Терра. Часть 2

— Отау! — нервно кричал сын. Селеста жалась к брату. Она не могла убивать. Мы поняли, что девочка совершенно бесполезна в бою, не имеет никаких предрасположенностей и воинских качеств, а потом выяснили, что даже одно случайное убийство — может иссушить ее магию и саму. Поэтому Селесту нужно было защищать любой ценой.

— ОтАу! — взвизгнула дочь, и я сильнее ударил по стене, пошла трещина. Я почувствовал дуновение. Услышал взрыв — Ми’кай бросил очередную бомбу. В коридорах шли ожесточенные бои, джинов пытались задержать, зная, что они не должны найти Селесту. Внезапно я почувствовал силу… и со следующим ударом выбил кусок из скалы, образуя проход.

— Леста! Сюда. — Взял дочь за руку, в дверь уже ломились. — Ми’кай!

Я нежно коснулся ее щеки и потрепал сына по плечу, понимая, что мой путь завершится здесь, а их продолжится без меня.

— Защищайте друг друга: в бою и в смерти, в радости и в горести. Не дайте мести поработить ваши души. Врагов нужно уметь прощать, любимых — отпускать. И помните: добро и зло — не что иное, как выбор. Они не существуют друг без друга. Быть хорошим сложнее, чем быть плохим. Жизнь будет ставить вас перед трудным, непосильным выбором, но борьба за процветание и счастье стоит жертв. Главное в этой борьбе не потерять себя.

— Отау, я не уйду! Не оставлю тебя. — Ми’кай вырос в сильного мужчину, стал защитой для всех нас, и я знал, что с ним Селеста в безопасности.

— Ты должен. И сделаешь, что должно. Спаси сестру!

Я обнял дочь и заглянул в ее рубиновые глаза.

— Свети ярко, моя звездочка.

Ми’кай схватил ее за руку и потянул в пролом, та сопротивлялась, тянулась ко мне…

— Завали камень с той стороны, Селеста. Соедини скалу вновь.

— Нет, Отау!

— Сделай, что я сказал.

Послышался тонкая свистящая песнь. Дыра стала обрастать камнями, и вскоре стена закрылась… Джины ворвались внутрь, не заполучив то, к чему стремились, но нашли свою смерть.

[1] Стелларизация — термин, обозначающий «звездное» свечение существа, когда оно источает собственный свет.

Глава 4. Шанс или наказание?

Велиал

— ОНГЕР ХЕН-ТАУ ОТДАЛ СВОЮ ЖИЗНЬ РАДИ ПРОЦВЕТАНИЯ МИРА…

НЕПЛОХО ЗВУЧИТ.

И вновь я стоял напротив Создателя, пытаясь собрать мысли в кучу, пытаясь осознать, что прожил почти три десятка лет в другом мире, а вышло, что пролетели годы как миг. О многом хотелось спросить…

— У них получилось?

— ОРИС ПРЕОБРАЗИЛСЯ.

— Что стало с детьми? Я могу их увидеть?

— ОНИ СДЕЛАЛИ ВСЕ ПРАВИЛЬНО И ВСТРЕТИЛИ КОНЕЦ С УЛЫБКОЙ.

— Погоди. Они мертвы?

— ПОЧЕМУ ТЕБЯ ЭТО УДИВЛЯЕТ?

— Это было пару мгновений назад.

— ЕСЛИ СОТНИ ТЫСЯЧ ЛЕТ ДЛЯ ТЕБЯ МГНОВЕНИЕ.

Я знал, что возможности Эль-Элиона безграничны и непостижимы, но знать и прочувствовать — разные вещи, и все равно меня это восхищает, даже ошеломляет.

— И что теперь? Зачем было отправлять меня туда?

— КАК ДУМАЕШЬ САМ?

— Ты хотел знать, могу ли я пожертвовать собой ради других или выберу себя?

— ВЕРНО. ПОЧТИ ВСЕ ТВОИ ПРЕЖНИЕ ДЕЙСТВИЯ БЫЛИ ЧРЕЗВЫЧАЙНО ЭГОИСТИЧНЫМИ.

— Ладно, не отрицаю. Откуда они вообще взялись, эти твари?

— Я НАДЕЯЛСЯ, ЧТО ТЫ СПРОСИШЬ.

Странный ответ Отца и загадочная улыбка.

— ТЫ ИХ СОЗДАЛ.

— Я? Не было такого! Когда?

