягся, готовясь к тому, что он сейчас снова обвинит его и прогонит. Но воин подмигнул ему. – Когда мы изловим этого зверя, то закатим пир. Вождь будет славить нас за то, что мы охраняли покой деревни в это страшное время. Люди начнут слагать песни. Я был бы единственным героем этих историй, но нет, теперь в них будешь еще и ты. Как мой оруженосец. А ты думал, я не догадаюсь, зачем ты напросился?

Так едва не улыбнулся ему. Он знал, что на самом деле Лок не был злым. Порой туповатым и упрямым, это да, но он не умел долго сердиться.

В темноте янтарные угольки костра перемигивались и словно двигались, постоянно меняясь друг с другом местами. В черных деревяшках сияли алые прожилки. Так постучал по ним палкой, и из дерева вырвался яркий сноп золотых точек. Сладко тянуло жареным таро.

Боялся ли невиданный зверь огня? Попробует ли он пробраться в деревню этой ночью? Так вспомнил совет Луны Джуджу. Может, она права, и ему стоит разыскать покровительницу зверей и птиц, Фауну.

Он вспомнил, когда увидел эту Джуджу в последний раз. Фауна не была настолько дружелюбна и ласкова с ним как ее сестра Флора. Ее голос был надменным, а с языка так и сыпались подколы и злые шуточки. Еще она обожала пугать людей, превращаясь из миловидной девушки в огромную крылатую лисицу. Но, несмотря на свой колючий характер, она помогала, когда Так обращался к ней за помощью. И он не сомневался, что она снова пойдет к нему навстречу, если он расскажет о своей беде. Но лучше не спешить. Луна наверняка рассказала дочерям о том, зачем он вызывал ее, и теперь все царство Джуджу думает, что племя людей опять нагоняет шуму и теребит духов без важной причины. Подумаешь, какое-то животное убило пару здоровых носорогов. Подумаешь, оно едва не прикончило могущественного Тлейлока. Что духам с того, что всех Пупунуну перебьют до конца этой недели, как Джера и сказала? Им точно хуже не станет, если люди исчезнут.

Так перевел взгляд на свой дом, видневшийся за пригорком, и невольно вздохнул. Интересно, удастся ли сегодня выспаться Джиболбе или он всю ночь не сомкнет глаз у ложа Тлейлока?

По-видимому, Лок заметил, куда он смотрел, потому что негромко проворчал, ковыряя палкой костер:

– Лучше бы он уже сдох, сожри его душу нербилс. Все были бы рады.

– Я и подумать не мог, что Джиболба до сих пор к нему привязан, – пробормотал в ответ Так и оглянулся на Лока.

Оранжевые отблески играли на вытянутом лице воина, делая его похожим на духа. Тени возле глаз, носа и волос шевелились, переплетались с темными треугольниками татуировки на скулах, как будто Лок пытался что-то сказать, не размыкая губ. Таку стало не по себе, и он снова отвернулся на свой дом.

– У старика большое сердце, – процедил в стороне воин. – А Тлейлок… ну… на него были большие надежды, ты знаешь. Джиболба гордился им. Он же его всему научил.

«Как и нас с тобой».

Так попытался выбросить из головы далекие воспоминания. В этот раз Тлейлок не был им врагом. Он сам стал жертвой кого-то еще более могущественного и ужасного.

– Эх, тупое копье, надо было захватить с собой банджо, – зевнул Лок, пытаясь удобнее устроиться на бревне. – Повеселились бы вовсю! А молчать или болтать о всякой ерунде, вроде полудохлых шаманов, – о нет, такое не для Лока…

Так только собирался подкольнуть его, как до него донесся не то стон, не то вздох. Он резко выпрямился, прислушиваясь и затаив дыхание. Лок как ни в чем не бывало продолжил:

– Вот когда мы с...

– Тс! – шикнул Так, подняв руку.

На несколько долгих мгновений на поляне воцарилась полная, глухая тишина, точно уши заложило водой. Но тут со стороны послышался глухой вскрик.

