Чернь

— Неоднозначно, — выдавил он наконец.

— Вот хорошо! Главное, живой, — радостно заявил Тюльпан и, кивнув, двинулся дальше по направлению к КПП.

— Извините, — вдруг окликнул его Бюро.

Тюльпан обернулся, вопросительно подняв густые брови.

— А почему Вы тут работаете? — спросил Бюро. — Если хоть это не запрещено говорить…

Тюльпан охотно задумался и подозрительно быстро ушёл в себя. Пары секунд блужданий по собственному разуму хватило, чтобы ответить.

— Почему? — переспросил он. — Потому что ещё есть возможность.

Он помахал на прощание рукой и пошёл. Бюро ещё пару секунд обдумывал услышанное, и вдруг взгляд упал на собственную руку, где на тыльной стороне ладони алела еле заметная точка — свежий прокол.

Земля внезапно ушла из-под ног. Удара головой об асфальт он уже не чувствовал.

Остановившийся неподалёку Тюльпан сделал знак двум сотрудникам безопасности в тени здания, и они быстро подбежали к неподвижному Бюро.

— В изолятор его, — бесстрастно бросил оперуполномоченный.

Пока охрана разбиралась с телом, Тюльпан вставил в ухо наушник.

— Тюльпан — Койме, приём. Бюро под контролем, — доложил он.

— Вас поняла, агент Тюльпан. Проследите, чтобы объект был изолирован без эксцессов. Мало ли, что Капель с ним сделал… — ответили ему.

Рация затрещала и перетекла в белый шум, заставив Соню вновь содрогнуться.

Они с Катей шли через коридор. Присутствия подруги Соня словно и не замечала.

— Сонь, ну пойди домой. И медсестра сказала. Ты куда?

Тело Сони начинало жечь изнутри. Как будто внезапно она оказалась не в школе, а в пропаренной бане. Однако ни пота, ничего — не было. В машинальном порыве она начала расстёгивать рубашку.

— Сонь? — удивлённо вопрошала Катя где-то вдалеке.

Браслеты на руках душили, словно змеи. Соня поспешила сбросить их. Ноги вспотели изнутри. Резкими движениями она сбросила туфли и зашагала уже босиком по полу.

— Соня! — уже перешла на крик подруга.

— Сгинь, — на выдохе сказала Соня. И больше не слышала голос подруги рядом.

Рубашка полетела на пол. Наощупь девочка нашла ручку в туалет и ввалилась туда мешком. На толику секунды вернувшееся зрение поплыло вновь. Очертания уборной потемнели. Наступил поздний вечер. И чёрное авто, управляемое Александром с позывным «Днепр» затормозило на парковке около некоего бара.

Днепр откинулся на сиденье и охнул:

— У меня спина сейчас сдохнет.

Он достал из подстаканника кофе, проглотил остатки холодной и горькой жижи и аж закашлялся. Тем временем Бор внимательно осматривал округу. Глаза двигались между людьми, припаркованными машинами и зданиями, профессионально выявляя любые угрозы.

— Может, пожрём? — отвлёк его напарник.

Бор холодно покачал головой. Он отстегнул ремень и без спешки вышел из машины.

— Спину и желудок в братскую могилу, — обречённо вздохнул Днепр.

И он вышел вслед за Бором в прохладный вечер сентября. Сразу рядом подвернулся мусорный бак, куда и полетел использованный стаканчик. Как всегда расслабленной походкой Саша устремился за напарником по направлению к примечательному питейному заведению.

— У тебя номер 50 с собой? — спросил Днепр.

— Вовремя ты спросил, — буркнул Бор.

— А что, нет? — встрепенулся очкарик.

— С собой, — успокоил его Бор.

— Окей.

— Не пей только, — предупредил Бор.

— От кого слышу! — фыркнул Днепр и поспешил к входной двери.

Привыкший уже к выходкам напарника Бор не отозвался. Он достал из кармана небольшой дозиметр и включил. Экранчик показал радар с пустыми секторами. Оставалось ждать и верить, что Днепр не оплошает.

