Измена. Снова будешь моей

Дина Данич

Измена. Снова будешь моей

1 Амина

Держу в руках долгожданный снимок УЗИ с нашими крохами…

Даже не верится, что у нас с мужем будет сразу два малыша!

Счастливая улыбка не сходит с моего лица, пока иду к выходу из клиники, где мне только что подтвердили – я действительно беременна.

Как же я счастлива! Даже не верится, что все случилось так быстро – мы с Рамилем женаты меньше трех месяцев, а у нас уже будут детки!

Да и срок уже довольно приличный – я до последнего не верила, хотя задержка у меня уже давно.

Стоит только представить, как расскажу мужу эту замечательную новость, как улыбка моя становится еще шире, а сердце бьется быстрее. Хочется танцевать и кричать о своем счастье!

Кладу ладонь на пока еще плоский живот. Рамиль обрадуется. Я знаю, обрадуется! Когда в семье так быстро появляются дети, значит, ее благословили. Так говорит моя мама.

Я так взбудоражена, что ждать до вечера кажется невыносимым. Да и Рамиль может опять задержаться в офисе из-за очередных переговоров. Он много работает и часто приезжает довольно поздно.

Мой муж очень красивый, мужественный, властный. Когда я увидела его впервые, у меня дух перехватило – высокий, широкоплечий брюнет с волевым подбородком. Даже под строгим костюмом угадывалась отличная физическая форма. А уж его взгляд, который будто в душу тебе забирается, и вовсе покорил меня. С таким мужчиной хочется быть рядом, хочется быть за его надежной спиной. Помню, едва папа сказал, что выбрал мне мужа, я испугалась, что не смогу полюбить его. Но это оказались такие глупости!

Каждый раз, когда Рамиль смотрит на меня, у меня подгибаются коленки, а сердце… Сердце стучит так быстро, что это кажется невозможным.

Я решаю не ждать и поехать в офис к мужу в разгар рабочего дня. Это рискованно – знаю, что мужчины не любят, когда их отвлекают от дел. Мама всегда учила меня, что жена – это хранительница семейного очага. Она должна ждать мужа дома с теплым ужином и приветливой улыбкой.

Но сегодня я нарушаю принятые и понятные правила. Ведь у меня по-настоящему весомая причина для этого!

Беру такси и еду в офис. Приходится постараться и покинуть клинику так, чтобы водитель, которого приставил ко мне Рамиль, меня не заметил. Если я попрошу его отвезти меня в офис, тот сразу оповестит об этом мужа. А я хочу сделать любимому сюрприз!

Пока еду, прислушиваюсь к своим ощущениям, пытаясь представить, какой стану через три месяца. А через пять? Будет ли у меня сразу виден животик или, наоборот, появится позже? Машина плавно едет по улицам города, а я не могу перестать улыбаться. Интересно, как скоро меня начнет укачивать?

Когда приезжаем, я уже даже прикидываю имена нашим малышам – пока неясно, кто будет – мальчики или девочки. А может быть, мальчик и девочка.

Уже когда поднимаюсь по ступеням к входу в высокое офисное здание, запоздало появляется мысль, что стоило бы купить пару пинеток. Тогда можно было бы рассказывать нашим детям, что в день, когда мама узнала о них, она привезла папе на работу такой милый символ прибавления в семье.

Попасть в офис Рамиля – задача несложная. Меня все знают: ведь мой отец – один из главных партнеров.

Пока поднимаюсь на лифте, прокручиваю разные фразы, как сообщить мужу о том, что мы скоро станем родителями.

Предвкушение уже такое, что мне не терпится поскорее поделиться новостью и увидеть радость в его глазах! Прикидываю, что сразу после этого позвоню маме. Она тоже обрадуется, может, даже предложит созвать семейный ужин. Тогда наверняка Рамиль сможет вырваться и провести еще один вечер со мной. И…

В своих мечтах я захожу уже так далеко, что едва не пропускаю нужный этаж. Виновато улыбаюсь девушке, которая тоже заходит в лифт, а я едва не сбиваю ее с ног.