Передо мной проплыло видение, где… я свалился в океан, обозленный сражением, пытался отбиться от Эль-Морты, выстрелил магией и попал в какое-то существо под водой. Тогда я плохо владел силами, не контролировал «разрушение» и «созидание» и пытался разорвать рвущийся поток, поэтому потряс ладонями, сразив еще некоторых морских обитателей, прежде чем улететь.

В тот момент я был зол и, видимо, создал монстров.

— Это случайность.

— ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ, СЫН?

— Я не выбирал кем родиться. Хочу освободиться от этого бремени. Освободи меня или убей. Забери эту жизнь или дай мне шанс, молю…

— ИСКУПЛЕНИЕ?

— Второй шанс. Назови как хочешь.

— А ТЫ ЗАСЛУЖИВАЕШЬ ЕГО?

Я молчал.

— ОТНИМАТЬ ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ТОГО, ЧТО ТЫ ДЕЛАЛ — НЕ НАКАЗАНИЕ, А ПОМИЛОВАНИЕ. А МИЛОВАТЬ ТЕБЯ Я НЕ СОБИРАЮСЬ, — слова Отца дробили мозг и тело на части, я сидел в ожидании решения. — НО ТЫ ПРАВ. ВЫБОРА У ТЕБЯ НЕ БЫЛО, КАК И У БОЛЬШИНСТВА, НО НИКТО НЕ КИНУЛСЯ УБИВАТЬ И НАСИЛОВАТЬ, РЕЗАТЬ И БИТЬ…УНИЧТОЖАТЬ…

— Тьма… — хотел оправдаться, но остановился на первом слове.

— МОЯ СЕСТРА ИЗОБРЕТАТЕЛЬНА, А ТЫ ЕЕ ЛЮБИМЧИК. ПЕРВЕНЕЦ.

— Я не хочу потерять рассудок и вновь попасть под влияние тьмы.

— А КАК ЖЕ ЛИССАЭЛЬ, ВЕЛИАЛ? ОТКАЖЕШЬСЯ ОТ СВОЕЙ ЛЮБВИ?

— Она с Люцифером, — нахмурился я.

— С МОИМ САМАЭЛЕМ? — переспросил Отец и чуть подался вперед.

Что-то в поведении Отца было слишком много радости или восторга или чего-то еще.

— Да.

— ТЫ УВЕРЕН? — прищур.

— Ты и сам знаешь об этом, — резче, чем хотел, сказал я, обижаясь. — Почему ты удивлен или, наоборот, обрадован настолько, что сияешь?

— Я СОЗДАЛ ЛИССАЭЛЬ ДЛЯ НЕГО. ОНА БЫЛА СОЗДАНА ДЛЯ НЕГО.

Ответ меня убил.

— Что?

— ЛИССАЭЛЬ — ЭТО ЕГО МЕЧТА, ДЕМОН, О КОТОРОЙ ОН НЕ ЗНАЛ, НО ОНА КОНЦЕТРИРОВАЛАСЬ ВНУТРИ. ЕГО НЕВОЗМОЖНЫЕ ГРЕЗЫ. Я СОЗДАЛ ЕЕ ИЗ ЕГО СОЗНАНИЯ. ОН ВСЕГДА ЛЮБИЛ ЕЕ, А ОНА ДОЛЖНА БЫЛА ПОЛЮБИТЬ ЕГО, НО СЛУЧАЙ СВЕЛ ЕЕ С ТОБОЙ, ВЕЛИАЛ.

— Я забрал чужую любовь?

— НЕТ. НО И ДА, — Отец чуть печально вздохнул. — САМАЭЛЮ НЕ ХВАТАЛО ЛЮБВИ. Я СОЗДАЛ ДЛЯ НЕГО ИСТИННОЕ СЧАСТЬЕ В НАДЕЖДЕ ИЗБЕЖАТЬ ТОГО, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ… — Тяжелый взгляд скользнул по мне. — СУДЬБА ИЛИ РОК РЕШИЛИ ВСЕ ИНАЧЕ.

— Вот почему, что бы мы ни делали, все было против нас, и мы не могли быть вместе!

— ВСЕ ПОСТУПКИ — ВАШИХ РУК ДЕЛО. МЕЛИССА И ПРАВДА ЛЮБИТ ТЕБЯ, НО И ЕГО. ТЕБЯ СИЛЬНЕЕ, ЕСЛИ ЭТО ЗНАНИЕ УТЕШИТ.

— Мне не нужна чужая женщина и чужая любовь.

