Столкновение директивы номер 143

Но уже до их прибытия, в Сатусе дислоцировалось несколько отрядов Особой гвардии и полк регулярной армии. А когда прибыл Марс, чаща весов переполнилась слишком сильно. Их не должно было быть так много там, грубое нарушения инструкций безопасности. Но все были спокойны, расслабились, ведь вместе с ними, в городе находился меченый. Эрнеста ли была тем меченым, или она прибыла позже, когда ситуация с нилимами достигла критической точки, Марс не знал, но с учетом дальнейших событий и того, что он знает об этой девушке, реальным был, скорее всего, второй вариант.

Нападение нилимов оказалось стремительным, бесконтрольным и совершенно беспощадным. Словно разрушительная стихия, настоящее цунами, они обрушились на город во время отбоя, глубокой ночью, погребя Сатус под собственными обломками и усеяв целой горой трупов, бывших сослуживцев Марса.

Он и правда крайне нечетко помнит те события, уже до конца не понимая, благо это все же или проклятие. Смутные картинки в памяти напоминали старое кино, просмотренное очень давно и потерявшее свой смысл, и актуальность.

Грубо разбудивший его подполковник, хоть и возглавлял другую группу Особой гвардии, все же являлся старшим по званию. Поэтому приказ о поиске меченого, что являлся тогда чуть ли не единственным шансом выжить для всех них, не подлежал оспариванию, даже если при этом, Марсу придется покинуть собственную группу. Ситуацию осложняла полная потеря связи и невозможность обратиться за помощью ни к руководству Особой гвардии, ни к Управлению по делам связанных с разломом. Сатус не являлся стратегически важным объектам, поэтому ни достаточного укрепления, ни подходящих оборонительных позиций, ни усиления связи и запасных ему вариантов, там не было. Нилимы их попросту отрезали от остального мира, так что поиски меченого действительно казались крайне важными.

В тот момент сомневаться в чужом, более опытном руководстве, не было времени, да и паника сделала свое дело, пришлось действовать как скажут, даже если поиски меченого, что вдруг не явился на зов диссонанса нилимов, кажется слишком странным предприятием. Вывод напрашивался сам собой, если уж он не выполняет свои прямые обязанности, сражаясь на передовой, то либо сбежал, поджав хвост, либо уже мертв. Но задумался ли сам Марс тогда об этом и смог бы высказать свои подозрения выше стоящему руководству? Смог бы он хоть что-то сделать, что бы эта катастрофа не достигла столь чудовищных масштабов? Кажется, сейчас об этом совершенно не было смысла думать, он сделал, то, что должен был и никогда в жизни более от этого не отмоется.

Марс понял слишком поздно, что искать меченого бесполезно, а время и силы на его поиски оказались потрачены впустую, слишком долго он не решался следовать собственным, более разумным соображениям. Нужно было вызывать подмогу, просить помощи, а не пытаться самостоятельно выбраться из смертельных зыбучих песков и кажется, Марс был одним из немногих, кто знал, как это сделать.

Старое здание бывшей пожарно-спасательной части хоть и пустовало давно, находясь в аварийном состоянии, по протоколу, внутреннее оборудование должно быть демонтировано не полностью, а значит могла сохраниться аппаратура экстренной радиосвязи. И Марс, как бывший специалист второго разряда ФП МЧС знал об этом, знал об возможном шансе на спасения этого маленького, но славного города Сатус. Хоть немного и запоздало, но он все же направился туда, пробираясь через паникующих выживших из местного населения и солдат, что безуспешно пытались организовать их и эвакуировать. Все больше его передвижения по городу, начинали напоминать преодоление минного поля. Нилимов пытались отвлечь свето-шумовыми гранатами, но те все равно очень быстро расползлись по всему Сатусу как настоящая черная чума, истинный Мор. Из-за темного времени суток, видимость и так была крайне скверная. Ведь свет привлекал нилимов, так что в том момент на континенте существовал комендантский час, с последующим полным блэкаутом. Добавь сюда свето-шумовую и хаос превратиться в самый настоящий кошмар наяву, где невозможно будет ориентироваться. Пожалуй, им всем тогда не хватало опыта, большая часть солдат, попавшие в Сатус, оказались новичками и почти все из них впервые столкнулись с нилимами воочию тогда, непременно растерявшись в результате.

