Развод. Ведьмы не стареют

Элен Блио

Развод. Ведьмы не стареют

Глава 1

– Я пригласила вас, дамы, с тем, чтобы сообщить пренеприятное известие: мой муж нам изменяет.

Отличное начало для романа, да? Или пьесы. Это уже было у кого-то? У Гоголя, да? Точно. Только слова были немного другие.

Но у меня не роман, и не пьеса.

У меня моя жизнь.

Которая превратилась в черепки пару месяцев назад, когда я узнала о наличии у мужа любовниц.

Да, да! Не удивляйтесь, именно так. Во множественном числе.

Их две.

Первая.

Очаровательная домохозяйка Вика, с которой он встречается в будни, которую вывозит периодически отдыхать в Подмосковье, и которая мечтает родить ему маленького мальчика, которого назовёт его именем.

О, да, Викуля знает, что её дражайший Иван Александрович женат. Но его жена тяжело больна – сука! Не жена, а муж, который придумал эту сказочку! «Жена больна, дети слишком переживают из-за её болезни, он никак не может её оставить, но всем сердцем и душой рвётся к любимой Викулечке, которая, конечно же, может родить, но ведь она всё понимает!»

Она всё понимает. Дура. Вернее, не понимает ничего. Просто жрёт всё то, что он ей скармливает. Ну, и я бы, наверное, жрала, учитывая, что мой благоверный купил этой заразе дачку в Завидово, и каждый месяц кидает ей сотку на жизнь. Сотка! Всего! Всего сто тысяч рублей любимой Викочке! Экономит, гад! Ну, ничего, это Викочке еще предстоит узнать.

Вторая.

Эвелина. На самом деле Ира.

Содержанка со стажем, бывшая эскортница, длинноногая брюнетка, шаблонная, как близнец похожая на всех нынешних знаменитых одинаковых губастых, скуластых красоток.

Ирочка себе цену знает, поэтому у неё не дачка за нищебродские пять миллионов, а хата недалеко от «Патриков».

Эту двушку мой муж покупал давно, стоила она тогда по нынешним меркам копейки, дом не самый элитный, но сейчас какое дело? «Патрики» же!

Кто не в курсе, нынче «Патрики» самое модное, популярное, топовое место Москвы, если ты не гуляешь на «Патриках» – ты многое теряешь, если ты живёшь на «Патриках» – жизнь удалась. Я ненавижу само это понятие – «Патрики». Для меня это место – Патриаршие пруды, прочно связано совсем с другими понятиями, но сейчас не об этом.

Ирина-Эвелина стала владелицей элитной «недвиги» не только за красивые глаза, она помогла моему мужу получить тендер – свела его с бывшим любовником. Ну и ноги, я так понимаю, раздвигает она качественно, потому что раньше занималась балетом.

Вот такая у нас девушка номер два.

Ирина-балерина.

Самое смешное, что когда муж мне сказал о том, что ему нужно отдать квартиру в центре в знак благодарности за помощь в работе я и бровью не повела – надо, так надо!

Этими вопросами у нас в семье всегда занимался Иван. У меня были другие интересы.

Я ведь окончила медицинский институт, работала косметологом, всегда мечтала открыть свою клинику, что, собственно, и сделала. Теперь я владелица сети известных косметологических салонов, которые оказывают широкий спектр услуг.

Мне сорок пять. Я роскошно выгляжу. Привыкла жить в достатке. Привыкла быть любимой женщиной сильного мужчины.

И сама всегда считала себя сильной. Самодостаточной. Достойной любви и верности.

Я ему верила.

Да, да, верила. Скажете, сама дура виновата?

Да, и будете правы.

Конечно, я тысячу раз слышала всё это – доверяй, но проверяй, сколько волка не корми… и прочее. Но также следовала заветам бабушек, мол, следить надо за собой, а не за мужем.

Я следила. За собой.

А любимому просто доверяла.

Искренне.

Не сомневалась, что поездки раз в месяц за город – это деловая необходимость. Отсутствие по вечерам, поздние возвращения, ночёвки чуть ли не в офисе – нормальная тема для людей большого бизнеса. Они ведь все так живут?

Да, все. Но не все изменяют.

Как я узнала?

Банально.

Вика пришла на приём в мою клинику. И принимала её я!

Так совпало.

Косметолог сломала руку, а у нас запись, все заняты, одна уехала в отпуск.

Процедуры, которые я не знала я распределила по другим девочкам, постоянные клиентки согласились перенести приём, но кто-то захотел всё-таки клинику посетить.