— ЧУЖАЯ? ЛИССА ДАВНО СТАЛА ТВОЕЙ. — Отец безразлично огляделся, теряя интерес. — У НЕЕ ДО СИХ ПОР ПЕРЬЕВЫЕ КРЫЛЬЯ, А У ВСЕХ ПРИСПЕШНИКОВ ЛЮЦИФЕРА И ЕГО ПОСЛЕДОВАТЕЛЕЙ — ПЕРЕПОНЧАТЫЕ. КАК ТЫ НЕ ЗАМЕТИЛ? ЭТО ЛЕЖАЛО У ТЕБЯ ПЕРЕД НОСОМ. ОНА ИЗНАЧАЛЬНО ВЫБРАЛА ТЕБЯ, БЕССОЗНАТЕЛЬНО ПЕРЕНЯЛА ТВОЙ ОБЛИК. НЕ ЕГО.

Я смотрел на него в растерянность и шоке. Никогда не думал, что вид ее крыльев имел значение и в таком ключе.

— ЛИССА НЕ С НИМ, ВЕЛИАЛ. ПОКА НЕТ.

— Но ты был бы этому рад, — зло кинул я.

— РАД? — озабоченно переспросил Отец, рассматривая меня долгим взглядом. — УДИВЛЕН, — заключил ОН. — ПОСЛЕ СТОЛЬКИХ ЛЕТ. ЭТО БЫЛО БЫ УДИВИТЕЛЬНО. ТЫ ЗРЯ СКИДЫВАЕШЬ СЕБЯ СО СЧЕТОВ. И ВСЕ ЖЕ…

ОН сделал глубокомысленную паузу.

— НЕЛЬЗЯ ИМЕТЬ ВСЕ, ВЕЛИАЛ. ЧТОБЫ ЧТО-ТО ПОЛУЧИТЬ, ПРИДЕТСЯ ОТ ЧЕГО-ТО ОТКАЗАТЬСЯ. ЖЕРТВУЯ ЧЕМ-ТО, ТЫ ПОЙМЕШЬ В КОНЦЕ, КАКОВ БЫЛ ТВОЙ ДОЛГИЙ ПУТЬ, КОГДА ДОСТИГНЕШЬ ЦЕЛИ. ТЫ ХОЧЕШЬ ЗАБИРАТЬ И НЕ ВНОСИТЬ ПЛАТУ, НЕ ПОНИМАЕШЬ ГРАНИЦ СВОИХ АППЕТИТОВ И ТВОРИШЬ ВЕЩИ НЕ ПО МЕРЕ ВОЗМОЖНОСТЕЙ, ЛОМАЕШЬ ЖИЗНИ РАДИ СВОИХ АМБИЦИЙ И ЖЕЛАНИЙ. ВОЗОМНИЛ СЕБЯ ТЕМ, КЕМ НЕ ЯВЛЯЕШЬСЯ, ЗАИГРАЛСЯ С ВЛАСТЬЮ И СИЛОЙ, ДАРОВАННЫМИ ТЕБЕ НАМИ. ЕЩЕ УМУДРЯЕШЬСЯ ВИНИТЬ НАС В СВОИХ СОБСТВЕННЫХ НЕУДАЧАХ! В ПРИНЯТЫХ ТОБОЙ РЕШЕНИЯХ. ДОВОЛЬНО ДОЛГО Я НЕ ВМЕШИВАЛСЯ И НАБЛЮДАЛ СО СТОРОНЫ, ПЫТАЛСЯ ПОНЯТЬ, КАК ДАЛЕКО ТЫ МОЖЕШЬ ЗАЙТИ В СВОЕЙ ЛЖИ, МАНИПУЛЯЦИЯХ И ВЕРОЛОМСТВЕ. ТЫ ПРЕВЗОШЕЛ ВСЕ МОИ ОЖИДАНИЯ. ТЕПЕРЬ ЖЕ Я ВМЕШАЮСЬ, КАК ТЫ, ВПРОЧЕМ, И ХОТЕЛ, НЕ ТАК ЛИ?

— Меня не устраивает такой ответ. — Я попробовал встать, вернуться в Нижний мир, сбежать. Жалко. Верно? Пытаться улизнуть от пристального внимания Бога, даже тут я слишком самоуверен. Эль-Элион смотрел на мои попытки, грозные ругательства и тяжело вздыхал.

— ОТПРАВЛЯЙСЯ НА ПОИСКИ СМЫСЛА ЖИЗНИ. НАЙДИ ЕГО. ЗАСЛУЖИ СВОЕ МЕСТО В МИРЕ — И Я ДАРУЮ ТЕБЕ ИСКУПЛЕНИЕ.

— И ради этого я должен отказаться от Мелиссы?

