Я знаю твой секрет

– Малышка, покажи трусы, – хищно облизываюсь, разглядывая ее коленки.

– Иди к черту, придурок! – фыркает она, поправляя очки.

– Малыш, – подхожу ближе и тянусь к ее лицу, – да брось, я же знаю твой секрет. В том клубе была ты. И там ты совсем не стеснялась.

– У тебя галлюцинации, сходи к врачу. – Она натурально нервничает. Мне даже кажется, я и правда схожу с ума.

Голова слегка кружится и все еще мутит после вчерашнего, а запах ее духов дразнит ноздри, и эта темная прядь прямо перед глазами. Я, как кот, которому показали игрушку, слежу за ее малейшими движениями.

– Я узнаю, – обещаю ей, переключая внимание на губы, чуть полноватые без всякой косметики, упрямые, сексуальные. – И тогда ты покажешь мне не только трусы, но и то, что у тебя под ними.

Щеку обжигает хлесткий удар, и, пока я прихожу в себя от удивления, она убегает вниз по лестнице. Там, судя по голосам, цепляется с Юго, а я только и могу выдохнуть: «Вау!», прижимая ладонь к щеке.

– Мышка кусачая попалась, – посмеивается друг, появившись в лестничном пролете. – Может, прививку от бешенства сделать?

– А как же экстрим? – улыбаюсь в ответ.

– Ты прав. Обойдемся без прививок. Поохотимся за ее трусами с адреналином. – Юго протягивает мне раскрытую ладонь. Ударяю по ней, и мы вместе спускаемся на первый этаж.

А тут снова Мышка-малышка с каким-то курсантом. Он держит ее за запястье, она что-то ему говорит и вдруг оглядывается на меня. Тяжело вздыхает, вырывается из захвата непонятного парня и убегает из корпуса. Мне же достается убийственный взгляд незнакомого курсанта, судя по всему, с нашего курса. Он воинственно шагает ко мне, но…

– Курсант Авдеев, курсант Байрамов, бегом марш в бытовку! – рявкает на нас прапор.

Мне начинает казаться, что они тут все иначе разговаривать просто не умеют. Красочно представляю себе, как он дома так же вот зовет жену в спальню, и она, вытянувшись в струнку, строевым шагом идет выполнять свой супружеский долг.

Фу, мля! Передергивает от всего этого. Зачем я об этом подумал? Как жить теперь?

– Зачем? – интересуется Юго.

– Не «зачем», а «так точно», и вы уже в бытовке. Бегом, сказал! – надрывается прапорщик.

Закатив глаза, направляемся в сторону бытовки. Нас, естественно, сопровождают. Ну да, отсюда же можно сбежать…

Бесят!

Вваливаюсь в просторный кабинет, бросаю взгляд на стол, затем на мужика рядом с ним и понимаю, что моя ненависть к отцу возрастает в тысячу раз.

– Присаживайся, курсант, это не больно, – басит мужик.

А я снова чувствую себя в клетке, где у меня нет права решать даже то, какую стрижку носить. Все уже придумали и даже задокументировали, остальным остается подчиниться.

– Ну, чего ты мнешься? Давай в темпе, – поторапливает парикмахер.

Стиснув зубы, сажусь на стул и закрываю глаза. Волосы отрастут, я под жужжание машинки и шелест ножниц думаю об отце, который так старательно переделывает меня под свое подобие.

Темные пряди падают на пол одна за другой, следом машинка выравнивает виски и затылок. Стрижка не армейская, но все равно коротко, и я с непривычки чувствую себя голым, но больше, наверное, униженным, и не этим мужиком, который просто выполнил свою работу и взялся стричь Юго, и даже не горластым прапором…

Юго ржет, глядя на себя в зеркало, и водит ладонью по короткому ежику.

– Стильненько, – скалится он. – Мне кажется, я теперь похож на «скина».

– Ты похож на лысого мажора, – эхом доносится до нас.

