Вопреки Судьбе

Следующий после отъезда сестры Императора обед рассеял сомнения Риэла в правильности поступка Рау – вернее, в его разумности. До этого он ни разу не видел правителя и друга вместе, общий обед был не в счет, ведь там присутствовало слишком много народа. Но сейчас за столом сидела лишь императорская семья, два лорда Вал'Акэш и верный Съерелл, и напряжение между старыми товарищами было заметно. Во-первых, Рау вопреки обычаям занял место прямо напротив Императора, во-вторых, тот в свою очередь буравил Хранителя Северных Границ неприязненным взглядом, в-третьих, даже принцам со своими непринужденными разговорами не удалось рассеять мрак, повисший над столом. Риэл только к середине обеда понял, что между двумя дроу скорее даже не ненависть, как он думал, а противостояние. И это у Рау, который всегда был верен своей клятве и весь север приучил служить и умирать ради Темного Императора! Воистину, воля наставника была сильна – Риэл был не уверен, что смог бы сохранить холодный разум и поступить правильно, если бы его одолевали сильные чувства.

Только стараниями Темной Императрицы и принцессы обед прошел терпимо. Наблюдая за хрупкой светлой эльфийкой с холодными голубыми глазами, в которой крылась какая-то непонятная Риэлу опасность, он начинал понимать предубеждения Рау против тесного общения Съерелла с их благословленной Тьмой правительницей. И все же именно благодаря ей тишина так и не воцарилась над столом, полным изысканных яств и редких вин. Ледзерское на севере было почти не достать, а Риэлу, как на грех, больше всего нравилось именно оно. Так что пока Императрица втягивала упирающегося Съерелла в разговор вместе с принцем Велоном, Вэйзар принялся подливать новому знакомому эту чу́дную рубиновую жидкость, попутно беседуя с близнецами о качестве новой стали. Разговор постепенно набирал обороты, Риэл сам не заметил, как уже вовсю спорил с одним из младших принцев о достоинствах кожаной брони. От этого интересного разговора – а близнецы оказались весьма сведущими, видно, что не белоручки знатные, – его отвлек только мелодичный властный голос принцессы. Велия сумела-таки вовлечь в беседу Рау. Она с удивительной для ее холодной натуры расспрашивала его про северные обычаи, особенно ее, как и Риэла, интересовало воинское ремесло. Если что-то и было для лорда Вал'Акэш важно в жизни, так это наставлять и помогать другим, так что совсем скоро он уже подробно отвечал на вопросы принцессы. Риэл поймал себя на том, что уже пропустил пару фраз принцев, больше слушая их сестру. Она была прекрасна, вдруг став такой живой, увлеченной. Он и не думал, что леди могут интересовать подобные низменные вещи. Видимо, заметив интерес Риэла, Велиот (кажется), сидящий рядом, тихо заметил:

– Велия у нас эльфийка боевая, смотри, чтобы твой дед сумел вырваться из ее цепких лапок. Она настоящая безумица, не хуже Вэйзара.

– Ты хотел сказать, не лучше, – встрял другой близнец, и братья покатились. Вэйзар даже не заметил потерю слушателей: он пока мирно пререкался с собственной женой. Впрочем, хватило одного выразительного взгляда Императрицы, чтобы принц вернулся к застольной беседе, а Риэл меж тем задумался: насколько искренни Шелар'рис? Какая атмосфера царит за столом, когда им нет нужды развлекать навязавшихся гостей? Невольно взгляд Риэла скользнул по принцессе, но он тут же одернул себя, приказав соблюдать приличия. Позор будет, если он оскорбит принцессу и ее братьев столь недостойным вниманием.

***

Рау поднял голову от ножен и коротко, как умел только он, не меняя сурового выражения лица, улыбнулся. Риэл ответил ему тем же: кто бы сомневался, что лорд Вал'Акэш, Хранитель Северных Границ, самолично будет собирать вещи. Рау никогда не кичился своим титулом, оставаясь простым в общении с приближенными, но при этом умея одним своим видом держать слуг и подданных в повиновении.

– Зашел попрощаться.

Рауд отложил в сторону фамильный кинжал и шагнул навстречу Риэлу.

– Я верю, ты скоро вернешься.

– Надеюсь, с хорошей вестью.

– Я в тебя верю.

– Помню, как ты говорил, что все зависит лишь от нас самих, но ведь иногда обстоятельства бывают сильнее, – подбирая слова, произнес Риэл, надеясь, что Рау не посчитает это за намек, тем более обидный.

