Эхо Сапфира

– Было, – согласилась Вероника. – Но я тогда была страшненькой.

– Это он тебе сказал?

– Ну…

– Ясно откуда ноги растут… Только, милая моя, ты забыла о том, что у тебя всегда были поклонники, которых ты игнорировала. Этот твой Максим сломал тебя, а ты и рада верить.

– Он не мой…

– Неужели? Отпустило или дошло наконец? – Настя закатила глаза, но тут же осознала то, что сказала. – Прости, я не хотела.

– Ты права, не извиняйся.

– Ладно, собирайся. Я на кухне.

Настя вышла из комнаты, оставив подругу наедине с мыслями. Вероника поднялась с кровати и подошла к зеркалу. Ты сегодня услышала то, что знала всегда, но отнекивалась от этого. Каково быть дурой? Она обратила внимание на лопнувшие капилляры в белках глаз – обычное перенапряжение от экранов компьютера и телефона по ночам. Вероника сняла пижаму и замерла: в отражении на нее смотрела девушка с выпирающими ребрами и тазовыми костями. В этом была какая-то больная красота, которая пугала. Она провела руками по впалому животу, по талии, коснулась своей шеи и ключиц. Прекрасное уродство. Но я ли это? Повернувшись боком, Вероника попыталась взглянуть на спину. Она согнулась вопросительным знаком и ужаснулась – кости позвоночника становились все более яркими, а если сделать вздох, то это выглядело, как обтянутый кожей скелет. Это не я. Вероника смотрела на себя, а слезы текли сами собой. Смесь горечи и ненависти смешались в единый ком, который, словно оползень, обрушивался на нее. Хочу ли я быть такой? Она посмотрела себе в глаза. Нет.

Телефон снова издал звук уведомлений и Вероника подошла посмотреть. Георгий.

«Доброе утро. Вышли, пожалуйста, сегодня свою дипломную работу. Мне нужно для отчета. Благодарю заранее. P.S. Надеюсь, у тебя хорошее настроение.»

Она написала:

«Доброе утро. Хорошо, вышлю. Хотя могу и занести. Мы с Настей сегодня приедем в РНБ.»

Ответ был почти моментальным:

«У вас с ней есть вопросы по дипломам?»

Вероника думала, как бы ему сказать, чтобы он ничего не надумал лишнего.

«Нет, это больше по личной теме. Насте нужно найти кое-какую информацию. Интернета оказалось мало.»

Спустя минуту пришло сообщение:

«Если вы зайдете ко мне, то, возможно, я вам помогу. P.S. Диплом вышли на почту :)»

Смахнув остатки слез, Вероника улыбнулась и написала:

«Мы попробуем сами и, если встрянем в архивные дерби, то обратимся к тебе за помощью. P.S. Хорошо, отправлю на почту :)»

В библиотеку подруги добрались быстро. Не было каких-то лишних разговоров о Максиме и его сообщениях, просто болтали по дороге и обсуждали про свои дипломные работы.

– Кстати, мне Ласкарис написал утром. Просил скинуть диплом, для отчета.

– А я думала, наш принц будет почаще писать более личного характера сообщения, – сказала Настя, заходя в библиотеку.

– Мы обменивались контактами не для этого, – парировала Вероника, умолчав об утренней переписке.

Настя посмотрела скептически на подругу, но ничего не сказала. Они прошли на свободные места и начали рассматривать заметки о кольце.

– Я принесла его с собой, – Настя вытащила из сумки ювелирную коробочку.

– Ты с ума сошла? А если Ласкарис увидит?

– А разве это тогда не будет лучшим поводом узнать о кольце и о нем самом? – Настя посмотрела серьезно без смеха.

– Я не уверенна, что сейчас это лучшее время…

– Чего ты боишься? Я не понимаю.

– Я не боюсь! – Воскликнула Вероника. – Просто…

– Просто что? Он – специалист, если что поможет. Скажем, что это кольцо моей бабки. Делов-то.