Кабинет генерального директора находится в дальнем конце коридора. Навстречу мне никого не попадается – оно и понятно, обеденное время. Но это даже хорошо – значит, у Рамиля сейчас тоже должен быть перерыв, и я не так уж сильно его отвлеку.

В приемной даже секретаря нет, что немного странно. У отца обычно он не отлучается.

Осторожно стучу в дверь, но ответа не получаю. Нетерпеливо стучу второй раз, но результат тот же. Досада разливается в груди. Неужели муж уехал?

Все же решаю проверить – открыто ли. Дверь легко поддается, и я заглядываю внутрь.

Кресло пустует, и мне бы уйти, но тут слышатся приглушенные голоса.

Рамиль как-то вскользь упоминал, что у него есть здесь где-то комната отдыха.

Прохожу в кабинет, и действительно – в углу неплотно прикрытая дверь…

Я едва успеваю сделать всего лишь шаг к ней, как слышу:

– Давай, не тормози, Айза. На колени, и возьми уже в рот, – произносит Рамиль. – У меня слишком мало времени…

2 Амина

В ушах начинает шуметь. Кажется, я даже глохну.

Но следующие слова все равно прорываются в мое сознание и оставляют там кровавый след, который не стереть ничем:

– Для тебя я всегда готова, котик, – мурлыкающий голос той, что стала свидетельницей на нашей свадьбе.

Раздается звук, очень похожий на шлепок. Словно Рамиль там…

Прикрываю глаза, чувствую, как по щекам стекают слезы. Как же так…

– Прогнись сильнее, – еще один приказ мужа.

– Когда я уже перееду к тебе? – раздается капризный вопрос Айзы. – Ты обещал, что отошлешь Амину за город сразу после свадьбы. Мы могли бы столько всего успевать.

– Мне нужен наследник, – он так легко подписывает мне приговор, а я мотаю головой, отказываясь верить в это! – Как только я его получу, она мне будет уже не нужна.

– Прошло почти три месяца. Наверняка она уже залетела. Но если нет… – ее голос становится тише. – Рамиль, я тоже могу тебе родить. Ты ведь знаешь, что я люблю только тебя. Одно твое слово, и я все брошу! Ну зачем тебе эта неумеха? Она же не сможет удовлетворить твои аппетиты!

– Ты знаешь ответ, Айза. Она – Шакирова. И ребенок мне нужен ее крови. А сейчас займи свой рот полезным делом. Давай, отсоси уже как следует.

Слышу возню, шлепки, приглушенные стоны. Ноги словно ватные, руки дрожат. А в горле – ком. Меня мутит. Кажется, даже стены кабинета начинают давить на меня.

Надо подойти, открыть дверь и дать понять, что я все знаю. Но я трусиха. Я не могу сделать даже шага вперед. Чувствую, что тошнота становится все сильнее

И я сбегаю, чтобы найти ближайший туалет.

Едва успеваю забежать в одну из кабинок, как меня выворачивает, затем еще один раз. Слезы так и текут, а в голове снова и снова звучат жестокие слова мужа.

За что? За что он со мной так? Разве я была ему плохой женой? Разве отказывала в близости?

Нет, я делала все, как учила мама – была покорной, послушно ждала, пока муж получит свое удовольствие, позволяла ему все, что он захочет, и ни в коем случае не проявляла инициативу. Меня хорошо воспитали, и я не распутная девка, с которыми мужчины позволяют себе всякое.

Но Рамилю этого было мало? Или он не полюбил меня так же, как я его?

В голове столько вопросов, что я совсем не понимаю, как мне быть.