Так вскочил на ноги и уже собрался бежать к своему дому, как вдруг заметил, что Отакон, держа копье наперевес, поспешил к самой дальней пристройке Дома Вождя.

Джера!

У Така больно сдавило грудь, и он бросился туда, оставив растерянного Лока за спиной. От усталости не осталось и следа, сонливость начисто выбило из него точно дубиной.

Отакон стоял на пороге и медлил перед дверью в покои младшей принцессы. Так едва не сбил его с ног, врываясь в домик. Наверное, стражу следовало насадить его за это на копье, но сейчас это было последнее, что волновало Така.

Дом Джеры окутывал густой полумрак, сквозь плетеную сетку на окне просачивался голубой свет звезд. С потолка свисали украшения: нанизанные на нити ракушки, перья, засушенные цветы. Они слегка покачивались, и Так пригнул голову, чтобы не задеть их. В противоположном от двери углом, под вторым окном, стояла кровать: на крестовины были уложены бамбуковые прутья, накрытые циновкой. На ней, среди подушек, сшитых из тапы и набитых мягкой овечьей шерстью, спала принцесса. Рядом с ней беспокоился их с Таком питомец – носатик Невис. Он тихонько попискивал, скреб коготками циновку и фыркал.

Поначалу Таку показалось, что подруга просто крепко спит. Но дышала она часто, как бывает при кошмарах и слегка ворочалась на своем мягком ложе, разбросав по подушкам волосы. Что-то случилось? Может, она поранилась во сне? Недолго думая, Так коснулся кристалла на жезле, и из магического камня вырвалась пара светящихся шариков. Точно золотые светлячки, они зависли в воздухе над принцессой, мягко освещая ее. Так встал рядом, мимолетно отмечая то, что не приходится опускаться на пол, как если бы Джера спала на циновке. Он оперся одной рукой о кровать, и жесткие прутья слегка прогнулись вниз. Так рассматривал подругу, пытаясь понять, больна она, ранена или ее лишь тревожит дурной сон.

Слава Джуджу, на Джере было ночное платье из тончайших и самых мягких жилок листьев хала9 – такое надевать, верно, все равно, что закутываться в облако. Так рассматривал нахмуренные брови Джеры, ее дрожащие веки, когда расслышал со стороны двери приглушенное бормотание. Отакон всеми средствами пытался привлечь его внимание, не нарушив при этом правило. Доносился и неразборчивый голос Лока, который пытался выяснить, что происходит. Но сейчас было не до них. Так одной рукой, не глядя, погладил расшумевшегося Невиса, а второй слегка тронул подругу за плечо. Неужели ей просто снится кошмар, и это всё?

– Джера! – Так слегка потряс ее, решив пробудить от кошмара. – Джера, проснись!

Она вдруг дернулась всем телом, и Так отдернул руку. Но принцесса так и не открыла глаз, только застонала, не размыкая губ. А на ее щеке сама собой растягивалась царапина, как будто изнутри кожи провели ножом. На подушку потекли темные струйки крови.

У Така похолодели руки, и дыхание застряло в горле. Он поспешно присел на край кровати и склонился над подругой.

– Джера! – он затормошил ее за плечи, стараясь не причинить большей боли. – Джера, проснись! Проснись же!

Бесполезно. Казалось, некая сила заставляла ее держать глаза закрытыми и не давала душе вернуться из Царства Снов в настоящий мир. Джера тяжело дышала, хмурилась, слабо ворочалась в руках друга, но, без сомнения, крепко спала. Перепугавшись и в спешке не зная, как поступить лучше, Так отпустил ее, выхватил из-за спины жезл и без промедления направил кристалл на подругу.

Вспыхнул оранжевый свет, резко хлопнуло, и Джера подскочила на постели, широко распахнув глаза. От ужаса и разряда магии ее трясло, руки ходуном ходили, и даже было слышно, как стучали зубы. Так попытался взять ее за запястья, чтобы успокоить, но принцесса в ужасе отпрянула от него к стене.