– Тебе они благоволят, я вижу.

Вот теперь младший лорд Вал'Акэш действительно удивился.

– Неужели ты не видишь? – развеселился Рау, даже его вечно хмурое выражение лица чуть посветлело. – Ты хорошо сошелся с принцами, – намекнул он, видя непонимание во взгляде Риэла.

– Лишь с принцем Вэйзаром и близнецами.

– Это уже немало. К тому же я бы удивился, если бы ты вдруг подружился с принцем Велоном или принцессой Велией.

Риэл ничего не ответил, боясь неосторожным словом выдать свое теплое отношение к ее высочеству.

– Молодая кровь нужна нашей Империи, – неожиданно произнес Рау. – Когда-нибудь меня не станет, не станет и Темного Императора, на его место придут его дети, на мое – ты. Я желал бы, чтобы между первыми лордами темных царил если не мир, то хотя бы понимание. Ты – тот мостик, что сможет нам построить будущее.

– Потому что настоящее уже построил ты? – не удержался Риэл, и Вал'Акэш обменялись только им понятными, полными родственного тепла взглядами.

– Да. Как тебе принцы?

– С ними весело, но я думаю, что худших врагов себе не пожелаешь. Сейчас они расслаблены и явно не рассматривают меня ни как противника, ни как источник сведений или фигуру для своих интриг. Поэтому мы ладим.

– Разумная оценка.

– Видно твое воспитание.

– Все такой же непокорный.

– Это у меня от тебя.

– Признаю, – чуть улыбнулся Рау и протянул Риэлу руку. – Мы уезжаем завтра на рассвете, так что прощай. Темной ночи.

– Темной ночи. Ты не дашь мне пару советов?

– О, я уверен, ты справишься сам, – загадочно заявил Рау, взглядом указывая на дверь. Тактичен, как и всегда. Это не принц Вэйзар, который младших, но уже вполне взрослых братьев таскал за шкирку.

На следующее утро Рау со Съереллом уехали, а уже в обед Риэл, не способный к уверткам и лжи (по меркам темных, конечно), заявился прямо в кабинет Темного Императора и предельно вежливо попросил помощи, подробно рассказав о реальном положении дел на северных границах. Естественно, не раскрыв всех секретов. Однако даже того, о чем он поведал, должно было хватить, чтобы убедить любого: север не справляется, ему нужна помощь.

– Учись, – ухмыльнулся дроу, поворачиваясь к старшему сыну, который тоже присутствовал при разговоре, – как надо аргументировать свою позицию, чтобы я принял нужное тебе решение.

Принц Велон совершенно не отреагировал на столь грубый упрек, лишь ухмыльнулся в ответ и съязвил:

– Я тебе так могу любую точку зрения аргументировать, что ты через полчаса пойдешь светлым эльфам свое любимое ледзерское продавать.

К все возрастающему удивлению Риэла, Темный Император на это вопиюще наглое заявление лишь расхохотался, а потом повернулся к нему.

– Я давно знаю лорда Вал'Акэш: он честен и прямолинеен, насколько это возможно для темного лорда. Вижу, что его наследник пошел в него. Я рассмотрю ваше прошение, лорд Вал'Акэш. Зайдите ко мне через два дня, после обеда, я уделю вам и вашему вопросу время.

После этой самой короткой в мире, больше формальной речи Император обронил:

– Вы свободны, – после чего обернулся к сыну, уже в нетерпении глядящем на Риэла.

Вот и все. Оставалось задаваться вопросом: ему столь замысловато отказали или наоборот так быстро согласились помочь? Этим важным размышлениям Риэл посвятил весь вечер и следующий день, пока его не вытащил из покоев принц Вэйзар. Как и обычно, он с близнецами и дорогой его сердцу Шильэт решили поразмяться и им был необходим еще один компаньон. Риэл предпочел бы отказаться: его чуткая натура видела, что чужое присутствие все же тяготит принцев. Несмотря на явное расположение к нему, они не обсуждали в его присутствии важные или личные вещи, все их разговоры были вполне обыденными – такие можно вести между почти чужими эльфами. Так что несмотря на то, что он уважал и чтил императорскую семью, он предпочел бы отказаться от чести сопровождать принцев. Поначалу у него существовал хотя бы интерес, но после отъезда Рау, Риэл понял, что скучает по северу и его простым нравам. Мелада не смогла привлечь его, как других молодых темных из провинции.

