Барон на краю Империи: Восстать с нуля

— Если восстановить насосы? — спросил я.

Бран почесал бороду.

— Нужны две цепи, новые ковши, крепёж и люди. Цепи сделаю за три дня, если найду железо.

— Железа нет, — сказал Мартин.

— В замке полно старого железа.

— Оно принадлежит воротам, телегам и крыше.

— Пока лежит кучей, оно принадлежит ржавчине.

— Сколько времени до первой руды? — спросил я.

Гонец ответил:

— Если штольня не обвалилась, неделя. Если обвалилась — никто не знает.

Неделя только на шанс увидеть руду. Потом её требовалось поднять, переработать и продать. Для долга через семь дней это было скорее обещанием, чем доходом.

— Малая мельница возле замка работает. Медленно: жернов треснул, привод изношен. Основная водяная мельница в Пеньках стоит с конца лета.

— Почему остановилась? — спросил я.

— Сломалась ось колеса, — ответил Освин. — Новую я вырезал в Рогачах, а Бран стянул её железными обручами. До Пеньков не доставили.

— Из-за моста?

— Да, уже тогда через него не рискнули вести гружёную телегу. На руках такую ось не унесёшь, а распилить её на части нельзя.

Бран нахмурился.

— Распилить можно.

— Тогда это будут две бесполезные половины оси, — невозмутимо пояснил Освин.

В этот момент дверь открылась, и Эдмунд впустил промокшего парня с перевязанной через плечо сумкой.

— Из Пеньков, — сообщил дворецкий.

Посланец снял шапку.

— Милорд, староста прислал записи. Главная мельница стоит. На старой вырубке за деревней заготовлены двенадцать дубовых брёвен и смола, но ручей размыл проезд к лесу. Пешком люди проходят, телегу туда пока не ведут.

— А Северный мост?

— Пешего держит. Гружёной телегой никто не рисковал.

Освин повернулся к Брану.

— Дуб у нас есть.

— За размытым ручьём и мостом, через который не провести телегу, — напомнил кузнец.

— Значит, для моста придётся брать дерево, которое найдётся на этом берегу.

Бран помолчал, затем кивнул:

— Вот теперь можно считать.

— Тогда каждый отвечает на три вопроса, — сказал я. — Что требуется? Сколько времени? Что мы получим? Без рассказа о том, кто виноват.

Освин начал с малой мельницы. Треснувший жернов можно временно стянуть железным обручем и выровнять. Два дня работы, четыре серебряные монеты на уголь, крепёж и помощь. Производительность вырастет примерно вдвое, но только до следующей серьёзной трещины.

Основную мельницу в Пеньках можно запустить за четыре или пять дней после доставки оси. Она молола бы зерно для всех трёх деревень и замка. Но до неё требовалось довезти детали и открыть дорогу.

Бран оценил рудник в два золотых и сорок серебряных, если покупать всё необходимое. Если разбирать старые механизмы и перековывать железо, то дешевле, но дольше. Ни точного срока, ни гарантии первой добычи он не дал.

Мост они осматривали ещё в конце лета. Северная опора просела, две продольные балки сгнили возле креплений, часть настила требовала замены.

Материалы для капитального ремонта во владении имелись. В Пеньках хватало дуба, в Каменцах — камня. Но лес отделяли от замка повреждённый мост и размытый проезд через ручей за Пеньками. Камень ещё предстояло добыть, обтесать и доставить по раскисшим дорогам. На всё это требовались люди, телеги, деньги и несколько недель.

— Временное усиление займёт четыре дня, — сказал Освин. — Снимем шесть дубовых брусьев с северной казармы, старые ободы перекуем в скобы, а на мост пустим по одной телеге.

Я посмотрел на Грегора.

— Что останется от казармы?

Управляющий не торопился отвечать. Вместо него отозвался Освин:

— Она перестанет притворяться зданием.

— После ухода гарнизона там никто не живёт, — добавил Грегор, однако прозвучало это скорее как оправдание.