— ПОЧЕМУ ТЕБЯ ЭТО УДИВЛЯЕТ? В ТВОЕМ ПЛАНЕ НИКОГДА ЕЕ НЕ БЫЛО.

— До недавнего времени, — поправил его.

— ЕСЛИ СУДЬБЕ БУДЕТ УГОДНО, ВЫ ОБЯЗАТЕЛЬНО ВСТРЕТИТЕСЬ.

— Я должен довериться судьбе?

— ТЫ СТАВИЛ НА ФОРТУНУ УДАЧИ, — почти с улыбкой напомнил мне Создатель. — ЧЕМ СУДЬБА ХУЖЕ? Я ЧУЮ ТВОЙ СТРАХ. КТО БЫ МОГ ПОДУМАТЬ, ЧТО ВСЕСИЛЬНЫЙ ВЕЛИАЛ БОИТСЯ! КАК ТЕБЕ СМЕЕТСЯ СЕЙЧАС?

— Не до смеха, — огрызнулся.

— ЖАЛЬ, МНЕ ПО ДУШЕ ТВОЕ ЧУВСТВО ЮМОРА.

— Это мое наказание?

— КАК БУДЕТ УГОДНО. Я ЖЕ ДУМАЮ ОБ ЭТОМ, КАК О ВОЗМОЖНОСТИ ДЛЯ ВАС ТРОИХ ЧТО-ТО ИЗМЕНИТЬ. ВЫ ДОСТИГЛИ ПАТОВОЙ ТОЧКИ, Я ДАРУЮ ТЕБЕ СПОСОБ ВЫБРАТЬСЯ И НАЧАТЬ С НУЛЯ.

— Ты просто оставляешь ее Люциферу! Ты всегда хотел, чтобы она была с ним!

— ИГРАЕШЬ В ШАХМАТЫ, ВЕЛИАЛ? — перескочил он с темы, и на его руке появился ферзь и король, а под нашими ногами шашечный пол, только не с квадратными слотами, а в форме гексагонов, чередующихся монохромным цветом.

— Редко, к чему это? Ты прекрасно знаешь ответ.

— ЛЮДИ ПРИДУМАЛИ ТАКОЙ ТЕРМИН «ЦУГЦВАНГ[1]». СЛЫШАЛ? ТЫ КАК РАЗ В ТАКОМ ПОЛОЖЕНИИ. У МЕЛИССЫ ВСЕГДА БЫЛА ВОЗМОЖНОСТЬ ВЫБОРА. ТЫ ЖЕ ВСЕ ПОТРАТИЛ, ОСТАЛСЯ ОДИН ХОД, И ТЕБЕ БУДЕТ ПОСТАВЛЕН «МАТ». МОЖЕШЬ ВЕРНУТЬСЯ, И ЖИЗНЬ ПОЛОЖИТ ТЕБЯ НА ЛОПАТКИ. ТЫ УНИЧТОЖИШЬ ЕЕ СВОЕЙ РЕВНОСТЬЮ, А ОНА СЛИШКОМ ЗАПУТАЛАСЬ В ТОМ, ГДЕ ЕЙ МЕСТО И С КЕМ.

Я задумался и не мог найти слова.

— ВЫБИРАЙ, ЧТО ЭТО БУДЕТ: ШАНС ИЛИ НАКАЗАНИЕ?

— Последняя возможность?

— БЛАГОРАЗУМНО.

— Постой, у меня один вопрос: кто такие Тяфики?

— ПОРАЗИТЕЛЬНО, ЧТО ТЫ ТАК И НЕ ПОНЯЛ.

Я молча считал ЕГО удивление и свел брови, озадачившись.

— ЭТО НЕ МОИХ РУК ТВОРЕНИЯ.

— Тогда?…

— ОНИ НИКОГО ТЕБЕ НЕ НАПОМИНАЮТ? — мученическое выражение пронеслось одной неуловимой тенью, коснувшейся его лица, тут же исчезнув и возвратив прежнее безмятежное спокойствие. — НЕБУС — ЭТО ОДИН БОЛЬШОЙ МОГИЛЬНИК. ЗАХОРОНЕНИЯ ТОГО, ЧТО ОСТАЛОСЬ ОТ ПОГИБШЕЙ И КАНУВШЕЙ ВО МРАК ВСЕЛЕННОЙ, ТОЙ ПЕРВОЙ, ЧТО ТЫ УНИЧТОЖИЛ.

— Н-н-но как? Я не собирался никого создавать, у меня ничего не получалось… — Я сглотнул и стал вспоминать, что со мной творилось в тот миг, как я бушевал и крушил, ломал и плакал… «плакальщики», но никогда прежде я не был в то же время так распахнут душой к миру и любил все вокруг, просто неумело, совсем потерявшись в том, кто я и как быть.

— СКАЖЕМ ТАК, ТЫ СОЗДАЛ АЛМАЗ ИЗ ОСТАНКОВ, ВДОХНУЛ МАЛЕНЬКУЮ ЖИЗНЬ. Я ВОСХИЩАЮСЬ ЭТИМИ НЕСУРАЗНЫМИ МАЛЫШАМИ. ОНИ НАПОМИНАЮТ МНЕ ОБО ВСЕХ БРОШЕННЫХ ВЕЩАХ, ЗАБЫТЫХ, ОТРИНУТЫХ И СТАРЫХ… ТЕХ, ЧЬЕ МЕСТО НА СВАЛКЕ ВМЕСТЕ С РАЗБИТЫМИ СЕРДЦАМИ И ПОТЕРЯННЫМИ ДУШАМИ…ТВОИ ТЯФИКИ — ЭТО НАДЕЖДА, ЧТО ВСЕ МОЖНО ВЕРНУТЬ ИЛИ НАЧАТЬ ВНОВЬ. ЛИШЬ БЛАГОДАРЯ ИМ Я УВИДЕЛ, КАК МНОГО СВЕТА В ТЕБЕ, ВЕЛИАЛ, И КАК МНОГО ЛЮБВИ СОСЕДСТВУЕТ С ХАОСОМ.

Меня смело лавиной эмоций, я думал, что захлебнусь слезами, утону в сожалениях, смешанных с каким-то необъяснимым восторгом, умилением и душевным подъемом. Я помню, как полюбил их с первого взгляда, этих чудиков, и пусть не осознавал толком, почему, но не мог не вернуться за ними…

[1] Цугцванг — термин, который означает ситуацию, при которой любой ход игрока ведет к ухудшению его позиции.

Глава 5. Спор с Богом

Кто ответит мне, что судьбой дано,

Пусть об этом знать не суждено.

Может быть, за порогом растраченных лет

Я найду этот город, которого нет...[1]

Аиррэль

Эль-Элион: ИГРАТЬ НА СПОР НУЖНО С ТЕМ, КТО МОЖЕТ ПОБЕДИТЬ, АИРРЭЛЬ. ТЫ ПРОИГРАЛ КАК ТОЛЬКО СОГЛАСИЛСЯ. Я ПОКАЖУ ТЕБЕ ВСЕ ВОЗМОЖНЫЕ ИСХОДЫ. ПРИГОТОВЬСЯ ЭТО БУДЕТ НЕЗАБЫВАЕМЫЙ ОПЫТ И УРОК.

Аиррэль: Что происходит?

Эль-Элион: ТЫ ПОБУДЕШЬ НА МОЕМ МЕСТЕ, А Я ПОСМОТРЮ И БУДУ СЧИТАТЬ КАЖДЫЙ РАЗ, КОГДА ТЫ СКАЖЕШЬ: «ХВАТИТ». ДАЖЕ ТОГДА МЫ НЕ ОСТАНОВИМСЯ И ПРОДОЛЖИМ. ТЫ БУДЕШЬ ПРОСИТЬ, А ЗАТЕМ УМОЛЯТЬ, НО ДАЖЕ ТОГДА… МЫ БУДЕМ ПРОДОЛЖАТЬ, ПОКА ТЫ НЕ УВИДИШЬ ВСЕ — ОТ НАЧАЛА И ДО КОНЦА.

Мне стало страшно. А потом я стал различать… голоса далекие, сумбурные, пока не услышал глас демона, нежный тембр Скай и свой, даже свой…

Аиррэль: Что мне делать?

Эль-Элион: ВИДЕТЬ. СЛЫШАТЬ. ЧУВСТВОВАТЬ. ПРОПУСКАТЬ ЧЕРЕЗ СЕБЯ И БЫТЬ НЕ В СИЛАХ ПОМОЧЬ.

Аиррэль: Это уже случилось? Или случится?

Отец вдруг появился рядом со мной. Мы стояли в белой пустоте. Он выглядел устало и печально.