Виктория пришла на лазерную эпиляцию. У неё была скидка. Скидка, которую оформили через меня. Странно, я удивилась, потому что ни о какой Вике знать не знала. Вспомнила! Секретарша мужа просила принять её знакомую, мне об этом сказал Иван. Я ведь даже не подумала, что это странно! Бизнесмен такого масштаба просит скидку для подруги секретарши?

Боже, какая же я на самом деле овца!

Приём я вела в маске и защитных очках, на голове шапочка, узнать меня довольно сложно, особенно, если не присматриваться. А Вике было пофигу, кто ей делает, лишь бы лечь и открыть рот.

Она его не закрывала.

А через десять минут приёма рот открыла уже я.

– Ванечка у меня такой ранимый… я понимаю, когда жена больна… Они там делают хорошую мину при плохой игре. Стараются оградить её от стрессов. Она ведёт обычный образ жизни. Я видела фото. Красивая, конечно, женщина. Янина её зовут. – Тут у меня первый раз ёкнуло. – Детки у них уже взрослые, сын Ярослав и дочь Ядвига, красивые имена, правда? И все на «Я».

Правда. Это я их так называла. Всегда мечтала, что мой сын будет Ярослав, а Ядвигой зовут бабушку Ивана, я её очень люблю, мировая бабуля.

Тут меня торкнуло уже не по-детски, но я спокойно продолжала водить насадкой лазера по её, простите зоне бикини.

Посмотрела туда даже. Чем она моего мужа-то взяла? Может у неё там поперёк или из золота?

Да нет, обычная, как у всех, прости господи…

Господи…

– И фамилия у них Яхонтовы…

Да, мы Яхонтовы. И это полная ж…

Да, Господи, что же делать?

Что делать подсказала следующая клиентка. Раиса.

Собственно, Рая давно была не просто клиенткой – подругой, она помогала устраивать свадьбу нашего сына.

– Найми детектива, Ян. Может эта баба не просто так пришла и языком чесала?

– В смысле?

– В коромысле, Янк! Ну, серьёзно! Твой муж – шикарный мужик, прости, что так говорю, лакомый кусочек. Может она специально пришла, чтобы ты его начала подозревать? Чтобы вас рассорить? Может твой Иван не при делах?

Увы, оказалось, что Иван мой очень даже при делах.

Честный детектив Добрыня, которого порекомендовала Раиса сработал очень быстро и уже через неделю у меня на столе лежали доказательства и улики.

Фото моего мужа в загородном отеле с Викусей, его же фото в роскошном ресторане с Ириной-Эвелиной.

И вишенка на торте.

Что называется – пипец подкрался незаметно.

Фото нашего мужика с новой девкой. И с какой!

Сначала мне хочется убить мужа.

Потом мне хочется его убить.

И после мне тоже хочется его убить, но так, чтобы он страдал.

И я начинаю думать – а что принесёт ему наибольшие страдания?

Вот тогда-то у меня и появляется этот план.

Он не нов. Но я надеюсь, мне удастся его провернуть так, как я хочу.

Для этого правда мне придётся взять в союзницы тех, кого я должна ненавидеть больше всего.

Любовниц моего мужа.

– Итак… я пригласила вас, дамы, с тем, чтобы сообщить пренеприятное известие: мой муж нам изменяет.

Глава 2

– Я…Янина Вячеславовна? Вы?

– Твою мать… Что за?

Вика бледнеет, дрожит в ужасе, а Эвелина, которая Ира встаёт, презрительно морщась.

– Да ну нах… я пошла.

– Иди, если хочешь остаться без квартиры и без бизнеса.

Я говорю спокойно.

Это не просто так.

Нет, я не на раскрученном ах-афобазоле, пришлось выпить кое-что покрепче.

Коньяк.

Хороший.

«Meukow Esprit de Famille».

Один из лучших. Один из самых дорогих в России. Этот стоит сорок тысяч. Ну, я бы поспорила относительно его дороговизны, дорогой, видимо, для простых граждан, которым прожиточный минимум установили такой, что не до коньяка.

У таких как мой муж эта цена не вызывает вопросов. Они платят.

Иван периодически покупает себе бутылочку. Я решила воспользоваться для храбрости. Не пропадать добру.

Что ж…

Как врач знаю – в стрессовой ситуации действует лучше любого успокоительного и антидепрессанта.

Так-то депрессии у меня нет.

Подумаешь, муж изменяет!

Подумаешь, две постоянных любовницы!

