Призрак с окраины. Книга третья

Нилак чуть развёл руками с извиняющимся видом.

— Местной нет, но готов заплатить необходимые сборы.

Последнюю часть фразы он произнёс особенно внятно на слове «сборы».

Писарь посмотрел на Мириэль.

Она не улыбнулась. Просто слегка повернула голову, давая понять, что разговор затягивается. Уставшая жена дальнего рода, которой не хочется стоять у ворот рядом с корзинами и дымом, иногда убеждает лучше, чем кошель.

Писарь что-то записал, взял тонкую пластину, пробил в ней несколько отверстий маленьким механическим прибором и поставил на бумажную полосу мокрую печать. Нилак смотрел внимательно.

— Гостевая запись на месяц. Право постоя, найма дома и служащих, разрешение на ведение мелкого ремесла без вывески. Открытая торговля возможна только после городской отметки.

Вот это уже было интересно.

Нилак не стал ничего переспрашивать, просто зафиксировал.

— Плата.

Он положил на стол одну местную серебряную монету малого размера. Писарь взял монету, проверил на весовой пластинке, отсчитал сдачу медью. Потом сдвинул к Нилаку бумагу и пластинку.

— Добро пожаловать в Хардум, мастер Ратгор. Следующий.

За воротами Хардума начинались узкие неровные улочки. По краям дорог шли трубы, часть — открыто, часть — под решётками. Где-то шипел пар. Где-то пахло жареной едой.

Креаты сразу взяли их в коробочку. Шайвам шёл впереди и внимательно оценивал крыши домов, окна, карманы улиц. Местные изредка косились на них, но особо ярого интереса они не вызывали. Хардум оказался крупным и грязным городом, терпимее к людям странного вида. Город, который кормится дорогами, быстро учится не пялиться на каждого чужака. По крайней мере, пока чужак платит и не мешает движению.

Через полкилометра они вышли на небольшую торговую площадь. К ним сразу же подбежал пацан, на вид лет пятнадцати. Тёмноволосый, в коричневом затасканном плаще. Он сразу вычислил главного и на почтительном расстоянии затараторил:

— Что ищете, уважаемый мастер, ночлег, поесть, нужен сопровождающий, чтобы рассказать, как и что устроено в Хардуме?

Вероятно, местная связь работала, и каким-то образом служащий у ворот передал информацию местным. Парень назвал Нилака мастером. Нилак чувствовал его интерес и не ощущал дурного намерения.

Нилак остановился, оценивающе посмотрел на паренька и сказал:

— Как тебя зовут?

— Джодиш Тоше-младший, уважаемый мастер. Я работаю на Хардумскую постоялую палату. Мы помогаем путникам с размещением в городе, рассказываем, как и что у нас устроено, какие важные законы нужно соблюдать. Куда можно ходить, а куда не стоит. Где и что лучше покупать. Помогаем с нужными лицензиями и документами на первое время. Просим за свои услуги справедливые комиссионные.

— И сколько ты берёшь за свои услуги?

Посредник оживился. Не сильно. Просто глаза стали внимательнее.

— Двадцать медных кругляшей, и я с вами буду весь день.

Нилак, ещё не до конца понимая, чем кругляши отличаются от монет и долей, произнёс:

— Пятнадцать в день. И если мне понравятся твои услуги, то будешь помогать нам несколько дней.

— Половину вперёд, — уверенно сказал парень.

Нилак достал ещё одну местную малую серебряную монету и протянул парню.

— У меня нет сдачи, уважаемый мастер.

— Рассчитаемся вечером, — промолвил Нилак.

Нилак объяснил, что им нужен дом в тихом месте, но не в глуши, с закрытым двором. В доме должен быть погреб или подвал. Желательно второй выход. Нужна пристройка или сарай, которые можно переделать под мастерскую.

— Непростая задача, мастер. Но варианты есть. На какой срок?

— Для начала на месяц, дальше посмотрим.

Парень достал из кожаной сумки небольшую книгу с записями, внимательно перечитал несколько страниц и произнёс:

— Есть несколько вариантов. Один ближе к верхнему рынку. Чистый. Двор малый. Подвала и пристроек нет. Второй у старой газовой линии, — продолжил парень уже аккуратнее. — Подвал есть. Двор есть. Но дом немного сырой, нужно будет хорошо протопить, он уже пустует долгое время.

— Насколько сырой? — спросил Нилак.

Посредник дёрнул плечами.