Эль-Элион: НАЧНЕМ?[2]

[1]Город, которого нет — Игорь Корнелюк

[2] Дорогой читатель, вам выпал шанс побыть немного на месте Бога и посмотреть крупицу того, что видит ОН постоянно и без перерыва о каждом живом существе. На самом деле, вариаций в миллионы раз больше, чем дозволено подсмотреть Аиррэлю. Путешествие, возможно, покажется вам пыткой (бесспорно, так и есть. Пытки могут быть разными, и это не всегда физические увечья. Аиррэлю выпала психологическая мука), и вы захотите бросить книгу, сдаться, но знайте, что страдаете не в одиночку. Далее я позволю вам сделать выбор, но сначала придется потерпеть. Надеюсь, вы справитесь и не оставите Архангела в одиночку проходить этот путь.

События до ключевой точки

Велиал

— Где мы? — Аир оглядел пустыню и чуть сморщился от боли. Я сразу понял, что это за боль, потому что испытывал точно такую же. — Это новые пытки Ада?

— Если бы. Мы на Терре.

— Я ничего не понимаю.

— Нас судили, а в наказание отправили сюда.

— Снова ты учудил?

— Аир, мы не лажаем порознь, в этот раз ты тоже отличился, — слегка огрызнулся я.

— Почему мы голые?

— У Отца такой юмор. Уверен, они сейчас будут всеми Небесами наблюдать, как долго у нас уйдет времени на поиски одежды.

— Спина ломит.

— Не у одного тебя.

— Крылья! Нас изгнали?! НЕЕЕЕЕЕЕЕТ!

Братец как-то резко реагировал для того, кто всем существом своим стремился к Скай. Я решил, что у него как после попойки — отходняк и осознание, что теперь не полетаешь, поэтому неладное не заподозрил.

— Да, неприятно, но ты смиришься. Нам надо найти одежду, деньги и поселение, желательно сначала поселение.

Мы огляделись… пустыня. Чертова пустыня. Палящее солнце, песок и верблюжьи колючки. На несколько километров простирались бескрайние пески.

— Штро те тхо! Ну, пошли… будем чапать куда-то, может куда-то придем.

— Объясни мне, я ничего не понимаю. Почему мы здесь?

— А что ты помнишь?

— Ничего! Я ничего не помню. У меня пустая голова.

Я занервничал.

— А… а… она? — внезапно я понял, что не могу произнести слова «Скай», «смертная», «жена», вообще ничего, что могло бы быть связано со Скай. Твою за ногу! Что-то не так.

— Аир! — Солнце так пекло башку и слепило, что я не мог сообразить ничего сносного. — Найдем поселение, там определимся.

Эль-Элион: ПРОПУСТИМ ТО, КАК ВЫ ВСЕ ЖЕ НАШЛИ ЛЮДЕЙ.

Аиррэль: Обязательно отсылать нас в неглиже?

Эль-Элион: РОЖДАЮТСЯ БЕЗ ОДЕЖДЫ.

Бар на обочине

Мы оба смотрели на одну и ту же девушку. Аир закинул ногу на ногу и задумчиво перевел взгляд на меня, я поймал знакомое выражение в его лице: где он еще ничего не решил, но обдумывает варианты развития событий.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты… — слово «женат» не хотело произноситься. — Будь паинькой, я не собираюсь растрачивать данные нам годы жизни на прошлое. Разве недостаточно? Мы должны быть хорошими мальчиками, чтобы не попасть в Ад!

— Да, да, да, — отмахнулся он, скривившись. — Ты прям как мама-коршун — опекаешь маленьких птенчиков, а я не нуждаюсь в этом. Из-за тебя я застрял на Терре.

— Не совсем из-за меня.

— Ты собираешься мешать мне расслабляться? Здесь женщины, брат. Женщины! Лучше творение Создателя.

— Не поспоришь, — я согласился. — Адам, наверное, неудавшаяся версия идеала или провальная попытка.

Мы заржали в две голосины, хоть слезы утирай.

— Сейчас договоримся, сойдем за мятежников, и нас точно в Нижний мир отправят, будем там куковать рядом с Люцифером. Вот тогда точно посмеемся.

— Верно подметил. Ешь, и чешем отсюда, — решил зайти с иного бока. — Ее облапали уже сотни рук, засунули энное количество членов, хочешь заразу какую подцепить? Иди-иди! Что смотришь?

— Заразу? Какую?

— Опасную. Ты ж теперь навыками целительства не обладаешь, как будешь бородавки с тебя убирать?

— Бородавки? — надо было видеть, как исказилось в ужасе и брезгливости его лицо.

— Они самые, и язвы, вши, бактерии всякие. Гигиену никто не отменял!

— И как теперь быть? Заверения от лекаря требовать?

