Подари мне мир

Ольга Березовская

Подари мне мир

Когда привычный мир рушится на глазах, нужна спасительная соломинка, за которую можно будет ухватиться. Военный врач Роман и волонтёр Лиза встречаются на фоне хаоса и тревоги войны и становятся друг для друга светом в этой новой реальности. Но жестокая действительность войны вносит свои коррективы в их жизни и жизни близких и друзей.

Пролог

Он осмотрелся вокруг, никого на перронах не было, приказ выполнен, теперь и самому можно в переход спуститься. И тут вдалеке замаячила фигурка. «Твою ж налево! Куда там эти дятлы смотрят» – про себя выругался он, и побежал к нежданному пассажиру.

– Вашу мать, кому говорилось – никого не пропускать! – заорал он в рацию. – Я ж четко сказал, всех с привокзальной площади увести, никого не пропускать, всех людей в переходы спустить!

– Барс, мы сделали все, – начали оправдываться с той стороны.

– Откуда тогда девчонка взялась? – перебил мужчина. – Отбой! Сейчас сам ее уведу.

Последние его слова уже заглушил гул вертолета, а девушка замерла на месте. Он в считанные секунды преодолел расстояние между ним и девушкой, и уже вдвоем они скрылись в подземном переходе.

– Красавица! Ты откуда тут взялась? – попытался расшевелить ее военный. – Девочка, с тобой все в порядке?

Она смотрела в одну точку, и почти не шевелилась. Барс попытался легонько тряхнуть ее за плечи, но в этот момент как-то чересчур близко послышались страшные звуки, и девушка инстинктивно прижалась к нему.

– Все нормально, ты в безопасности! – успокаивал ее мужчина, но это слабо действовало. Черт, лучше бы истерика случилась у девчонки. Такой ступор это намного хуже. Барс слишком близко наклонился к девочке-найденышу, как он ее окрестил. А та под впечатлением от всего происходящего вообразила себе невесть что и залепила звонкую пощечину.

– Уже неплохо… – ошарашено ответил мужчина, глядя в ее огромные серые глаза. – У такой изящной девушки не должно быть тяжелой руки… Девочка, мы сейчас проходим дальше, ты остаешься со всеми людьми в подземном переходе, и ждешь, пока вам не разрешат выйти. Ждешь, поняла? Никаких самостоятельных попыток выйти! Если все поняла, ответь или кивни.

На беседы она настроена не была, поэтому только кивнула и пошла. В сумочке заиграла мелодия вызова, девушка достала телефон и не решалась ответить. Барс мельком увидел надпись «Бабуля».

– Ответь! Она, скорее всего, уже видела все новости, и сходит с ума от страха за тебя! Если ты сейчас не ответишь, твоя бабушка представит себе самое страшное.

Последняя фраза привела ее в чувство, она успокоила бабушку и стала вместе со всеми ждать, когда можно будет выйти.

Для него этот день запомнится хаосом, безумной скоростью принятия решений и ее серыми перепуганными глазами. Она запомнит как привычный мир разбивается на осколки, панический ужас и уверенного брюнета в форме. Этот майский день для них обоих, как и для тысяч других, стал днем, когда в город пришла война.

Глава 1. Загадай желание

До нового года оставались считанные минуты. С огромного экрана, расположенного на главной площади города, звучали поздравления. Продавцы в палатках внимательно слушали или делали вид, что слушают. Что им оставалось? Это через минут пятнадцать-двадцать у них не будет отбоя от покупателей. А сейчас люди будто замерли в ожидании чуда и перебирали в памяти события уходящего года.

С последним ударов курантов главная площадь города озарилась яркими красочными салютами. И непонятно, что же было громче – праздничные залпы или весёлый гомон поздравлений. Вот новый год и наступил. Желания под бой курантов были загаданы. И все, конечно же, искренне надеялись на их исполнение.

– Стас, ты загадал? Скажи, что загадал! – невысокая светловолосая девушка тормошила за рукав очень похожего на неё парня.

– Нет, Ира! – отмахнулся Стас от неё. – Не загадал. Не верю я во всё это.

– Какой ты скучный. А мы с Лизой загадали! – обиделась Ирина. – Правда, Лиз?

Тихонько стоявшая рядом со Стасом девушка только кивнула в ответ.

– Ира… – простонал Стас. – Иногда я сомневаюсь, что ты моя сестра. Ты – взрослый человек. Детей учишь. И веришь в загадывание желаний. Лиза, и ты туда же!