Вероника скептически посмотрела на Настю, но согласилась, хотя внутри зерно сомнений уже было посажено и пускало корни.

Они по очереди отходили к стеллажам с информацией по ювелирному ремеслу, приносили книги и журналы. В какой-то момент на их стол положили книгу по средневековым украшениям и камням.

– Я подумал, вам будет интересно это, – послышался голос позади Вероники, а затем она почувствовала тепло за спиной. Слишком близко. Выражение глаз Насти, сидящей напротив, говорило само за себя – это был Ласкарис. – Вы так по очереди убегали, что мне стало интересно – куда.

– Спасибо, – подала голос Настя, хотя шок с ее лица не пропал.

– Помнится мне, ни у кого из вас нет в дипломной работе упоминания по ювелирному ремеслу средневековья. Ищите для себя? – спросил Георгий, все также стоя за спиной Вероники. Она молчала и, замерев, боялась даже вдохнуть.

– Да, – Настя быстро вышла из ступора. – Это мне надо. Ищу информацию о кольце. От бабушки досталось, а папа говорит, что это семейная реликвия.

– Вот как, – произнес Георгий, присаживаясь рядом с Вероникой. – Я немного разбираюсь. Может, смогу помочь?

Настя многозначительно посмотрела на подругу. Было ясно – это немой вопрос: «Можно?» И сейчас от ответа Вероники зависело все. Но, может быть, все обойдется? Она же забирает все стрелки на себя. На пару секунд время замедлилось, как в каком-нибудь дешевом фильме. Ждали все. Ждали решения Вероники. Она наконец повернулась к Георгию. Он одарил ее взглядом невозмутимости и спокойствия. Не подозревает. А потом снова вернула зрительный контакт с Настей. Она смотрела, не моргая, и улыбалась своей наигранной улыбкой «я ничегошеньки не понимаю».

Еле заметный кивок и медленное моргание глазами – «да».

– Да, было бы чудесно, – прозвучал ответ Насти.

– Оно у Вас с собой или же есть фото? Давайте взгляну.

– Фото, – последовал ответ и Вероника увидела, как ее подруга уже во всю ищет фотографию в телефоне. Почему ты не стала его показывать? Но ответ моментально проявился: Настя разворачивает экран своего смартфона Георгию и он, который буквально секунду назад сидел расслабленно, тут же задерживает дыхание и напрягается.

Он снял очки, чтобы протереть глаза, а затем снова уставился на кольцо, попросив взять в руки телефон Насти. Вероника повернулась к подруге – она сидела и сдерживала ухмылку. Это был твой ход! Ненормальная! Зачем?

Вероника тут же схватила ручку и написала в блокноте:

«Зачем? А вдруг оно для него что-то значит?»

И пододвинула записку Насте. Она прочитала и тут же начиркала ответ, пододвигая обратно:

«Вот и пусть скажет! Я для этого и показала фото! Покажи ему кольцо вживую, он бы грохнулся в обморок! Посмотри на него, его же трясет!»

И это была правда. Вероника видела, как тряслись руки Георгия и как затуманился его взгляд.

– Все в порядке? – не выдержала она, касаясь плеча своего научного руководителя. Этот жесть не ускользнул от Насти. Она вопросительно вскинула бровь.

– Да, – хрипло сказал он, медленно сглатывая. – Анастасия, Вы сказали оно у Вас от бабушки…

– Да, все верно.

– Но я не так давно видел это кольцо в антикварной лавке, – сказал Георгий, все также не моргая.

Настя посмотрела на Веронику взглядом: «Я же говорила!»

– Да, наша семья нашла его там, после обнаружения записки самой бабушки, что когда-то заложила кольцо в ломбард.

Георгий вернул телефон Насте и, сомкнув руки в замок, уставился на девушек. Он смотрел на Веронику, почти не моргая. А она, в свою очередь, пыталась скрыть дрожь и невыносимо быстро колотящееся сердце.

– То есть, физически оно у Вас? – все также глядя на Веронику, спросил он. Почему ты смотришь на меня?