Александр зашёл внутрь. Вокруг шумели, звякали бокалами. Кажется, заведение было забито под завязку. Несколько подвыпивших компаний громко переговаривались, кто-то даже играл во что-то. Днепр быстро оглядел каждую из них. Наиболее подходящей выглядела группа молодых лиц у окна слева. Вроде, студенты. Два парня и девушка. На столах у всех стояли бокалы. По внешним признакам — выпили уже достаточно, чтобы согласиться на всё что угодно. Главное, как преподнести! Днепр устремился к ним и, только оказавшись у стола, беспардонно хлопнул по столешнице. Бокалы чуть не полетели на пол.

— Ребята! Орёл или решка! Ставим по сотке, — бодрым тоном выкрикнул он.

Первый юноша, рыжий в очках, лишь усмехнулся:

— Не-не, не надо.

— Да всего по сотке! — расплылся в улыбке Днепр.

— Ладно! Но давай по пятьсот, — встрял второй, бритый чуть ли не налысо, с вызовом глядя на него.

Днепр развёл руками, усмехаясь в душе.

— Базара ноль, — и уверенно выложил на стол пятисотенную.

Бритый, не моргнув глазом, сделал то же самое.

— Орёл, — сказал он.

— Решка, — парировал Днепр.

Днепр вытащил из кармана монетку, положил на ноготь большого пальца и отправил в полёт. Гравировка пяти рублей сверкнула на свету, монета сделала несколько оборотов и приземлилась на ладонь. Днепр тут же прихлопнул её и немедленно открыл. На застывших в предвкушении зрителей гордо уставилась решка.

— Не-не-не, пошёл-ка ты нах...й. Ещё раз! — завопил проигравший.

— А я что говорил… — вздохнул рыжий.

— Ладонью не закрывай, — строго заметила девушка.

Днепр пожал плечами. А бритый парень, видно, уже завёлся, и потянул из кошелька новую купюру.

— Орёл! — воскликнул он.

— Решка, — бесстрастно ответил Александр.

Монета снова взлетела. На этот раз Днепр поймал её на ладонь, не прикрывая. И вновь вверх смотрела цифра пять.

— Твою мать, — выругался юноша и ещё раз шлёпнул на стол ставку. — Решка!

— Орёл, — невозмутимо сказал Днепр.

Он уже напряг руку для нового броска, как вдруг девушка остановила его.

— Нет, стой! — она повернулась к спутникам. — Он же фокусник какой-нибудь, сто процентов!

Девушка схватила со стола пустой бокал и протянула Днепру. Он, не поведя и бровью, принял тару и закинул внутрь монету. Он несколько раз потряс бокалом. Монета звонко билась о стенки. Затем бокал оказался на столе вверх дном. Днепр поднял его.

— Пипец! — выдохнул бритый, увидев орла.

Саша пораскинул мозгами, улыбнулся про себя и протянул пятирублёвую монету парню.

— Хочешь, сам кинь.

Тот взял монету, с недоверием повертел её, осмотрел. Несмотря на то, что в бокале ещё оставалось пиво, монета была сухая и даже не липкая. Но пьяный парень не придал этому значения. Снова сделав ставку, он, уже с меньшим энтузиазмом, сказал:

— Орёл.

— Нет, ставь на решку! — попытался образумить его рыжий с видом профессионала.

— Окей! Решка! — заявил парень.

Днепр кивнул и очевидно сказал:

— Орёл.

Отпив пива для смелости, бритый подбросил монету и быстро поймал, прижав к столу. Затем осторожно поднял ладонь. Глаза его заблестели. Это была заветная решка.

— Ну видишь! — рассмеялся Днепр.

— Ладно. Нормально! — ухмыльнулся юноша.

— А пусть независимая сторона кидает, — предложил Днепр, указывая на девушку. — Если выиграю, обязательно тебя угощу! — пообещал он ей.

Та приулыбнулась и охотно взяла монету. Александр повернулся к оппоненту и уверенно произнёс:

— Решка!

— Орёл, — ответил бритый.

Девушка последовала своему же совету и потрясла монету в бокале. Пять рублей выпали на столешницу и развернулись решкой к наблюдателям.

— Да что за..! — выругался парень.

— Ещё раз? — предложил Днепр.

— Игроман херов, сейчас без денег останешься, — предупредил бритого товарищ.

Однако азарт уже взял своё. Взор парня затуманился. Монета летела снова и снова. И неизменно ложилась только в пользу «фокусника». Все уже сбились со счёта, сколько раз это произошло. Остановил это рыжеволосый, вырвав монету перед очередной ставкой.

