Обитель выживших. Том 1

Машина была мелкая и тесная, почти игрушечная, и мы втиснулись в неё с большим трудом. Но всё же такой транспорт лучше, чем совсем никакого.

Я повернул ключ в замке зажигания. Двигатель сначала задумался, недовольно кашлянул, будто решал, стоит ли вообще нас везти, и только потом нехотя ожил. Я выжал сцепление, включил передачу, добавил газу, и малолитражка дёрнулась, а потом неуверенно покатилась с места.

Я толком не успел додумать мысль, что хозяину, как и его супруге, она уже вряд ли пригодится, а машина увозила нас подальше от проклятой больницы.

***

Ночной город будто вымер, только где-то вдалеке будто отражение настоящего звука, подвывали сирены. Потом пожарная машина пронеслась мимо нас на всех парах, полыхнув красным мазком по витринам и мертвому асфальту.

Я уже начал было думать, что на этом отрезке проскочим спокойно, когда из переулка поперек дороги вдруг высыпала толпа голых людей, и вся эта масса, завидев малолитражку, сразу рванула на нас.

Я дернул руль, пытаясь уйти в сторону, и Искра взвизгнула сзади, вцепившись в спинку моего сиденья.

— Осторожно, Макс!

— Дави их, — зашипел рядом задержанный, дернувшись в ремне. — Дави, чего ты?

Я и сам уже понимал, что перед нами не люди в обычном смысле, только давить на такой козявке толпу было себе дороже. Мы бы просто влезли носом в месиво тел, завязли бы на этой консервной банке по самые пороги, и нам всем довольно быстро пришел бы конец.

Уйти напролом – мощи не хватит. Так что нужно было что-то среднее, и я подбил двоих краем бампера, одну тварь сдернуло на крыло, вторую отбросило назад. От остальных ушел. Чудом увернулся.

— Что это за твари? — зачастила Искра, и в голосе у нее уже плескалась паника. — Что за твари? Они же… они все молча делают. Вообще молча. Мамочки, ну почему именно сейчас… Когда я только решила начать сначала!

— Это не твари… Молчуны это, твою мать, — выдал вдруг урка со страхом. — Молчуны.

Я коротко глянул на него.

— Молчуны? Сам придумал?

— А кто они еще? — огрызнулся он. — Молча нападают, молча рвут. Молчуны, мать их!

И снова поперек дороги оказались голые. Выросли из ниоткуда. В этот раз уйти так просто не получилось бы – стояли они, конечно, стайкой, но не такой плотной, растянутой. И я подтопил педаль, не дай бог остановиться и застрять. Врезался в толпу.

Нормальные люди разбежались бы, а эти ринулись навстречу. Машину тряхнуло так, что у меня зубы лязгнули. Капот вмялся, пластик бампера осыплася на асфальт. А в голове одна мысль стукнула особенно мерзко: только бы радиатор не пробили, только бы не встать. Я ловил руль, подбирал их по одному краем машины, отшвыривал, стараясь не в лоб и не всех сразу, а Искра, вжавшись в сиденье, уже причитала себе под нос:

— Держись, машинка, держись, миленькая, давай, давай, не сдохни только… Ну!

Малолитражка вырвалась из толпы с натужным воем, дернулась еще раз, подпрыгнула на чем-то мягком и, наконец, вынесла нас вперед, в пустую полосу, где никого уже не было. Искра шумно выдохнула:

— Фух… оторвались.

— Провались, – кивнул я. — Смотри внимательнее по сторонам. Увидишь толпу — предупреждай.

— Может, ну эту ментовку? — предложила Искра. — Поехали из города лучше, а? Погнали на выезд, Макс.

Я смотрел вперед, не сбрасывая скорость.

— Ты же видела, все выезды перекрыты. Нам надо понять, что происходит. И оружие нам тоже не помешает.

Урка, только услышав это, тут же подался ко мне, растягивая ремень:

— Пусти меня, слышь… я помогу раздобыть волыну.

— Ну да, — фыркнула Искра. — Чтобы потом ты нас первым делом из нее же и пришил. Не верь ему, Беркут.

— Заткнись, дура! — шикнул на нее псевдоврач.

— Мудила! – возмущенно выпалила Искра. – Он ещё меня дурой называть будет… Бабку из-за тебя проворонили.

— Так, замолчали оба, — оборвал я их. — Тихо.

Дальше мы ехали уже без слов. Я вывел машину к зданию ОВД, потому что помнил, где оно стояло еще в мое время, и с удивлением увидел, что сам корпус почти не изменился. Та же серая трехэтажка, тот же угрюмый фасад, тот же въезд, только вывеска теперь висела другая. Синяя на белом, с подсветкой, и на ней значилось «полиция». Несколько ламп там уже перегорели, так что светилось не все слово. В темноте над входом горело странное, недобитое «лиция», от которого на душе стало еще смурнее.

***

Служебная парковка ОВД пустовала. Значит, все на выездах, на вызовах – тушат, так сказать, иные пожары. Я скользнул взглядом по фасаду и сразу отметил, что на первом этаже, где дежурка, оконные проемы закрыты железными ставнями, в них оставлены щели так, чтобы получилось что-то вроде бойниц. По-любому ввели сигнал оповещения «Крепость».

Это-то логично. Но вот пустят ли нас теперь внутрь – тот еще вопрос.

Машину я припарковал так, чтобы можно было спешно сделать ноги. Вынул ключи из замка зажигания, убрал в карман понадежнее.

— Вылазь, приехали, — распахнул дверь и выволок задержанного наружу.

Тот чуть споткнулся, но сразу выпрямился, поймал равновесие и зашептал, косясь на вход: