Дело Голубой Ленты

– Что вы приказываете, товарищ полковник?

– Я приказываю тебе работать с фактами, а не с призраками, – сказал Воронин, но в его тоне не было прежней жесткости. Было что-то вроде… сожаления. – Искать на месте преступления, а не в тридцать втором году. Убийца сделает ошибку. Всегда делают. Лови его на ошибке.

Матвеев вышел. Он знал, что Воронин по-своему прав. И знал, что не послушается. Потому что ошибка убийцы уже была – его тщеславие. Он вел диалог. Он оставил цитату. Он вел Матвеева за собой, уверенный в своей неуязвимости. И это был единственный след, который нельзя было затереть официальной справкой.