Однако это были лишь его рассуждения и его мнение, а у принца Вэйзара наличествовало желание, видимо, достать всех, поэтому он вытянул-таки просиживающего штаны над книгами Риэла во двор замка. Это огромное каменное строение, пропитанное магией, имело свою необычную архитектуру. К нему примыкал не только скрытый от чужих глаз кусочек сада, замкнутый между крепостной стеной и самим замком, но также три внутренних двора: парадный, где располагались ворота, а также конюшни, загоны для пантер и псарни с ручными волками, и два задних – один для стражников (там находились их казармы и прочие помещения для слуг) и один для личного пользования императорской семьи. Именно в последнем принцы устроили себе тренировочный плац, где попеременно гоняли друг друга, желая развеять скуку. Риэл, хоть и был немногословен и куда более терпелив (в отличие от язвительных близнецов и вспыльчивого Вэйзара), однако неплохо влился в их компанию.

Сегодняшний день был особенно жарким – полноценное лето все же решило навестить Меладу, – поэтому Риэл вместе с принцами обливался потом под лучами палящего солнца. Вполне обычная тренировка – он даже в чем-то был рад поразмяться, – но тут произошло то, что лишило душевного покоя молодого лорда Вал'Акэш.

– Велия, куда спешишь?

– Отпусти, иначе сломаю руку! Я к оркам, позвали на охоту, у них как раз праздник, нужна добыча.

– Останься, погоняй Риэла. А то лорду Вал'Акэш тяжело все время проигрывать нам.

Риэл мог бы посмеяться над этой бравадой – если принц Вэйзар действительно был мастером меча, то его младшие братья шли вполне вровень со "все время проигрывающим лордом Вал'Акэш", – однако все его внимания поглотила принцесса. Сегодня на ней не было привычных платьев в пол, которые струились от ее тонкой талии, вместо этого она была одета в простой, хоть и добротный кожаный костюм. Он облегал ее стройную фигуру, показывая то, что раньше было скрыто под кружевным шелком – сильные мышцы, гибкие движения воина, прекрасно владеющего своим телом. Риэл так увлекся разглядываем принцессы, оказавшейся вдруг намного ближе, чем он думал, что пропустил значительную часть диалога, в котором принц Вэйзар все же уговорил сестру составить им компанию. В этом ему активно и громко помогали близнецы. И хоть ее высочество согласилась, на мгновение Риэлу показалось, что она не рада. Но тут принцесса отложила в сторону лук, взяла меч – и он пропал.

Такого поражения лорд Вал'Акэш не знал давно: все семь поединков Велия выиграла без труда – у Риэла даже мысли не появилось поднять на нее руку всерьез, и его слабые попытки отбить ее удары лишь рассмешили принцев. Те, впрочем, спокойно отнеслись к разгрому Риэла, для них это был повод для шуток, а вот сам полукровка чувствовал себя неловко и одновременно злился – тоже на себя. Велия в бою оказалась еще прекраснее: ее гибкие, ловкие движения завораживали. Но дело было не только в ее мастерстве – он это понимал, – а в его глупом очаровании ею. Признаться, принцесса с первого дня произвела неизгладимое впечатление на Риэла. И пусть ему было уже около двухсот лет, и женщин он знал немало – даже красивых, – но Велия… Она стала особенной. Он чувствовал себя мальчишкой, очарованным ее красотой, такой далекой и холодной. И пусть это чувство было совсем несерьезным – скорее, увлечением, – оно впервые затронуло сердце Риэла, и тот и без того смущенный блеском столицы, в которой не видел себе места, замыкался еще больше. Если бы не всюду лезущий, чересчур активный Вэйзар, то он не знал бы, как выкручивался из столь неловкого положения, когда принцесса оказалась слишком близко, и тело его отреагировало вполне определенно, но совершенно не так, как стоило бы во время невинного поединка. Однако в тот момент, когда Риэл поймал взгляд Велии, прекрасно все заметившей, с презрением отступившей и убравшей клинок от его горла – он даже не заметил его, – принц расхохотался и принялся обсуждать силу женских ручек, рассказывать, что у сестры неплохие способности – для женщины, конечно, – и так далее. Его тут же поддержали близнецы, ухитрившиеся поссориться между собой, оценивая удары и технику принцессы. А потом в разговор влезла Шильэт, от которой Велия, кажется, старалась держаться подальше, и между ними оказалась целая пропасть в виде ее гомонящих родственников и их вполне материальных тел. Вэйзар тут же сцепился с женой – в прямом смысле этого слова, а близнецы уговорили Риэла, на данный момент согласного на все, на реванш. Последнее, что он успел заметить, это полный презрения, отвращения и оскорбленного достоинства взгляд принцессы, которая, несмотря на его ожидания, не ушла, а продолжила беседовать с братьями и даже пару раз положила особо болтливых на лопатки. Полуденная жара к вечеру не прошла, и уставшие принцы поскидывали все, что позволяли приличия. Даже Велия избавилась от куртки, оставшись в одной тонкой рубашке. Солнце палило нещадно, постепенно склоняясь к горизонту. Риэл был единственным кто не снял ничего, благодаря Тьму, что перед тренировкой выпустил края рубашки, и теперь его состояние было не столь очевидно. Хотя бы братьям принцессы. Потому что она уже была в курсе, и от ее взглядов ему становилось нестерпимо стыдно. Но даже это чувство не могло притушить появившееся невесть откуда возбуждение: Риэл постоянно наталкивался взглядом на взмокшую Велию, по рубашке которой растекалось пятно пота – как раз между двумя упругими холмиками. Это было настоящее мучение. Солнце ползло так медленно, а оскорбленный взгляд принцессы жег сильнее палящих лучей. Единственной радостью было то, что Велия больше не желала (по вполне понятной им обоим причине!) сражаться именно с Риэлом. Зато она отыгралась на младших братьях, пока его гоняли по очереди Вэйзар с Шильэт. Ликанша оказалась серьезным противником и смогла-таки отвлечь Риэла от моральных терзаний.