А ведь у нас уже малыши. Дети, которых я должна защитить. Муж бросил такую фразу, что я невольно задумываюсь – что значит – не нужна? Почему только наследник? Неужели Рамиль настолько жесток, что способен на то, чтобы отобрать у меня малыша?!

От этой крамольной мысли снова скручивает в приступе.

Во рту кислый привкус, а в теле дикая слабость. А ведь еще полчаса назад я готова была петь от счастья. Теперь… моя жизнь в руинах.

Кое-как приведя себя в порядок, покидаю туалет, иду к выходу, не оглядываясь по сторонам.

Даже речи не идет о том, чтобы вернуться в кабинет к мужу. Нет, я не готова сейчас его видеть. Не смогу. Он – предатель!

Вместо лифта выбираю лестницу. Медленно спускаюсь – один этаж, второй. Светлые стены начинают опять давить.

Слезы никак не останавливаются, а в груди – словно дыра. Единственное, что помогает хоть как-то держаться – мои малыши под сердцем.

Я почти дохожу до первого этажа, как в сумке звонит мобильный.

Замираю между лестничными пролетами. У меня установлена одна и та же мелодия для всех номеров. И я понятия не имею, кто это может быть.

Однако, едва утихнув, звонок повторяется. Опять и опять.

Дрожащими руками все же достаю телефон и сдавленно охаю…

Только не это…

3 Амина

Мне звонит мама. Я боюсь отвечать, понимаю, что не смогу вести себя как обычно. Но когда она звонит в четвертый раз, сдаюсь и все же отвечаю:

– Алло…

– Амина, дочка, ну где ты там пропадаешь? – ворчит она. – У меня получилось записать тебя к парикмахеру тому самому. Чтобы успеть, тебе надо выезжать сейчас. Она отличный специалист, а тебе давно уже пора поправить стрижку. Заодно сделает специальную процедуру, чтобы волосы были более живыми и блестящими. Ты ведь помнишь, что должна стараться, чтобы выглядеть идеально для мужа? – строго спрашивает мама.

– Да…

– Тогда почему не заботишься о своем внешнем виде? – еще один упрек. И ведь несправедливый! – Рамиль должен всегда видеть тебя цветущей и красивой. Давай, собирайся, адрес я тебе скину в сообщении. Я тоже приеду, заодно обсудим твой наряд на ближайший вечер, куда вас пригласили.

В этот момент я не выдерживаю и реву в голос:

– Мам… Мамочка…

– Амина? – встревоженно спрашивает она. – Ты чего? Расстроилась? Ну прости, я же для тебя стараюсь, дочь. Ты пойми, что мужчина должен всегда видеть жену…

– Он мне изменяет! – не выдерживаю. Всхлипываю, закрываю рот ладонью, испугавшись того, как громко это прозвучало. Оглядываюсь, но на лестнице больше никого. – Изменяет, мама… – шепчу уже гораздо тише.

– Кто? Рамиль?

– Конечно, кто же еще.

Мама молчит. И молчит довольно долго.

– Адрес, куда приехать, скину. Даже не думай раскисать, поняла? Это не та проблема, ради которой надо бросать свои привычные дела, – строго произносит она. – Так что жду, Амина.

И действительно присылает мне сообщение с название салона и его адресом. А у меня руки дрожат так, что телефон едва не падает на пол.

Как же так? Почему она так равнодушно отнеслась к тому, что я ей рассказала? Ну, какие прически, когда Рамиль с другой? Там, наверху, удовлетворяет свои мужские потребности! И почему с ней?!

Что я сделала не так?!

Мама следом присылает еще одно сообщение:

“Приезжай, поговорим. Я тебе все расскажу”.

Целую минуту смотрю на экран и пытаюсь понять, о чем речь. Что расскажет? Ох, мама, о чем же речь-то?

Поворачиваюсь к лестнице. Что же мне делать? Пойти наверх и поговорить с Рамилем или же послушаться и поехать на встречу к маме?

