Твоя зависимость

Элис сделала пару шагов назад, увеличивая расстояние. Сейчас ей казалось, что именно то, что она сдерживала внутри себя годами, было опаснее большинства жителей ада. Она знала, насколько сильно слова могут ранить других людей, и опасалась это сделать. Однако то, что стояло перед ней, было готово воспользоваться любой уязвимостью, чтобы как можно быстрее уничтожить противника. Никогда не принимала близко к сердцу ничего.

Именно такой была настоящая Элис до четырнадцати лет. Была… пока её острый язык и неумение отступать не выпалили нежеланную правду, после которой пьяный отец ушёл из дома и на высокой скорости врезался в отбойник. В подростковом мозгу тогда сложилось железное уравнение: резкие высказывания без оглядки на чужие чувства могут привести к смерти. И она замуровала эту часть себя навсегда.

Была… пока её полыхающий характер не привёл к добровольной смерти когда-то дорогого человека, решившего издеваться над ней.

– А! Ой! Прости! Забыла… – двойник словно заметил перемену в настроении. – Тебя же надо погладить по головке и сказать, какая ты умничка. Молодец! Хорошая работа, – наигранно гладил рукой по её волосам. – Проебала всё из-за своей человечности и даже умудрилась… Сдохнуть! – на этой фразе девушка озарилась громким смехом, сжимая живот. – Божечки! Какая же дура! Чуть не отдала нас в руки тому безумцу. Ой, не безумцу! Это же та самая зависимость твоей человеческой жизни. Охрененно! Никого же попроще не нашлось? – с наездом озвучила вопрос. – Хотяяя… возможно, ты и вправду считаешь, что следующий визит Гэмицеля будет более добрым?

В груди Элис болезненно сжалось, доказывая правдивость сказанных слов. Ком в горле стал ещё более ощутимым, а слёзы начали проступать наружу. Пальцы сжали подол сероватого платья, лишь бы не заплакать прямо сейчас.

– Ну же… Ты чего? Может, ему тоже позарез нужна твоя бесполезная защита и трогательное присутствие? – обеспокоенно начало подсознание, но после с очередной ядовитой улыбкой добавило: – Ох… Но он ведь и сам прекрасно справляется. В отличие от мёртвой тебя! – Оригинал метнул хищный взгляд на двойника, но это никого не останавливало. – Может, ты считаешь, что знание о нём сделает тебя особенной? Милая! Ты для него уже стала самым интересным экспериментом. Не горишь. Не подписываешь сделку. Забрала непонятно что у него. – Девушка описывала круги вокруг, жестикулируя в воздухе. – Он не может ни убить тебя, ни поработить. Ты – как выпирающий гвоздь в его изящном механизме власти. А знаешь, что делают с гвоздём, мозолящим глаза? Его либо забивают молотком, пока он не согнётся или не войдёт насквозь, либо вырывают с корнем, а на его место ставят новый.

За дверью вновь послышались чьи-то шаги, заставив дыхание остановиться. Злосчастный двойник вмиг испарился, словно его работа и так уже была выполнена. Сердце забилось с бешеной скоростью. На ладонях уже остались неглубокие вмятины от ногтей в виде полумесяцев. Слёзы, которые даже не успели скатиться, высохли моментально. Удары нескольких пар обуви о камни будто кричали: «У тебя уже нет права на выбор! Пора начинать игру!»

Глава 7 – Новая пьеса

– Вы и вправду считаете, что месье Бертолле будет столь же легко убить? – послышался женский голос в глубине коридора.

– Ваше величество, Вы столь неуверены в моих способностях? – с ощутимой усмешкой поинтересовался Гэмицель на том же немецком.

Элис прильнула к двери в надежде узнать чуть больше информации, невзирая на охватывающую панику.

– Что Вы, месье Гайст! За столькие годы не было ни секунды, чтобы усомниться. Но все же… Он один из Лордов. Не боитесь навлечь на себя гнев других членов совета?