Хуже всего, что он позвал с собой, на эту авантюру, Винсента, ссылаясь на элементарное прикрытие, хотя просто посчитал, что так будет безопаснее, так получится его защитить. Но это его решение, в результате, привело лишь к гибели парня. Марс столько раз прокручивал эту сцену у себя в голове, что уже и счет потерял количеству. Некогда четкие картинки померкли, исказились, восприятие и чувства потухли от усталости. Но неминуемо он помнит хаос и неразбериху в округе, никто не ожидал такого большого количества этих монстров. Удалось слишком хорошо запомнить крики своих сотоварищей и мирных жителей, запах гари и сладкой крови, резкие вспышки света на окраине в безуспешной надежде отвлечь монстров, наводнивших город. Но ярче всего в памяти запечатлелось, как Винсент толкнул его по направлению небольшого административного здания, некогда бывшего отделением пожарной помощи, где можно было отыскать более стабильную связь и сообщить о происходящем. Толкнул, чтобы спасти, за что и был моментально убит, обнаружившим их, нилимом. Буквально в следующую секунду, огромная лапа с чудовищными когтями, пробила грудную клетку Винсента насквозь, разлив по ледяному асфальту, горячую, юношескую кровь. Понял ли он тогда, что умер или все произошло мгновенно, Марс не знал, но часто задавался этим вопросом, иногда доводя себя до почти невменяемого состояния с трясущимися руками и бешеным пульсом.

Отчего то тогда, нилим не последовал за Марсом в обветшалое и на вид, весьма небезопасное здание. Это было странно, но в момент поиска передатчика, он действовал разумно и умело, словно вокруг не происходил хаос, словно только что, перед ним не погиб Винсент, разорванный в клочья слишком близко подошедшим черным монстром. Может тогда его коснулось самое настоящее безумие и реальность перестала казаться такой уж реальной, лишь очередное учение, Марс словно забыл о том, что произошло и вообще о том, где находится, сосредоточившись на одной лишь задаче.

Сейчас он уже почти не помнит, как обнаружил работающее на последнем издыхании оборудование, умудрился починить его на скорую руку и послать сигнал «SOS». Потому что буквально в следующую секунду, это хлипкое здание обрушилось на него, сложилось как карточный домик и лишь чудо позволило ему выжить. А дальше история уже известна всем и каждому, он умудрился продержаться в живых до момента появления меченой, вытащившей его еле живое тельце, из-под обломков.

***

Казалось мигающий свет вокруг так и норовил свести Марса с ума, а в купе с громкими, бьющими по ушам басами тяжелой клубной музыки, оно очень сильно напоминало взрывы светошумовых. Тот хаос всплывал в памяти с каждой новой вспышкой, заставляя холодный пот струиться по лбу и шее. И реальная действительность утекала вместе с этими каплями, неминуемо таяла и пыталась ускользнуть. Все больше сквозь музыку слышались чьи-то крики ужаса, плач, мольбы о помощи, а собственное тяжелое дыхание казалось громче ближайших разговора.

Кажется, тело Марса поднялось само по себе, подчиняясь паническому сигналу «бей или беги». Здание над ним трещало, вот-вот готовое свалиться всем на головы. Воздуха катастрофически не хватало. Молодой человек выскочил из здания как будто охваченный огнем и свежий воздух в момент, порывом сильного ветра, сдул призрачные картинки прошлого.

Его почти стошнило, но позыв вдруг подавился, стоило увидеть на своеобразном крыльце студенческого корпуса, нервно курящего Терри. Судя по испарине у него на лбу, измученному виду и побелевшему лицу, он пребывал примерно в похожем состоянии, что и Марс. Они встретились такими испуганными и одновременно понимающими взглядами, словно два вора столкнулись у порога одно и того же дома, который собирались ограбить.

– Ты в порядке? – уточнил Марс экстренно собравшись и выпрямившись, несмотря на легкое головокружение и тяжесть в желудке. Ему показалось, что сейчас он должен хорошо сыграть роль более старшего и опытного товарища.

– А не я ли должен задавать этот вопрос? – хмыкнул парень и поспешил затушить сигарету, видимо запомнив, что капитану не по душе сигаретный дым. – У тебя такое бледное лицо, словно ты призрака только что увидел.