— Хардум сырой город, мастер.

— Продолжай.

— Третий... — посредник помедлил. — Дом у Медного спуска. Тихая улица. Бывший мастеровой двор. Есть пристройка, подвал, задний выход. Но там хозяин хочет задаток за три месяца. Есть ещё варианты, но они вам не совсем подходят.

— Тогда показывай второй и третий дом.

Их провели через две улицы вниз, потом вбок, потом ещё раз вниз. Хардум быстро перестал быть парадным. Каменные фасады стали ниже, штукатурка грязнее, вывески проще. Парень рассказывал, что здесь жили мелкие служащие, ремесленники, люди с достатком. У дверей стояли жестяные вёдра с углём. На верёвках сушилась одежда и бельё. Дошли до газовой станции — огромное строение, огороженное со всех сторон забором со штырями. Предпоследний дом выглядел заброшенным. Они не успели до него дойти, как Мириэль, поморщив нос, сказала:

— Давайте сразу смотреть следующий дом. Этот нам не подходит.

В воздухе стоял неприятный запах, как на буровых станциях в Сибири, и Нилак был с ней полностью согласен. Дом выглядел неухоженным и обветшалым; нужно несколько дней, чтобы довести его до вменяемого состояния.

Нилак обернулся к парню.

— Пойдём сразу к следующему варианту.

Дом у Медного спуска оказался лучше, чем он ожидал после первого варианта, и хуже, чем хотелось.

Два этажа, тёмный камень внизу, дерево сверху. Узкий фасад на улицу, ворота во внутренний двор, сбоку пристройка с широкими дверями. Двор неровный, мокрый, но закрытый от улицы. Над крышей торчала труба. Из трубы лениво полз серый дым, хотя дом вроде пустовал.

Хозяин встретил их у ворот.

Широкий пожилой ремесленник с короткой седой бородой и отсутствующими двумя пальцами на правой руке. Он явно не привык к таким постояльцам, смотрел на гостей так, будто заранее не верил ни одному слову арендаторов.

— Ты кого это привёл ко мне? — сурово спросил он паренька.

— Знакомьтесь, это северный мастер, уважаемый господин Ратгор, с его женой и охраной.

— Все теперь мастера, — буркнул хозяин и перевёл взгляд на Нилака.

— Вы готовы платить вперёд? — спросил он Нилака.

— Ну, для начала давайте дом посмотрим.

— Руки есть?

Нилак посмотрел на свои ладони.

— Две.

Старик рассмеялся.

Дом внутри пах пылью, мокрым деревом и старым дымом. Комнаты были не богатыми, но крепкими. На первом этаже — большая кухня, две комнаты, кладовая. На втором — три комнаты поменьше. Окна выходили и на улицу, и во двор. Подвал оказался низким, зато сухим на удивление. В одном углу стояли старые ящики, в другом — крепкий стол с пятнами масла. Пристройка во дворе когда-то явно была мастерской: на стенах висели крюки, под окном стоял оббитый железом верстак, в полу виднелась закрытая решёткой яма для стока.

Нилак внимательно осмотрел дверные петли, стены, потолок, двор, заднюю калитку в узкий переулок.

— Что думаешь? — спросил он у Шайвама.

— Относительную безопасность обеспечить можно. Два просматриваемых подхода.

— Здесь можно жить, — сказала Мириэль. — Нужно всё вымыть и вычистить, заменить пару стёкол.

Они прошли на кухню — небольшое помещение с низким потолком, закопчёнными стенами и огромной чугунной плитой. В углу газовый водонагревательный бак — громоздкая конструкция из клёпаного железа, с медными трубками. Бак был покрыт ржавчиной, а вокруг него на полу темнели старые потёки.

Нилак подошёл ближе. Провёл рукой по металлу. Осмотрел соединения. Резьба сорвана, прокладки высохли, накипь забила половину каналов. Сбоку маленькая газовая камера с подводящей трубой, сверху вытяжной колпак, который явно видел лучшие годы. Клапан закис в открытом положении.

«Диагностика объекта», — отозвалась Люда. «Износ критический. КПД не превышает тридцати процентов. Вероятность разрыва корпуса при повышении давления — высокая. Требуется замена уплотнителей, чистка каналов, регулировка клапана».

Нилак спросил у хозяина:

— Отопление нормально не работает, да? — и показал пальцем на бак.

— Водогрей трогать нельзя. Он старый. Если взорвёте, то платите вы.