– А я что? – рассмеялась сероглазая девушка в белой пушистой шапке. – Я детей не учу. Значит, желания могу загадывать под бой курантов.

Стас картинно закатил глаза. А потом сделал вид, что уходит от девушек.

– Иди-иди, – пробурчала вслед ему сестра. – Мы с Лизой хоть погуляем нормально.

– Вот-вот, – поддакнула Лиза.

– Лиз, а что ты загадала? – поинтересовался Стас, обнимая девушку.

– А нельзя говорить – не сбудется, – серьезно ответила Лиза.

– Своему парню – можно, – настаивал Стас.

– Никому нельзя!

– Ну и ладно, – махнул рукой Стас. – Пойдёмте гулять на бульвар.

Они пробирались через большие и маленькие скопления людей на площади. Краем уха Лиза услышала похожий на их разговор еще в одной компании. Там люди постарше её были, и тоже верили, что в новогоднюю ночь надо обязательно загадывать желания.

– Мам-пап, а я загадала… – пританцовывая, щебетала маленькая девчушка.

– Ев, нельзя рассказывать – не сбудется! – шикнула на неё другая малышка.

– Девчонки, что загадали – это ваш большой-большой секрет! – присел около них темноволосый мужчина.

– Дядь Ром, и ты загадывал желание? – удивлённо поинтересовались девочки.

– Конечно, – рассмеялся он. – Взрослые тоже загадывают желания и верят в Деда Мороза.

– И тетя Наташа загадала? – продолжали расспросы девчушки.

– И тётя Наташа тоже, – подтвердил Роман. Не станет же он разочаровывать дочек друзей, что его жена всё это блажью считает.

Ирина с Лизой даже остановились. Им было любопытно чем же закончится разговор мужчины с девчушками. Но Стас потянул их дальше:

– Чего вы замерли? Идём. По бульвару же хотели прогуляться.

Лиза вздохнула и поплелась за Стасом и друзьями. Ну почему он такой? Совсем не верит в волшебство праздников. А Лиза верила. И знала, что этот год обязательно принесёт ей чудесный подарок.

Новогодняя площадь искрилась радостью и счастьем. И никто ещё не знал, что через несколько месяцев жизнь разделится на «до» и «после». Безжалостные жернова колеса человеческих судеб уже готовились заработать на полную катушку. А пока… Люди праздновали, загадывали желания и мечтали о будущем.

Глава 2. Иллюзии для двоих

Роман возвращался после ночного дежурства. Всё по накатанной – зайдёт в уже пустую квартиру, сам разогреет завтрак, после ляжет отсыпаться и, может быть, вечер проведёт вместе с женой. Что-то в этом пора было менять. Вот есть о чём поговорить сегодня с Наташей.

Он нажал на кнопку звонка в надежде, что жена ещё не успела уйти на работу. Дверь никто не открыл. А в квартире уже всё на автомате. Душ. Наскоро собранный завтрак. И долгожданный сон, ведь дежурство выдалось непростое. Уснул Роман моментально, как обычно. Коллеги удивлялись такой его способности – засыпать в один миг и, словно по щелчку пальцев, просыпаться. Неплохое, кстати, это качество для травматолога.

Вот только прочувствовать всю прелесть выходного-отсыпного не получилось. Не успел Роман проснуться, как раздался телефонный звонок. Сложный случай, нужна консультация. Он, конечно же, сорвался. И вернулся вечером.

– Ром, это когда-нибудь прекратится? – с порога поинтересовалась жена.

– Что именно? – обнимая её, поинтересовался Роман.

– Твоя жизнь на работе. Ты, хотя бы, выспался сегодня? – недовольно спросила она. – Ром, я понимаю, если бы ты был заведующим отделением или хотя бы замом…

– Нат, хватит! – немного резко оборвал её Роман. – Ты же знаешь, что предлагали всё это. Но я и тогда не согласился, и сейчас не соглашусь. Кабинетная работа и бесконечные отчёты с совещаниями – не моё это всё.

– Твоё – это мчаться по первому зову к операционному столу и получать за это копейки, – зло фыркнула жена.

– Не драматизируй! – спокойно возразил Роман. – Я нормально зарабатываю. К тому же подрастающее поколение врачей учу. Да и охранное агентство тоже не в убыток работает.

– Ты не думал уйти из травмы и с друзьями работать? – ухватилась жена за спасительную соломинку. – Хотя бы дома больше времени проводить будешь, как Дима с Юрой.