Подумаешь, третью завёл.

И кого?

Гандон.

Ничего, всё в этом мире решаемо.

Кроме смерти.

Но об этом пока думать рано. Хотя…

Наряд вдовы мне будет очень даже к лицу. Хотя чёрный цвет я не люблю. Но одно дело носить чёрный в обычной жизни, когда он убивает цвет лица, а другое – на похоронах любимого мужа, «изменщика»…

Так, лирические отступления нужно пока оставить, потому что обитательница «Патриков» думает слинять с нашей совсем не деловой встречи.

Спокойно, Янина, спокойно, надо сперва остановить эту дуру Ирку.

– Сядь, я сказала, и выслушай.

– Зачем мне вас слушать?

– Я же сказала? Тебя не волнует судьба квартиры и бизнеса?

– При чём тут моя квартира и бизнес? Хату на «Патриках» я заслужила, а бизнесом занимаюсь сама.

– Угу, и кредит оплачиваешь сама? Тысяч двести в месяц там? Больше? Еще и текущие расходы, да? Что там у тебя, магазин одежды собственного бренда? – Усмехаюсь, дошли уже, каждая шлю… простите, эскортница мнит себя гуру моды! – Лавры Керимовой покоя не дают? Только вот её наряды, которые бешеные бабки стоят покупают, а твои нет.

– Двести тысяч? – дрожащим голосом повторяет Викусик, открывая кукольный ротик, ага проснулась! Краснеть начала. И глазки заблестели.

– Двести – это минимум, там еще до хрена и больше. Тебе-то Ванечка только стольник кидает, с барского плеча, да?

– Да… – вот, уже и губки задрожали.

– В смысле, ей кидает? Она кто вообще? Иван говорил – сестра двоюродная.

– Сестра? – глаза Викули округляются еще сильнее, – Я любимая женщина Ивана, а ты кто такая?

– Содержанка его. – проверенным жестом откидывая за плечо прядь волос спокойно отвечает Ирина. – А это, видимо, жена? Ты же её знаешь?

– Знаю, да, это Янина… Вячеславовна… Жена Ванечки…Которая… смертельно больна.

– Прям смертельно? – поднимает бровь содержанка.

Викуся трясётся, Ирина презрительно хмыкает.

– Не бойся, не заразная.

Сучки.

Но эти сучки сейчас не так опасны как та. Третья. Так что…

– Это видно. Что, пришла нас учить уму разуму, да?

– Учить вас? Упаси боже. Делать мне нечего!

– А нафига ты нас тут собрала? Не на чашку мартини же?

– Я же сказала? Мой муж нам изменяет.

Глава 3

– Изме… что? – Викусик на грани нервного срыва, Ирина-Эвелина начинает смеяться.

А я начинаю жалеть, что устроила это собрание.

Но иначе я не могла.

Они мне нужны!

Нужны, потому что…

Потому что я хочу превратить жизнь мужа в ад.

В такой же ад, в который он превратил мою.

Я долго думала, как это сделать. Всё получалось слишком просто.

Просто развод?

Да… И я могу потерять всё. Потому что мой муженёк – хитрющая лиса. И юристы в его компании самые ушлые.

А я не готова терять. Не потому, что хочу жить как раньше в достатке не потому, что мне жаль моё детище – клиники. Не в этом дело.

Если я всё потеряю мой муж победит.

Ему будет хорошо.

А я хочу, чтобы ему было плохо.

Поэтому мне нужны сообщники, из самого близкого его круга.

А кто ему ближе любовниц?

Любовниц, которых он может скоро по-тихому слить?

Он ведь даже просчитывал как сделать так, чтобы Викусик ему дачку вернула!

Скотина.

А эта красотка Эвелина? Она ведь только-только понадеялась выйти из грязного бизнеса. Из бизнеса с красивым фасадом и красивым названием, в котором на самом деле не такие уж большие деньги, но при этом боль, унижение и мерзость.

Да, она сама всё это выбрала. Как и Викусик выбрала быть любовницей, или как она говорит – любимой женщиной женатого мужчины, жена которого при смерти.

Их выбор. Не мой. Но мне всё равно их по-своему жалко.

Просто потому, что они такие же жертвы моего мужа как и я.

Смертельно больная, абсолютно здоровая жена.

Жена, которая однажды проснулась и открыла глаза.

И оказалось, что вся её счастливая, успешная, красивая жизнь – всего лишь фасад.

Фасад, за которым ничего. Лицемерие, фальшь и предательство.