— Давно плохо работает?

— Второй месяц.

— Давление скачет?

Хозяин посмотрел на него с подозрением.

— Ты откуда слово знаешь?

Нилак не стал объяснять, что слово Люда только что вытащила из базы и подсветила перед взором как вероятное.

Нилак посмотрел на подводящую трубу, старую прокладку и на вытяжку. Потом постучал ногтем по кожуху.

— Тяга плохая. Клапан забит. Прокладка умерла. Если дальше греть, будет не нагреватель, а маленький взрыв.

— Сможешь починить?

— Сейчас — временно. Нормально смогу только после покупки прокладки, регулировки клапана и новой вытяжной пластины. И нужны инструменты, у меня с собой нет.

— Сколько возьмёшь?

Нилак чуть не улыбнулся. Вот и бизнес-ниша, в которую они могут войти без лишнего шума. Чинить местное оборудование. Малая механика. Бытовые приборы. Ремонт того, без чего обычные люди не могут жить. Если тихо привезти Чипа и Дейла, то можно отдать им основную работу и оперативно развернуться.

Через починенный водогрей можно получить доверие хозяина. Паренёк точно расскажет на своей рыночной площади о новом хорошем мастере. Так можно привлечь первых клиентов. Через заказы — получить доступ к металлу, инструментам и запчастям. Общаясь с клиентами, разобраться, чем на самом деле живёт Хардум.

— Давай так: водогрей я починю в счёт оплаты аренды. Сам назови приемлемую скидку или срок аренды.

Инструментов у Нилака не было.

— Есть в доме хоть какие-то инструменты?

— Посмотри в сарае, — ответил старик.

Нилак прошёл через двор в сарай, там было накидано; из хлама он достал что-то похожее на универсальный зажим. Потом зашёл на кухню, взял маленький столовый нож. Местная техника была грубой, но простой. С его инженерными базами починить местное оборудование было как для квалифицированного программиста написать код для сверки двух таблиц. Клапан не требовал наномашин и технических дроидов с микросваркой и точно не требовал никаких мантр. Он требовал, чтобы кто-то наконец снял крышку, вычистил грязь и нагар, отрегулировал клапан и просто заменил прокладку.

Через пятнадцать минут давление в оборудовании стабилизировалось, и устройство начало греть ровнее. Нилак открыл заслонку вытяжки, и кухня впервые за долгое время перестала пахнуть гарью.

Старик пошевелил губами.

Потом сказал:

— Задаток за месяц. Я покажу, где на будущее лучше покупать материалы и запчасти, если захочешь открыть мастерскую.

Нилак даже как-то резко ответил:

— Мастерская будет точно. Только нужно навести порядок и купить нужные инструменты.

— Как будет называться мастерская?

Вопрос застал его врасплох.

Мириэль тихо сказала на языке Содружества:

— Название нужно. Иначе местные сами его придумают.

Нилак вытер руки тряпкой и посмотрел на хозяина.

— Дом малой механики Ратгора, — сказал он наконец.

Старик повторил, пробуя на слух:

— Дом малой механики.

— Будем чинить оборудование и механизмы для воды, газа, нагревательные приборы, насосы. Ремонт, проверка и небольшие улучшения.

Посредник уже достал бумагу.

Сделка заняла ещё полчаса. Нилак отдал часть местных и часть синтезированных монет. Старик пересчитывал долго, но без подозрения. Скорее проверял, не передумал ли чужестранец.

К полудню дом на ближайший месяц стал принадлежать им.

Хозяин довольный вышел из дома, оставив их одних.

На кухне стоял, переминаясь, паренёк.

Нилак посмотрел на него.

— План на сегодня такой. Нам нужна еда и вода. Нужно найти, где купить инструменты. — Он задумался ненадолго и продолжил: — Нужно ли нам как-то регистрировать новую мастерскую?

— Да, уважаемый мастер. Но сегодня уже не успеем. Необходимо получить разрешение в городской ремесленной палате. Если будете что-то продавать, то и в торговой палате. У меня там есть знакомые; если готовы заплатить немного больше, чем городской сбор, завтра всё сделаем. Если не готовы, то официальный срок рассмотрения — шесть рабочих дней.

Нилак в голос рассмеялся. Во всех мирах всё одинаково. Чуть-чуть приплатить, и можно решить любой вопрос быстро.

— Хорошо, разрешение завтра, а сегодня еда и инструменты.