Бран перечислил уголь, гвозди, подковы для двух рабочих лошадей и оплату помощникам. Мартин уже считал расходы. Костяшки щёлкали всё медленнее.

— Девять серебряных, — наконец произнёс он. — Без учёта зерна и корма для людей и животных.

— Из одиннадцати, — уточнил я.

— Я надеялся, вы не станете произносить обе цифры рядом.

Система принимала сведения по мере того, как их подтверждали мастера и книги. Над картой проступили три линии. Одна вела к малой мельнице. Вторая к руднику. Третья проходила через мост и разветвлялась к Пенькам, лесу, водяной мельнице и северной дороге.

Перед глазами открылось окно.

═══════════════════════════

[Совет по распределению ресурсов]

Расчёт построен на подтверждённых сведениях. Непроверенные обстоятельства не учтены.

Казна: 11 серебряных; 37 медных.

Дополнительный запас: 33 мешка зерна.

Корм для тягловых животных: подтверждён на 9 дней работ.

Доступные работники без остановки обязательных работ: 18.

Вариант 1: временно восстановить малую мельницу.

Срок: 2 дня.

Ожидаемый результат: переработка зерна +87%; новые источники дохода не открываются.

Вариант 2: укрепить северный мост.

Срок: 4 дня.

Ожидаемый результат: восстановление сообщения с Пеньками; доступ к лесу и основной мельнице.

Риск срыва: 29%.

Вариант 3: начать осушение рудника.

Срок до первой оценки выработки: 6–9 дней.

Вероятность получить товарную руду в течение 7 дней: 18%.

Риск для работников: 34%.

Оптимальный вариант: не определён.

Рекомендация: выбрать приоритет владельца.

═══════════════════════════

Все ждали моего решения.

Система могла посчитать сроки и риски. Могла показать, какие объекты связаны между собой. Но выбрать, чем пожертвовать, она не могла.

Малая мельница давала быстрый и понятный результат. Через два дня мы мололи бы больше муки. Хорошая победа, которую можно показать людям и записать в отчёт.

Рудник был единственным объектом, способным когда-нибудь принести большие деньги. И самым удобным способом потратить последние средства на дыру, из которой ещё не достали ни куска руды.

Мост не давал дохода сам по себе. Зато без него Пеньки оставались почти отрезаны, основная мельница стояла, лес лежал бесполезными брёвнами.

— Чего не хватает для моста кроме девяти серебряных? — спросил я.

Освин начал загибать пальцы.

— Нужно восемь пар рабочих рук. Две телеги. Шесть брусьев из казармы. Железо. Сухая верёвка. Ну и чтобы Бран не менял размеры скоб после того, как я размечу крепления. Работы займут около четырёх дней.

— Я исправлял твои размеры, — возразил Бран.

— На два пальца, — напомнил Освин.

— Потому что у тебя пальцы как у писца, — огрызнулся кузнец.

— Хватит, — сказал я. — Рогачи дадут двух волов и корм. Из запасов дорожного склада выделим восемь мешков на питание работников. Мартин выдаст шесть серебряных сейчас и ещё три после установки первой опоры. Брусья снимаем с казармы.

Мартин резко поднял голову.

— Шесть серебряных сразу? — переспросил Мартин.

— Не сразу. Под расписку, — успокоил я его.

— Это несколько лучше, — признал казначей.

— Мы ремонтируем мост, — продолжил я. — Не навсегда. До состояния, в котором через него проходит гружёная телега под контролем. После этого доставляем ось в Пеньки и запускаем основную мельницу.

Освин кивнул.

— Четыре дня, если опора внутри не разрушена.

— А если разрушена? — спросил я.

— Тогда мы узнаем это завтра и потеряем меньше, чем если узнаем под телегой.

— Милорд, что будем делать с рудником? — спросил гонец из Каменцев.

— Не бросаем. Пока составьте список того, что можно восстановить без покупки новых механизмов. К осушению вернёмся после обследования моста.

Харн провёл ладонью по бороде.

— Восемь мешков зерна — много.

— Поэтому три из них остаются оплатой за выполненные дни, пять идут на питание. Кто не вышел на работу, тот не получает долю. Учёт ведёт Берн вместе с Мартином.