– Нет, – отрезал Роман. – Дома я и так достаточно времени провожу. А буду ещё больше, когда дети пойдут.

– Рома, мы же договаривались! – обиделась жена.

– О чём, Наташ? – поинтересовался с горькой усмешкой он. – Стать на ноги? Так давно уже стали. И пожить для себя уже успели. Сколько ещё ждать? Нат, я детей хочу. И не одного.

– Я не готова ещё, – обиженно ответила она.

– А когда будешь готова? – Роману совершенно не нравилось как идёт разговор.

– Никогда, – заявила жена. – Если тебя это не устраивает, то давай подумаем о разводе.

– Даже так? – удивился Роман.

Наталья не ответила, лишь демонстративно хлопнула дверью спальни. Сначала долго разговаривала с кем-то, а потом и вовсе ушла из дому. Вернулась поздно ночью и легла спать в зале.

С неделю они прожили как соседи по общежитию. Общение ограничивалось лишь одной фразой «Доброе утро». В конце концов Роман не выдержал:

– Наташ, это долго продолжаться будет?

– Не знаю, – пожала она плечами. – От тебя зависит. Если ты так сильно хочешь детей, то подумай о смене работы. Есть же частные клиники.

– Нат, не надо ставить невыполнимые условия. Ты же знаешь, травматология -моё всё, – он понял, что разговор ни к чему не приведет. – Я с друзьями встречаюсь. Рано не жди.

К пабу-ресторану, расположенному в самом центре города сегодня оказалось не так-то просто добраться. Люди вереницей тянулись к главной площади города. Хотя дороги и не были перекрыты, но подъехать совсем близко, как раньше, уже не получалось. Оставив автомобили в двух кварталах от ресторана, друзья шли пешком.

– Очередное шоу на площади? – поинтересовался Роман у друзей.

– Нет, про шоу мы бы знали, – ответил Дмитрий. – По звукам – митинг какой-то, причём несанкционированный.

– Ну, что ж, и до нас из столиц докатилось… – протянул Александр. – Только их тут и не хватало, любителей всего западного.

– Что за пессимистические настроения? – хлопнул по плечу друга подошедший Юрий. – Народ правильно собрался. Как раз против того, что в столице творилось и творится. Я пока к вам шёл, немного поговорил-послушал.

– Пойдём уже, – поторопил всех Роман. – Горец, на месте уже расскажешь.

Почему-то в их четверке прозвища были редкостью. Роману достался по наследству позывной отца «Барс» после забавного случая в детстве. Глядя на этого брутального коротко стриженого травматолога, трудно представить, что в детстве он был кудрявым темноволосым ангелочком. И каждый норовил посюсюкаться с ним, пока мальчик не отрезал: «Я не зайчик и не Ромашечка! Я – младший Барс, как папа» Сидевшие за столом взрослые сначала дар речи потеряли от такой заявки, а после дружно рассмеялись. Но с тех пор «младший Барс» приклеилось к нему. А когда не стало отца, приставка «младший» исчезла. Юра же стал «Горцем» благодаря любви к быстрой езде по горным серпантинам Крыма.

Сегодняшняя встреча очень отличалась от предыдущих. Нет-нет, а разговоры возвращались к политике и обстановке в городе. Хорошо хоть мнения на счёт происходящего у них были одинаковые. За соседними столиками мужчины уже разве что баррикады не установили, так рьяно и громко спорили о происходящем.

– Кстати, ребятам помощь нужна в поддержании порядка на площади, – сказал Юрий. – Мы сможем людьми помочь? Один я эти вопросы решать не могу, поэтому ничего и не обещал.

– Сможем, конечно! – поддержали его друзья. – И сами станем, если понадобится.

– Как бы это всё войной на долгие годы не обернулось, – вздохнул Роман.

– Не обернётся, – ободрили его друзья. – В Крыму референдум проведут, а следом и нас заберут. А может, одумаются и рассосётся всё.

***

Лиза и Стас шли по шумному бульвару. Вдалеке на площади раздавались крики и лозунги из толпы, собравшейся на очередной митинг. Им предстояло пройти рядом с площадью. Стас уже высказал своё недовольство по этому поводу.

– Ты слышал, что там происходит? – спросила Лиза, не отрывая взгляда от участников митинга. – Я не могу поверить в происходящее, но они всё-таки правы.

– Я не понимаю, зачем им это нужно, – ответил Стас, нахмурив брови. – Эти митинги ничего не меняют. Пустая трата времени, и всё.