— Так. Если орёл, ты прямо сейчас заканчиваешь. И без драк, как в прошлый раз!

— Обломщик! Ладно! — сдался бритый, то ли слишком разочарованный, то ли слишком поддатый.

А Саша заговорчески обвёл всю компанию взглядом.

— Прощу деньги, если ребро, — милостиво предложил он.

Девушка рассмеялась. Рыжий парень недоверчиво хмыкнул. А у бритого снова загорелись глаза.

— Ну-ну… — пробормотал рыжеволосый.

Но всё-таки подкинул монету без особого энтузиазма. Она взлетела чуть ли не до потолка. Провернулась десяток раз и ударилась о столешницу. Снова подлетела и наконец упала.

Застряв в щели между досок стола.

Все замерли, оторопело уставившись на неё.

— Охренеть. Охренеть! — заорал бритый и обернулся к Днепру. — Ты кто такой?

Зелёная точка на радаре разрослась уже до десятка пикселей. Дозиметр издал настойчивый и продолжительный писк. Бор быстро включил рацию и, отвернувшись от людей у входа, вызвал напарника:

— Всё, Днепр, достаточно. Уходи.

— Я выиграл! — объявил Днепр с победоносной улыбкой, подмигнул девушке и быстро схватил монету.

За спинами многочисленных посетителей Саша отыскал барную стойку и двинулся туда напролом. Два бедных бармена в поте лица орудовали ложками, бокалами и шейкерами. Улучив момент, Днепр подозвал одного из них.

— Спритц девушке в синем, — распорядился Днепр.

Рядом со стойкой стоял крепкий мужчина с видными усами, одетый в олимпийку. Напитка при нём не было. И с тех пор, как Днепр подошёл, мужчина очень пристально разглядывал его.

— Чего? — спросил Днепр, решив-таки обратить внимание.

Усач ничего не сказал и отвёл глаза. Улыбчивый Днепр убедился, что бармен занялся коктейлем, и ушёл на выход.

На парковке его ждал Бор. На ходу Саша уже закурил, а вот Бор, только прикусивший кнопку на фильтре, заметив напарника, вытащил сигарету и злобно зашипел.

— Ты охренел?

— По жизни или сегодня? — невозмутимо уточнил Днепр, выпуская струйку дыма.

— Хочешь повторной калибровкой до ночи заниматься?

Бор расстегнул пальто и потянулся к поясу. Его пальцы привычным движением перенастроили рацию.

— Бор — Учреждению. Приём.

— Учреждение на связи. Приём, — почти мгновенно донеслось из наушника.

— Запрашиваю Х-норму. Приём.

Днепр же непринуждённо осматривал парковку. Машин немного. Естественно, большинство пришло в бар пешком. Кто-то курил у входа. Кто-то уже блевал за углом. Из бара вышел тот самый усач в олимпийке и засеменил на край парковки. Там стоял жёлтый автомобиль. Двигатель заглушён, но внутри свет. Саша пригляделся.

Усач остановился у машины и постучал в окно рядом с водительским местом. Стекло опустилось, и мужчина склонился, что-то кому-то сказав. А затем оглянулся, посмотрев прямо на Днепра и Бора. Заметив и взгляд Александра на себе, усач поспешил сесть в салон.

По хребту у Днепра пробежал холодок. Не отводя глаз, он вынул из нагрудного кармана монетку.

— Побегу, если решка, — прошептал он себе под нос и ловко подбросил её.

Дозиметр в кармане Бора отчаянно заорал. Выдернув наушник из уха, Бор развернулся на месте и навис над напарником.

— Днепр, ёп твою мать! — глаза его чуть не выпадали из орбит.

А Днепр посмотрел на пойманную монету, где многозначительно сверкала решка. Не получив от напарника и намёка на ответ, Бор сдавил его плечо и развернул к себе.

— Днепр! — уже с угрозой нанесения тяжких воззвал он.

Но Александр оставался на удивление спокоен.

— Жёлтая тачка. Код «И». В разные стороны, — тихо, но чётко произнёс он.

Лицо Бора в мгновение ока изменилось. Гнев обратился в тревожную сосредоточенность. Он отпустил плечо Днепра, и они резко, но без суеты, зашагали в противоположные стороны. Тут же мотор жёлтой машины взвыл, загорелись фары, и она тронулась с места.