Из-за угла с довольной ухмылкой на губах появляется мой лучший друг, с которым в последнее время мы стали реже общаться. Он женился, и круг его интересов стал другим, но я чертовски скучаю.

– Гаранин! – Юго обнимает Егора и хлопает его по плечу.

– Я немного задержался, извиняйте. – Друг протягивает мне руку.

– Мы подумаем, – хмыкаю я, тоже обнимая его и хлопая по спине.

Реально рад видеть. Мы с ним с первых дней моего появления в России сдружились, и никогда никаких проблем не было. Вместе в спорте, вместе по девочкам.

Ждем, когда Егор устроится, и на лекции во второй половине дня идем уже все вместе. Что-то мне даже интересно послушать, в основном историю, и родной английский доставляет удовольствие.

После ужина курсанты зубрят домашку, а мы с парнями сидим в коридоре и треплемся о том, как нам тут жить дальше. Нас снова находит прапор, голосит, что пора заступать в наряд в ночную.

– Быстро ты отличился, – смеется Егор. – Но я не удивлен. Удачи.

– Угу, – мрачно киваю.

После отбоя в коридорах становится невыносимо тихо. Слышатся все звуки на этаже: как вода капает, как журчит в бачке унитазов, как скрипит чья-то кровать. Я бы все равно не уснул, поэтому даже хорошо, что так получилось. Вымою я эти полы, на тумбочку, конечно, никто не поставил, слишком большая честь для такого, как я. Идиотизм, но какие-то движения помогают мыслям в голове немного разложиться по полкам. Я все думаю об отце, о наших с ним отношениях сейчас.

– Он здесь, – слышу эхом из коридора, и в помещение для умывания вваливаются трое крупных парней. Вот они точно похожи на «скинов», по лицам заметно, что отбитые на всю голову.

Среди них уже знакомая мне морда. Он выступает вперед, угрожающе шагая на меня.

Пф! Напугал!

Я спокойно смотрю ему в глаза, параллельно немного меняя позу и смещая вес. Ну не в шашки же они сюда играть пришли.

– Чего хотел? – все так же спокойно интересуюсь у «отбитого» друга Мышки-малышки.

Зло и самодовольно щурясь, он атакует. Вполне профессионально, кстати. Только не знает, в какой среде я жил последние несколько лет и у кого учился.

Ухожу от его атаки, оказываюсь за спиной. Хватаю за майку, давлю на болевые точки на шее и бью лицом о раковину. Он стонет, по белой керамике растекаются красные разводы. И на этом весь их профессионализм заканчивается. Как тупые гопники, они накидываются на меня толпой. Отбиваюсь, но против троих одному трудно, все равно прилетает.

А потом становится легче. В драку вписываются свои, и трое на трое уже нормально. Егор, который профессионально занимался боевыми и тренировался на базе вместе с нами, заламывает руку одному гопнику. Мы с Юго возимся дольше, пока не разлетаемся в разные стороны, услышав нашего прапора из коридора.

Дружок Мышки смотрит на меня звериным взглядом, а я довольно улыбаюсь. Нравится мне кровь на его лице. Сам нарвался, будет теперь умнее.

– Еще раз увижу тебя рядом с Ладой, – хрипло шепчет он, – башку оторву. Сегодня тебе просто повезло, но мы не закончили!

Глава 9. Лада

Темнеет. Обреченно смотрю на образовавшуюся впереди пробку и тяжело вздыхаю. Сегодня все против меня. Где я успела так провиниться?

Отворачиваюсь к окну, по которому ползут капли и вспоминаю недавний визит в воинскую часть.

«О чем ты с ними разговаривала? Кто тебе разрешил? Куда отец смотрит?» – вибрируют в сознании жесткие слова Семена.

Он мой сводный, но, судя по всему, сильно поверивший в себя. Кто вообще дал ему право так со мной разговаривать? Если бы не этот Авдеев, я бы ему ответила пару ласковых. А так пришлось ретироваться, пока не поздно. Времени у меня и так нет, а на то, чтобы встревать в идиотские разборки, тем более.