Как же больно быть преданной!

Особенно, когда ты любишь и веришь!

А я любила. Да. Представьте.

Считала, что у нас всё прекрасно. Что у нас не так, как у других.

Конечно, я знала, что многие пары в нашем возрасте переживают кризис. У мужчин этот кризис особенно опасен.

Но Иван вел себя как обычно, словно никакого возраста нет, словно пресловутое «седина в бороду, бес в ребро» – не про него.

Оказывается, я просто не всё о нём знала.

Да уж, иногда полезно самой заниматься с клиентками – столько нового узнаёшь о своей жизни.

– Слушайте, что вам от нас надо? Вы говорите ваш муж нам изменяет? – отсмеявшись берёт слово Ирина. – Нет, это он вам изменяет! Вам! Мы-то тут при чём? Мне вот вообще плевать, бабки даёт, презервативами пользуется, не жестит – и прекрасно. Поэтому, сорян, но адьос! Разбирайтесь сами.

Она подхватывает модную сумочку «Жакмю» и реально собирается выйти.

– А если перестанет давать бабки?

– Подумаешь, проблема? Найду другого.

– А если сделает так, чтобы не смогла найти? Квартиру отберёт, бизнес? Что будешь делать? Снова в Дубайск, к уродам моральным, которые представляются шейхами и творят дичь?

– А ты прям подкованная, Янина Вячеславовна. Сама, что ли, через это прошла?

– Бог миловал.

– Ясно. Ну и не хер других судить.

– Я не сужу. Я расписываю тебе перспективу ближайшего будущего. Учти, я своего мужа хорошо знаю. Если он что-то задумал.

– Хорошо знаешь? – снова смеется Эвелина, – Хорошо знаешь? Ты? Ты ведь недавно даже не представляла, что он тебе изменяет, да? Уверена была, что у вас всё чики-пики, что он такой верный и преданный! Хорошо знаешь… Зуб даю, что я его знаю лучше. И уверена, что ничего плохого он мне не сделает. Не с моими связями. Я ему нужна. Так что… с кем он там еще спутался – мне плевать. Пока платит мне – всё в порядке.

– А если не будет платить?

– Расстанемся мирно и вся любовь.

– А если как я говорю? Выкинет тебя, оставит ни с чем?

– Ой, пусть попробует, столько уже я этих угроз слышала… Я не люблю советы давать, но мой тебе совет, жена, сиди ты тихо и не рыпайся. Всё у тебя есть. Дома, квартиры, тачки, бизнес. Что тебе еще надо? Это ты должна переживать, что он тебя выкинет и оставит ни с чем, нам-то что? Это тебе надо булки поджать и сидеть тихо, чтобы не остаться с голой жопой. А у нас всё прекрасно. Так что…

– Что нужно делать? – перебивает эскортницу тихая Вика, вижу на её лице решимость, а в глазах – огонь инквизиции.

Ну, что ж, хоть так…

Глава 4

Даже Ирина-Эвелина затыкается и таращит глаза на эту целку-невидимку.

– Да ладно? Реально? Ну, ва-аще…

– Если вам не интересно, вы можете идти, Ирина.

– Эвелина.

– Хоть Анжела, мне плевать. До свидания. Потом только не плачьтесь.

– Нет, погодите, мне уже интересно, что вы там задумали.

– Интересно за углом. Не хочешь помогать – выход там.

– Нет, постой, жена Янина, жутко любопытно, что ты там задумала.

– От любопытства кошка сдохла. Учти, сдашь меня Яхонтову – я тебя сама по миру пущу.

– Слушай, достала угрожать, что ты сделаешь?

– Я-то? Могу морду тебе испортить так, что ты сможешь только в эскорте для извращенцев работать.

– Испугала.

– Я косметолог.

– Упс, прости, верю. Ладно, не буду я ему ничего говорить, что я дура, и потом… У нас тоже есть кодекс чести.

– У проституток? – тоненьким голосом задаёт вопрос, молчавшая до сих пор Викуля.

– Проститутка? – Ирина усмехается, садится, откидываясь на спинку стула, вальяжно закидывает ногу на ногу. Одета она, кстати, очень стильно, никакого намёка на профессию. – Проститутки, деточка, на Ленинградке, на трассе стоят, у деревни Чёрная грязь. Я – мастер эротических услуг, специалист широкого профиля. И я тебя, кстати, курицу домашнюю не оскорбляла, пока, так что выбирай выражения. И да, кодекс у нас есть. И мизогиния нам чужда.