— Я? — растерялся Берн.

— Ты умеешь писать цифры в нужном порядке, — напомнил я.

Грегор кашлянул.

— Иногда, — негромко уточнил Грегор.

— Ничего страшного, будет практика, — решил я.

Бран хмыкнул. Освин впервые улыбнулся.

Система зафиксировала решение.

═══════════════════════════

[Проект владения создан — Северный мост]

Цель: восстановить безопасный проезд одной гружёной телеги.

Срок: 4 дня.

Выделено: 9 серебряных; 8 мешков зерна; 6 дубовых брусьев; 2 подводы.

Ответственные: Освин Ларк; Бран Торн.

Ожидаемый результат: восстановление сообщения с Пеньками; доступ к лесу и основной мельнице.

Риск срыва: 29%.

Обязательное условие: обследовать северную опору до начала основных работ.

═══════════════════════════

Девять из одиннадцати серебряных.

Восемь из найденных тридцати трёх мешков.

Казарма, которую после разборки уже не восстановить без нового леса.

Решение было принято. Если я ошибся, отменить его без потерь не получится.

Странным образом именно это принесло облегчение.

До сих пор проблемы Вельгора наваливались все сразу. Теперь хотя бы одна получила срок, ответственных и ресурсы.

— Осмотр начинайте сегодня, к работе приступайте с рассвета, — сказал я. — Грегор, соберите людей и подготовьте подводы. Мартин, расходы по мосту записывай отдельно.

Я повернулся к Харну.

— Корм остаётся собственностью Рогачей. Замок учитывает его отдельно и после работ возмещает деревне стоимость.

— Письменно? — спросил староста.

— С номером, датой и двумя подписями, — ответил Мартин.

Харн подумал и кивнул.

Не доверился. Но согласился. Для первого разговора со старостой этого было достаточно.

* * *

Совет закончился только во второй половине дня. Корвин заставил меня съесть остывший обед и отдохнуть хотя бы четверть часа. После этого пришло время составлять ответ для графа – откладывать дольше было нельзя.

Мы составляли его втроём. Я диктовал. Мартин вычёркивал всё, что могло выглядеть признанием неплатёжеспособности. Грегор возвращал то, без чего письмо становилось вежливым набором пустых фраз.

— «Дом Вельгор не располагает средствами для немедленного исполнения обязательств», — прочитал Мартин. — Это признание.

— Это правда, — возразил я.

— Правда особенно опасна, когда под ней ставят печать, — заметил Мартин.

— Тогда пишите: «Проводится сверка заявленных обязательств и обеспечений».

— Уже лучше, — одобрил казначей.

Грегор указал на следующую строку.

— Нужно сообщить о попытке получить управление Каменцами без согласия сюзерена.

— «Представители дома Рейна представили грамоту, толкование которой допускает переход власти над поселением», — продиктовал я.

— И запросить подтверждение, что это требует решения графа, — добавил Мартин.

— Запросите, — согласился я.

В письмо вошли три факта. Долг оспаривается только в части суммы. Управление Каменцами не может быть передано без ведома Вальдена. Дом Вельгор начал восстановление северного моста и готов предоставить ревизору книги, проекты и подтверждённые отчёты.

Мы не просили денег. Не просили отменить проверку. Только фиксировали спор раньше, чем Рейн успеет изложить его в удобном для себя виде.

Я перечитал письмо ещё раз.

О пустой казне в нём не было ни слова. Разрушенный мост стал «объектом начатого восстановления», действия Рейна — «спорным толкованием условий обеспечения», а нехватка документов — «продолжающейся сверкой обязательств».

— Теперь звучит так, будто мы управляем ситуацией, — сказал я.

— Письма для этого и существуют, — ответил Мартин.

Я поставил подпись Адриана. Рука на мгновение замешкалась, но чужая память подсказала движение. Перстень оставил на воске башню над тремя линиями.

Грегор вызвал гонца.

— Через южную почтовую станцию письмо дойдёт до Вальдена за три дня, — сказал он.