– Уж поверьте мне, их гневный взор преследует меня с самого момента вознесения. Однако, как видите, я все еще перед Вами и продолжаю подчищать их ряды.

– А Вы все так же самоуверены, какими были на Земле, – кротко посмеялся женский голос уже где-то ближе. – Вот только не стоит забывать, что всего три дня назад Вашими же руками был убит Лорд Сейдлер, смерть которого явно заставляет задуматься из-за столь быстрой расправы.

– Уж поверьте мне, Ваше величество, в тот момент это была лишь случайность. Я и не планировал убивать Сита, но его люди решили осмелиться нанести удар одним из проклятых орудий, что я не смог оставить без внимания.

«Проклятое орудие?» – неустанно анализировал получаемую информацию мозг Элис. – «И кто это рядом с ним?»

– Поняла Вас, но все же лучше быть осторожнее, так как в случае провала, его месть в первую очередь падет на мои плечи, так как он явно сможет догадаться, чья это была инициатива.

– Ваше величество, прошу Вас, не беспокойтесь о таком. Я обещаю, что сделаю все как нельзя лучше. На данный момент, – скрип двери заполнил коридор, – попрошу Вас немного подождать меня. А когда вернусь, то с радостью сопровожу на собрание.

– Благодарю Вас, месье Гайст, – еле слышно проронил женский голос, затмиваемый скрипом.

Элис тут же отскочила от двери. Даже гадать не нужно, чтобы понимать, к кому будет следующий визит. Холод сильнее окутал кожу, сердце тарабанило марш, а желудок болезненно скрутило. Стук шагов становился все громче. «Что же будет на этот раз?» – с этой мыслью массивная дверь распахнулась, и в комнату проник серебристый свет. Девушка тут же заслонила рукавом лицо, желая не смотреть на пляшущие по комнатке огоньки, вид которых сразу напомнил о пережитом. Аромат паленной свинины на секунду вновь проник в воспоминания, высвобождая их наружу. Зубы сомкнулись сильнее, сдерживая поток эмоций.

– Еще живая, огонёк? – с язвительной ноткой послышалось уже где-то возле стула.

От такого напоминания волосы "стали дыбом", а в горле образовался ком. Она настороженно убрала рукав, когда услышала тихий удар чего-то о кедровую поверхность. "Неужели новая пытка?" К тому моменту глаза уже привыкли к освещению, а силуэт Гэмицеля стал более четким. А на столе поблескивало что-то металлическое. Девушка тут же посмотрела на новый предмет, узнавая в очертаниях тарелку с непонятным наполнением. Удивление и непонимание в миг коснулось ее лица. Сейчас демон был явно доброжелательнее, нежели в момент ее сожжения. «Неужели подготовка к чьему-то убийству так веселит его? Или это не для меня?» – не озвученные вопросы поднимали интерес, но также заставляли еще больше бояться следующего шага. Элис отступила назад, готовясь к худшему, но понимая, что это может быть нечто съестное желудок закрутило с новой силой.

– Не желаешь? Значит, могу выкинуть, – заметив смесь эмоций, Гэмицель вальяжно толкнул металлическую тарелку, и она с противной вибрацией ударилась об пол. Ему ничего не стоило бросаться едой, обращаясь с ней как с мусором.

Элис смотрела, на распластавшиеся возле лакированных туфель куски. Рот уже заполнили слюни, предвкушающие долгожданный перекус. А сейчас… Сейчас все это валялось на полу и уже вроде бы не было пригодно к употреблению. Однако организм так не считал.

Когда нога демона слегка приподнялась, чтобы наступить на наиболее большой неровный обрезок, тело дернулось самостоятельно. Уже через секунду запачканная ручонка сжимала брючину у голени мужчины, а вторая остервенело запихивала в себя ошметки чего-то.