В кармане вибрирует телефон. Достаю – бабушка.

Бли-ин… как выкручиваться?

– Выключите, пожалуйста, музыку, – прошу водителя и, как только он выполняет просьбу, принимаю звонок.

– Ладушка, ты скоро? Я уже волнуюсь. – В ее голосе полно тревоги.

– Да, бабуль, уже собираюсь, – снова вру. – Скоро приду.

– А ты на какой репетиции?

Чувствую подвох в вопросе и не знаю, что ответить.

– В классе… с девочками остались… а что?

– Эдичка говорит, что в академии никто не оставался, – делится бабушка, а я стискиваю зубы в бессильной злобе.

Ах, Эдичка! Трепло! Язык бы ему вырвать, чтобы говорил поменьше.

– Он, наверное, что-то перепутал, – выдавливаю из себя. – Ты же знаешь, у него с памятью не очень хорошо.

– Нормально у меня все, – доносится недовольный голос Эди.

– Он что, еще там?

– Да, чай пьет, – как ни в чем не бывало отвечает бабушка.

– Пусть дождется меня, я скоро буду.

– Хорошо.

Скоро доехать не получается. Только через сорок минут я выхожу из машины за углом дома и быстрым шагом спешу в подъезд. Поднимаюсь на свой этаж и нажимаю кнопку звонка.

Бабушка открывает дверь и расплывается в улыбке.

– Пришла наконец-то.

– Куда ж я денусь, – улыбаюсь в ответ и целую морщинистую щеку. – Эдик ушел?

– Нет, тебя ждет. – Сейчас я ему устрою. – Мой руки и за стол. Я сейчас ужин разогрею.

– Бабуль, спасибо, я не голодна…

Реально. Немного укачало в пробке, и есть не хочется совершенно.

– Как же так, – всплескивает она руками.

– Все хорошо, я поела в академии.

– Ну хоть чай с блинчиками…

Как можно отказать? Выдавливаю из себя улыбку и соглашаюсь. Ухожу в ванную, чтобы помыть руки и привести себя в порядок перед встречей с Эдиком. Умываюсь холодной водой и приглаживаю растрепавшиеся волосы.

– Лада, ты где была? – Эдик поднимается мне навстречу и поправляет очки на переносице. – Я устал здесь сидеть.

– На репетиции, Эдь…

– Но… Ай!

Наступаю ему на ногу и давлю, ожидая, пока он сообразит, что надо заткнуться.

– А-а-а, та репетиция, – соображает наконец мой туповатый друг. – Вспомнил.

Отпускаю его ногу. Эдик падает обратно на стул и взъерошивает гладко прилизанные волосы.

– Ну вот, я же говорила, – улыбаюсь и сажусь напротив него.

Бабушка суетится около нас. Наливает чай, подает тарелку под блины.

– Как все прошло? – Эдик нервно сглатывает и даже расстегивает верхнюю пуговицу на своей рубашке. Верных признак того, что он сильно нервничает.

– Нормально прошло, – откусываю блин. – По плану все. А ты как здесь?

Скольжу по нему взглядом и едва слышно вздыхаю. Меня давно пытаются сосватать за Эдичку. Он играет на виолончели, учится на отлично, хороший, добрый, порядочный и еще тысяча отличных качеств, но все они перекрываются тем, что он слишком маменькин сынок. С ним даже говорить не о чем, кроме учебы и музыки. Но зато Эдик очень нравится бабушке. И поэтому частый гость в нашей квартире. Тем более что живет в соседнем подъезде.

– Так я хотел пригласить тебя на концерт.

Ну началось…

Едва не давлюсь едой. В этот момент хочется ему втащить, но я не могу. Бабушка внимательно слушает наш разговор.

– Какой концерт?

– Симфонический. Вот. – Он достает два билета. – Маме как-то удалось достать.