Я почти решаюсь все же сначала подняться к мужу, как слышу громкий хлопок двери парой пролетов выше. Вздрагиваю и, перехватив сумочку поудобнее, бегу вниз. Это не очень просто выходит – я на каблуках, пусть и не слишком высоких. На ходу пытаюсь утереть слезы, чтобы не привлекать лишнего внимания. Не хватало еще, чтобы кто-то догадался о моей ситуации.

Едва я успеваю взяться за ручку двери, как слышу холодный мужской голос:

– Амина?!

Вздрогнув, я замираю на месте и осторожно оборачиваюсь. Так и есть – Таир, брат моего мужа. Настороженно смотрю на него.

– Что ты здесь делаешь? – хмуро спрашивает тот, медленно спускаясь по лестнице.

Таир младше Рамиля на пять лет, но иногда мне кажется, что этой разницы и нет вовсе. Слишком взрослый. Совсем как мой муж.

Такой же цепкий, холодный взгляд. Он никогда не был со мной груб или непочтителен. Но каждый раз, когда я находилась рядом с ним, мне становилось не по себе.

– Хотела навестить мужа.

Взгляд Таира неуловимо меняется.

– И он отпустил тебя одну? По лестнице вместо лифта?

Мысленно обзываю себя дурочкой. Надо же так попасться.

– Я не успела дойти до него, – старательно улыбаюсь. – Мама позвонила, попросила срочно приехать.

– Срочно? – вкрадчиво уточняет брат мужа, оказываясь уже слишком близко. А затем нарочито медленно прикасается пальцем к моей щеке и… стирает слезы.

Только не это…

– Кто тебя обидел, Амина?

– Никто, – торопливо отвечаю.

– Ты плакала, – озвучивает он очевидное.

– Девушки, – пожимаю плечами, вежливо улыбаясь. – У нас много причин, чтобы всплакнуть. Но мужчинам ни к чему забивать голову этой ерундой.

– И что за ерунда довела жену моего брата до слез?

Таир неуловимо придвигается еще ближе, и я начинаю задыхаться от того, как мало осталось моего личного пространства.

– Мне надо ехать, – шепчу, испуганно смотря в его темнеющие глаза. – Пожалуйста, отпусти.

Он хмурится и отступает.

– Ты меня боишься, – это звучит не как вопрос. – Разве я тебя обидел? Или, может, вел себя неподобающе?

Мне бы очень хотелось сказать, кто именно вел себя неподобающе. Но я не могу. Я помню уроки мамы и знаю, что жена не имеет права плохо говорить про мужа. Даже с его братом.

– Нет. Но мне правда надо успеть к маме.

– Идем, я провожу тебя. Раз уж Рамиль не в курсе твоего визита, – подозрительно насмешливо фыркает Таир. Открывает передо мной дверь, и мне приходится подчиниться.

– Я вполне могу сама и…

– Где твой водитель? – бескомпромиссным тоном перебивает меня брат мужа.

– Я… – осекаюсь под его требовательным взглядом.

– Если бы ты была с водителем, Рамиль был бы в курсе, – озвучивает он очевидный факт.

– Я приехала на такси.

– Вот как… Что ж, тогда я отвезу тебя.

– Я вызову такси и…

– Амина! Я сам отвезу тебя, – произносит Таир таким тоном, что я понимаю – спорить бесполезно. – Или же можем позвонить Рамилю. Хочешь?

– Нет, – слишком быстро отвечаю. Только произнеся это, понимаю, как сильно прокололась. Взгляд Таира становится весьма понимающим, и у меня вдруг появляется мысль – а может, он знает про Айзу?! – Нет, он же работает. Не надо.

Мы покидаем офисное здание, выходим на улицу, и порыв горячего ветра обжигает лицо. Лето в этом году удивительно жаркое. Поправляю волосы и вздрагиваю от того, как близко ко мне оказывается Таир.