— А ты требуй, не стесняйся, — уверенно подбил его на это дело и в следующие пару дней нашего пути братец раза три схлопотал по роже, разозлив местных «красавиц» желанием узнать, насколько они чисты перед коитусом. Я ржал до поросячьего визга внутри, но снаружи был максимально собран, особенно, когда Аир пришел с очередной миной.

— Почему они так яростно реагируют, когда я прошу предоставить мне справки от врача?

— Дикие. Необразованные.

Аиррэль согласился, а я выдохнул, и дальнейший путь к моим золотым залежам прошел проще. Мне хотя бы не приходилось следить за братцем, который забыл жену и теперь считал себя абсолютно свободным, ничем не связанным и никому не обязанным, а это… КАТАСТРОФА! Особенно когда мы так отличались от местных мужчин и женщины видели в нас потенциальных партнеров, мужей, отцов детей — и все прилагающее. Нас даже приодели эти самые милые женщины, выдали наличные. Я записал адрес, и как только раздобуду деньжат — подкину им парочку золотых.

Аиррэль: Эм…

Эль-Элион: ТЕБЕ ПЛОХО?

Аиррэль: Немного. Про Адама…

Отец чуть даже склонился голову в ожидании.

Аиррэль: …эм… это юмор…

Тишина.

Эль-Элион: СЛЕДУЮЩИЕ ПАРУ МЕСЯЦЕВ ВЫ БУДЕТЕ ИСКАТЬ ЗЛАТО ДЕМОНА, ПОТОМ ОБЗАВЕДЕТЕСЬ ВСЕМ НЕОБХОДИМЫМ, НО ЭТО НЕ ТО, НА ЧТО Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ СМОТРЕЛ, ПОЭТОМУ…

Дом Скай

Аиррэль

— Он закрыл перед нами дверь, — я насмехался над демоном.

(Аиррэль: До невозможного странно смотреть на себя и слышать свой же голос.

Эль-Элион: ПРИВЫКНЕШЬ.)

— Дай ему время. Не каждый день в дом ломятся незнакомцы.

— Ты же сказал, что знаешь этих людей.

— Ты их пугаешь своим выражением лица. Помягче будь, да и волосы тебе пора бы укоротить.

— Отстань от моих волос. Эти людишки ничего не понимают в эстетике и прекрасном. У них извращенный разум.

— Тебе не хватило тех пяти раз? Или хочешь через каждые пять метров кулаками махать?

Пришлось согласиться с демоном, что это наскучит, а люди не настолько выдающиеся воины.

— А ты от драки, значит, отказываешься?

— Я не собираюсь сидеть за решеткой. К тому же, не планирую, чтобы весь город нас, новоявленных «знаменитостей», в лицо знал, а местные банды ловили на живца. Думаешь не захотят поквитаться? А унижения они получили знатные, поэтому приведи себя в человеческий вид.

— А кто сказал, что я хочу выглядеть, как они?

— Придется! Мы тут жить планируем, или запамятовал?

— Ты стучаться будешь? Не пора бы им впустить нас?

Велиал вздохнул и постучал повторно. Мужчина открыл дверь и пробежал по нам испуганным взглядом.

— Кто вы?

— Ричард! Видеть тебя без ружья вдвойне приятно, — демон расплылся в кошачьей улыбке. — Хотелось бы встретиться с… ней.

Мужчина молчал и удерживал дверь.

— Скай нет дома.

— Мы подождем, — заверил демон.

За спиной мужчины показалась женщина, не менее обескураженная.

— Проходите, молодые люди, — она как-то нервно улыбнулась.

— Слышал, демон? Молодые люди, — я не мог удержаться. — А говоришь быть человечнее.

Велиал медленно закатил глаза, сопровождая это действие тягучим вздохом.

Мы прошли в дом, и я обратился к женщине.

— Извините…

— Эленор.

— Да. — Я кивнул. — У вас не найдется ножниц? Острых.

— Сейчас поищу. — Женщина принялась открывать полки на кухне и достала длинные железные ножницы, протянула мне. Я посмотрел на лезвия, провел пальцем.

— Острее нет?

— Могу уточнить: а для чего?

Я помедлил, раздумывая, стоит ли ей знать и решил, что смысла нет что-то скрывать, если она знает, кто мы, а эти люди знали — по лицам видно. Вопрос: откуда?

— Хочу отрезать волосы. Подровнять.

Женщина перевела взгляд на мои пряди и кивнула, соглашаясь разумности принятого решения.

— Может, лучше предоставить это дело профессионалам? Сходить в барбершоп?

— И довериться криворуким неумехам?