– Да, – ответила Настя. – Только вот, c собой его не взяла. Что-то можете сказать о нем?

– Ну, – выдохнул Георгий. – Судя по фото… Это ручная работа середины пятнадцатого века. Не могу точно сказать чье, возможно Греция, но мне нужно взглянуть вживую.

– Я Вам принесу его в следующий раз, хорошо? – Настя миловидно улыбнулась, но Вероника знала, что у подруги в голове готовый план.

– Договорились. – Георгий встал, поправляя воротник рубашки. – Вероника, раз Вы здесь, зайдите ко мне в кабинет. Есть несколько вопросов по вложению в вашей дипломной работе.

И он ушел, оставляя девушек одних. Вероника гулко выдохнула и опустила голову на стол лбом.

– Все прошло отлично, расслабься.

– Расслабиться?! Ты совсем с ума сошла? Ему реально чуть плохо не стало!

– Я видела! Все было под контролем! И не ори на меня! – воскликнула Настя. – Ты лучше к нему иди, успокоишь его.

– Чего?!

– А что, я видела прекрасно как ты его касалась… Очень даже интимно, – хихикнула Настя.

– Ой, иди ты… – ответила Вероника, краснея.

– И я тебя люблю, подруга.

Вероника взяла свою сумку и отправилась в сторону кабинета Ласкариса.

Постучав в дверь, она услышала негромкое: «Входите». Он стоял около окна, держа руки в карманах брюк, и даже не посмотрел кто вошел.

– Вы просили зайти, – произнесла Вероника, осторожно закрывая дверь.

– Проходи.

– Что не так с дипломом? – сходу спросила Вероника, подходя к нему ближе. Георгий все также стоял и смотрел в окно. Было видно, что то, о чем он думал – болезненно для него. Вероника заметила, что на нем не было очков. От этого его профиль становился еще более аристократичным. Прекрасен, как Давид. Только живой. Он повернулся и в его глазах читалась такая тяжелая грусть, от которой у Вероники перехватило дыхание. Что я могу сделать, чтобы облегчить эту боль? Она бросает свои вещи на пол и обнимает его. Резко, отчаянно и требовательно Так, как бы сама хотела, чтобы ее обняли в минуты самобичевания.

Ему потребовалось меньше минуты на осознание происходящего. Георгий обнял в ответ. Руки мужчины сжали плечи Вероники, как бы сдерживая самого себя. Она слышала как билось его сердце – бешено и гулко. Если бы так билось ее, то она наверняка бы захотела заглушить его. В объятиях Георгия так тепло и спокойно. Словно, я дома.

– Ника…

По спине Вероники пробежал ток, от пяток до макушки. Ника… Он это сказал так, как не говорил никто. Пожалуйста, произнеси еще раз…

– Да? – прошептала она, пытаясь посмотреть на него.

– Могу ли я тебя так называть?

– Да…

Он прижал ее к себе с новой силой. Как последний глоток воздуха. А Вероника просто растворялась в этих объятиях от ощущения спокойствия и безопасности. Все отвратительные мысли и шум в ее голове успокоились. Наступила тишина. И эта тишина была такой правильно и нужной. Она была нужна ее душе. Вероника слышала как успокаивалось его сердце, как он втягивал носом аромат с ее волос. И каждое это действие отдавалось внутри нее теплом, приятной негой.

Они отстранились одновременно и смущенно посмотрели друг другу в глаза. Веронике хотелось расплакаться от того, что произошло. Это был переизбыток эмоций. Нужна разрядка, хоть какая-нибудь. Иначе я сойду с ума. Если уже не сошла…

– Прости, – вдруг сказал Георгий.

– За что?

– За объятия…

– Если ты не забыл, то я сама это сделала.

– Да… Но…

– Не хочу слышать оправдания, что, мол, мне стало жалко тебя и так далее. Не стало. Просто… Я сделала это, потому что захотела. Потому что мне не все равно.