– Так зачем, ты говоришь, решила сделать сюрприз Рамилю? – возвращается к опасной теме тот, когда мы садимся в машине, и кондиционер начинает максимально быстро остужать салон.

– Просто соскучилась, – тихо отвечаю, глядя на свои руки.

Чувствую пристальное внимание со стороны Таира, но упрямо молчу. Не скажу. Ни за что не сознаюсь, о чем хотела поговорить с мужем. Не теперь, когда для него я, оказывается, просто инкубатор.

Таир вздыхает, но, к счастью, больше не задает неудобных вопросов. Лишь уточняет адрес, куда ехать, и мы, наконец, выезжаем с парковки. Я расслабляюсь, надеясь, что все самое сложное позади. Теперь нужно лишь продержаться дорогу с Таиром в одной машине, а там я поговорю с мамой и…

Но едва мы огибаем здание офиса, как машина притормаживает. Не понимая причину, поворачиваюсь к окну, куда смотрит брат мужа, и холодею.

Из дверей здания появляется Айза. Ее взгляд скользит в нашу сторону. Останавливается четко на машине Таира, а затем она широко улыбается и делает шаг в нашу сторону.

Мое сердце пропускает удар. Сжимаю в руках сумочку так, что даже больно становится.

– Поезжай! – чересчур громко произношу. – Таир, мне некогда! Мама ждет! – добавляю, едва он оборачивается и вопросительно смотрит.

– Но Айза…

– Мне некогда! – взвизгиваю. – Или я сама поеду на такси и…

– Успокойся, – весомо роняет тот и, к счастью, все же внимает моей просьбе. Машина уезжаем прямо перед носом Айзы, и я испытываю приятное удовлетворение от того, как меняется выражение ее лица. Так ей и надо!

Правда, проходит оно довольно быстро, стоит только вспомнить, что она только что была с Рамилем. Была с моим мужчиной.

Весь мой боевой запал иссякает, и на смену ему приходит тупая пульсирующая боль от понимания, что мой муж меня не любит, что он изменяет мне с той, которая так приветливо улыбалась мне, а сама мечтала, оказывается, занять мое место в доме Салманова.

Боже, она ведь даже предлагала ему родить ребенка! А если Рамиль согласится? Если решит, что хочет ребенка и от нее?

Рука снова невольно ложится на живот. Как же так? Ну, как же так! Я же так старалась быть хорошей женой…

– Так что случилось? – врывается в мои мысли голос Таира.

– Что? Я же сказала…

– Почему ты сбежала от Айзы? – короткий внимательный взгляд, от которого становится неуютно, вынуждает меня вновь отвернуться к окну.

– Меня мама ждет. Если ты хотел остаться и поговорить с ней, то…

Фразу я не заканчиваю, Таир тоже подозрительно молчит. Но меня не покидает странное чувство, что он тоже в курсе. Что все эти его вопросы не просто так.

На глаза опять наворачиваются слезы, и мне стоит немалых усилий не расплакаться перед братом мужа.

Нельзя. Мама всегда говорила, что жена должна уметь прятать эмоции от других и не показывать никому, что в семье проблемы. Это наши с Рамилем дела.

Только наши.

До салона едем в полной тишине. Мне крайне неуютно рядом с Таиром. Его задумчивые взгляды в мою сторону настораживают. Мне малодушно хочется спрятаться за широкой спиной мужа. Вот только… Только это раньше Рамиль был для меня оплотом надежности и защиты. Теперь он – предатель. Тот, кто запятнал наши брачные клятвы, которые мы произнесли во время свадебной церемонии.

Наконец, добираемся до места, и я почти сразу же отстегиваю ремень безопасности, чтобы выйти из машины.

– Спасибо, что подвез, – бросаю и дергаю ручку двери. Однако та оказывается запертой.

– Не так быстро, Амина, – усмехается брат мужа. – Я провожу.