– Было что-то в этом роде… – невесело ухмыльнулся Марс и облокотился на перила крыльца. – Но вот только гляжусь в тебя как в зеркало…

– Нет уж, эта фраза должна принадлежать мне! – его шутливый тон помог прийти в себя и даже телу позволило слегка расслабиться, а то начинало казаться, что от столь сильного напряжения у него вот-вот кровь из носа пойдет.

– Чертовы светошумовые… – со вздохом выдали они оба практически одновременно и тут же обменялись понимающими взглядами, невольно посмеиваясь столь не радостной схожести в их опыте.

– Мы ведь должен быть благодарны майору Вольфраму за то, что он придумал столь эффективный способ отвлечения внимания нилимов… но… – Марс замялся не зная, как закончить фразу, пытаясь понять, какое мнения об этом выдающимся человеке, имеет Терри. И уж если он сам стал для Особой гвардии некого рода легендой по имени Стальной капитан, то возможно, столь значимую фигуру командующего Особой гвардией, они и вовсе могли боготворить.

– Но Вольфрамовый мудак понятия не имеет о жизни обычных солдат. Не думаю, что он задумывался о возникновения ПТСР на фоне этого чудесного отвлекающего маневра.

– Так у тебя ПТСР?

– По заверениям моего психотерапевта, да, – лицо Терри сделалось настолько кислым, что казалось будто он за секунду до своих слов съел целый лимон вместе с кожурой. – Парням только не говори… ни про психотерапевта, ни про то, что меня колбасит от светомузыки…

– Думаешь они не поймут? Будут смеяться?

– Думаю, что им легче справляться со своими воспоминаниями, когда я остаюсь сильным. Кстати это моя главная мотивация не сдаваться.

– Что будет если ты сдашься?

Марс и не понял для чего задал этот вопрос и точно ли он был направлен Терри или все же куда-то вовнутрь себя. И этого ответа он жаждал и боялся одновременно. Парень посмотрел на капитана со смесью сложных эмоций, и что-то странное угляделось в его взгляде и вымученно изогнутым бровям, нечто похожее на мольбу, на желание быть понятым без слов.

– Извини… – спохватился ветеран, заговорил слишком быстро, надеясь исправить положение. – Тебе не обязательно отвечать!

– Я не справлюсь… – но Терри все равно ответил, отведя голову в другую сторону. Он поспешил достать новую сигарету и тут же сунул ее в зубы, но так и не стал прикуривать. – Боюсь не справиться… Боюсь… навредить себе или сделать что-то с собой. Порой эти мысли меня преследуют, днем и ночью, но я…это было бы ужасно глупо… делать что-то с собой просто потому, что от мигающего света я ловлю панику. Как видишь, я даже просто боюсь называть вещи своими именами.

– Наверное лучшее, что мы можем сделать в такой ситуации, это бояться. Бояться кажется даже самым правильным вариантом.

Терри глянул на Марса удивленно и с явной улыбкой на лице, цвет которого значительно улучшился за время их разговора. Кажется, им обоим полегчало.

– Говоришь, как мой психотерапевт, значит и ты позволяешь копаться кому-то в собственной башке?

– Типа того, – усмехнулся Марс, стараясь игнорировать всплывший образ Эрнесты перед глазами. – Одна девчонка думает, что ее острый язычок лучше таблеток…

– И что же, она права? Тебе помогает ее острый язычок?

Хоть Терри и намеренно передразнил слова Марса, делая из этого некую шутку, Марс не засмеялся, а скорее стыдливо отвел взгляд в сторону, смутившись вдруг взбунтовавшейся фантазии.

– Пожалуй было бы эффективнее, не отвлекайся я на посторонние мысли… – голос ветерана прохрипел.

– Боже… оказывается Стальной капитан тот еще бесстыдник, – парня явно развеселила сложившая ситуация, он говорил с широкой улыбкой и слова эти не могли не привлечь внимание Марса. Он глянул на собеседника в недоумении, взглядом требуя пояснений. – Ты хочешь трахнуть своего психотерапевта!

Эти слова показались самой настоящей пощечиной, Марс глянул на собеседника ошалело, чувствуя, как стыдливый жар прилил к лицу. А Терри оказался сообразительнее, чем казалось ранее.