– Ладушка, это же большая радость попасть туда. – Бабушка смотрит на него с восхищением, а мне хочется закатить глаза. Потому что мне хочется попасть совсем в другое место.

– Так что, пойдем? – Теперь Эдик смотрит на меня с надеждой.

– Я подумаю, – выдавливаю из себя улыбку. – А сейчас тебе пора, да?

– Вообще-то…

Пинаю его под столом. Он подпрыгивает и смотрит на меня поверх очков. Жестом показываю, чтобы шел в коридор.

– Да, засиделся я что-то, – бормочет Эдик и встает. – Спасибо, баб Люд.

– Пожалуйста, Эдичка.

– Я провожу, – поднимаюсь следом.

В прихожей догоняю друга.

– Эдь, ты зачем устроил этот цирк? – накидываюсь на него.

– Потому что в академии ты от меня бегаешь, – обиженно говорит он.

– Глупости какие. Ни от кого я не бегаю…

– Думаешь, я идиот? – хмурится Эдик, а я даже не знаю, что на это ответить.

– Иди домой. Завтра поговорим.

Он кидает на меня сердитый взгляд и выходит. Щелкаю замком и приваливаюсь к двери спиной. Что с ним делать, ума не приложу. Эдик ведь правда очень хороший и станет отличным мужем. Но не моим. Мы слишком разные.

– Ну и что ты парня изводишь? – Бабушка выходит ко мне. – Неужто не видишь, что нравишься ему? Из кожи вон лезет…

– Вижу, бабуль, – вздыхаю я. – Но насильно-то мил не будешь.

– Конечно, хороший мальчишка не нравится. Ищешь такого шебутного, как отец твой был? – сердится она. – Мать твоя такая же дурочка была и что из этого вышло?

– Я никого не ищу, – твердо заявляю. – Мне нужно учиться и заниматься музыкой.

– Хорошо если так, – вздыхает она обреченно. – Я пойду прилягу. Устала.

Бабушка разворачивается и уходит к себе в комнату, а я едва успеваю выдохнуть, как раздается звонок в дверь. Подпрыгиваю от неожиданности.

– Кто это? – раздается голос бабушки из комнаты.

– Эдик, наверное, что-то забыл…

Открываю дверь и застываю в недоумении, видя перед собой капитана Каримова с моей скрипкой в руке.

– Ну привет, Острожская, – ухмыляется он.

– Здрасте… – выдавливаю из себя, а в голове бьется одна мысль: только бы бабушка не вышла проверить.

– Принимай инструмент. Проверяй, все ли цело.

Глава 10. Лада

Несколько секунд в растерянности хлопаю ресницами, а потом отмираю и беру в руки футляр. Открываю и смотрю на скрипку. Внимательно изучаю ее. Прохожусь пальцами по смычку. Это точно мой инструмент. Та, которую украли.

– Как вам удалось ее так быстро найти? – поднимаю глаза на капитана.

– Пришлось постараться, – хмыкает он. – Но это моя работа.

– Вора поймали? Кто это?

– Скрипка и правда дорогая. – Каримов перебирает пальцами четки. – Один персонаж решил ее продать, чтобы купить дозу. В общем, не купил…

– Спасибо вам огромное, – расплываюсь в улыбке и прижимаю к себе футляр со скрипкой. – Вы меня спасли.

– Не за что, – хмыкает он и пальцем касается моего носа. – Бабушке привет.

– Вы знакомы? – округляю глаза.

– Да. Она была воспитателем в интернате, где я жил и учился. Многое мне дала, многому научила. В общем, передай ей, что Данияр Каримов стал человеком.

– Хорошо. Обязательно передам.

Он уходит, а я возвращаюсь в квартиру и прикрываю за собой дверь. Сердце колотится пойманной птицей, но уже без страха. Благодаря капитану теперь все будет хорошо.

Убираю скрипку на место и захожу в комнату к бабушке, она уже спит. Просьбу капитана придется выполнить завтра. Поправляю ей одеяло, убавляю телевизор и бесшумно выхожу за дверь.