– Тише-тише, это я. Все хорошо, ты дома.

Джера как завороженная уставилась на летающие огоньки, парящие перед ее лицом. Ее дыхание стало спокойнее, но кровь продолжала медленно стекать вниз по шее. Так сглотнул, стараясь не показать своего волнения.

– Тебе не больно?

Принцесса перевела на него взгляд, но не успела и открыть рта, как на всю хижину прогремел рев:

– Во имя всех Джуджу, ты объяснишь, что происходит?!

Лок стоял на пороге и круглыми глазами смотрел на Така. Услышав его голос, Джера испуганно дернулась к другу, почти запрыгнув к нему на колени. Ему не оставалось ничего другого, как обнять ее, чтобы успокоить, но звезды свидетели, как ему было неловко и страшно.

А ночное платье и вправду оказалось очень мягким...

Когда возле домика раздалась тяжелая поступь Вождя, а вскоре он и Зария показались в дверном проеме, Так пришел к выводу, что лучшего завершения этого денька было и не придумать.

Глава 3

Поначалу на острове водились только скользкие змеи, которые всегда здесь были, да крикливые попугаи. Джуджу создали их, когда только пришли сюда, чтобы им не было так скучно. Это потом появились первые люди, и великие духи забыли, что такое отдых... Да-да, я про тебя говорю. Сиди смирно и не ерзай.

Дочь Луны Джуджу, милая Флора, разбила прекрасный сад и посадила цветы всех возможных расцветок и плодовые деревья всех возможных вкусов. Это она украсила длинными лианами деревья, пустила фуэ по стволам и постелила мягкий мох под ноги. Это она вырастила и таро, и меи10, и банан, и апельсин. Теперь Джуджу могли гулять и наслаждаться ароматами, услаждать свои глаза прекрасными видами и утолять голод сладкими плодами. Мы бы и дня не протянули без даров прекрасной Флоры, дочери Луны.

Но хитрая Фауна, вторая дочь Луны Джуджу, почувствовала зависть, что все славят ее милую сестру. Она пришла к могущественному Жуку Джуджу, и он напустил в этот идеальный мир ос, комаров, мух и прочий гнус, который должен был погубить прекрасные цветы и плоды. Но предусмотрительная Флора велела насекомым опылять ее сад вместо того, чтобы портить. Правда, от проклятых насекомых перепало людям, но, сам понимаешь, Джуджу это не заботило.

Тогда отчаянная Фауна из камней и грязи создала носорогов, которые должны были потоптать сад ее сестры. И опять Флора заключила с животными сделку, и отныне они могут топтать только посевы людей, а в джунглях лишь щипать траву и валяться в лужах.

Дерзкая Фауна предприняла последнюю попытку досадить сестре. Подсмотрев за первыми людьми, которые только-только вышли из Моаны и еще не успели обсохнуть, она слепила из глины несметные стаи обезьян и послала их рвать сладкие плоды и обрывать листья. Увидев это, Флора отправилась за советом к своей мудрой матери.

– Когда лист папоротника засыхает, на его месте появляется другой, – улыбнулась Луна Джуджу. – Сколько бы обезьяны ни срывали плоды и листья, на их месте вырастет больше, лучше и красивее. И сад твой никогда не опустеет.

Наконец, сестры заключили перемирие. Животные Фауны питались плодами и травой и помогали разносить семена и опылять цветы. А растения Флоры становились все больше, выше, прекраснее, и очень скоро заполонили собой весь остров.

А потом здесь появились люди… Ну, остальное тебе и так известно. Ложись спать.

Радовало лишь то, что к ней никто не лез с расспросами. Джиболба промокнул рану настойкой из лепестков белой лилии, сверху наложил липкую кашицу из листьев рогоза и оставил Джеру в покое. Она наконец-то переоделась в обычную одежду, стараясь не думать о том, что полплемени во главе с Таком видели ее в ночной рубахе. Хотя лучше было так, чем если бы она решила сегодня спать нагишом.