Днепр перешёл дорогу и завернул за пятиэтажку. Убедившись, что какое-то время он вне поля зрения злоумышленников, он включил рацию.

— Днепр — Учреждению. Требуется устранение рабочего транспорта. Приём.

Усач следил за Бором, что удалялся вдоль дороги, но вдруг его внимание привлёк другой объект. Чёрное авто, на котором сюда пригнали Днепр и Бор, вдруг задымилось. Густой дым из-под капота предвестил всполох пламени. Усач ткнул пальцем в здание, за которым скрылся Днепр, и водитель вдавил педаль газа. Взвизгнув шинами, автомобиль рванул в указанном направлении. Через пару секунд взорвалось чёрное авто, заставив всех на улице и в баре в панике вжаться в землю.

Из-за угла вылетела жёлтая машина. Дрожь в руках пропала. Саша отдал волю над телом адреналину. Рука выставила вперёд пистолет, и загромыхали выстрелы. Прерывистая очередь ударила в лобовое стекло. Оба в машине пригнулись под градом осколков. Следуя за резко повёрнутым рулём, автомобиль вильнул в сторону, обогнув Днепра. Он переместил ствол и ещё несколько раз стрельнул по колёсам. Одна из шин хлопнула, и водитель ударил по тормозам. Затвор замер в заднем положении — магазин опустел.

— F...ck! — донёсся из машины чей-то яростный крик.

Из распахнутой двери выскочил усач. По лицу у него струилась кровь из мелких порезов. Но не обращая внимания на раны, он рванул за стрелком.

Днепр уже обогнул здание и забежал во двор. Перемахнув низенький заборчик, он оказался на детской площадке. Саша нырнул под пластмассовую горку, перепрыгнул через турники и устремился дальше. Впереди маячила освещённая витрина магазина. Вбирая воздух, оперативник сбавил шаг и подошёл к дверям.

— Днепр, не используй больше померон. Даже не думай, — из наушника прозвучал жёсткий приказ Бора.

— Сдохнуть предлагаешь? — отдышавшись, пробормотал Днепр в ответ, заходя в супермаркет.

— Вчера ты был не против! — напомнил Бор в ухе.

Немолодая женщина в красном фартуке обернулась на вошедшего. Она была очень возмущена тем, что её отвлекли от мытья полов.

— Молодой человек, закрываемся через десять минут! — крикнула она ему.

Днепр еле-еле кивнул и продолжил уходить вглубь торгового зала.

Пройдя несколько витрин, Саша добрался до служебных помещений. Он толкнул рычаг антипаники и проник на продуктовый склад. Протиснувшись между пыльными стеллажами и башнями коробок, Днепр оказался у железной двери чёрного выхода. Он уже потянулся её открыть, как та резко сама распахнулась. За порогом появился запыхавшийся усач.

Через секунду он вскинул пистолет и заорал:

— Стоять!

А Днепр проворно дёрнул дверь на себя и рванул обратно. На ходу он опрокинул один стеллаж. Коробки с грохотом посыпались на пол. Пулей Саша вылетел обратно в торговый зал и побежал к кассам.

При его появлении кассирша вздрогнула. А он бодро подскочил к ней и затормозил.

— Девушка, милая, дорогая, сыграем в монетку? — его голос был неестественно оживлённым, он вертел в пальцах сверкающую пятирублёвую монету.

— Пьяный? — с подозрением спросила она.

— Пожалуйста!

— Иди отсюда, а то я…

— Просто скажи «орёл», — почти умолял он, бросая взгляд в сторону зала.

— Молодой человек!.. — начала она, но он внезапно сорвался.

— Скажи, бл...ть, «орёл»! — вдруг выкрикнул Днепр.

Женщина испуганно отшатнулась. С громогласным топотом к кассам выбежал усач с пистолетом наперевес. Днепр выхватил свой пустой и направил на кассиршу.

— «Орёл» скажи! — заорал он.

Кассирша взвизгнула, вскинув руки.

— Скажи быстро! — повторил Александр.

— Что?! — испуганно простонала она.

Усач уже нашёл свою цель и на ходу направлял дуло на неё.

— «Орёл», бл...ть! — завопил Днепр в последний раз.

— Орёл! — выдохнула она, зажмурившись.