У себя в комнате забираюсь с ногами на кровать и пишу сообщение отцу. Стираю и набираю текст заново. Все звучит как-то глупо или странно, но что-то отправить все равно надо. Зачем лишний раз напрягать человека?

«Мою скрипку нашли. Капитан из отделения принес ее мне домой» – вздыхаю и отсылаю сообщение.

Откидываю телефон на кровать и падаю на подушку. Перед глазами сегодняшняя встреча с курсантами. Эти двое, как неразлучники, везде вместе. Дерзкие и наглые мажоры. Ненавижу таких. Семен хоть и не мажор, но тоже достаточно мерзкий и зазнавшийся тип.

Телефон пиликает, извещая о входящем сообщении. Думала, что от отца, но номер неизвестный. Открываю мессенджер, там запрос в друзья от некого Егора.

«Привет, поболтаем?»

Нажимаю на фотографию и скольжу по лицу парня. Довольно симпатичный. В белой рубашке. Серьезный. В глазах нет дебильного ехидства.

Я: «Привет. Откуда ты взял мой номер?»

Егор: «Это было несложно. Вбил в поисковике: «Самая красивая девушка города».

Фу, какой дешевый подкат. Самому не стремно?

Я: «Хорошая попытка, но мимо».

Егор: «Черт… может еще раз?»

Отправляю и криво усмехаюсь. Интересно, как отреагирует новый знакомый. Вообще я нечасто переписываюсь с незнакомцами, это Егор удачно попал в волну. Но скоро его солью.

Я: «Ну попробуй».

Еще раз перечитываю нашу переписку и улыбаюсь.

Егор: «Друг дал мне твой контакт» – в очередной раз врет Егор, а я делаю вид, что верю.

Я: «Какой друг?»

Егор: «Вы учитесь вместе.»

Да-а? Может быть, Эдик? Но я нарочно пишу:

«Илья?»

Егор: «Да, он самый!» – и десяток смайликов, а на моих губах появляется коварная улыбка. Вот ты и попался, Егор.

Я: «И снова мимо. У меня на курсе нет никакого Ильи».

Егор: «Упс… бог любит троицу?»

Какой настырный. Не сдается.

Я: «Ладно, но эта попытка последняя. Дальше в чс».

Он не спорит, уже неплохо.

Егор: «Я увидел тебя со скрипкой и через группу в мессенджере нашел твое фото. Просто повезло и никакой романтики» – и несколько грустных смайликов.

Это уже ближе к чему-то правдоподобному. Хотя я ему все равно не верю.

Я: «Допустим. Зачем я тебе понадобилась?»

Егор: «Ты мне понравилась. Решил пообщаться. Может, нам будет интересно вдвоем?»

Какой быстрый, придется усмирить.

Я: «У меня нет времени на пустую болтовню».

Егор: «Почему сразу пустой? Давай поговорим о чем-то высоком?»

Я: «О чем, например?»

Пишет и стирает. Карандаш бегает, но пропадает. Поэму он там, что ли, строчит?

Прилетает сообщение от Эвы.

«Вечер в силе? Мы собирались погулять, помнишь?» – перевожу взгляд на часы и едва не подпрыгиваю на месте.

Я ужасно опаздываю. Заболталась с этим Егором. Открываю нашу с ним переписку. Новое сообщение так и не появилось, а сам он больше не в сети. Ну и к лучшему. Мне все равно уже пора.

«Через десять минут выйду» – отправляю подруге сообщение и вытаскиваю из шкафа другие шмотки.

Быстро переодеваюсь с джинсы и водолазку. Волосы распускаю и собираю в хвост, а очки меняю на линзы. Придирчиво осматриваю себя в зеркало, если бы меня увидела бабушка, ее бы точно удар хватил.