Вероника сказала это немного раздражительно, но она просто не хотела услышать то, что сама не однократно говорила другим. Не от него. И не сейчас.

Он с благодарностью посмотрел на нее. А затем коснулся кончиков ее волос, что были у лица. Накрутив прядь на палец, отпустил. Вероника улыбнулась.

– Почему ты решил назвать меня Никой?

– Я… – он запнулся.

– Ты вспомнил о той девушке, да? И твоя реакция на кольцо… Это все связанно с ней?

Георгий тяжело вдохнул и зажал губы в единую полоску. Я права.

– Да, начал он. – Если ты не хочешь, то я могу тебя так не называть.

– Не называть меня мои именем? В мире столько Ник, но ты думаешь, что я как-то обижусь, если ты будешь сокращать мое имя до такого же, как звали твою любовь? – Вероника понимающе улыбнулась.

– Ты мне напомнила о ней. И кольцо тоже, – сказал Георгий, снова отворачиваясь к окну. – Я искал его столько лет…

– Да, продавщица сказала об этом, – парировала Вероника, но тут же поняла, что именно она сказала. Ой, дура.

– Что?

– Ничего.

– Ника… – сейчас он смотрел на Веронику немного дико. Она видела это по его зрачкам. Георгий ждал, но звонок на телефон прервал их. Вероника извиняюще посмотрела на него и подняла свою сумку, чтобы ответить. Пожалуйста, пусть это будешь ты, Настя… На экране высветилось: «Максим» и она ответила. Сейчас было неважно кто звонил, главное выиграть время.

– Алло… – Георгий подошел к своему столу и надел очки. По его резким движениям было понятно, что он раздражен.

– Приветик, мышка, – в телефоне отозвался голос бывшего парня. – Я уж думал, ты никогда не ответишь.

– Чего тебе?

– Да так, заехал поговорить, а смотрю – никто не открывает. Поспрашивал у твоих одногруппников и узнал, что ты частый гость библиотеки теперь. Вот и приехал.

– Мило, – огрызнулась Вероника. Георгий стоял, облокотившись на стол, и ждал. – Решил тоже мозги размять? Тебе было бы полезно.

Георгий усмехнулся и опустил голову. О, так тебе весело?

– Мышка, не советую дерзить. Я хочу поговорить. Выходи.

– Сейчас выйду. Будет наш последний разговор.

– Это мы решим на месте.

Максим сбросил, а Вероника засуетилась.

– Все в порядке?

– Да… Нет… Не знаю, – сказала она. – Мне нужно идти.

– Вероника, что-то случилось? – в голосе Георгия больше не было раздражения, лишь беспокойство.

– Меня ждут. Увидимся позже.

И она выбежала из кабинета. Никто не должен знать, что Максим тут. Пробежав мимо Насти, которая была в читальном зале, Вероника поймала себя на мыли, что это неправильно. Но она не может развернуться. Он уже здесь.

– Ника! – лишь услышала она, перед тем как выбежать из здания.

Она сразу узнала его машину. И его. Он стоял, положив руку на крышу своей иномарки. Максим почти сразу заметил ее и начал идти навстречу.

– Привет, Ника.

– Вероника, – моментально поправила она его.

– А, ну да, точно, – усмехнулся Максим. – Ве-ро-ни-ка…

– Что ты хотел?

– Я же сказал – поговорить. Ты меня игнорируешь, а я этого не люблю.

– Ну так говори, у меня дела есть, – сказала Вероника, оглядываясь по сторонам.

– Мне нужна от тебя помощь. По старой дружбе, – его карие глаза неодобрительно сверкнули.

– Какая?

– Ты же помнишь, как нам было вместе хорошо? – он подошел ближе, взял прядь ее волос у лица и потянул на себя. – Мне этого не хватает…

– А как же твоя девушка? – она отступила, высвобождая свои волосы из его рук.

– Ах, она… – потер подбородок Максим. – Мы расстались. Назвала меня подонком и свалила в закат.

– Не удивительно.

– Что?