Сейчас она сидела на отцовской скамейке для ног и наблюдала за неожиданным собранием в приемном зале их Дома. Отец, Зария, Так, Джиболба, Отакон и Лок. Что здесь делал последний она понятия не имела.

Несмотря на глухую ночь, зал был ярко освещен. Сюда принесли четыре напольных факела, и от прыгающих, резких теней на высоких стенах зала, Джера чувствовала дурноту и тревогу. Было необычное ощущение, что тени живые и стремятся навредить им.

Отец рвал и метал. Он грозился выгнать из племени Така, затем Отакона, потом их вместе. После он признал, что это не лучшая идея и тогда принялся выдумать наказание для бедолаг. Он даже не слушал, что помощник шамана пытался ему втолковать.

– Рана появилась во время сна, сама по себе! Я никогда раньше с таким не сталкивался. А вдруг с кем-нибудь еще из племени случилось подобное?

– Не пытайся заговорить мне зубы! – прорычал Вождь, злобно глянув на него. – Магия не может стоять за всем на свете. Ты ранил мою дочь!

Лок наблюдал за ними со стороны, иногда оборачивался к Зарии и выразительно поднимал брови, показывая, что его бывший напарник выжил из ума. Отакон, почему-то снова надев маску, молчал, стоя у стены. Кажется, он еще опасался, что его все же могут изгнать, а потому старался не привлекать к себе внимание.

– Джиболба! – взмолился Так, пытаясь хоть у кого-нибудь найти поддержку. – Но ты же не веришь, что это сделал я? Я никогда в жизни не трону Джеру! Это был кто-то из ее сна. Какой-то... ночной дух, я не знаю.

Джера понимала, что должна вмешаться и сама рассказать, что произошло. Тогда они поверят Таку.

Но она ничего не сделала. Челюсти словно свело, она не могла заставить себя открыть рот и заговорить. Она боялась, что если расскажет о своем кошмарном сне, он сразу станет настоящим. Выйдет из черной тени и обретет плоть.

– Вождь, – наконец подал голос Джиболба, и только тогда отец остановился и посмотрел на него, – я думаю, мой племянник прав. Если бы он не разбудил Джеру, то все могло закончиться куда хуже.

– Да, например тем, что моя дочь спокойно выспалась бы. Не считая того, что он опозорил ее перед половиной племени!

Кажется, точно пора вмешаться. Даже если то существо из кошмара оживет от ее слов, то здесь есть те, кто защитит ее. Джера поднялась на ноги, но никто не обратил на нее внимания. Попыталась заговорить, но слова застряли в горле как колючки.

«Не будь такой трусихой!»

Она приоткрыла рот, но не знала, как это выговорить.

«Трусиха!..»

Наконец ее заметил Так.

– Джера, скажи, что это правда!

Она сглотнула, когда все собравшиеся повернулись к ней. Внезапно стало очень тихо, только факелы потрескивали.

– Отец, он прав, – со второй попытки смогла выговорить она. – Меня ранили во сне, и если бы Так… не разбудил меня… то…

У нее сдавило горло. Только едва не высказав это вслух, она поняла, что могла вообще не проснуться сегодня. Она бы никогда больше не увидела отца, друзей…

– Нам нужно разбудить все племя, – уверенно объявила она. – Сейчас же. Вдруг кому-нибудь из них в сон тоже пришел этот монстр.

– Монстр?

Шесть пар зеленых глаз распахнулись шире, смотря на нее, и Джере показалось, что она сказала что-то неправильное, смешное или совершенно нелепое. Как будто монстров не существует.

– Да, это был большой зверь. Как бы объяснить… У него были когти, – запинаясь, говорила она. – Он… мне приснилось, как будто он напал на меня в джунглях, а я не смогла убежать, и он… – она слегка коснулась рукой щеки, – ранил меня. Потом сбил с ног, и… я проснулась. Точнее, меня разбудили.