Это последнее, что мне нужно. К счастью, в этот раз судьба оказывается на моей стороне – замечаю маму, выходящую из салона. Раздается щелчок замка, и я быстро выхожу из машины самостоятельно.

Я едва успеваю выбраться, как Таир уже оказывается рядом. Осуждающе смотрит на меня. Ну конечно, с воспитанием у обоих Салмановых полный порядок.

– Мама ждет, – натянуто улыбаюсь, делаю шаг назад, но брат мужа не торопится меня отпускать. Оборачивается, смотрит на маму, которая уже идет ко мне. Ее цепкий взгляд проходится по мне, потом по Таиру.

– Добрый день, Хадия, – произносит он.

– И тебе, Таир. Дочь, я думала, ты с водителем, – слышу в ее голосе едва заметное осуждение. Виновато опускаю глаза. – К чему напрягать мужчин, у которых полно дел?

– Мне совершенно не сложно, – возражает брат Рамиля. – Мы ведь одна семья.

– Конечно, – кивает мама. – Прошу простить, но у нас запись к мастеру.

Таир коротко кивает и отступает на шаг. Я хватаюсь за руку матери как за спасительную соломинку. Она уверенно ведет меня за собой к входу в салон. Однако до самых дверей я чувствую пристальный взгляд мужчины.

– Так, и что это было, Амина? – строгим тоном спрашивает мама, едва мы заходим внутрь. – Почему ты с Таиром?!

4 Амина

Вопрос матери застает меня врасплох.

– Что? Мам, да я ничего такого…

– Амина, – строгим голосом перебивает она меня. – Я же правильно тебя воспитывала. Откуда в тебе это?

– Что это?

– Таир – брат твоего мужа. А ты с ним наедине катаешься. А если Рамиль узнает? Ты подумала об этом?

Закусываю губу, чтобы не расплакаться. Наверное, стоило бы предусмотреть такой вариант, но в тот момент я была слишком выбита из колеи тем, что узнала про мужа.

Любимого мужа!

– Ты меня не слушаешь, – возмущается мама между тем. – Что за горе на мою голову? Неужели ты готова опозорить нас с твоим отцом?

– Мам, я не хотела с ним ехать. Он… Он заставил.

Она замолкает, недовольно поджимает губы.

– Нехорошо это, дочка. Если правда Таир начинает кружить вокруг тебя, и ты точно не давала ему повода, то нужно поговорить с Рамилем. Не дело это. Но ты сама не лезь. Я скажу твоему отцу, чтобы он…

– Мам, он мне изменяет, – всхлипываю, жмурясь. – Боюсь, ему будет плевать, что там делает Таир.

Я жду, что она примет мою сторону, пожалеет, даст поддержку. Но мама тяжело вздыхает и, оглядевшись по сторонам, уводит за собой дальше по коридору. Мы заходим в один из кабинетов, и она плотно прикрывает за собой дверь.

– Амина, ты же умная девочка. К чему эти слезы?

Непонимающе смотрю на нее.

– Мама, Рамиль мне изменяет. У него другая. Любовница!

– Он мужчина, – вздыхает она. Подходит ближе и вынуждает посмотреть ей в глаза. – У них бывают определенные потребности. Но тебе достался хороший муж. Надежный. С ним ты будешь в безопасности и всегда обеспечена. И ты, и ваши детки.

Ошарашенно смотрю на нее, не веря тому, что слышу.

– Ты серьезно считаешь, что любовница – это мелочь?

– Послушай, его жена – ты. Никакая другая женщина не займет твоего места.

– Но он сказал Айзе, что она переедет к нему, как только я забеременею!

– Что ты сказала?

Выражение лица у мамы тут же меняется на озабоченное.

– Откуда ты это знаешь?

– Я поехала в офис к Рамилю. Хотела сделать сюрприз. Пришла, а они там, у него, прямо в комнате отдыха, вдвоем…

Говорю, а у самой в ушах так и звучат слова мужа, которые тот говорит другой женщине.