— Если дорогу не размоет, — добавил Эдмунд.

— Если гонца не остановят люди Рейна, — сказал Мартин.

— Если лошадь не потеряет подкову, — продолжил Корвин.

Я посмотрел на них.

— У нас принято провожать письма перечислением способов, которыми они не дойдут?

— Нет, милорд, — ответил Эдмунд невозмутимо. — Обычно список длиннее.

Копию Мартин внёс в исходящую книгу. Оригинал убрали в кожаную сумку гонца. Эдмунд лично проводил его до южных ворот и приказал не останавливаться в Рогачах, где разместились люди Фалька.

Солнце клонилось к лесу, когда Освин и Бран отправились к мосту. За ними выехали две пустые подводы и четверо работников с верёвками, ломами и лопатами. Основные брусья собирались снять с казармы утром, после разметки.

Я стоял у окна малой столовой. Корвин разрешил только потому, что до кресла было два шага.

На схеме владения появилась тонкая линия проекта. Она тянулась от замка к северному мосту. Чем дальше удалялись люди, тем слабее становился голубой свет, пока почти не исчез у границы доступной области.

Потом линия вспыхнула.

Мост отозвался.

Не как обычное здание. Под северной опорой загорелся знак, повторявший рисунок родового перстня. От него в сторону Запретных земель уходил разорванный канал.

Система развернула окно.

═══════════════════════════

[Обнаружен внешний узел — Северный мост]

Статус: неактивен.

Связь с главным узлом: 7%.

Повреждения: северная опора; проводящий канал; защитная печать.

Условие восстановления связи: укрепить опору; очистить узловой знак; подтвердить доступ владельца.

Дополнительные данные: недоступны.

Предупреждение: вмешательство без обследования может вызвать аварийный отклик.

═══════════════════════════

Я перечитал последнюю строку.

У моста уже работали люди, уверенные, что ремонтируют старую переправу.

Система только что сообщила, что они собираются вскрыть часть древнего контура.

— Эдмунд! — позвал я.

Дворецкий появился в дверях почти сразу.

— Милорд?

— Догоните Освина и Брана. До моего приезда северную опору не трогать.

Я посмотрел на схему моста, на красную отметку повреждённой печати и на дорогу, уходившую за ворота.

Первые сутки в новом мире ещё не закончились, а я уже собирался нарушить все три обещания, данные лекарю.

Глава 4. Мост помнит

Корвин перехватил меня у лестницы.

Не загородил дорогу и не начал спорить. Просто взял меня за запястье, сосчитал пульс и потребовал:

— Посмотрите на меня.

— Смотрю.

— Одним глазом или двумя?

— Пока двумя.

Лекарь не улыбнулся, но руку отпустил.

Из коридора вышел Эдмунд. На одной руке у дворецкого висел мой плащ, в другой он держал дорожный фонарь.

— Освин и Бран остановили работы, милорд, — сообщил он. — К северной опоре никого не подпускают. Грегор уже там.

— Значит, наша главная задача — добраться до моста раньше, чем кузнец решит, что его запрет не касается.

— Бран не станет трогать опору без вашего разрешения, — заверил Эдмунд.

— Это очень хорошо.

— Он будет трогать Освина.

— Тогда нам точно пора.

Корвин перевёл взгляд с дворецкого на меня и проговорил так, что спорить с ним совсем не хотелось:

— Повозка. Спина на валике. У моста вы не таскаете брёвна, не лезете в реку и не доказываете камню, кто из вас барон.

— Договорились.

— И возвращаетесь через час.

— Через два.

— Через час, — повторил Корвин. — Если вы упадёте в обморок, Эдмунд привезёт вас раньше.

— А если не упаду?

— Всё равно привезёт.

На этом лекарь развернулся и ушёл в сторону кухни. Не поехал с нами. Не велел обернуть меня одеялом. Просто поставил условия и вернулся к своим делам.

Видимо, начал привыкать, что пациент не собирается лежать мирно.

Теперь оставалось научиться не давать ему новых поводов для привыкания.