На лице Днепра расцвела безумная улыбка. Смакуя каждое слово, он произнёс:

— Мёртвый иностранец, — и подбросил монету.

На полном ходу усач наступил в растёкшуюся лужу на полу. Нога потеряла сцепление. Его тело странно дёрнулось, и он полетел спиной вниз, сбив к тому же ведро со шваброй. Палец случайно надавил на спусковой крючок. Выстрел громыхнул на весь магазин, оглушив испуганную женщину до потери сознания. Пуля улетела куда-то, срикошетила и свистнула сквозь висок усача. Голова гулко ударилась об пол.

Ещё несколько секунд глядя на тело, Днепр спрятал монету в карман. А затем быстрым шагом покинул магазин. На отполированном полу разрасталась красная клякса.

Гробовую тишину в отсеке «А» нарушил щелчок. Газозарядные индикаторы под стеклянным колпаком, до этого показывавшие почти нулевые значения, вдруг взбесились. Цифры поползли вверх, сменив «-0,000101» на пугающие «1,01075».

Глава 3 — Репульсия

Гробовую тишину в отсеке «А» нарушил щелчок. Газозарядные индикаторы под стеклянным колпаком, до этого показывавшие почти нулевые значения, вдруг взбесились. Цифры поползли вверх, сменив «-0,000101» на пугающие «1,01075».

В помещении в столь поздний час были только двое: Франк, в неизменном белом халате, и Крест, уткнувшийся в компьютер. На звук со стороны счётчика они среагировали мгновенно.

Учёная уставилась на индикаторы и тут же побледнела. Крест вскинул брови и выдавил только тихое:

— Хера…

Спустя мгновение на всех компьютерах вспыхнуло окно тревоги. Пронзительный писк разнёсся на весь отсек.

Газозарядные индикаторы расплылись и обратились в дисплей старомодных электронных часов, всё с тем же значением в «1,01075».

Капель внутри купе поезда лениво поднял руку и взглянул на часы.

Соня схватилась за голову. Стенки туалетной кабинки нещадно давили на неё. Цифры бегали перед глазами. Голоса неизвестных людей трещали в ушах, как старое радио.

«Что со мной? Что?! Это правда я?!» — Соня пыталась думать, но собственный внутренний голос пропадал в какофонии видений.

Кто-то грубо стучался в кабинку. Что-то спрашивали. Соня впилась ногтями в собственный скальп и заорала:

— ОСТАВЬТЕ МЕНЯ УЖЕ В ПОКОЕ! НЕ ТРОГАЙТЕ! НИКТО!

Реальность пошла рябью. Стены уборной задрожали. Раздался громоздкий хлопок.

Это рыжеволосая дама ударила по столу.

— Нарушение субординации! Злоупотребление полномочиями! — подобная агрессия совсем не была ей к лицу.

Напротив на стуле развалился Александр. В тесной допросной он чувствовал себя как дома, а на выкрики начальницы реагировал нарочито безучастно. Она знала, что ему весело её бесить, но держать всё в себе уже не могла.

— Койма, Койма, Койма. Погоди, — протороторил Днепр.

Она уставилась на него немигающими глазами и рефлекторно поправила пиджак.

— Днепр… — начала она, но он её перебил.

— У нас с Бором одно звание. Стаж разный. Но где в уставе хоть слово об этом? — его тон был вызывающим. — Я был исполнителем с помероном и имел полное право принимать самостоятельные решения. М?

Он смерил её выжидающим взглядом. Александр не волновался ни разу. Он знал правила и хотел проверить систему на прочность. А делать это через фигуру стервозной Коймы было невероятно занимательно.

— Ты мои нервы испытываешь или что? — сквозь зубы процедила она.

Днепр наклонился вперёд, его притворное безразличие испарилось.

— Да нет! Я испытываю возможности, которые нам недоступны по мнимой причине. Я за прошедший год, знаешь ли, стал кое-как разбираться в том, что вы не утруждаетесь новобранцам объяснять. А они потом дохнут или пропадают, как Бюро. Зачем высшему звену пугать нас сказками о том, что лишняя инициация больно отразится на Х-норме, если и так в любую секунду может появиться отклонение… на единицу! Солнце схлопнется и капец! Всё Учреждение держится на вере, что конец света будет не завтра. Но он же, бл...ть, будет, если ничего не делать!