Первый же укус вызвал моментальный рвотный позыв, вернув и без того пыльное нечто на пол. На языке остался сладковато-металлический привкус с чем-то склизким. Словно она укусила лягушку. Удивление отразилось на лице, но когда сжимаемая нога, невзирая на усилия, опустилась рядом, пальцы настойчиво запихнули кусок обратно, не позволяя выплюнуть. За ним последовали и остальные. Кашель. Тошнота. Слезы на глазах. Ничто не останавливало желудок, требующий наполнения. Холодная «еда» разваливалась на зубах, наполняя все внутри противной слизью, словно она проглатывала улитку или червя. Но это было что-то гораздо больше. Невозможная горечь уже надолго останется с ней. Резкий кровяной запах пропитывал одежду и волосы. Воспоминания о домашних пирожках с повидлом и жареной курочке быстро затмевались омерзительной реальностью. Со стороны она напоминала дворовую собачонку, которой кинули обглоданную кость.

Когда осталось всего два небольших шматка, валявшихся у ног демона, язык пронзила отчетливая нотка аммиака или мочи… «Ее же не может быть у чего-то подобного… Кроме… Кроме почек…», – промелькнуло в голове, когда непрожеванный кусок вывалился на руку, – «Но разве у животного бывают настолько большие?…» Желудок скрутило спазмом. Тело поняло раньше разума – это не животное. Руки тут же обхватили глотку, которую тут же наполнили усилившийся кашель и рвота. Слезы полились по щекам… «Что?… Что я только что съела?» – бушевало в голове. На пальцах что-то постепенно застывало, подсушивая кожу… Кровь… Это была кровь!

– Не думал, что тебе так понравятся людские органы, – озорливо произнес демон, толкая металлическим подноском кусок прямо под нос Элис. «Он знал!… Знал!» – Уже пробовала до этого? – Довольствуясь представление Гэмицель оперся о стол.

Элис смотрела на багрово-синеватый ошметок перед собой. Отвращение… Жуткое отвращение сковывало тело. Желание вырвать и промыть себе кишечник становилось все ярче. Но в этот раз кое-что изменилось…

– Да, весьма понравилось, – с затмевающей испуг улыбкой ответила Элис, вставая с колена. – Вот только почки терпеть не могу, – она слегка наклонилась, поднимая с пола недоеденный кусок.

«Выбрось это! Выбрось!» – носилось в голове, пока нечто склизкое вертелось между пальцев. Кисловатый привкус съеденного вновь проступил на языке, но девушка быстро сглотнула, не давая чему-либо выйти наружу.

– В следующий раз выбери что-то поаппетитнее, – рукав сероватого платья медленно протер запачкавшиеся губы, давая хоть на миг скривиться ухмылке.

Гэмицель не издал ни звука, лишь пальцы, тарабанившие по кедровому столу, на миг замерли. Он явно не ожидал таких слов. Его проверка дала сбой. Показала, что на него сейчас смотрит нечто странное. Не боящаяся высказаться в ответ. Словно забывшее, как пару часов назад горело заживо. Это явно было чем-то новым и непривычным. Его магию воруют, не заключая ни контракта, ни сделки, ни даже договора. При попытке заключения впервые за столетие он получает весьма странную реакцию. А тот, кто должен дрожать от страха, смотрит на него с вызовом и довольствуется едой с его ног. Он вглядывался в глаза, пытаясь разыскать ответ, но все еще не мог понять: «Что в ней изменилось?»

– С тобой порой бывает интересно, – прервал молчание Гэмицель, вставая с края стола. Его волчье ухо вновь дернулось, и он уходя добавил: – В следующий раз с радостью уделю тебе чуть больше своего времени.

Вроде бы простая фраза, брошенная перед уходом, но… Для них она означала, одно… Впереди уже ждет новая пьеса в театре «Гран-Гиньоль», ставки в которой будут гораздо выше, чем просто жизнь или смерть.