– И? Он что-то пообещал этой вертихвостке? – нетерпеливо спрашивает мама.

– Он сказал, что она переедет к нему, как только я забеременею. Мам, он сказал, что ему просто нужен от меня ребенок, и все. А потом он отправит меня за город, жить отдельно, а они с ней…

Я не могу озвучить то, что будет дальше. Мое бедное сердце и так обливается кровью.

– Вот ведь коза, – задумчиво тянет мама, ее взгляд становится сосредоточенным. – Они тебя видели?

– Нет. Я сбежала, когда услышала, и… Меня на лестнице увидел Таир, а узнав, что я еду к тебе, заявил, что отвезет сам.

– А как же водитель, которого тебе назначил Рамиль?

– Я приехала на такси. Хотела сделать сюрприз.

– Амина! – возмущенно вздыхает мама. – Что за дурное поведение? Что подумает Рамиль о таком поступке?

– Я просто хотела его порадовать, – шепчу, едва сдерживая слезы. Моргаю снова, но перед глазами – пелена. – Я не знала, что Таир меня увидит и захочет вмешаться.

– Ох, дочка, как это все не вовремя! – раздосадованно говорит она. – Сейчас у них с твоим отцом серьезная сделка, и разногласия будут не к месту. Но в любом случае, пока ты не беременна, этой вертихвостке ничего не светит.

У меня внутри все сворачивается от таких рассуждений. Как же так? Неужели ей все равно, что мне больно?

Мама едва заметно прищуривается. Она всегда так смотрит, когда собирается серьезно поговорить.

– Ты ведь не беременна, Амина?

Я совсем не так представляла разговор о том, что жду ребенка. Надеялась, что мама обрадуется. Перед свадьбой она много говорила о том, как важно, чтобы у нас поскорее появились дети, что это укрепит брак, что муж увидит меня в качестве матери его наследников. Она вообще очень часто повторяла, что женщина может состояться, лишь выйдя замуж и родив, как минимум, одного ребенка, а лучше троих.

Тогда почему же она сейчас смотрит так, словно ждет, что я подтвержу, что никакой беременности нет?

– Мам…

– Хватит мямлить! Да или нет?

Ее тон пугает меня, и рука невольно ложится на живот, а во взгляде матери мелькает досада.

– Ох, дочка.

– Ты не рада? – спрашиваю упавшим голосом. – Ты же говорила, что дети – это счастье.

– Конечно, счастье. Но раз этой Айзе было мало того, что было, и она не постеснялась влезть настолько глубоко, то лучше бы тебе было забеременеть попозже.

– Того, что было? Ты что, знала, что они вместе?

Мама отводит взгляд, но я успеваю заметить в ее глазах сожаление.

– Это ничего не значит, – произносит она.

– Но ведь ты сама выбрала ее в свидетельницы!

– Конечно, выбрала, – фыркает мама. – Она – сестра Алмазова, партнера твоего отца. Естественно, выбрать ее в качестве свидетельницы было логично. Но я думала, что у Рамиля хватит ума держать ее подальше и не тащить эту грязь в семью.

Ноги дрожат, и я оседаю на диванчик, стоящий рядом. Просто не верится, что, получается, все вокруг знали, и только я, наивная дурочка, жила и дышала своим мужем.

В памяти мелькают воспоминания о нашей первой брачной ночи. О том, каким осторожным был Рамиль. Как покорил меня своей заботой. Да, чуть отстраненно холодной. Но я списала все на то, что он – мужчина, и не склонен проявлять чувства. Мне казалось, что мы смогли стать семьей. Я так старалась быть идеальной для него. Наряжалась, готовила самые вкусные блюда. Да, муж редко их пробовал – в основном потому, что приезжал довольно поздно. У нас была регулярная близость – Рамиль сразу сказал, что хочет наследника.