Измена. Снова будешь моей

Озадаченно смотрю на Рамиля. Припоминаю, что врач и правда спрашивала у меня группу крови и резус-фактор, и даже что-то говорила о том, что нужно будет дополнительное обследование.

– Подожди, так дело в этом?

– Конечно. Но заодно этот же анализ используют, чтобы установить отцовство и пол ребенка.

– Ты правда сомневаешься в том, что они твои? – спрашиваю, а у самой голос дрожит. В носу щиплет, и кажется, я опять вот-вот расплачусь.

– Не сомневаюсь, – отвечает муж далеко не сразу. Разворачивается и идет к выходу. – И подготовься – завтра мы приглашены на благотворительный вечер.

– Что ж ты не позовешь с собой Айзу! – бросаю ему в спину.

Рамиль останавливается, медленно оборачивается, а я против воли отмечаю его мужественность и красоту, основательность, которая так поразила меня в первую встречу.

– Ты – моя жена, Амина. Это не изменится. Я выбрал тебя.

После он уходит, оставляя меня с кровоточащим сердцем. Вот и что мне делать?

А спустя несколько минут хлопает входная дверь. И в этот вечер муж уже не возвращается домой.

Я не знаю, что думать, плачу, конечно же, звоню маме. Та отчитывает меня, на следующий день приезжает и инструктирует насчет внешнего вида так тщательно, что у меня нет ни малейшего шанса выглядеть плохо. Я пытаюсь разузнать про этот треклятый договор, но она каждый раз отмахивается и отказывается отвечать на вопросы.

Мне очень плохо и тоскливо. Но мама снова и снова повторяет:

– Ты не должна сдаваться! Нельзя позволять этой шмаре окрутить Рамиля!

А я бы и рада с ней согласиться, да только что я могу?

– Будь хитрее, Амина, – говорит напоследок мама и уезжает. А вскоре возвращается и муж.

Когда выхожу его встречать, он как раз снимает пиджак и, увидев меня, замирает, словно что-то не так. Смотрит на меня, молчит. А в его взгляде… Я даже не могу понять, что там! Будто ураган, которого я никогда не видела раньше. Так смотрит мужчина, когда собирается… Ох!

– Что-то не так? – неуверенно спрашиваю, чувствуя, как румянец заливает лицо. Рамиль выдыхает и зачем-то поправляет галстук, хотя тот сидит идеально.

– Все в порядке, – отвечает глухим голосом. – Мне нужно пять минут, и поедем.

Он уходит, а я едва не плачу. Неужели снова не то? Смотрю на себя в зеркало – длинное темно-синее платье с весьма скромным вырезом спереди, но при этом плечи открыты, а вырез на спине куда более откровенный и, даже можно сказать, вызывающий. Я бы сама вряд ли решилась на подобное, но мама настояла.

Локоны лежат естественным каскадом и слегка прикрывают спину. Макияж, конечно, куда более яркий, чем я привыкла. Но опять же – мама сказала, что для этого мероприятия подойдет.

Слышу шаги мужа и, обернувшись, натыкаюсь на потемневший взгляд. Он медленно подходит и… проводит пальцами по моей обнаженной спине.

– Не помню этого платья, – опять его голос звучит совершенно иначе. Нет той жесткости и циничности.

– Оно новое, – тушуюсь под его пристальным взглядом. Сердце гулко ухает в пятки. В последнее время Рамиль не смотрел на меня вот так. Лишь когда приходил в спальню и ложился, чтобы…. Ох, что же он делает?!

Оказываюсь прижата спиной к стене, а Салманов нависает надо мной, и в его глазах я вижу настоящую тьму. Впервые муж выглядит вот так рядом со мной. Словно демоны враз завладели его сознанием.

– И для кого же ты так вырядилась, Амина?

12 Амина

Его вопрос загоняет меня в ступор. Что значит, для кого? Неужели он опять подумал, что это ради Таира?

Я молчу. Мне так унизительно оправдываться, что просто не нахожу слов. Смаргиваю слезы, а Рамиль между тем прикасается пальцами к моей щеке, скользит ниже, поправляет локон, который выбился. Его пальцы движутся все ниже.

Шея. Ключицы. Плечи, которые ничем не прикрыты. Грудь. А затем живот…

Тут он тормозит.

– Ты принадлежишь мне, – чеканит муж. – Навсегда. Советую это уяснить раз и навсегда. Ты – мать моих детей, и носишь мою фамилию. Мою, Амина.

Нервно сглатываю, не понимая, к чему эти слова.

А дальше он резко подается вперед и целует меня. Да так жадно и напористо, как ни разу до этого. Хотя нет, был один раз, когда Рамиль меня напугал тем, как повел себя в постели. Я тогда так дрожала, что в итоге муж остановился и просто ушел в ванную, а я еще долго не могла уснуть.

И вот теперь он снова ведет себя так, будто хочет все сделать прямо здесь…

– Поняла меня? – едва ли не рычит Рамиль, отрываясь от моих губ.

Все, на что я способна сейчас, это едва заметно кивнуть. Муж стискивает зубы и отстраняется.

– Поехали. Время.

Он мгновенно превращается в холодного и равнодушного истукана, будто бы не он только что меня целовал так страстно. Губы горят, но я не спорю. Послушно следую за Рамилем, пытаясь понять эти его перемены. А еще… Еще я вынуждена признать, что мне понравилось. Хотя я ведь не должна его подпускать к себе после того, что узнала.

Я же думала, что не смогу, а оказалось, что в этот момент я даже не вспомнила ни о чем. Просто потянулась за лаской, позволила целовать себя так разнузданно и развязно. Готова была пойти дальше, если бы он попросил.

Горечь этой мысли оседает на языке. Неужели теперь будет так всегда?