— Что ж…

— К тому же, никто не может касаться моих волос.

— Почему?

— Смотрите. — Я взял прядь и отрезал синеву, но концы белоснежных локон все равно окрасились в темно-синий. — Кем бы я ни стал, эти волосы еще имеют какую-то силу нездешнего происхождения, и мне придется их либо сжечь, либо закопать.

Вопросов женщина не задавала.

— Зеркало в ванной. — Она поманила меня за кухню в коридор. Демон тем временем о чем-то возбужденно беседовал с хозяином дома.

— Спасибо, — поблагодарил ее и, смотря в отражение, укоротил волосы до плеч. — Что думаете?

— Неплохо. Очень неплохо. Так ровно… — почти с ужасом сказала она и вновь странным взглядом посмотрела на меня. Точнее, задрала немного голову, потому что не доставала мне до плеча. — Вы — Аиррэль?

— Откуда вам известно мое имя?

— Дочь много говорила о вас. Она так ждала встречи…

Велиал

Аиррэль развалился на кресле и бесцеремонно уснул, пока мы с отцом Скай перекинулись парой слов. И почему я стал сама благодетель и должен следить за всем, а этот несносный просто от рук отбился? В последние три месяца я частенько хотел скрутить ему шею, это как максимум, а как минимум выбить все зубы, но скрепя сердце держался во благо смертной. Не думаю, что ей бы понравился беззубый Аиррэль, точнее, может, и понравился бы, но благодарить меня за увечья она бы не стала.

Эленор хотела подложить братцу подушку под голову, проявила простую человеческую заботу, а я не успел предупредить ее. Аир слишком долго был воином и слишком быстра у него реакция, даже в человеческом теле он остался собой. И сейчас молниеносно проснулся. Все произошло в мгновение ока: он схватил женщину и приставил сталь к шее, однако довольно быстро понял, что это лишь гостеприимные хозяева дома и отпустил руку с оружием. Глаза Эленор и Ричарда выражали непередаваемый шок, а на лицах появился страх. Аиррэль убрал кинжал так же бесшумно и невидимо, как и вынул. Интересно, когда он успел раздобыть оружие? Видимо, это привычка. Я покосился на свой кинжал, спрятанный во внутреннем кармане пиджака, и усмехнулся. Брат скользнул взглядом по людям.

— Извините, я не хотел навредить вам. — Голос спокойный и выдержанный. Аиррэль поправил пиджак и небрежно стряхнул невидимую пыль. — Не делайте так больше. Лучше не трогать меня, пока я сплю. Поймите. Я не люблю, когда подходят неожиданно. Особенно, когда у меня такой жуткий слух, неидеальный, совершенно не передающий истинной реальности.

— Буду иметь в виду. — Женщина переглянулась с мужем, и они явно не могли поверить, что их дочь могла полюбить этого высокомерного засранца. После потери памяти Аира будто подменили: он был крайне недоволен постыдным понижением, потерей крыльев и не желал быть человеком. Долго ныл и возмущался, пока не нашел в этом массу преимуществ и не решил использовать время на благо.

— Я лишь заметила, что вы уснули, — Эленор смутилась. — Можете заночевать в гостевой комнате, пока Скай не вернется.

— Скай — ваша дочь? — Аир задал вопрос из чистого любопытства, пытаясь угадать, зачем мы здесь, потому что я не мог ему рассказать.

— Да. — У женщины глаза округлились и появилось непонимание. — Как вы можете не знать?

— Не понимаю, о чем вы. — Брат хмыкнул и перевел взгляд на меня.

— Нам надо переговорить, — я прервал их диалог и обратился к родителям Скай, потому что катастрофа намечалась отменная, как бы мне ни хотелось понаблюдать за этим, но сейчас я не имел права так поступать.

— А я?

— А ты останешься здесь, — безапелляционном голосом сказал я и встал с кресла. Мы ушли из комнаты, оставив братца одного.

— Что происходит? — Ричард не выдержал. — Он и есть Аиррэль? О ком рыдала моя дочь?

— Братец, к великому сожалению, ничего не помнит. Аир забыл и вашу дочь, и то, как сильно любил ее.

— Как это может быть? Ты же помнишь все, так расскажи ему, — отец мыслил здраво и предлагал уже опробованные мной методы, которые не дали никакого результата.

— В том-то и дело, Ричард... Открываю рот и не могу сказать. Видимо, мой братец заключил какую-то сделку с Отцом в обмен на то, чтобы увидеть Скай, и сейчас находится в полном недоумении. Мне жаль. Я буду пытаться помочь ему… им…