– Как ты можешь так думать?! – возмутилась Лиза. – Это шанс высказать свое мнение, бороться за свои права. Люди должны быть активными! Значит, в столице было можно баррикады устраивать, а нам нельзя.

– Активными? Или просто делать шум? – Стас нервно сжал руки в кулаки. – Зачем тратить время на крики, когда можно просто пойти и изменить что-то в своей жизни?

– Изменить? Ты серьезно? – Лиза остановилась и посмотрела на него. – Сейчас наши жизни меняют против нашей воли. Ты не понимаешь, что происходит!

– Да, я понимаю! Но это не на митингах должно решаться, а переговорами! – Стас повысил голос, привлекая внимание проходящих мимо. – А вот это всё ни к чему не приведет.

– Ага, уже нарешали переговорами, – Лиза начала нервно размахивать руками и, опомнившись, остановилась. – Стас, давай о чём-то другом поговорим. Разругаемся ведь сейчас.

– Лиза, я сейчас тебе такси вызову, – выдал Стас. – Доедешь до дому – отзвонись. Надеюсь, до завтра ты остынешь. И поменяешь своё мнение насчёт всего этого.

Лиза от неожиданности только кивнула. Такого окончания прогулки она точно не ожидала. Молча, села в такси и всю недолгую дорогу до дому прокручивала в памяти злополучный разговор. По приезду домой Лизе совсем не хотелось разговаривать со Стасом. Она отправила короткое сообщение: «Дома».

– Лиза, внучка, ты уже вернулась? – спросила из комнаты бабушка. – Рано сегодня. Поругались?

– Вернулась, – ответила Лиза, усаживаясь в кресло. – Бабуль, я и не поняла. Гуляли по бульвару, и всё отлично было. А потом на набережную хотели пойти. До площади дошли, и понеслось…

– Там митингуют? – перебила её бабушка.

– Да, ба! – расстроено крикнула Лиза. – И Стас считает, что без толку. Надо тихо-спокойно сидеть и работать. А за нас пусть всё политики решают.

– Нарешали уже, – вздохнула бабушка.

– Вот, и я то же самое сказала! – продолжила Лиза. – И попросила закрыть тему. Но Стас посадил меня в такси и домой отправил.

– Не расстраивайся, деточка! Отдохнёшь, завтра же на работу. А со Стасом помиритесь.

В тот вечер Лиза долго не могла уснуть. Всё прокручивала в памяти разговор. И впервые с начала их отношений задумалась: может, Стас совсем не её половинка?

Глава 3. Сочетание несочетаемого

Вопреки ожиданиям и надеждам не рассосалось, и никто не одумался. Спираль агрессии и напряжения закручивалась всё сильнее. Власти в столице не хотели слышать доводы регионов. «Словно опоили их чем-то сильнодействующим» – говорили люди. И всё равно надеялись, что разум возобладает.

Ощущение полного сюра не покидало жителей города. Тут тебе митинги и походы к админзданиям, а рядышком по бульвару люди спокойно гуляют. Да и на детских площадках города полным-полно детей. Весна и тепло берут своё – не хотят люди в хорошую погоду по домам сидеть. Это в выходные. А в будни все работают, как и всегда. Лишь только блокпосты на выездах из городов да на трассах напоминали о напряжённой обстановке.

В одно из дежурств Романа привезли двух парней с ножевыми ранениями после митинга. Одного, к сожалению, спасти не удалось. Ребята из чопа рассказали потом что произошло. Оказывается, рядом с митингами против государственного переворота устраиваются митинги сторонников новой власти. Чистой воды провокация, получается. Порядок в этой ситуации обеспечивать мало реально. Удивительно, что пострадавших было только двое. С таким раскладом ничего хорошего ждать не стоит.

В очередной свой выходной в больнице Роман вместе с друзьями вышел поддерживать порядок на площади. Благодаря дотошности Юрия, у всех четверых учредителей были лицензии охранников. Роман, в отличии от друзей, до этой весны ни разу ею не пользовался. Хотя и переоформлял регулярно. Вот и пригодилась.

Кто-то легонько тронул Романа за плечо. Он обернулся и увидел жену.

– Привет, Ром! – улыбнулась она. – Раз ты отдыхать не хочешь, то и мне дома одной сидеть не хочется.

– Неожиданно, – он улыбнулся в ответ. – Вика с Диной и девчонками тоже здесь где-то.

– Тут мы, – раздалось откуда-то сбоку. – Рома, Ната, улыбнитесь! Фото на память!