Она не могла поверить, что рассказала сон, всего лишь сон, который человек видит каждую ночь. Даже без этого жуткого ранения, которое появилось в Проснувшемся Мире, кошмар был слишком тяжелым, тревожным и правдивым. Хотя человек часто принимает сновидения за реальность, Джере казалось, что какая-то часть души все равно всегда догадывалась о том, что это все не взаправду. Но в этот раз творилось что-то очень странное. Она даже не смогла проснуться без помощи магии.

– Я знал! – вперед неожиданно вышел Лок, и все посмотрели на него. – Я с самого начала знал, что во всем этом виноваты Джуджу!

Джиболба нахмурился, и даже отец недовольно скрестил руки. Ни для кого не секрет, что Лок ненавидит Джуджу, и ему совершенно плевать, могущественные они духи или еще кто. Он был готов обвинять их в чем угодно, от подгнившего манго на завтрак до появления монстра во снах людей. Если бы на свете существовало место, где не было бы духов, Джера уверена, Лок бы уже давно туда сбежал.

– Не смей так говорить о Джуджу! – рассердился Джиболба. – Луна нам поможет справиться с этим. Она не позволит Пупунуну исчезнуть.

– Она уже позволяет! – смело возразил воин. – Принцесса чуть не погибла, и где она? Где ваша Луна? Она спит и видит, как бы избавиться от нас всех.

– Лок!

Но Лок не упустил возможность выразить свое недовольство в полной мере. Не слушая своего старого наставника, он принялся на все лады поносить Джуджу и то, что они им сделали. Так, мигом забыв про Джеру, повернулся к воину. Его брови сползли вниз, и племенной рисунок на переносице превратился в тонкую-тонкую линию. Нельзя было сказать точно, что он хотел сделать с Локом – наброситься на него с кулаками или испепелить этой самой «проклятой» магией Джуджу.

Джера, не теряя времени, подошла к отцу и требовательно подергала его за руку. Пока они стоят и говорят о всякой ерунде, спорят и обвиняют кого угодно, ужасный зверь мог явиться в сны других людей тоже.

– Пап, нужно срочно всех разбудить! Это существо может еще кого-нибудь ранить, ну как ты не понимаешь?

Он опустил на нее взгляд, и Джера заметила, как потемнели его глаза, когда он снова посмотрел на ее рану. Отец оберегал ее от опасных джунглей и нападок старшей сестры – он мог защитить ее от всего, кроме того, что касалось Джуджу. И по его взгляду Джера поняла, что он сделает все возможное, чтобы ей больше никогда не снились кошмары.

Отец кивнул и повернулся к спорящим. Ну наконец-то.

– Тишина! – рявкнул он, и все мигом закрыли рты. – Моя дочь права, нужно разбудить людей. Так и Джиболба, я поручаю это вам. Пусть все соберутся возле моего дома. Лок, Отакон, приготовьте больше факелов, осветите поляну перед Домом. А я пойду перекушу – у меня живот разболелся от всей этой нербилсины!

Лок был не очень доволен, что его пламенную речь прервали, но спорить не стал. Так, проходя мимо Джеры, собирался что-то сказать ей, но Джиболба дернул его за руку, поторапливая, и он успел лишь открыть и закрыть рот. Джера коротко улыбнулась ему. Они обязательно все обсудят позже, когда их оставят в покое.

Она подумала о Кико и понадеялась, что его кошмары не мучили этой ночью. Только бы шаманы поскорее всех разбудили…

– Вы недурно это провернули.

Джера обернулась. В зале остались только они с Зарией. Сестра развалилась на троне отца, перевесив ноги с одного подлокотника и запрокинув голову на другой. Даже разбуженная среди ночи она выглядела идеально: волосы тщательно расчесаны, лицо сияет, на платье ни складочки. А отсутствие дори11, которое она носила в подражание суру отца, и чуть сонный взгляд только добавляли ей очарования. Зария расплылась в улыбке, поймав ее взгляд, и Джере стало не по себе.