Он оставил Мириэль с Ямой и Рударом дома, а сам вместе с пареньком, Шайвамом и Амбой отправился за покупками.

Глава 4. Первый рабочий день

Первое утро в новом доме началось суетливо.

Мириэль ходила по комнатам вместе с Ямой и Рударом, передвигая мебель и решая, как дом должен выглядеть для будущих клиентов и гостей. Она определила, какие двери держать запертыми, как расставить мебель, чтобы создать ощущение обжитого, но скромного пространства. Первый этаж вымыли настолько, насколько это было возможно без нормальных щёток и моющих средств. Теперь пол местами блестел мокрыми пятнами, а подоконники со стороны улицы отёрли от сажи, которая очень быстро оседала снова.

Шайвам расчищал пристройку под мастерскую, передвинул старый верстак и уже успел перетащить пустые ящики в подвал.

Амба с верхнего этажа контролировала подходы с улицы.

Нилак сидел за столом в комнате вместе с Амбой и составлял список дел. Он использовал купленную вчера серую волокнистую бумажную книгу и перо, которое цеплялось за неё и оставляло кляксы. Сам список уже давно был составлен в нейросети, но Нилак понимал, что в городе они пробудут долго и нужно было привыкать к местным реалиям, поэтому сидел и старательно выводил слова и цифры на местном диалекте.

Лицензия на деятельность и торговлю, разрешение на ввоз и вывоз запчастей и приборов. Необходимые материалы: прокладки, трубки, масло, клапаны. Инструменты вчера купили в лавке мастерских припасов рядом с городским рынком.

Фильтры решили больше не использовать. Хоть воздух и был тяжёлым, с примесями металла и угля, но в целом ничего страшного. Да и на «Тени» была медкапсула: всегда можно слетать на шаттле и подлечиться.

Завтрак готовили из местных продуктов: солонина, тёмные лепёшки и местные овощи. Не хватало пищевого синтезатора, но на «Тени» ещё оставалась команда, и со временем их тоже нужно будет обеспечивать или аккуратно перевезти часть разумных в Хардум. На «Тени» оставалось 17 членов команды и ещё техник в шаттле, обеспечивающий связь, с которым нужно было тоже что-то решать.

Нилак ещё не решил, как лучше поступить, но в своей новой деловой книге сделал пером пометку на местном языке: «обеспечить команду», на случай если кто-то прочитает запись в книге, то ничего не поймёт.

Дом понемногу принимал обжитый вид, предстояло много дел. Самой большой проблемой оказалось то, что местное общество ещё не изобрело электронные приборы, а без электричества было практически нереально осуществить задуманное. Одного паромеханического производства мало для починки «Тени»и создания искина. Это всё предстояло решить, и чем быстрее, тем лучше.

— Напротив засветился один и тот же человек, — сказала Амба. — Стоит у трубы. Делает вид, что греет руки.

— Может, правда греет, — сказал Нилак.

— Уже четвёртый раз за утро.

— Думаешь, за нами следят?

— Да. Могу сходить расспросить, — спокойно ответила Амба.

— Не нужно. Для местных мы подозрительная компания. Я не удивлён, что организовали слежку. Странно, что местные представители правопорядка ещё не пожаловали.

Во входную дверь громко постучали. Люда подсветила, что время ровно восемь утра по местному.

Мириэль зашла к ним в комнату. Шляпа уже была на ней, поля опущены, уши скрыты. Дорожное платье-пальто вычищено. На лице спокойное выражение.

— Это Джодиш, — сказала она.

— Ты его чувствуешь? — спросил Нилак.

— Да. А ты?

— Тоже. Он немного нервничает, и ещё он доволен, что нашёл обеспеченных клиентов.

Шайвам пошёл открывать. На пороге стоял Джодиш Тоше-младший. Выглядел он довольным и деловым. Под мышкой у него была кожаная папка, на плече — сумка, из которой торчал свёрнутый листок.

Нилак с Мириэль спустились на кухню и закрыли межкомнатные двери.

— Доброе утро, уважаемый мастер, — сказал он и поклонился Нилаку, потом Мириэль, потом на всякий случай Шайваму. — День будет тяжёлый, но удачный, если готовы на дополнительные комиссионные. Ещё соседи спрашивали, кто въехал. Я сказал, что северный мастер.

— Кто ещё платит тебе за новости? — спросил Нилак, не оборачиваясь от окна.

Джодиш не испугался. К таким вопросам он за время работы уже привык.