Странное ощущение не покидало друзей. Вот она площадь, полная мужчин, женщин, детей. Да, митинг. Но всё мирно и спокойно. А в воздухе витает незримая тревога, ощущение большого горя и скорой беды.

Когда народ разошёлся с площади, они зашли в паб-ресторан поужинать. Почти все столики оказались заняты. Люди продолжали жить обычной жизнью и старались не обращать внимание на происходящее. Да что далеко ходить, они ведь сами живут прежней жизнью, словно нет этих митингов.

– Ребят, а если дойдёт до того, что действительно оружие в руки придётся брать? – серьёзно поинтересовался Роман.

Их жёны замерли на несколько мгновений, ошарашенные вопросом.

– Если понадобится – возьмём, – ответили друзья.

– Ром, что за пессимистический настрой? – Наталья отозвалась первой из женщин. – Всё образуется.

– Очень надеюсь, что не придётся вам это делать, – хмуро произнесла Вика. – Нам с Ромой и без оружия в травме работы хватает. И давайте, пожалуйста, сейчас о хорошем.

Викино предложение поддержали все. Никому не хотелось погружаться в грустные перспективы. Но вопрос Романа крепко засел у всех в мозгах. Да и выбор свой мужчины уже сделали. Хотя все и продолжали упрямо надеяться на «авось, обойдётся».

Увы, не обошлось. Обычное утро ничего не предвещало. Выходной день в травматологическом центре выдался на редкость спокойным. Сотрудников это и радовало, и напрягало одновременно. Вика зашла в ординаторскую к Роману с двумя чашками кофе.

– Спасибо, Вик, – поблагодарил её он, потирая виски.

– Всегда пожалуйста, – улыбнулась Вика. – Ром, ты с ночи? Прекращай себя изводить суточными дежурствами.

– Всё нормально, – отмахнулся Роман. – Ночь непростая была. Сейчас передремаю и всё норм будет.

– У вас с Натой всё по прежнему? – прямо спросила Вика. – Ты скоро на работе жить будешь. И угробишь себя.

– У нас с Натой эмоциональные качели и ультиматумы друг другу, Викуш, – честно признался он подруге. – Наташа хочет, чтоб я ушёл в частную клинику. А я хочу детей.

– Ты со скуки помрёшь в частной клинике, – хмыкнула Вика. – А я уволюсь из операционных медсестёр без тебя.

– Уволишься – и тогда все точно поверят в наш служебный роман, – расхохотался Роман. – Викуш, тебе по хорошему в мединститут надо, на врача-реабилитолога отучиться. Вот это твоё призвание.

– Избавиться от меня хочешь? – Вика шутливо замахнулась на него чайной ложкой. – Не получится. Ты же Евин крёстный.

– Успокойся, женщина! Сдаюсь, – Роман поднял руки и хотел ещё что-то сказать, но не успел.

У обоих телефоны зазвонили одновременно. Роману звонил Юра, а Вике – её муж Дима. Оба были сейчас на площади, на митинге. Что им могло так срочно понадобиться одновременно от них двоих? Они синхронно ответили «Слушаю!» и замерли, не сводя глаз друг с друга. Лицо Романа превратилось в каменную маску, а у Вики в глазах плескался страх. Короткие фразы «Понял!», «Ясно», и разговор завершился. Несколько секунд оба осознавали услышанное, а потом одновременно выдохнули:

– Наши в обладминистрацию зашли…

– Вик, выдохни! – Роман попытался успокоить подругу. – Там ничего не было. Охрана просто расступилась, а наши зашли. Работы нам из-за этого не прибавится.

– Сегодня, может быть, и нет, – задумчиво протянула Вика, разглаживая невидимые складки на халате. – А дальше, Ром, у нас её будет дофигища.

– Это будет потом, – ответил Роман – Пока живём мирной жизнью.

– Ром, ты же тут не останешься, – Виктория не спрашивала, а утверждала. – Ты же к друзьям уйдёшь.

Роман ничего не ответил, лишь молча кивнул. Как? Как так могло случиться? Жена друга, коллега знала и понимала его лучше, чем собственная супруга.

Глава 4. Путь к неизбежному

За какие-то пару недель всё очень сильно изменилось. Нет, город жил обычной жизнью. Люди спешили на работу, в школы, сады и обратно. Но тревога нарастала. У административных зданий стали появляться люди в форме. На въездах в города и по трассе блок-посты разрастались и укреплялись. Сторонники новых столичных властей угрожали провокациями

Друзья подъехали к одному из блок-постов на выезде из города.