– Не могу поверить, что ты позволила себя поцарапать ради этого, но получилось: вы провели папочку и остальных. «Монстр! Разбудить всю деревню!» Я не думала, что вы так далеко зайдете. Браво.

Она начала хихикать, зажмурившись и сверкая белоснежными зубами. Кажется, ее все происходящее ужасно забавляло.

– Что ты несешь? – огрызнулась Джера, желая узнать ответ настолько же сильно, как и снова встретиться с ночным кошмаром.

– Про ваше свидание, конечно же. – Зария приподнялась и оперлась на подлокотник, ее большие глаза сверкнули. – Думала, я ни о чем не догадаюсь? Я тебя насквозь вижу, дорогая. У тебя с Таком было ночное свидание, а когда вас застукали, вы провернули все это, – она неопределенно махнула рукой, не спуская с нее злорадного взгляда.

– Хватит быть такой тупицей. Не было ничего такого, а монстр – настоящий.

Излюбленное занятие сестрицы – ставить ее в неловкое положение, еще, желательно, у всех на виду. И самым популярным приемом было подозревать ее в романтических чувствах к другу. Она знала, как сильно это злило Джеру.

Но сегодня она уже слишком устала, чтобы спорить. Безумно долгий, странный день перешел в еще более безумную ночь.

– Монстра не существует, и ты это знаешь. Даже Джуджу не могут ранить человека во сне, чтобы это перенеслось в явь. Здесь вы немного переборщили, но люди вам все равно поверили. – Зария сладко потянулась, выгнув стройное тело. – Осторожнее в следующий раз. Отакона не подкупить, но Каик пропустит твоего шамана за пару рыбин.

Джера не успела ответить. В зал со второго этажа спустился отец, что-то дожевывая.

– Мои красавицы! Что, покажемся перед людьми? Мне кажется, они сейчас будут не очень довольны…

Это было жалкое зрелище. Почти три десятка сонных Пупунуну, которых выдернули сюда прямо из постели. Они щурились от света факелов, зевали, потягивались и, конечно, негромко роптали на все это. Надрывно плакал маленький Туку. Джера нашла взглядом Кико, который стоял позади всех, почему-то держа при себе банджо. Она невольно перевела дух, убедившись, что с ним все хорошо.

С племенем все было хорошо. За исключением того, что люди ничего не понимали и сердились.

– Если вам снятся кошмары, это не значит, что нужно будить всю деревню, – сипло ворчал старый Лог, поворачиваясь за поддержкой то к одному соседу, то к другому.

– Можно было и предупредить, мы бы тогда вообще не ложились, – буркнул Арт, держа на руках дочку Бланки.

Пастух, который всегда носил большую закрытую маску, пришел самым последним. За ним увязалась одна овца, но Человек-в-маске не стал прогонять ее. Было бы ничего удивительного, если он решил разбудить все стадо – на всякий случай.

Наконец отец вышел вперед и поднял руки. Люди затихли.

– Дорогие мои Пупунуну! Этой ночью случилось нечто по-настоящему странное и ужасное. Только посмотрите на мою малышку Джеру! Чудовище из сна ранило ее, и эта рана появилась в Проснувшимся Мире. Поэтому я решил, что для безопасности стоит поднять вас всех…

Джера поискала взглядом Така. Он и Джиболба стояли у края поляны – подальше от недовольных соплеменников, которых они разбудили. Джиболба продолжал оглядывать людей, словно опасаясь, что они могли про кого-то забыть, а Так потирал щеку, которая покраснела от чьего-то удара. Джера едва не улыбнулась, смотря на них, хотя сейчас точно было не время для улыбок.

– А когда мы снова сможем пойти спать? – громко спросил Пуло, едва Вождь закончил обращение.

Этот вопрос был сейчас в мыслях всех, и Джера снова посмотрела на шаманов. Они об этом ничего не говорили.

Отец замялся, а потом торжественно вытянул руку, указывая на парочку у края поляны.

– Джиболба вам все объяснит!