Наконец дети Темного Императора решили, что с них хватит – да и темнеть уже начало, – и отправились в замок. Глядя в спину гордо удаляющейся Велии, Риэл мысленно на все лады ругал себя, посмевшего оскорбить ее высочество. Что она теперь о нем будет думать?

– Не переживай, – хлопнул его по плечу принц и как-то недобро сощурился. – Правильно сделал, что поддался: Велия все же девушка.

– Наоборот, лучше бы в полную силу сражался, – возразила Шильэт. – Ее высочество явно оскорбилась столь легкой и очевидной победой.

– Это да…

Они еще о чем-то говорили, Риэл не прислушивался. Наконец прозвучало его имя, и ему пришлось ответить.

– Ужин?

– Да, – подтвердил Вэйзар. – Со мной, Шильэт и Велией. Не хочешь? Варро завтра будет у близнецов, и мы свободны… Правда, лучше будет провести обед у тебя в покоях. Гостевые комнаты более… просторные.

Конечно, никто не пустит чужака в крыло, где живет императорская семья – это разумное требование безопасности. Риэл ни секунды не думал прежде, чем ответить:

– Да, это хорошая идея, ваше высочество.

Вэйзар одобрительно – в очередной раз – хлопнул его по плечу и умчался на скорости ветра в замок. Шильэт от него не отставала, хотя производила впечатление более степенной и разумной темной. О ней, конечно, ходило много слухов, но… Риэл разумно пропускал все мимо ушей. Как учил Рау: Шелар'рис – их правители, не им их обсуждать и осуждать. Сейчас Риэла больше волновала принцесса и те несколько секунд боя, когда они оказались слишком близко друг к другу. Не имей он черную, как у всех дроу, кожу, он бы покраснел не хуже, чем молоденькие оборотни, вытащенные старшими товарищами первый раз в бордель.

***

– Варро, нельзя, это опасно. А если ты кого-нибудь убьешь?

– То твой папа будет орать на тебя так же, как его на него, – ответила за сына Шильэт, наблюдая за нервничающим папочкой, как в шутку называла она Вэйзара. Тот в дело воспитания сына – как и в любое другое – вложил все свои силы и иногда перегибал палку. А вообще, наблюдать за общением двух дорогих сердцу мужчин было не только забавно, но и мило, хотя Шильэт всегда считала себя особой циничной, на нежные чувства не способной. Но Вэйзар с Варро были исключениями.

Когда процесс отнимания у сына папиного кинжала и укладывания увлекшегося ребенка в постель закончился, муж присоединился к Шильэт, лениво валяющейся на кровати.

– Иди помойся, от тебя несет.

– Вот демоны! Раньше ты не была такой привередливой! – возмутился Вэйзар, демонстративно тяжело поднимаясь.