* * *

Дождь прекратился, но дорога к мосту ещё блестела водой. Старая повозка кренилась в колеях, а Эдмунд сидел напротив и следил, чтобы я не вздумал свалиться между сиденьем и бортом.

У реки было темнее, чем у замка. Фонари выхватывали из сумерек две подводы, сложенные на настиле инструменты и четверых работников, которые держались подальше от северной опоры.

Грегор подошёл к повозке первым.

— Ничего не трогали, милорд. Освин успел только огородить спуск к опоре.

Освин ждал у края настила. В руках плотник держал верёвку с грузиком; от промокшего рукава пахло речной водой.

— Северная опора просела на три пальца, — сказал Освин. — С верхней стороны на камне вырезан узор. Часть уходит под старую скобу.

Бран стоял в двух шагах от него. Кузнец держал лом поперёк груди и всем видом показывал, что запрет этот считает личным оскорблением.

— Я хотел только убрать скобу, — пробасил он. — Она всё равно держится на ржавчине.

— А я хотел сначала понять, зачем её поставили именно там, — ответил Освин. — Поэтому мы оба стоим и ждём.

— Иногда здравый смысл всё-таки побеждает, — заметил я.

— При двух свидетелях — да, — уточнил Грегор.

Пеших мост ещё держал. Эдмунд перешёл первым, проверяя настил тростью. Я двинулся за ним неспешно, не пытаясь скрыть, как тянет бок после каждого неудачного шага.

Над тёмной водой скрипели доски. В щелях мелькала белая пена. Я не торопился и всё равно выдохнул только на дальнем берегу.

К самой опоре спускался береговой склон. Лестница на нём была короткой, но скользкой. Я дошёл до нижней площадки, опираясь на перила, и остановился в шаге от кладки.

Фонарь показал трещину, старые скобы и узор, почти скрытый под мхом.

Башня над тремя расходящимися линиями.

Та же башня, что стояла на моём перстне.

Только здесь она была заключена в два кольца мелких знаков. Одна из трёх линий была перебита трещиной. Вторая уходила под воду. Третья терялась под железом.

Перстень на моей руке нагрелся, а система развернула окно.

═══════════════════════════

[Обследование внешнего узла]

Объект: Северный мост.

Тип: пограничный связующий узел.

Назначение: передача сигнала; контроль нагрузки; поддержание защитного контура.

Ядро узла: целостность 68%.

Защитная печать: повреждена.

Проводящий канал: разрыв в 2 участках.

Связь с главным узлом: 7%.

Опасность аварийного отклика возникает при:

— разрушении камня-носителя;

— нагреве проводящего состава;

— ударной нагрузке по внутреннему кольцу.

Допустимо: очистка водой и деревом; внешнее усиление опоры; подтверждение доступа владельца.

Рекомендация: изменить схему крепления, исключив давление на узловой камень.

═══════════════════════════

— Снимать скобу нельзя, — сказал я. — Камень под ней является частью древнего механизма. Если ударить по рисунку, то последствия могут быть самыми неожиданными.

— Значит, обходим камень рамой, — сказал Освин. — Две стойки по краям, поперечина выше рисунка и косые упоры в берег.

Бран подошёл к кладке и постучал рукоятью молотка по обычному соседнему блоку.

— Раму выдавит льдом.

— До льда её заменят на постоянную.

— То есть никогда.

— До льда почти два месяца.

— Для нас это почти никогда.

— Обождите, — вмешался я. — По старой схеме сколько скоб?

— Двенадцать, — ответил Освин.

— Я мог начать ещё сегодня, — вмешался Бран.

Плотник повернулся к нему.

— Два часа назад ты уехал осматривать мост. Где именно ты собирался ковать?

— Я говорю, что мог.

— А я говорю, что не успел.

— По новой схеме? — перебил я, пока обсуждение не перешло к устройству кузницы на колёсах.

Мастера снова посмотрели на опору. Освин провёл пальцем по верхней грани кладки. Бран отмерил расстояние между стойками локтем и выругался, когда рукав коснулся мокрого камня.