– Мизогиния?

– Ага, в курсе что это? Ненависть к женщине. Кстати, никто так не ненавидит женщин как другие женщины. Ладно, сорян, увлеклась. Так вот. Мы, девушки прекрасной профессии обычно, друг другу помогаем в сложных ситуациях. И вообще… Если есть выбор поддержать мужика или женщину, мы выберем женщину.

– Почему? – задаю вопрос, потому что реально интересно. Хотя я вот не уверена, что она права. Ну, то есть, про себя она может что угодно говорить, а вот про других представительниц её древней профессии…

– Потому что всё зло от мужиков. И они все козлы.

– Так нельзя говорить. – Снова встревает Викуля. – Вы притягиваете то, о чём говорите. Если вы повторяете, что все мужчины – козлы, значит вокруг вас и будут одни козлы, а если вы считаете, что все мужчины изменщики…

– Изменники, – поправляет Вику Ирина. – Изменники правильно, а изменщики, это для кур.

– Я вам не курица, изменщик – это бытовое выражение, имеет место быть в обычном, повседневном разговоре, вот.

– Филолог что ли?

– Почти. Не важно.

– Угу, не важно. Правила русского языка ноги раздвигать не помогут. Хотя… скорее я с этим не согласна, грамотная речь привлекает богатых мужиков.

– Девушки, – решаю я вступить в их перебранку, – я вам не мешаю?

– Сорян. Что ты там хотела сказать нам?

Хотела…

Хотела сказать, что говори – не говори, притягивай – не притягивай… Я вот не говорила, что все мужики изменяют, и вот поди ж ты! Мой как раз изменил.

Козёл.

Думаю про себя и кошусь на Вику, словно она может прочитать мои мысли.

Но Вика сидит, уставившись в пространство.

Да уж.

– Дамы, а чего это мы с вами сидим на сухую?

– А и правда, – подхватывает эскортница, – а не выпить ли нам, по рюмашке?

– Водки? – перепугано спрашивает Викуля.

– Зачем водки? Мы будем пить самый модный коктейль Москвы. «Беллини»! Официант?

Она жестом подзывает молодого красавчика, который смотрит на нашу разношёрстную компанию хлопая глазами.

– Три «Беллини», только принесите просекко, на котором вы делаете, бутылочку при нас откроете.

– Ирина, это приличный ресторан, – тихо говорю я, место сама выбирала и знакома с хозяином.

– Знаю я эти, приличные. Ресторан приличный, а бармен – сука, бодяжит коктейли на дешёвом брюте.

– А что, так можно было?

– Нужно, я в баре три года отработала. До того, как познала дзен лучшей жизни. – Ирина подмигивает Викуле, и я почему-то верю, что дело у нас пойдёт. – Так что там с нашим Ванечкой.

– Наш Ванечка задумал жениться.

Глава 5

Именно, жениться.

Козёл.

Спокойно, Янина… спокойно. Всё это ты уже пережила. Проработала со своим онлайн психологом. Почти.

Нет, конечно. Не пережила и не проработала.

Нахожусь в абсолютной прострации.

Как в тот самый первый день, когда услышала восторженный лепет Викуси, лежащей на кушетке под насадкой лазера.

– Иван, конечно, потрясающий человек, потрясающий… Столько сил и эмоций отдавать женщине, которую уже давно не любишь, с которой тебя, по сути, связывают только дети и воспоминания. У них секса не было три года, представляете? Ну как у такого мужчины не может быть три года секса? А? Подумайте?

Никак, хотелось заорать. Сама ты дура подумай!

Секса не было.

Ну, если только где-то в параллельной вселенной.

Потому что у нас был буквально позавчера.

Фу…

Вот это было самое отвратительное. Понимать, что он пихал в тебя то, что, простите, пихал в эту…

Мужчины, что же вы такие нечистоплотные? Что же вы грязь всякую в дом тащите?

В родной дом. В свою крепость.

Женщине, которая с вами прошла такой долгий путь.

Секса не было.

Нет, на самом деле секс стал довольно редким явлением. То есть смотря с чем сравнивать. Если раньше это был ежедневный ритуал и даже дважды в день мы умудрялись, при наличии детей маленьких, кстати. Ну, как-то справлялись с этим. То в последнее время результат упал до двух-трех раз в неделю.

Сейчас, узнав о том, что мой благоверный имеет кроме меня еще любовницу, содержанку, и невесту я просто-таки даже удивлена его способностям.

Половой, просто, гигант!

