Не его расписание. Роман о жизни между домом и вахтой

Новая песня началась без вступления. Голос был выше и моложе, чем Андрей выбрал бы сам. Гитара играла четыре простых аккорда. В первой строке вокалист проглотил слово «старом», зато дальше не торопился и не пытался превратить текст в гимн.

Андрей отодвинул ноутбук дальше и лёг поперёк кровати, оставив ноги на полу. Так звук не становился лучше, но экран перестал мешать. Он слушал, не следя за бегущими строчками. На втором куплете пришлось снова сесть: голос неожиданно правильно разделил длинную фразу, о которую они когда-то спотыкались с гитарой.

Припев Андрей почти не помнил. Он смотрел на слова и ждал следующую строку, но голос успевал раньше. А потом дошёл до места, которое Андрей помнил точно:

> Просто дождь остаётся дождём,> Даже если мы долго не спим.

Вторая строка была слабая. Андрей знал это и в двадцать лет, поэтому, наверное, и создал файл «новая». Но теперь её пропели без издёвки и без торжественности. Как обычную строку в обычной песне.

Он остановил воспроизведение.

На экране было две минуты сорок одна секунда. Рядом кнопки: скачать, создать вариант, поделиться.

Андрей посмотрел на дату старого файла. Двадцать два года и четыре месяца. Больше половины его жизни текст пролежал в папках, которые назывались «Старое» и «Разобрать».

Сегодня он потратил на него меньше часа.

Он снова включил припев.

Слова не стали лучше. Голос местами звучал чужим и пластмассовым. В одном месте гитара дёрнулась, будто музыкант задел струну рукавом. Андрей отметил про себя, что можно попробовать другой темп и исправить строку про сон.

При втором прослушивании он уже знал, где голос проглотит слово и где слишком рано вступит гитара. На третьем вернул один фрагмент назад — не весь припев, только две строки. Потом ещё раз. Время на панели каждый раз перескакивало с минуты сорок семь на минуту тридцать девять.

Кнопка «создать вариант» была рядом.

Он не нажал.

Сначала сохранил вторую песню на ноутбук, потом скопировал в облачную папку рядом со старым текстом. Файл назвал «Ночь_2_28-03-2025». После этого переименовал старый документ из «Ночь2новая» в «Текст_2002», чтобы не путаться.

В мессенджере Андрей открыл чат с Ольгой. Последним сообщением была фотография из магазина: две банки краски и вопрос, какая светлее. Он набрал: «Смотри, что сделал».

Рядом с полем появилась скрепка. Андрей выбрал песню. Файл загрузился и встал под сообщением, готовый к отправке.

Он представил, как Ольга включает его утром на кухне. Или вечером, между Пашиным английским и своими заданиями. Спросит, когда он это написал. Засмеётся над вокзалом. Может, скажет, что первая банка всё-таки светлее.

Андрей удалил вложение. Потом стёр и текст сообщения.

Он закрыл чат и включил файл с ноутбука.

Сосед вернулся с лоджии, лёг на свою кровать и открыл телефон. Андрей убавил громкость в наушниках, хотя наружу и так ничего не было слышно.

— Завтра во сколько? — спросил сосед.

— Как обычно.

— Автобус не переносили?

Андрей проверил рабочую группу. Между гимном участка и фотографией ужина мастер написал время выезда.

— Без десяти шесть.

— Поставь будильник погромче.

— Поставлю.

Песня закончилась. Андрей снял наушники, подключил телефон к зарядке и выставил будильник на 5:25.

Потом проверил, сохранился ли файл.

Сохранился.

Глава 4. Возвращение в готовую жизнь

Чемодан появился последним.

Андрей стоял у ленты в расстёгнутой куртке и смотрел, как мимо третий раз проезжает одна и та же синяя сумка с жёлтым ремнём. Людей вокруг становилось меньше. Телефон в кармане уже дважды коротко дрогнул.

Он не доставал. Стоило отвернуться, и чемодан обязательно проехал бы мимо.

Наконец показался серый угол, потом зелёная лента на ручке. Андрей снял чемодан, проверил боковой карман и только тогда посмотрел сообщения.

«Мы на парковке», — написала Ольга.

Следом Павел: «где ты».

И ещё через минуту: «мы замёрзли».

Андрей ответил: «Иду».

В тамбуре он застегнул куртку. После Египта апрель оказался холоднее, чем обещало приложение. На парковке блестел мокрый асфальт, между машинами лежали серые полосы старого снега. Андрей катил чемодан по плитке, колёса стучали на каждом шве.

Павел увидел его первым. Выскочил из-за машины, пробежал несколько шагов и остановился, будто в последний момент вспомнил, что ему уже одиннадцать.

Андрей бросил ручку чемодана и обнял его. Павел сначала ударился лбом ему в грудь, потом сжал обеими руками так, что под курткой хрустнула молния.

— Ну ты тяжёлый стал.

— Я тебя не поднимал.

— Я про себя.

Павел засмеялся и сразу потянулся к чемодану.

— Что там?

— Носки. Рабочие.

— А мне?

— Тоже носки.