– Это не так… – Марс предпринял совершенно неуверенную попытку отрицать очевидное, в которую и сам не поверил бы.

– О прекрати заливать, у тебя же на лице все написано! Небось она еще чертовски красива… – Терри глянул на Марса внимательно, хитро прищурив глаза, не желая упускать ни единой детали в чужой реакции. Капитан же и вовсе не спешил отвечать, нервно поправляя воротник, словно тот мешал ему дышать и старательно пытался отвести взгляд в сторону. – Да точно, неописуемый красива.

– Прекрати читать меня как открытую книгу!

– Я же говорю, у тебя на лице все написано. Как она еще не догадалась, какие грязные мыслишки роятся в твоей голове?

– Подозреваю, что догадалась, но игнорирует эти мысли, как и игнорирует вообще тот факт, что догадалась. Это ты такой невероятно сообразительный или в похожей ситуации? Тоже хочешь трахнуть своего психотерапевта?

– Упаси Боже, он пятидесятилетний старик!

Марс усмехнулся, но вдруг подумал о Гидеоне, которому было ближе к пятидесяти и его сложно было назвать стариком, да и с такой внешностью, скорее всего много кто хотел бы его трахнуть, хотя дальше этой мысли, капитану бы не очень хотелось уходить.

– Но вот видишь, – продолжил Терри уже слегка издевательским тоном, явно подтрунивая над собеседником. – Ты уже даже и не отрицаешь этого факта.

– Ой иди ты, нашелся тут специалист, – отмахнулся Марс, и они оба рассмеялись.

На некоторое время между ними повисло молчание, спокойное и тихое, лишенное какой-либо неловкости или тревоги.

– Пожалуй надо возвращаться… – совершенно нехотя сообщил Марс, скривив кислую мину, гадая на сколько хорошо ему удастся справиться с фантомами прошлого в этот раз. – Но не очень то и хочется…

– Понимаю, дружище, но не беспокойся, – Терри развернулся в пол оборота и глянул куда-то наверх, сделавшись слегка задумчивым. – Но есть способ избежать светошумовых… – и он то ли усмехнулся, то ли хмыкнул, смотря на Марса хитро. – Думаю нам уже можно подняться наверх, там потише.

– Я не нуждаюсь в такого рода утешении… – без промедления ответил Марс. – И вообще ты не в моем вкусе!

– Блять, да я не об этом, идиотина! – Терри отреагировал на эту шутку достаточно экспрессивно, залившись густым румянцем от стыда. – Шутник нашелся, как тебя в Особой гвардии не побили за такие шутки?

– Я держал себя в руках из последних сил, вот теперь наверстываю упущенное, как ты мог заметить.

– Иди ты с такими шутками…

Марс театрально вздохнул, думая, что Гидеону точно эта шутка пришлась бы по душе и не смотря на столь сильную реакцию, Терри не мог скрыть улыбку, появившуюся на его лице.

– Но что же там наверху?

– Комнаты студентов. Сейчас там тише и ничего не мешает просто разговаривать и играть в настолки, попутно выпивая. Хотя думаю уединившихся парочек тоже будет достаточно. Но если Я решу заняться с кем ни будь сексом, то подыщу кого-то посимпатичнее.

– Ни капельки и не обидно, – наигранно фыркнул Марс, моментально состроив невинную мордашку и непременно улыбаясь, вызывая улыбку и в своем товарище.

– Ты только не надейся, что прохлаждаться будешь, – фыркнул Терри, поведя капитана за собой в здание, но окольным путем, специально минуя комнату со светомузыкой, за что Марс внутреннее поблагодарил его за это, хотя прекрасно понимал, что парню подобное требуется не меньше, чем самому ветерану.

***

Они немного обошли здание, чтобы зайти в него с черного входа. Терри вел более уверенно, чем Борислав и словно совершенно не боялся вероятных камер. Возможно местный охранник был благополучно подкуплен детишкам и бессовестно прикрыл свои глаза на вопиющее безобразие студентов. Или же и сам стал частью развлекательной программы, прикрыв свои глаза из-за количества выпитого в результате. История конечно же умалчивает этот момент и Марсу приходится довольствоваться лишь собственными догадками, отчасти используя такой поток мыслей, как способ переключиться от чего-то более бесконтрольного и кажется даже способного навредить.