— Восемь. Две большие сверху, по три на боковые стойки. И ещё понадобятся два коротких упора.

— Значит, ковать нужно на четыре меньше, — подвёл я итог.

— Железа в ободах всё равно на двенадцать, — заметил Бран.

— Но ковать придётся восемь, — сказал Освин. — А остальное железо не исчезнет.

Бран открыл рот, собираясь возразить, но передумал. Даже он не сумел объяснить, чем четыре невыкованные скобы хуже двенадцати выкованных.

Система подтвердила расчёт почти сразу.

═══════════════════════════

[Схема временного усиления скорректирована]

Требуется: 8 железных скоб; 2 коротких упора; 6 деревянных клиньев.

Расчётный срок: 4 дня.

Вероятность безопасного проезда одной гружёной телеги: 83%.

Ограничение: не более одной телеги на пролёте; проверка креплений после каждого пятого проезда.

═══════════════════════════

— Вот теперь можно работать, — сказал Освин.

— Мы и до этого могли, — пробурчал Бран.

— До этого мы могли сломать мост быстрее, — ответил плотник.

С этим возразить было трудно.

Я посмотрел на знак.

— Осталось подтвердить доступ владельца.

— Вам нужно что-то сделать? — спросил Грегор.

— Коснуться печати перстнем.

— И что произойдёт?

— Точно не знаю. Поэтому и проверяем.

Грегор помолчал.

— Я начинаю понимать доктора.

Подтверждение доступа не требовало резерва. Только прикосновения перстнем и «кратковременной обратной связи».

Я прижал перстень к вершине вырезанной башни.

Свет пробежал по внутреннему кольцу, споткнулся на трещине и нырнул под воду. Река на мгновение озарилась изнутри.

Структура моста раскрылась передо мной. Я видел не доски и камни, а схему: нагрузку на опоры, давление тёмной воды, две уцелевшие связи северного пролёта и старое железо, установленное точно между проводящими линиями.

На камне ещё светилась верхняя линия герба. Потом погасла и она.

═══════════════════════════

[Доступ владельца подтверждён]

Внешний узел: Северный мост.

Статус: ограниченная готовность.

Владелец: Адриан Вельгор.

Доступно: контроль состояния; наблюдение за проектом; сверка материалов контура.

Полная активация невозможна до укрепления северной опоры.

═══════════════════════════

— Старые скобы кто ставил? — спросил я.

Бран наклонился к железу.

— Мой отец устанавливал. Почти двадцать лет назад, по приказу вашего отца.

— Он знал, куда их ставить?

— Да. Ваш отец сам отмечал мелом. Велел не касаться рисунка и трижды проверил каждое место.

— Объяснил почему?

— Сказал, так велит семейная запись. Нам её не показывал.

Я посмотрел на старые скобы. На камне сохранились бледные меловые риски.

Мой отец не знал, что именно удерживает эта печать. Но знал, как не разрушить её окончательно.

Значит, они не смотрели, как баронство разваливается. Они удерживали то, что ещё могли удержать, пока болезнь забирала у них силы.

Ненадолго.

Но достаточно, чтобы у меня сейчас был шанс.

— Работаем по новой схеме, — сказал я. — Знак чистить только водой и деревянными лопатками. Железо к внутреннему кольцу не подносить. При любом свете, тепле или шуме работы остановить.

— А если Освин с Браном внезапно согласятся друг с другом? — спросил Грегор.

— Тоже остановить. Это будет самый надёжный признак.

Бран посмотрел на Освина.

— Не дождётесь.

Над рекой прокатился смех.

Не громкий. Люди всё ещё косились на печать и боялись подходить ближе.

Но напряжение отпустило.

Первый вопрос был решён. Мост не нужно было взламывать. Его нужно было долечить.

А потом — понять, что он помнит.

* * *

Мост забрал четыре дня.

На первый день сняли шесть дубовых брусьев с пустующей северной казармы. Тридцать шесть целых гвоздей вытащили, разогнули и тоже вернули в работу. Мартин потребовал внести в книгу даже кривые.