– Меня разбаловал супруг. Он сам такой, принц все же, – мстительно произнесла Шильэт, ускоряя движения мужа с помощью банального пинка. Ответом ей была грязная ругань, которой Вэйзар поднабрался у "разбалованной" супруги.

А пока Вэйзар приводил себя в порядок, чтобы не раздражать чувствительный нос Шильэт, она сама глубоко задумалась, что и подметил вернувшийся из ванной мокрый дроу.

– Что случилось?

– Ничего. – Как же он ее бесит. Неужели опять специально нарывается?

– Ты какая-то задумчивая, – произнес как ни в чем не бывало Вэйзар, падая рядом и целуя ее в щеку.

– Наверное, потому что я думаю, Вэйзар. Попробуй на досуге.

– Для досуга у меня есть другие занятия, более приятные, – с намеком заметил он и вновь поцеловал, продолжая сопеть в ухо. Вот ведь прицепился.

– Я скучаю по морю. Хочу его увидеть, – неожиданно – в первую очередь для самой себя – ответила Шильэт. К счастью, Вэйзар воздержался от замечаний, советов и выяснения отношений. А то он очень любил покопаться в себе, в других и в том, что их связывало. Неудивительно, что папа при встрече мог только орать на сына – Шильэт еще удивлялась сдержанности Императора. Видимо, Вэйзара он все же любил, и только это останавливало его от убийства сына.

– Давай спать, я устал.

Шильэт аж подавилась воздухом, а потом расхохоталась.

– Ты? Устал? Еще скажи, что не хочешь получить ремня!

– Я тебя удивлю, но нет.

Естественно, она не поверила. Они расположились полулежа на кровати, на Шильэт была лишь его рубашка, на Вэйзаре – полотенце на бедрах, которое она медленно стянула ножкой, а потом погладила начинающий наливаться кровью член.

– Не-надо-так-делать, – сквозь зубы прошипел он, перехватывая ее ногу.

Она зловеще усмехнулась и закинула вторую ему на бедро. Еще несколько дюймов, и он мог бы войти в нее, подарив им обоим освобождение от сковавшего тела напряженного возбуждения. Но она знала, что им обоим этого будет мало.

– Врешь, – хмыкнула она. – У тебя стоит.

– Я решу эту проблему.

– Руками? – пуще прежнего развеселилась Шильэт.

– Да хоть шлюх сниму! – огрызнулся Вэйзар, пытаясь скинуть любимую жену. В итоге неравной борьбы, Шильэт, как и принято было в их семье, заняла позицию сверху.

– Хочешь, – прорычала она довольно, проводя ноготками по его груди – пока совершенно невинно, однако это почему-то заставило Вэйзара завопить:

– Не надо! Отпусти, демоны!

– Ты чего? – удивилась она. Вэйзар был воином, к тому же темным эльфом. Он умел переносить такую боль, от которой более слабые существа умирали, и уж точно его выносливости хватило бы на пару царапин, не говоря о порочном желании их получить.

– Давай не сегодня.

– Еще скажи, что голова болит!

Он коротко расхохотался, а потом все же признался:

– Я не могу.

– Когда это ты не мог? – усмехнулась Шильэт, продолжая допытываться, что пришло в голову ее принцу. Опять какая-то дурь!

Вэйзар обреченно вздохнул – бедняжка – и ответил предельно честно:

– Сейчас жара, каждый день с близнецами выбираемся на плац… Не хочу… В общем… Следы от кнута заживают слишком долго даже с мазью Сайла.

– Так вот в чем дело, – протянула Шильэт. – Стыдно признаться братьям, что любишь быть выпоротым собственной женой?

Ответом ей был злой взгляд, который тут же убежал куда-то под потолок, а Вэйзар принялся делать вид, что он – сильный, независимый и черствый мужчина, которого такие глупости, как мнение членов семьи, не волнует. И если с первыми двумя определениями Шильэт готова была согласиться – она далеко не всегда могла передавить мнение любимого, – то остальное выглядело до смешного неправдоподобно. Вот только веселиться она не стала, а вместо этого склонилась к самому острому черному уху и прошептала так, как не смог бы демон-искуситель:

– Есть много способов получить удовольствие. Можно и без боли, и без следов. Готов вытерпеть унижения от своей госпожи?

– Да, – выпалил он тут же, глядя на нее расширившимися алыми зрачками. Облизав пересохшие губы, Вэйзар уточнил: – Точно…

– Я не буду тебя бить, к чему? – усмехнулась Шильэт и приподнялась. – Выметайся с кровати! Место раба на полу!