– Не расслышал? Мне повторить? – огрызнулась Вероника.

– Мышка, – Максим моментально сократил между ними расстояние и, схватив девушку за локоть, потянул ее в сторону машины. – Следи за своим прекрасным языком, он тебе еще пригодится.

– Отпусти меня! – воскликнула она, но у них была разная весовая категория, чтобы Вероника смогла вырваться из хватки бывшего парня. Разница между ними почти в пятьдесят килограмм. Это бесполезно. Проще согласиться. Максим подтащил Веронику к машине, открыл дверь и попытался усадить ее туда. Когда ему это удалось и он почти закрыл дверь, девушка пнула ее ногой.

– Ты че, дура? Совсем? – он схватился за нос, потому что в момент толчка – дверь ему ударила по лицу.

Вероника пулей выскочила из машины, цепляясь за возможность, но тут же влетела в кого-то. Она подняла глаза Георгий. И Настя.

– Девушка, вроде, сказала ее отпустить, – сказал Георгий, все также не отпуская Веронику.

– Ты еще кто такой?! – заорал Максим. – Она – моя девушка. Мы сами разберемся.

– Слушай ты, фитилек, я не поняла, ты там что-то вякнул? Ну так ты повтори! Я послушаю! – осмотрев подругу, завелась Настя.

– О, Настена, тут вот хмырь какой-то подошел, Нику мою трогает.

На фразе «Нику мою» у Георгия заходили жевалки.

– Настя, я сам, – сказал Ласкарис и, отпустив Веронику, пошел в сторону Максима.

– Не надо…

Георгий обернулся на голос. Вероника боялась. Она знала Максима. Она знала, что у него всегда есть самозащита.

– Я поговорю. Насть, уведи ее, – он посмотрел на девушку и пошел.

– Почему ты вообще пошла к нему? Ты совсем с головой дружить перестала?! – запричитала подруга.

– Нет, я поверила в себя. И, как видишь, я ему нос разбила!

– Дура ты, Ника!

Они зашли обратно в библиотеку, чтобы согреться. Ветер был сегодня обжигающе холодный. Но не такой обжигающий, как ожидание. Она ждала Георгия. Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать. Его не было. Веронику трясло. Настя старалась сохранять спокойствие, но было видно, что тоже переживает.

И тут в библиотеку зашел Георгий. Без единой ссадины. Но его злость ощущалась просто на уровне атомов кислорода. Он подошел к Веронике.

– Зачем ты пошла к нему?

– Я хотела разобраться сама, – опустив голову, произнесла Вероника.

– Сумасшедшая.

– Согласна, – подошла Настя. – Я тебя звала, но ты решила, что лучшим решением будет пробежать мимо и поступить по-своему.

– О, ну да, – воскликнула Вероника. – Давайте, отчитывайте меня, как школьницу!

– Ника! А если бы он оказался сильнее? – Настя все не унималась.

– И что?! – Вероника сорвалась на крик. – Я взрослый человек! Я ответственна за себя сама!

– Когда ты делаешь много сомнительных вещей – нет! – в этот момент Вероника посмотрела на Георгия. Он слушал и наблюдал. То, что было сказано только что Настей, заставило его заинтересоваться их диалогом.

– Настя… – прошипела Вероника, как бы напоминая, что они тут не одни.

– Ладно. Поговорим дома. Жду тебя пять минут на улице и уезжаю одна.

Настя ушла. Георгий стоял рядом и ничего не говорил.

– Ты не должен был вмешиваться.

– А что должен был? – он сверкнул раздраженно глазами. – Просто смотреть как вершится возможное преступление?

– Я бы справилась.

– Ты, конечно, молодец. Приложила дверью ему хорошо. Там похоже перелом. Но держись от него подальше. Твой бывший парень – псих.

– Вы разговаривали?

– Нет, в нарды на снегу играли, – парировал Георгий с той же тенью раздражения. – Извини. Он пару раз пытался спровоцировать меня. Но я руки марать не хотел.