— В Хардуме все платят за новости, мастер. Я лишнего не говорю.

— Хорошо. Я надеюсь, и не будешь. Кто-то ещё?

— За домом спрашивали, — сказал Джодиш после короткой паузы. — Один человек из Нижнего ряда. Я его раньше там видел несколько раз. Спросил, снял ли дом мастер с синей охраной. Я сказал, что вы честно платите и собираетесь чинить малые приборы.

— Это ты называешь «не сказал лишнего»? — спросил Нилак.

Джодиш посмотрел на него без страха, но уже без прежней бойкости.

— Мастер, если я скажу, что ничего не знаю, мне не поверят и придут проверять. Поэтому я сказал то, что знаю, то, что и так увидит любая соседка.

Мириэль чуть приподняла подбородок.

— А что не увидит соседка?

— Подвал, госпожа. Сколько у вас денег. Кто где спит. Кто куда и зачем выходит и с кем имеет дело. Это я не говорю.

Нилак посмотрел на него внимательнее. Простой городской парень. Он чувствовал, что в его голове правда, выгода и осторожность жили рука об руку.

— Если будут расспрашивать ещё, сообщай мне, кто это, откуда и что спрашивает. Комиссионными не обижу.

Джодиш сглотнул. Потом кивнул.

— Какие у нас планы на сегодня? — спросил Нилак.

— Ремесленная палата открывается через час. Там сегодня будет много народу, лучше идти сразу. Чтобы работать официально, нужно получить соответствующие отметки. Также вы хотели получить разрешение на торговлю, это нам в Торговую палату. И ввоз инструментов через ворота тоже надо оформлять. Без разрешения стража развернёт любую тележку, если собираетесь что-то ввозить и вывозить за пределы города.

***

Ремесленная палата занимала длинное каменное здание у площади, где сходились три улицы. Над входом висела железная доска с рельефом молота, циркуля и какого-то зубчатого колеса. Внутри очередь тянулась вдоль длинного коридора: мастера с образцами изделий, подмастерья с жалобами, чиновники с усталыми лицами. Бумаги шуршали, печати стучали, кто-то спорил.

Нилак занял место в очереди. Мириэль стояла рядом, прямая и спокойная. Её присутствие сразу меняло отношение окружающих. К одинокому мастеру могли придраться, поспорить за место в очереди или просто нахамить. Но мужчину с такой красивой и статной супругой воспринимали как человека с положением, даже если положение это было непонятным.

Позади них стояли Шайвам и Амба и угрюмо смотрели на окружающих. Рудар и Яма остались дома и продолжили наводить порядок.

Подошла их очередь. За столом сидел служащий. Сухой, с узкими плечами и красными глазами уставшего человека. Хотя день только начался. Перед ним лежали печати, полосы бумаги, тонкие металлические пластинки и свежий номер газеты.

Люда подсветила заголовок и несколько слов.

«Сухая Балка. Рудный состав. Северный инженер спас состав с рудой и людей».

Джодиш, стоявший позади, уже видел газету, утром он слышал выкрики газетчиков. Он открыл было рот, чтобы шепнуть: «Мастер, так это же про вас?»

Мириэль положила пальцы ему на плечо. Легко. Почти ласково.

Парень закрыл рот.

— Имя мастера, — сказал служащий, не поднимая глаз.

— Нилак Ратгор.

— Какой род?

— Северный.

Служащий поднял на Нилака взгляд.

— Вид работ?

— Ремонт домовых, хозяйственных и ремесленных приборов.

Клерк взял вчерашнюю гостевую запись, пробежал глазами и постучал ногтем по строке.

— У вас нет цеховой записи.

Вот тут Джодиш проявил себя как нужно.

— Уважаемый мастер приехал в город издалека. Всех нюансов не знает, но готов оплатить дополнительную комиссию за необходимые записи.

— Я готов сейчас заплатить дополнительные сборы, — подтвердил Нилак.

Служащий заозирался по сторонам, немного помедлил, потом сказал:

— Стандартный срок рассмотрения — шесть рабочих дней.

— Господин, ведь необходимые документы можно получить сегодня. Мастер готов уплатить всё, что необходимо за скорость, — наклонившись, тихо промолвил Джодиш.

Служащий достал другую форму и пододвинул газету поближе к Нилаку, намекая, что плату необходимо положить внутрь газеты.

— Ускоренный сбор теперь стоит дороже. Сегодня много заявок, — сказал он и назвал цену.