На цыпочках выбираюсь из комнаты, натягиваю кроссовки и куртку. Открываю входную дверь и, словно тень, выскальзываю на площадку. И снова удалось уйти незамеченной. Только бы бабушка ничего не заподозрила…

Закрываю замок и торопливо сбегаю по лестнице, где меня уже ждет подруга.

Глава 11. Демьян

Хорошо, что ночные наряды со шваброй предполагают хоть какой-то сон, иначе от вопля нашего прапора моя голова уже бы лопнула. Я люблю ночь, но не в клетке. Здесь думается только о всякой фигне, и музыка не пишется, и тексты никак не складываются. Да и как без гитары? Зацепиться мыслям, идеям не за что! Забор, куча пацанов в одинаковой форме и вечно злые командиры.

С тоской натягиваю форму и выхожу на построение. Радует, что друзья рядом и разговор с Мышкой не закончен. Зуд от нетерпения помогает сбросить остатки сонливости, и я бодро выполняю команды, а затем иду на лекции.

Общие пары проходят довольно весело. Мы с Юго косимся на Егора и ржем. Он понять не может, что происходит, сопит, заводится и угрожает, называя нас придурками и дебилами, а мы ржем еще сильнее, за что, естественно, огребаем от преподавателя.

Строем идем на обед.

– Хорошо хоть без конвоя, – тихо комментирую я, грустно косясь на окна в коридоре.

Сегодня мне уже наплевать, что наложили в тарелки, я голодный как черт, и суп залетает на «ура», а следом гречка с котлетой и даже горький чай. Но истинное удовольствие я получаю, глядя на разукрашенный фейс дружка серой Мышки. Нам тоже досталось, но на лицах видимых синяков нет, и с утра никто не отхватил еще парочку нарядов. Не выгонят нас отсюда. Меня точно, даже если я каждый день буду влезать в драки. Папа со всеми договорился! А вот этих недоносков с утра уже по плацу гоняли. Мы слышали, за драку их едва не отчислили, и теперь на нас смотрят в ответ как на кровных врагов.

Какая прелесть. Хоть развлечемся.

– Что вы устроили? – шепотом спрашивает Егор.

– Ничего, – отвечаем хором и честно улыбаемся с Юго.

– Тогда какого… хрена вы все утро пялитесь на меня и угораете? – шипит Гаранин.

– Все нормально, – хлопаю друга по плечу. – Просто настроение хорошее.

– Если вы меня куда-то втянули…

– Ты задрал быть таким правильным. Тебя мой отец покусал? – рычу на него.

Я точно с ним по клубам гулял и стриптизершу в шестнадцать к папе домой заказывал?

– У меня просто Ляся, – напоминает он.

– И? Она сделала из тебя задрота?

Выхватываю кулаком под ребра и сгибаюсь пополам. Гаранин смотрит на меня потемневшим от злости взглядом.

Вот теперь я узнаю друга.

– Ладно, извини, – выдохнув, хлопаю его по плечу. – Я рад, что ты здесь, и мы хорошо себя вели. Ну почти. Просто эти стены давят. Ты же знаешь, я ненавижу любые ограничения собственной свободы.

– Знаю, – уже спокойно общается Егор. – Мне кажется, наши отцы что-то задумали. Не воспитательное в этот раз, а глобальное. Я когда узнал, что нас тут собирают, много думал об этом. Посмотрим, что будет дальше.

Очередная команда, и мы покидаем столовую. В этот раз расходимся по корпусам, и зацепить меня дружок Мышки не успевает, но смотрит многообещающе. Улыбаюсь ему во все свои тридцать два. Его взгляд чернеет, а ладони сжимаются в кулаки.

Как легко его спровоцировать! Я запомнил, будем использовать в своих целях. А пока идем в корпус, который отвели только под занятия для нашего отряда, и не верим своим глазам. На крыльце нас поджидает блондин со свежей ссадиной на скуле.

– Похоже, у кого-то был не самый удачный бой прошлой ночью, – протягиваю руку Святу.