Он слетел с постели в мгновении ока – помогла неслабая затрещина. Впрочем, оказавшись на полу, Вэйзар не стал выходить из роли и покорно опустился на колени, преданно смотря в глаза своей повелительнице. Она усмехнулась, усаживаясь на край кровати и покачивая ножкой. Совсем скоро та окажется на груди у непокорного принца, заставляя его опускаться все ниже – не только в физическом плане.

Казалось, воздух между ними сгустился до такой степени, что трудно было дышать, но тут Шильэт разорвала зрительный контакт, непокорно мотнула головой и склонилась к Вэйзару, абсолютно серьезно произнесла:

– Хорошенько подумай. Я перейду все границы. И я действительно буду тебя унижать.

– Знаешь ведь, что я хочу.

Шильэт раздраженно цокнула: что делать с этим перевозбужденным идиотом? Еще и влюбленным!

– Помни: мы всегда можем остановиться. Если поймешь, что слишком.

Вэйзар криво улыбнулся, а потом потянул руку к ее лицу. Она тут же угадала его намерения и отклонилась.

– Не нужно.

– Нет, нужно, – возразил он и все же стянул с ее лица повязку. – Через пару минут ты заставишь вылизывать тебе ноги, так что не вижу смысла скрывать что-либо друг от друга.

Она раздраженно вздохнула, проклиная его настойчивость. Если на сон она всегда снимала повязку, смирившись и приняв тот факт, что Вэйзар – ее близкий и родной эльф и перед ним не страшно открыться, то во время постельных игр между ними шла настоящая борьба. Он постоянно норовил стянуть кусочек кожи с ее лица и обнажить старый шрам, а она усиленно этому сопротивлялась. Сегодня он победил – она позволила себе проиграть, – и когда Вэйзар притянул ее к себе и с любовью поцеловал изуродованную щеку, она даже не начала возражать. Сдалась. Опять.

– Начинаем, – она с силой отпихнула его ногой.

– Как прикажет моя госпожа.

***

Императорский замок, несмотря на общую мрачность, которую было не под силу рассеять даже изысканной обстановке, все равно завораживал Риэла. Магия, которую когда-то творила его мать, пропитала каждый черный камень, каждый барельеф и каждую арку. Для чародея не было ничего прекраснее, чем эта песнь творения. Мама была великолепным магом, Риэл унаследовал от нее любовь к своему дару, как и его самого. И пусть мечом лорд Вал'Акэш владел не хуже, чем другие темные, магия навсегда заняла место в его сердце. Если бы не здравый смысл, подсказывавший, что заклинания не всегда и не везде могут помочь, а также наставления Рау, то Риэл бы никогда не отрывался от книг и так бы и не стал хорошим воином.

На севере весь день его был построен по четкой схеме, в которую входило множество дел. Риэл помогал Рау управлять крепостью, границей и прилежащими землями. Каждая минута его времени была занята, и даже сном зачастую приходилось жертвовать ради обязанностей лорда. Но здесь, в столице, Риэл оказался совершенно свободен – едва ли не впервые в жизни. Единственное его дело – переговоры с Императором – не занимали много времени, и до следующей аудиенции он был полностью свободен. Поэтому Риэл даже позволил себе несколько часов провести за книгами и собственными записями, доведя-таки до ума Купол льда. Работа была закончена, но время назначенного ужина еще не наступило. Вот Риэл и решил прогуляться по замку. Было что-то волшебное в этих мрачных, украшенных картинами коридорах, хранящих вековой покой. Риэл бродил бы по ним вечность, но, увы, земная жизнь достаточно грубо вклинивалась в его высокие рассуждения. Слуги то и дело проходили мимо, и это бы не мешало Риэлу, если бы челядь в эти моменты не бросала на него взгляды: насмешливые, презрительные, любопытные. А еще был шепот за спиной, который иногда доходил до ушей полукровки – именно так они называли лорда Вал'Акэш между собой, добавляя при этом совершенно неприличные эпитеты. Но не мог же Риэл идти ругаться со слугами! Да и привык он к этой дурной, постоянно преследующей его славе. Он любил отца, хоть и плохо его помнил – тот слишком быстро покинул их с мамой, – но свою инаковость так и не смог принять. Общество привыкло делить всех, вот только он ни в одну категорию не попадал: ни дроу, ни орк. Лорд, но обсуждаемый слугами.