Нилак положил три малые серебряные монеты.

— Вот ваша лицензия на ремонт домового, хозяйственного, дорожного и ремесленного оборудования малых размеров. Без права вмешательства в городские и промышленные приборы. Проверка помещения для мастерской в течение семи дней. Всё должно соответствовать нормам. — Он передал Нилаку пластинку с дырками. — Это носить при себе при работах вне мастерской. Без наличия узорной карты заказы принимать запрещено.

У другого сотрудника Джодиш помог оформить отдельную карту на ввоз мастерского имущества, инструментов, материалов и запасных частей для ремонта малого оборудования.

Запрещено было ввозить военные механизмы, узорные приборы без школьной записи — Нилак отдельно пометил себе разузнать поподробнее, о чём это, — большие котельные узлы, живых опасных тварей и нелицензированные печати.

***

Дальше они поехали в торговую палату. По дороге Джодиш спросил:

— Мастер, а про газету…

Мириэль остановилась.

— Про газету лучше никому не рассказывай, — сказала она. — Если кто-то спросит, ты ничего не понял. Ты водил мастера Ратгора за разрешением, а не за славой.

— Да, госпожа.

В торговой палате история повторилась, Нилак доплатил за скорость и получил лицензию на торговлю, которую нужно было продлевать раз в полгода.

Закончив все дела с разрешительными документами и лицензиями, они перекусили в таверне на рыночной площади и отправились в новый дом.

К вечеру Нилак понял, что если на дверь повесить вывеску, то люди считают, что за этой дверью кто-то сможет решить их проблемы.

Вывеску сделали наспех.

Яма прибил к притолоке выструганную доску. Резчик с рынка вывел на ней кривоватые буквы:

«Дом малой механики. Мастер Ратгор».

Нилак посмотрел на вывеску, потом на мокрый двор, пристройку с перекошенным верстаком и два ящика с инструментами, купленными вчера.

— Ну, будем надеяться, что реклама сработает.

— Обязательно сработает, мастер, — сказал Джодиш.

Парень ещё не ушёл. Он уже получил свои комиссионные, но старался находиться рядом. Договорённость была «на весь день», вот он и старался отрабатывать комиссионные. Он готов был на любые поручения и ждал только команды.

Подошла Мириэль. Она оценила вывеску, сказав, что на первое время пойдёт. Но потом нужно будет сделать солидную вывеску и разместить информацию на досках объявлений на площадях города и в местной газете.

На первом этаже дом разительно преобразился. Внутри стало похоже на место, куда можно привести клиента по делу и обсудить заказ. Стол. Три стула. Лавка у стены. Двери в жилую часть дома были закрыты. В углу стоял кувшин с водой и стаканами. Нилак хотел ещё купить каких-нибудь сладостей для клиентов, но ничего подходящего не нашёл. Никакой роскоши, зато понятно, что здесь принимают клиентов.

Первой пришла соседка.

Она неуверенно постучала в дверь и быстро вошла, когда Шайвам ей открыл.

Плотная женщина в тёплом платке, с красными мозолистыми руками и прищуром повидавшей жизнь городской женщины.

— Мастер водогреи смотрит?

Люда подсветила: водогрей — это бытовой нагревательный бак. Что Нилак уже и так знал.

Хорошее начало.

— Смотрит, — сказал Нилак.

— Осмотр сколько?

Нилак уже открыл рот, но Джодиш едва заметно кашлянул.

— Два медяка, — сказал парень. — Если мастер берётся чинить, осмотр входит в цену.

Нилак хотел отвесить ему затрещину, но понял, что порядков-то местных он не знает. Осмотр здесь, скорее всего, как диагностика машины на Земле, за диагностику тоже деньги берут.

Женщина спокойно сказала:

— Тогда пойдёмте, здесь недалеко.

Водогрей стоял в кухне через два дома. Пузатый медный бак, чёрные потёки у нижнего шва, запах газа — скорее всего, где-то сифонит. На полу уже разложили тряпки. Муж женщины смотрел на Нилака с неприкрытым вызовом.

Нилак спокойно вошёл, кивнул мужу и пошёл делать дело без слов. Он с трудом снял кожух. Винты заржавели, нужна была антикоррозийная смазка, аналог WD-40. Нилак сделал заметку: отправить кого-то из креатов в лавку за подобной смазкой. Отвёртка несколько раз срывалась. Нилак обжёг палец о трубу, выругался по-русски и попросил тряпку.