Слова Егора начинают подкрепляться в моей голове фактами, но я пока не собираюсь думать об этом и играть в игры наших родителей не намерен.

– Да, – морщится первоклассный боец без правил, – было непросто.

– Как ты тут оказался? – засунув руки в карманы, интересуется Юго.

– Поспорил и намерен выиграть этот спор влегкую, – довольно улыбается еще один наш безбашенный друг.

– С кем спорил? – щурится Егор.

– С Русом, – важно задирает подбородок Свят.

– С каким Русом? С маминым братом? – Егор улыбается шире, мы с Юго подхватываем, уже все прекрасно понимая.

– Да, с ним, – подтверждает Свят. – Он решил, что я тут и месяца не продержусь. А что мне после ринга и жизни на улице какое-то военное? Это будут самые легкие деньги в моей жизни, еще и жилье, еда за счет государства. Голову можно не ломать хотя бы на эту тему.

Мы с парнями переглядываемся и взрываемся хохотом на весь плац. Свят искреннее не понимает, чего мы ржем. Он ведь не в курсе тех мыслей, которые озвучил нам Егор. Картинка очень интересная складывается.

– Ты реально поверил, что Рустам будет с тобой серьезно спорить на такую хрень? – отсмеявшись, обращаюсь к Святу.

– Да он развел тебя, бро, – поясняет Егор. – Ты зачем-то тоже нужен здесь. Но зачем, мы пока не понимаем.

– Вы не рады мне, что ли, я не понял? – хмыкает Свят.

– Мы чертовски рады тебе, друг, – приобнимаю его за плечи и разворачиваю ко входу в корпус.

У нас интересная лекция сегодня. Мы начинаем изучать психологию, и я слушаю, даже пометки для себя делаю. Парни странно на меня косятся. Я, наверное, и сам удивлен, что мне это неожиданно нравится.

А после занятий у нас ужин и время на самоподготовку. Я нетерпеливо ерзаю на стуле в ожидании наших мобильников, а потом вспоминаю, что Свят может достать очень много всего интересного даже в замкнутом пространстве.

Тихо зову его с последней парты.

– М? – отзывается друг.

– Можешь достать нам какой-нибудь мобильник на толпу? – наклонившись вперед, шепчу ему.

– Я все уже достал, – улыбается он и протягивает мне под столом простенький телефон.

– Охренеть. Как пронес?

– Я просто умею хорошо прятать, а свой основной сдал без вопросов.

– Интернет есть? – жму на кнопку включения.

– Естественно. Наслаждайся, – подмигивает он мне и отворачивается.

Сжав трубку в ладони, долго думаю о той девочке из клуба. Она прочно засела в моих мозгах и самых откровенных сексуальных фантазиях. Нахожу сайт клуба, в котором мы встретились. Щелкаю по вкладкам в поисках фотографий с мероприятий, а нахожу нечто гораздо вкуснее. Ряд видео с ее выступлений. Жаль, звук включить нельзя, чтобы услышать голос, но даже без него картинка завораживает. Какая она все же яркая и горячая. Меня даже через экран от ее прямого взгляда уносит куда-то…

– Ты хоть до ночи потерпи, – шепчет мне на ухо Юго свои пошлые намеки.

– Иди нахрен, – отсылаю его, закрывая видео. Вот делить с ним мышиные трусы мне не жалко, а эта… эта только моя будет.

Кстати, о трусах.

Вхожу в созданный нами аккаунт с фоткой Егора. Открываю переписку с Мышкой-малышкой. Пишу ей скромное: «Привет», а она не отвечает, даже когда появляется в сети.

И что это? Она меня продинамить решила? Серьезно?

Глава 12. Лада

Я погрязла в учебе и репетициях. Отчетный концерт уже завтра, а наш класс до сих пор не готов на сто процентов. Гоняют нас нещадно, будто это не простой концерт, а как минимум мирового уровня.

– Острожская, соберись! – рявкает на меня Лариса Георгиевна. – Все это никуда не годится.