На лбу оперативника даже выступила испарина. На секунду и Койме стало не по себе. Но у неё был долг. И больше ничего.

Она молча выключила планшет и с каменным лицом сообщила:

— Тебе повезло. Нам всем. И не пытайся лезть в науку.

Спокойным шагом рыжая покинула допросную комнату, оставив Днепра наедине с собой. Он сложил руки и уставился перед собой.

День немного напоминал прошлый раз. Его снова тянуло в курилку. И незримая квантовая связь притянула туда и Бора. Они встретились буквально на входе. Молча присели. Молча закурили. Первым начал Бор, естественно стартовав с тяжёлого вздоха.

— Ну ты и дебил, — констатировал он беззлобно.

Саша взглянул на него вопросительно, будто вообще не понимая, о чём он. А затем выпустил дымное колечко в лицо напарнику.

— Хоть с Коймой не выёживайся, — добавил Бор, сдувая сашино творение.

— А что, мне с ней за ручки танцевать? — недовольно буркнул Днепр.

— Не дай бог, чтобы в тебе увидели Капель, — покачал головой Бор.

Днепр только отмахнулся.

— Вот уж нет!

— Ну… У вас есть одно серьёзное различие, — после паузы продолжил Бор. — Если ты пытаешься остановить мировую цепочку, то он её начал.

Днепр недоумённо оглянулся на него. Какая-то потаённая струна дрогнула у него в сердце.

— В смысле? — переспросил он.

Бор наклонился вперёд, понизив голос. На лице его читалась неподдельная тревога.

— До опера он работал в отделе «А». И есть слушок, что именно он саботировал работу АППАРАТа. И полилось говно по трубам.

— Понять бы, что такое ваш АППАРАТ, — возмутился Александр. — Твою… Он? Специально? — словно осознал он после секундной заминки.

— Бог его знает. Но что-то я много болтаю, — спохватился Бор, вставая и туша окурок. — Не заставляй их сомневаться в тебе.

— В ком бы сомневались, если бы я там сдох, — ехидно улыбнулся он.

А Бор взглянул на него пронзительно, и очень серьёзно озвучил:

— А надо выбирать: ты или мир.

— Пафосный какой! — Днепр размахнулся и метнул свой бычок в мусорку. — Без нас же и мира не будет.

— А без мира — нас. Спокойной ночи, — попрощался напарник и вышел.

Днепр снова остался один в серой коробке. Он снял очки и стал задумчиво их разглядывать. Нехорошие воспоминания полезли в голову.

— Значит, это был ты. Капель… — тихо прошептал он в пустоту.

Это случилось три года назад.

Александр Лучной тогда работал в Федеральной службе безопасности в качестве следователя. Занимался делами внутренних неурядиц. Грубо говоря, был охотником на охотников. К тому моменту несколько успешных кейсов уже сделали ему репутацию многообещающего специалиста. Однако коллеги его побаивались и не беспочвенно.

А Сашу всё устраивало. И каждое утро начиналось у него примерно одинаково. Как и в тот день.

С лёгкой щетиной, немного взлохмаченный, напяливая пиджак, он залетел на кухню за недопитым кофе.

У раковины возилась красавица жена. Раиса Лучная в своём узорном переднике сияла молодостью и оптимизмом. Без лукавства Александр часто оправдывал опоздания фразой: «На жёнушку загляделся».

А за столом развлекалась маленькая Варюша. В одной руке у неё был любимый плюшевый ёжик. Второй она поила его из кружки. И игрушка, и стол — всё было в воде, но у молодого отца это не вызывало ничего, кроме умиления.

— Папа! Ёжик пьёт воду, — сообщила Варя, демонстрируя процесс.

— Хоть не водку, — фыркнул Днепр и повернулся к жене. — Рай, давай я такси вам закажу.

Рая обернулась, стряхнула с рук воду и упёрла их в бока.

— Саша, я же сказала, я прогуляться хочу.

Днепр поставил пустую кружку в раковину, его лицо стало непривычно серьёзным.

— А если машина собьёт? — спросил он.

— Сплюнь! Ну ты и параноик, Саш, — покачала головой Рая, принимаясь мыть его кружку.

— По статистике, семьдесят человек в день погибает в авариях! — с видом знатока заявил супруг.

— И сколько людей всего?

— Вероятность-то есть!

— Волков бояться — в лес не ходить, — парировала она.