Ольга подошла, пока Павел пытался поднять чемодан за боковую ручку. На ней была короткая тёмная куртка, которой Андрей не помнил, и вязаная шапка. Она улыбалась, но ничего не сказала. Андрей обнял её, почувствовал холодную ткань на плечах и знакомый запах крема для рук.

— Привет, — сказала Ольга ему в воротник.

— Привет.

Она отстранилась, посмотрела на него и провела пальцами по щеке.

— Худой.

— Кормят плохо.

— Сергей всё съедает?

— Организм требует.

Ольга поцеловала его ещё раз, быстро, уже без шапки между ними.

Дарья ждала возле машины. Она убрала телефон в карман и пошла навстречу. Андрей обнял её осторожнее, чем Павла, но Дарья сама прижалась крепко и похлопала его по спине.

— С приездом, пап.

— Спасибо. Ты чего не бежала?

— Я взрослая.

— Павел тоже так думал.

— Я не бежал, — сказал Павел. — Я быстро шёл.

Ольга открыла багажник.

— Давайте быстро идти. Тут стоянка платная.

Чемодан не помещался. В багажнике лежали складной ящик, бутылка омывателя, Павлова спортивная сумка и два пакета с продуктами. Андрей попробовал поставить чемодан боком, потом вынул ящик.

— Я же говорила сумку убрать, — сказала Ольга.

— У меня завтра бассейн, — ответил Павел.

— Завтра понедельник.

— Значит, послезавтра.

Андрей уложил чемодан поперёк, ящик поставил сверху. Пакеты пришлось взять в салон.

— Всё, — сказал он.

— Нет, — сказала Дарья. — Я сзади с пакетом не помещусь.

Переложили ещё раз. Павел держал спортивную сумку на коленях, Дарья — один пакет, второй поставили Андрею под ноги. Ольга выехала со стоянки и только у шлагбаума спросила:

— Ты нормально вообще?

— Нормально. Спать хочу.

— Дома поспишь.

— Не буду. День пропадёт.

— Как хочешь.

Павел сзади уже расстегнул молнию чемодана на несколько сантиметров.

— Закрой, — сказал Андрей.

— Я только посмотреть.

— На носки?

— Вдруг ты врёшь.

По дороге Павел рассказывал про машинку. Оказалось, второе место он получил не за скорость, а за то, что она единственная доехала до конца три раза подряд. Самой быстрой была другая, но на втором запуске у неё отвалилось колесо.

— Значит, у тебя первое по надёжности, — сказал Андрей.

— Такого места не было.

— Плохо организовали.

Дарья наклонилась между сиденьями.

— Пап, послезавтра кресло привезут. Если позвонят днём, ты дома будешь?

— Буду. А старое куда?

— Я его Насте отдам.

— Уже договорились?

— Да. Она сама заберёт.

— Хорошо.

Андрей хотел спросить, почему не выбрали кресло с более длинным сиденьем. Потом посмотрел на Дарью: она уже снова читала сообщение в телефоне. Спросит дома.

— Тебе по анкете ответили? — спросил он.

— Прислали маленькое задание. До завтра.

— Сделала?

— Почти. После обеда с Настей встречусь, она посмотрит английский.

— Сегодня?

— Мы договаривались до того, как узнали время твоего прилёта. Я недолго.

— Да нормально. Покажешь потом задание?

— Покажу.

Она сказала это легко, без защиты. Андрей повернулся обратно. Ольга включила поворотник, пропуская автобус.

— А курс? — спросил он у неё.

— Начался в четверг. Сегодня надо первое задание отправить.

— Уже начался?

— Я же писала.

— Писала, что с апреля.

— Вот апрель и наступил.

Она улыбнулась, не отрывая взгляда от дороги. Андрей тоже засмеялся. Четыре дня апреля действительно успели наступить без его отдельного разрешения.

За окном тянулись заправки, склады, мокрые поля. Потом пошли знакомые остановки. У одной поставили новый павильон, прозрачный и уже заклеенный объявлениями. Возле магазина, где они обычно покупали продукты на неделю, парковка была заполнена. Андрей посмотрел на вывеску и вспомнил, что хотел взять домой минеральной воды, хотя под ногами у него стоял полный пакет еды.

— Мы заезжать никуда не будем? — спросил он.

— А надо? — Ольга кивнула на пакет.

— Воды хотел купить.

— Дома есть упаковка.

— Тогда не надо.

Павел наклонился вперёд между креслами.

— А мороженое?

— И мороженое есть, — сказала Ольга.

— Я просто проверял.

Во дворе Андрей первым заметил свободное место возле подъезда и показал рукой. Ольга проехала дальше.

— Там лужа под пассажирской дверью.

Она поставила машину с другой стороны дома. Андрей вышел, оглянулся на первое место и увидел тёмную воду почти до бордюра. Из салона этого не было видно.

Дома Павел первым открыл дверь и закричал из прихожей:

— Мам, куда мои тапки делись?

— На тебе.

Павел посмотрел вниз.

Андрей внёс чемодан и остановился, потому что не понял, куда поставить. Справа от двери раньше стояла узкая тумба для обуви. Теперь там был высокий шкаф с зеркалом, а свободное место осталось только возле прохода на кухню.