Компаньоны потратили некоторое время, чтобы добраться до второго этажа, взбираясь по крупной лестнице, что именно Марсу далось с определенным трудом. Периодически он хмуро поглядывал на Терри, боясь, что тот может высказать свое недовольство или, упаси Боже, предложит еще помощь. Но благо, он хоть и притормаживал, дожидаясь своего спутника, все же позволял тому справиться с неприятностями самостоятельно и даже про самочувствие не спрашивал. Пожалуй, Терри и его младшему товарищу Бориславу, стоило сказать за это спасибо, в ином случае Марс бы не смог сдержаться и непременно огрел кого-нибудь своим костылем, просто чтобы доказать свою полную дееспособность.

Терри привел его в комнату, расположенную примерно в середине длинного коридора общежития, на втором этаже. Местами эти коридоры напоминали Марсу медицинское учреждение. Конечно не такое престижное и высокобюджетное, как Реликт. А ту самую, захудалую и словно всеми позабытую больницу, с обшарпанным полом, покрытым старым линолеумом, с выцветшими стенами, краску на которых так и ни разу и не обновляли с момента строительства, пропахшую сильным запахом хлорки, безысходности и самой смерти. И хоть назначение студенческого общежития и больницы были очень разными, оба этих заведения столкнулись с одной и той же проблемой, а именно недостаток финансирования вследствие военных действий и очевидной коррупции.

Хотя внутри комнаты все оказалось намного лучше, но все благодаря студентам, имея под рукой лишь желание и по-настоящему потрясающую смекалку, они на славу облагораживали место своего проживания, создавая комфорт и уют из чего придется. В достаточно просторной комнате было собрано несколько диванов и кресел совершенно разных моделей и времен, но явно не комплект, что было более чем ожидаемо. Мебель располагалась вокруг небольшого журнального столика, заполненного сейчас стаканами с различными напитками и настольными играми, как подобие лобного места у костра.

Марса усадили в старое, весьма продавленное, но все еще мягкое кресло. Хотя положение его было немного неловким, ведь расположился он, так сказать «во главе стола». То есть тот, кто сядет на диваны и иные кресла, сразу наткнуться взглядами именно на него. Похоже, следуя планам своих новых товарищей, ему специально подготовили подобное расположение, как рассказчику. В принципе Марс был не против стать частью развлекательной программы за возможность получить нужную информацию. Ему и правда есть что рассказать, даже если воспоминания эти были связаны с чем-то крайне болезненным, способным отодвинуть грань реальности в его голове. Конечно в его службе были и хорошие моменты, но он почти не может их вспомнить, постоянно убегая от собственной жизни. До конца и сам не понимая зачем и что случится такого, если некое оно, у которого даже не было сформировавшейся формы и лица, вдруг все-таки настигнет его.

В комнате для посиделок они оказались первыми, похоже время для историй со службы еще не пришло. Возможно студентам требовалось дойти до определенной кондиции, чтобы полностью погрузиться в подобного рода байки. Так что Марса и Терри, который расположился по правую руку от своего товарища на диване, ждало некоторое время полного спокойствия и тишины, в которых, похоже, они оба отчаянно нуждались. Товарищи не разговаривали в это время, но и тишина между ними была не такой уж неловкой. Пока парнишка копался в телефоне склонившись к коленям и сгорбив спину, морщил брови, с кем-то переписываясь, Марс тоже проверил свой смартфон, в надежде получить весточку от брата или Эрнесты. Но никаких уведомлений, кроме очередного вороха рекламы, он не обнаружил, почувствовав неприятный привкус горечи на языке. Пытаясь не упасть в эту беспросветную яму вдруг явившегося безысходного одиночества, капитан поспешил отвлечься на окружение вокруг себя, заскользил торопливым взглядом по комнате. Ничего примечательного, глазу почти не на что было наткнуться. Старые выцветшие обои, украшенные талантливыми поделками и рисунками студентов на тему химии, до конца Марсу непонятную. Формулы, какие-то портреты, призывы, из всего из этого, он лишь смог узнать четко прорисованную таблицу элементов Менделеева, что стоило конечно ожидать. Похоже местные весьма гордились учреждением в котором учатся, несмотря на скудное финансирование их места проживания, которое приходилось поддерживать собственными силами. За спиной Марса, а стоило отметить, что он сидит как раз лицом к входной двери, а значит каждый зашедший первым увидит именно его, находился балкон, сейчас распахнутый настежь, наполняя комнату свежим и прохладным, уже почти ночным воздухом.