– Вояки, – улыбнулся Александр.

– Да уж… – хмыкнули друзья.

Те, кто стояли на блок-посту, и правда совершенно не походили на военных. Разновозрастные мужчины в гражданском. Кто-то с оружием, кто-то без. Въезд в город наспех перегорожен небольшими бетонными блоками и ещё чем-то. Все понимали, это по факту иллюзия защиты. Против армии этот блок-пост, как и многие другие, не выстоит. Кто здесь стоит? Шахтёры, простые работяги с заводов, офисный планктон. Хорошо, если у них за плечами был год армейской службы или военная кафедра. Хотя какая там армия в девяностые и позже была? Пародия, и только. Вся надежда сейчас на тех, кому за сорок.

Мужчины выгружали провизию и аптечки.

– Барс, зачем нам столько? – спросил сотрудник охранного агентства, совсем молодой парнишка. – Вы что-то знаете?

– Откуда? – удивился Барс. – Знаем ровно столько же, сколько и все. Слышал, что на севере области началось?

– Конечно, – сник охранник. – Ребята за всех нас там выхватывают.

– Вот пусть у вас будет хоть что-то, чем первую помощь можно оказать будет, – ответил Барс.

Парнишка ещё что-то хотел спросить, но к ним подошёл старший по блок-посту. Он чересчур пристально рассматривал Романа. Тот отвечал недоумевающим взглядом. Роман вроде бы и привык уже к такому – пациенты и их родственники частенько узнавали его даже без привычного белого халата или хирургического костюма. Но в этот раз на него смотрели не с благодарностью, а как-то по родственному оценивающе.

– Да, Рома, ты действительно самый настоящий младший Барс, – рассмеялся мужчина. – Точная отцова копия.

– Дядь Толя? – осторожно спросил Роман, узнавая давнего сослуживца отца.

– Узнал? – мужчина казался очень довольным. – Тут ещё наши есть. И у них у всех массовые галюцинации – молодой Сашка-Барс им видится. Я уж подумал нам «майдановского чайку» диверсанты притащили. А это, и правда, ты.

Старший увёл Романа, а его друзья остались дальше разгружать буханку, прозванную «Пронырой». Где-где, а вот здесь встретить сослуживцев отца Роман точно не ожидал. Сколько они не виделись? Лет одиннадцать. Сколько папы нет, столько и не виделись. На похоронах последний раз. Мама с ними больше общалась и виделась. А ему всё некогда было – работа, семья. В годовщины и памятные даты всегда или рано утром, или поздно вечером на могилу к отцу приезжал один. Редко – вместе с мамой. Сейчас Роман пожалел об этом.

Он словно в детство вернулся. Романа расспрашивали о жизни, о работе. Поражались невероятным сходством с отцом. На какое-то мгновение ему показалось, что всё происходящее – это какой-то кошмарный сон. Не было ничего – ни майдана, ни небесной сотни, ни танков на севере области, не готовился референдум. Просто сейчас отец вместе с сослуживцами решил «Зарницу» для мальчишек организовать. И вот-вот выйдет откуда-то из-за деревьев. А Рома с друзьями приехали помочь и отдохнуть. Вечером все вернутся домой и будут жить обычной жизнью. И так показалось не одному Роману.

Треск рации выдернул из воспоминаний. И чьё-то короткое и резкое «Принял!» вернуло всех в нынешнюю реальность. Кто-то вспомнил как отец Романа всех дрессировал на предмет оказания первой медпомощи. А ведь большинство тех, кто сейчас на блок-посту даже понятия об этом не имело. И вот Роман уже в своей медицинской стихии оказался – давал элементарные, но такие нужные знания. Друзья поехали на две другие точки уже без него.

– Ром, тебе и по другим точкам проехаться не мешало бы, – заметил Юра. – Аптечки развезли. Но элементарных правил половина же не знает.

– Надо будет, – согласился Роман. – Постараюсь в следующий выходной хотя бы на три точки попасть. И коллег попрошу.

– Как так вообще получилось? – возмутился Дима.

– Что? – никто из друзей не понял о чём он.

– Большинство народу и на блокпостах, и в администрации – это ж какое-то непуганое обезбашенное племя. Они ничего не боятся, но и защитить-спасти себя не смогут в случае чего. Ром, молодняк на блокпосту про первую помощь от тебя впервые услышал.