Жаль я в своё время не пошла переучиваться на пластического хирурга. Жаль.

Сейчас взяла бы в руки скальпель и как…

Нет, садится в тюрьму я точно не хочу.

Но вот отомстить неверному, да еще постараться так, чтобы не остаться с носом, и его жизнь сделать невыносимой… Этого очень хочется.

Это ведь уголовно не наказуемо?

Ну, то есть если избрать именно такой способ мести.

Безопасный для себя и действенный.

Я думала, много думала, что мне сделать? Просто развод? И что?

Допустим, Иван сам скоро придёт и скажет, прости, дорогая мы разводимся, дети выросли, у меня появилась новая страсть, хочу пожить в своё удовольствие.

Как будто до этого жил не в своё, блин!

Придёт и скажет. И я никак не смогу его удержать.

Ну, не смертельную же болезнь в самом деле выдумывать? Это же жесть? И потом, даже если я ему скажу, что умираю, что изменится? Пожмёт плечами и скажет – извини, дорогая, это без меня? Скажет же… сволочь такая.

И когда вообще мой Ваня успел стать такой сволочью? Хороший же был мужик? Или я столько лет просто глаза закрывала на все его выкрутасы?

Да вроде нет. Жили нормально. Лучше многих. Особенно, когда оба стали зарабатывать.

Он мне здорово помогал, когда я училась. Медицинский институт – это не так просто, особенно, когда ты уже вроде профессию получил, но тебе еще надо это доказать. Уже работаешь полноценно, но ты еще не врач, нужно еще учиться и получаешь три копейки, и подработать нигде не можешь просто потому, что тупо не хватает времени в сутках. У тебя учёба, работа и сон. Всё. Какая там личная жизнь? О чём вы? Нет, она была, личная, я и ребёнка еще умудрилась родить. Тут спасибо маме и папе, и бабуле моей – они сидели с Яриком, да и с Ядвигой потом.

Иван тогда впахивал день и ночь, но всем нас обеспечивал. Любил меня. Приходил с подработки, падал, но любил. И цветы дарил всё время, и подарки, даже простые безделушки – от любимого человека всегда приятно.

Когда всё изменилось? Как?

Когда он стал другим?

Может и я стала другой?

Та я, которой я была в начале наших отношений, даже в середине, точно ничего не стала бы устраивать, узнав об измене. Да еще такой.

Молча бы выставила его вещи за дверь. Гордая и неприступная. Не стала бы мириться с предательством. И выяснять бы ничего не стала. Как говорится – умерла, так умерла. В данном случае любовь мужа.

Так бы поступила независимая, самодостаточная, знающая себе цену Янина.

Да?

А вот теперь начинается самое интересное.

Глава 6

– Жениться? – сдавленно пищит Викуля, и я вижу в её глазах недоверие и разочарование.

А Ирина-Эвелина снова принимается хохотать, с таким наслаждением закатывается, так открыто.

Да, я бы тоже посмеялась, да вот только что-то прямо сейчас мне не до смеха.

– К-как? – смотрит на меня с ужасом так называемая «любимая женщина», – К-как жениться? Он же… вы же…

– Хочешь сказать, что я еще не умерла? Тонко подмечено. Прости, Виктория, я и не собиралась. – горько усмехаюсь.

– Что?

– Помирать. Не собиралась. Рановато мне еще. Я бы пожила.

Нет, просто… Как этот подонок мог врать о таком? Просто слов нет. Урод моральный.

– Но… он же… Иван говорил, что вы…

– А ты еще не поняла, идиотка, что наш Иван тебе врал? – глядя на неё с усмешкой произносит содержанка. – Во всем врал!

– Я… я просто… я не понимаю, я… я не верю вам. Это всё… это всё не правда. Всё! Ваня… Ванечка… он меня любит. А я его! Вы… вы просто не понимаете! Он же… он такие слова говорил! И говорит! Он… такие сообщения мне пишет!

– Покажи, вместе посмеемся.

– Что? Вы… знаете что…

– Что?

– Идите вы…

Викуля встаёт, резко хватает сумку, оглядывает нас, явно хочет что-то еще сказать, но не говорит.

– Куда собралась, любимая? – смеясь тормозит её Ирина. – Что, даже «Беллини» не выпьешь? Ты же вроде помогать хотела? Или я что-то упустила?

Официант как раз двигается в нашу сторону с подносом в руках. На подносе три высоких пузатых бокала, в них плещется персиково-желтый коктейль с пышной белой белковой пеной. Он расставляет их на столе.