Тишина и одиночество, правда, не продлились долго. Совсем скоро появился Борислав, ведя за собой небольшую стайку студентов. Увлеченный разговором с одной миловидной девушкой, он не заметил сидящего напротив входа Марса. И капитан не станет винить его в этом, сразу поняв перед кем он сейчас распинается из-за всех сил, смущаясь и краснея, но несомненно храбрясь. Спешно окидывая взглядом комнату, видимо в поисках наиболее удобного места, чтобы сесть, Марса наконец приметили и заулыбались шире. Дабы поддержать парня, капитан многозначительно поднял бровью, не сильно кивая, ясно показывая, что понимает происходящее, после чего показал руками «класс», вытянув руку, сжатую в кулаке и подняв вверх большой палец. Парнишка в ответ лишь фыркнул, видимо боясь спалиться перед своей дамой сердца. Борислав бережно, словно имел дело с хрупкой фарфоровой куклой, усадил девушку на диван около Марса, а сам уселся рядом, отгородив ее от всех остальных, видимо подчиняясь чувству собственничества и Марс лишь надеялся, что это не спугнет ее.

– Летиция, – обратился к девушке Борислав, ненавязчиво указывая на ветерана. – Это Марс, капитан Особой гвардии и наш друг, – Морро поспешил кивнуть, польщенный званием друга. – Марс, это Летиция… – щеки его зардели в момент представления девушки, голос просел. – Мы дружим с ней с детства.

Студентка тоже кивнула, судя по скованности ее позы, ей было не очень комфортно, и то ли потому что здесь были незнакомые ей люди, то ли в принципе большое скопление людей в одном месте ей не нравилось.

– Приятно познакомиться, – почти одновременно произнесли они.

Практически следом зашел и Габриэль, активный и неутомимый, он громко разговаривал, перебиваясь на неудержимый смех, словно рассказывал действительно смешной анекдот по дороге или что-то в этом роде. И этот парнишка привел с собой еще одну порцию студентов, наконец почти полностью заполнив комнату, быстро сидячих мест стало не хватать, но кое-кто не был против и постоять. Но заметив Марса, он бросил все свои дела, прервался на полуслове и поспешил к нему, обойдя его кресло с левой стороны. Он поспешил найти стул и уселся рядом, между креслом его кумира и диваном где расположился Терри, громко скрипнув старой мебелью.

Молодые люди продолжали вести не совсем ясные беседы между друг другом, смеяться, а кое-кто и ворковать. И пока в это не вмешивали Марса, который старательно пытался привыкнуть к такому количеству беззаботных людей рядом, он слишком долго не бывал в подобной атмосфере и кажется забыл какого это. Они просто жили, уделяя своему отдыху время, позволяя забыть собственные невзгоды на краткий миг. На Марса практически не обращали внимание, все оказались увлечены своими разговорами. И это позволило капитану начать привыкать, позволило потихоньку влиться во все происходящее, стать частью существующего. Пришло забавное осознание, которое он так давно пропускал мимо себя, жизнь продолжается. Продолжается несмотря ни на что, столкновение не сломило человеческий дух, не убило стремление к жизни, к дружбе, любви и удовольствию. Человек остается человеком даже если он ранен, даже если лишится части себя, потеряет какую-то ногу.

– Все в порядке Марс? – поспешил уточнить неутомимый Габриэль, осматривая капитана снизу-вверх внимательно, пытаясь убедиться в чужом комфорте, видимо заметив его хмурое выражение лица. – Все нравится? Здесь здорово да?

– Много… энергии, – подтвердил Марс невольно рассмеявшись и поспешил прочистить горло, не зная, как объяснить то, что чувствует сейчас, но явно желая успокоить собеседника, готового закидывать его вопросами до умопомрачения. – А я вижу ты душа компании, это круто!

– Ты правда так считаешь? – уточнил Габриэль захлопав своими большими, оленьими глазами в неверии.

– Конечно. По мне так быть душой компании это очень сложно, но тебе удается такое с блеском, даже завидно знаешь ли.