Твоя зависимость

Элис провела рукой по ткани. Запекшаяся кровь, рваные края. То, что оставил мужчина в спец.одежде. Кажется, это было слишком давно… «Разве я не была в топике? И Гэмицель меня тоже переодевал… Почему я снова в этом?» – девушка продолжала теряться в догадках, но не хотела заставлять подругу ждать:

– Долгая история.

– А у меня есть время, – Леся затушила сигарету о перила и закинула бычок в консервную банку. – Рассказывай.

– Лесь… Скажи… Только честно… Это правда ты?

– А кто еще, блин? – Леся закатила глаза. – Привидение? Сама-то себя слышишь? Давай колись, что у тебя случилось, что аж на несколько дней пропала.

– Тот… – Элис запнулась. – Демон. Помнишь?

– Гэмицель? Демонюга, по которому я кулон тебе делала? – Леся посмотрела на шею подруги, где раньше висела серебряная пентаграмма с инициалами. Ее подарок на первые сбывшиеся расклады. – Причем тут он?

– Он меня сжег, Лесь.

Повисла пауза.

– В смысле – сжег?

– Заживо. – Элис сглотнула. – А потом заставил есть… органы. Почки… Я ела их… с пола.

Леся молчала. Просто смотрела. Слишком пристально. Слишком спокойно.

– И что ты думаешь с ним делать? – спросила она тихо.

Слишком странный вопрос, на слишком странный ответ. «Неужели она и вправду поверила в это?»

– Не знаю. – Элис отвернулась к виду на город. – Надеюсь, сбежать… наверное.

– А если он найдет тебя?

– То мне конец.

– Дура, ты, Элка! Может, знаешь его слабое место? Или какие-нибудь планы? – не успокаивалась подруга.

Элис молчала, вглядываясь в огни. Раньше они часто стояли здесь. Тот же балкон, тот же город, вот только разговоры были о другом: о переезде, о новой работе, о парнях. Не о демонах. Она понимала все это, но туман… Сладковатый туман не позволял ей осознать иллюзию до конца. Воздействовал на мозг, заставляя верить в происходящее, подстраивая воспоминания под себя. Вот только одного не было учтено.

Когда Леся напугала ее своим появлением, девушка невольно посмотрела себе за спину: туда, где находился выход на лестницу, туда, где стояла дверь с тонированным стеклом, туда, где отражалось нечто иное.

В тот момент на нее смотрела не человеческая версия Элис: белки глаз окрашены черным, золотая радужка, несколько золотых полос под поврежденным глазом и… бледная, почти белая кожа с огромным порезом вдоль живота.

Она видела все это. Боялась, но понимала. В тот день… В тот чертов день, как к ней пришел мужчина с раскладным ножом и резким запахом одеколона… Она умерла. Окончательно и бесповоротно. Не кома, не сон… Смерть.

Обратного пути на Землю у нее больше нет… А значит, это просто иллюзия. Морально тяжелая, но до жути желанная. Не будь здесь вопросов о Гэмицеле и попыток узнать его планы, она бы, возможно, и осталась. Да даже невозможно, а точно! Но сейчас перед ней стояла не Леся. Не ее подруга, а значит, оставаться здесь незачем.

– Лесь, – Элис повернулась, желая последний раз увидеть привычный силуэт, до того как все может начать меняться. – Тебя же здесь нет?

Леся улыбнулась. Широко. Слишком широко.

– А где я еще? Я перед тобой, дуреха!

– Нет, ты не она, – слишком безэмоционально ответила девушка, опираясь о перила.

Улыбка на секунду сползла, но она не сдавалась.

– Смотри, – Леся вдруг показала куда-то вниз, между домами. – Там салют запускают!

Элис не повелась. Она смотрела только на нее. На то, как искажается ее лицо. Как сквозь кожу проступает желтизна. Как русые волосы выцветают и падают трухой.

– Не надо больше так… – прошептала Элис, не зная адресата. – Пожалуйста… не надо…

Приторно-сладкий запах карамели стал невыносим. Построенный незнакомцем мир начал саморазрушаться с противным шипением, образовывая из окружения янтарный туман. Но девушка все равно не сводила взгляд с места, где когда-то стояла ее искусственная подруга.

Нечто тонкой линией опоясывало все тело. Под кожу все сильнее вгонялись заостренные металлические пруты от колючей проволоки. «Я же только исцелилась!» Теплая кровь медленно вытекала из новых отверстий. В шее словно защемило все мышцы. Любое движение доставляло адскую боль, а нос пронзал смрад гнили или каких-то разложений. Словно девушку выкинули на помойку. «Леший! После такого… я заставлю тебя снова умереть!»